Концепт 'Город' в идиостиле И.А. Бродского

  • Вид работы:
    Курсовая работа (т)
  • Предмет:
    Литература
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    41,2 Кб
  • Опубликовано:
    2012-12-07
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Концепт 'Город' в идиостиле И.А. Бродского

Содержание

концепт художественный текст лексема

Введение

Глава 1. Концепт в художественном тексте

.1 Понятие и структура концепта

.2 Концептуальный анализ как метод исследования

.3 Концепт «Город» как константа культуры

Глава 2. Концепт «Город» в идиостиле И.А. Бродского

.1 Особенности художественного мировосприятия И.А. Бродского

.2 Характеристика материала исследования

.3 Семантическое пространство лексемы «Город»

.4 Стратегии репрезентации концепта «Город»

.5 Концептуальные зоны концепта «Город» в произведениях И.А. Бродского

.5.1 Концептуальная зона 1: город как архитектурное пространство

.5.2 Концептуальная зона 2: город как жители

.5.3 Концептуальная зона 3: город как живое существо

.5.4 Концептуальная зона 4: город как болезненная среда, как место угасания

Заключение

Литература

Введение

В современной лингвокультурологии благодаря исследованиям концептов актуальной является проблема взаимодействия языка и культуры. «Язык, по убеждению многих, - это не только средство для передачи информации, но и инструмент мысли и аккумулятор культуры. Способность аккумулировать в себе культурные смыслы - свойство живого языка».

Концепт является частью системы языка и становится смысловым ядром художественного произведения.

И.А. Бродский, по словам известного литературоведа И.О. Шайтанова, архитектурно воспринимал геометрию мира, природу, русскую поэзию. У него было классическое, античное чувство стиля, распространившееся и на человека, достоинство которого состоит в том, чтобы понять, что собой он лишь временно вытесняет пространство, всегда возвращающееся, чтобы восстановить право пустоты.

Таким образом, во многих произведениях И.А. Бродского звучит тема пространства и тема города как ее составляющая. Именно поэтому можно говорить о концепте «Город» в творчестве И.А. Бродского.

Понятие «концепт» включает в себя отношение автора к используемому слову и те смысловые ассоциации, которые связаны с данным словом.

Итак, тема нашего исследования - концепт «Город» в идиостиле И.А. Бродского.

Цель исследования - представить системное описание смыслового пространства концепта «Город». Достижение поставленной цели обусловливает решение следующих задач:

1)дать обзор понятия концепта;

2)систематизировать монографическую литературу по проблеме исследования;

)рассмотреть типологические черты концепта «Город»;

)выделить уровни функционирования концепта «Город» в тексте;

)выявить лексемы, реализующие концептуальные значения на выявленных уровнях.

Объектом исследования являются поэтические тексты И.А. Бродского.

Предмет исследования - языковые репрезентации концепта «город».

Материалом для исследования служат основные поэтические циклы И.А. Бродского: «Холмы», «Anno Domini», «Фонтан», «Остановка в пустыне», составляющие сборник «Остановка в пустыне»; «Примечания папоротника», «Вертумн», «Вид с холма», «Письмо в оазис», составляющие сборник «Пейзаж с наводнением», «Часть речи», «Мексиканский дивертисмент». а также стихотворения, не принадлежащие к какому-либо циклу и две поэмы: «Горбунов и Горчаков», «Колыбельная трескового мыса».

При проведении исследования были применены такие методы:

1)метод контекстного анализа;

2)метод сплошной выборки;

)статистический метод;

)описательный метод;

)лингвистический;

)общий функциональный анализ.

Посредством данных методик устанавливаются семантические оттенки значения, определяется контекстуальное и словарное значение лексем, обобщается и конкретизируется функциональное значение слова.

Анализ типологических характеристик предполагает рассмотрение внутренней структурно - системной организации лексического материала, что дало возможность использования структурно - системного подхода в освещении формирования и функционирования коннотативных значений.

Актуальность исследования в том, что перечисленные выше задачи исследования решаются на материале идиостиля произведений И.А. Бродского, недостаточно описанном в современной лингвистике художественного текста.

Практическая значимость данной работы в том, что материалы могут быть использованы при организации внеклассной работы по литературе и русскому языку в школе, при изучении литературы в вузе, а также могут стать основой при проведении факультативного курса.

Работа состоит из введения, двух глав (глава 1. Концепт в художественном тексте; глава 2. Концепт «Город» в идиостиле И.А. Бродского), заключения (общим количеством страниц). Список использованной литературы насчитывает источников.

Глава 1. Концепт в художественном тексте

1.1Понятие и структура концепта

Термин «концепт» относится ко многим научным сферам, но прежде всего это ключевой термин когнитивной лингвистики. Когнитивная лингвистика предполагает изучение языка как когнитивного механизма, т.е. как инструмента познания человеком мира. Когниция - это проявление умственных, интеллектуальных способностей человека, она «включает осознание самого себя, оценку самого себя и окружающего мира - всего того, что составляет основу для рационального и осмысленного поведения человека».

В современной науке термин «концепт» используется широко, при этом можно выделить различные интерпретации этого термина. Это связано с тем, что термин «концепт» принадлежит не только когнитивной лингвистике, но и другим наукам: культурологии, логике, литературоведению, философии.

В настоящее время можно выделить три основных подхода к пониманию данного термина. Эти подходы основываются на том, что концепт - это содержание понятия. Е.С. Кубрякова, сторонница первого подхода, концепт (лат. conceptum «мысль, содержание, понятие») - «оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы языка мозга, всей картины мира, отраженной в человеческой психике».

Ю.С. Степанов, представитель второго подхода, считает, что «концепт существует в ментальном мире человека не в виде четких понятий, а как «пучок» представлений, понятий, знаний, ассоциаций, переживаний, сопровождающих слово; в сложную структуру концепта входит и то, что принадлежит строению понятия, и то, что делает его фактором культуры. Концепт - сгусток культуры в сознании человека, то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека, а с другой стороны - то, посредством чего человек входит в культуру».

Представители третьего подхода (Н.Д. Арутюнова, А.Д. Шмелев) полагают: чтобы определить содержание понятия «концепт», необходимо в когнитивной лингвистике использовать семантику языкового знака.

Концепт тесно связан с языком, с помощью которого он воплощается, с культурой как системой национальных ценностей и идей, с сознанием человека и его деятельностью. Это определяет то, что содержание и структура концепта очень сложны и многомерны.

В. А. Маслова дает такое рабочее определение концепта. Концепт - это семантическое образование, которое отмечено культурной спецификой языка и так или иначе характеризует носителей определенной этнокультуры, отражает ментальность народа. Концепт не возникает из того, что он отражает лексическое значение слова, он появляется тогда, когда сталкивается словарное значение слова с опытом человека, и потому концепт окрашен эмоционально, он несет в себе оценочность и экспрессию. Концепт аккумулирует в себе культурные смыслы.

Как уже было сказано, структура концепта очень сложна и многомерна, и поэтому нет однозначного подхода к ее изучению, так же, как и к самому определению концепта.

Условно точки зрения на структуру концепта сводятся к трем основным:

) послойная структура концепта;

) полевая структура концепта;

) смешанная структура концепта.

Сторонники первой точки зрения считают, что структура концепта формирует его содержание. Например, Ю.С. Степанов выделяет в концепте три слоя:

) этимологический слой (внутренняя форма, запечатленная в словесной форме);

) слой «пассивных» признаков, являющихся «историческими», не актуальными;

) основной, актуальный слой (все, что принадлежит строению понятия).

По мысли Г.В. Токарева, структура концепта содержит следующие слои:

1)общечеловеческий (универсальный); сюда включаются преимущественно научные и обыденные понятия, культурные установки, идиологемы и стереотипы, отражающие человеческие ценности;

2)культурный (национальный) слой; он состоит из представлений, обыденных понятий, культурных установок, идиологем и стереотипов, отражающих ценности той или иной лингвокультурной общности);

)субкультурный слой; он включает в себя представления, обыденные понятия, культурные установки, стереотипы, ориентированные на ценности того или иного социума.

Сторонники полевой структуры концепта считают, что концепт состоит из концептуальных признаков, которые отражаются в его содержании и различаются по степени абстрактности - от ядерного, предельно конкретно-образного, до периферийных, предельно абстрагированных. Ядро концепта определяется на основе изучения ключевого слова, обозначающего концепт. Околоядерную зону образуют смыслы, представленные значениями синонимичных (реже - антонимичных) и аналогичных лексем. Околоядерная зона концепта изучается по его представлениям в пословицах, поговорках, а также в индивидуально - авторских текстах.

Ее сторонники видят в структуре концепта понятийное ядро и дополнительные слои. Смысловые слои концепта выявляются путем анализа языковых средств его репрезентации. Язык формирует концепты в сознании человека, но «языковые средства своими значениями передают лишь часть концепта, что подтверждается существованием многочисленных синонимов, разных дефиниций, определений и текстовых описаний одного и того же концепта». При этом содержание концепта определяется не только значением слова, а является результатом соотношения словарного значения с личностным и народным опытом.

1.2 Концептуальный анализ как метод исследования концепта

При исследовании концептов должен применяться специфический метод. Исследование концепта может проводиться в двух основных направлениях - от концепта к способам его репрезентации в языке и наоборот - от языковых средств к выявлению концептов. Ученые говорят о том, что необходимо выработать единый концептуальный анализ. Само словосочетание «концептуальный анализ» многозначно: оно может обозначать и анализ концептов, и определенный способ исследования, а именно «анализ с помощью концептов или анализ, имеющий своими предельными единицами концепты в отличие, например, от элементарных семантических признаков в компонентном анализе». Под концептуальным анализом мы понимаем метод исследования концептов.

В настоящее время есть несколько методик концептуального анализа.

Многие авторы предлагают методику концептуальный анализ проводить путем анализа средств его репрезентации: фразеологизмов, словарных дефиниций, авторских текстов.

Л.Г. Бабенко и Ю.В. Казарин предложили метод концептуального анализа художественного текста. По мнению исследователей, он предполагает, во-первых, выявление набора ключевых слов текста; во-вторых, описание концептуального пространства, которое они обзначают; в-третьих, определение базового концепта (концептов) этого пространства.

С.Е. Никитина предлагает тип анализа, названный ею «расчлененное определение» концептов. Автор полагает, что семантическое описание концептов может быть произведено через указание их связей с другими концептами той же культуры. Описывая отношение исследуемого слова к другому слову, связанному с ним парадигматически или синтагматически, мы получаем частичное толкование интересующего нас слова. Сумма всех частичных толкований и будет достаточно полным семантическим описанием концепта.

Концептуальный анализ необходимо отличать от семантического анализа слова. Они имеют точки соприкосновения, но их конечные цели различны. Семантический анализ направлен на экспликацию семантической структуры слова. Концептуальный анализ - это отражение наиболее употребительных контекстов слова, выявление всех направлений, по которым идут преобразования семантики слова. Семантический анализ связан с разъяснением слова, а концептуальный ведет к знаниям о мире.

В ходе концептуального анализа может быть выявлена историческая динамика развития и формирования концепта в национальном сознании - через изучение языковой и речевой репрезентации концепта в диахронии. Динамику развития соответствующего концепта в обществе позволяют представить себе анализ изменения значений соответствующих лексем, возникновение новых и исчезновение старых значений, различие в дефинициях одного и того же слова в разные периоды развития языка.

Синхронический анализ репрезентации того или иного концепта в языке показывает современную структуру концепта, а также выявляет, какая часть этого концепта, в каком объеме преимущественно актуализирована сегодня в сознании народа, является предметом осмысления и обсуждения.

Таким образом, на сегодняшний день разработано достаточно большое количество методик анализа концепта, выбор же какой-либо конкретной методики зависит от целей, которые ставит перед собой исследователь.

Создали две любви, два Града: Град земной - любовь к себе до презрения Богу, и Град же небесный - любовь к Богу до презрения к себе.

Блаженный Августин. «О Граде Божьем».

1.3Город как константа культуры

В последнее время философы и антропологи уделяют большое внимание вопросу специфики человеческого бытия и, в частности, пространству существования человека. Понимание и описание места человека в мире связано с феноменом города, имеющим определенные онтологические структуры и ценностные смыслы и занимающим особое место в символическом пространстве культуры.

Жизнь человека наполнена символами. Реальность горожанина - символическая реальность. Город - это место, где преобладает деятельность, связанная с использованием символов: мифология, религия, идеология, искусство, кино, реклама, виртуальная реальность. Символическая деятельность - деятельность не с самими вещами, а с их смыслами, образами, идеями, символами, восходящими к универсальным архетипам, эйдосам, логосам. Такая деятельность целиком определяется мировоззренческими и религиозными представлениями, метафизическими основаниями культуры. Исходя из этого город, с одной стороны, предстает как универсальный символ, архетип, с другой - сам город является местом производства смыслов, создания и функционирования символов.

Этимологическое значение слова «город», «град» - ограда, граница, преграда, защита, укрытие. Город противостоит открытому месту, т.е. безграничному и неструктурированному, нечеловеческому пространству - символу хаоса и смерти. Город - это отгороженность и укрытие, защищенность и безопасность человека во враждебном мире. Город нужен человеку, чтобы преодолеть ужас перед пустым пространством, перед хаосом, перед пустотой, небытием.

В городе встречаются, пересекаются два пространства: географическое, физическое (место, ландшафт) и семантическое, символическое пространство сознания (город-текст, город-символ, язык города, знаки города).

Для города характерны семантическая нагруженность, смысловая сгущенность, эмоциональное напряжение, рациональная упорядоченность. Город - это место, которое всегда насыщено смыслами, своей историей, знаками и ценностями.

Представление о городе предполагает существование высшей, совершенной, идеальной реальности, которая существовала в прошлом и была утеряна. Город - попытка восстановления утраченного рая. Любой город начинается с храма. Город имеет свой небесный архетип, прообраз. Основание любого города - это некое повторение мифа о построении мира.

Город воспроизводит модель мира данной культуры. Город соединяет в себе небо, землю и подземный мир. Если город строится на холмах (Рим, Москва), то образ мировой горы задает вертикаль, связь земли и неба. Если город расположен на равнине, эту символическую функцию выполняют горы рукотворные: башни, храмы, соборы. Кроме того, город задает инвариант вертикальной структуры на плоскости (сакральный центр, стены, периферия, границы).

В мифах, сказках и фольклоре наиболее устойчивыми оказываются такие образы, как город-гора, город на хрустальной горе, город-остров над землей, летающий город, сверкающий город, небесный град.

Мировая гора находится в центре мироздания и соответствует оси мира, вокруг которой вращается вся вселенная. В соответствии с этим и город наделяется символикой небесного, такими свойствами, как вечность, нетленность, совершенство. В архаическом мышлении вечное обладает повышенной плотностью и кристаллической твердостью. И Небесный Град отличается именно свойствами совершенного кристалла: прозрачность, чистота, сияние и блеск.

Однако гора открывает не только путь вверх, но и вниз, ход в пещеру, под землю. Наиболее архаический образ города - это город-пещера, город под землей. Образ пещеры связан, с одной стороны, с образом рождающей утробы, лоном матери-земли, а с другой - с могилой, смертью. Таким образом, гора связывает начало и конец жизни человека и человечества, небесное царство и загробный мир.

В начале мироздания выделяется Гора, а затем она замещается Городом, неким антропологизированным образом горы.

Итак, пространство города характеризуется всеми свойствами священного пространства. Священный город - это город-храм. Однако есть другой аспект феноменологии города. Каменный город - это мертвый город, царство смерти, город-Змей.

Происходит раздвоение, переворачивание, инверсия образа города: город на горе и гора, в которой живет Змей. Получается зеркальное отражение: города летающие и города подземные. Такая семантическая обращаемость означает универсальность образа города, семантическую полноту этого сложного, многомерного символа и выражает двойственность, амбивалентность архетипа города. Город предстает одновременно как пространство жизни и как царство мертвых, загробный мир. Вернее, как царство мертвых, призванное к всеобщему воскрешению. Земля и Небо сливаются во взаимном влечении, противоположные пространства открываются навстречу друг другу. Однако происходит и столкновение различных смыслов, противостояние символов, смещение уровней, подмена ценностей.

Мифологема города раздваивается на город-рай и город-ад. Город может восприниматься как рай, потому что он выделяет некое место, сакральное пространство, в котором сосредоточены материальные и духовные ценности цивилизации, где творится культура и история. В городе находятся духовная и светская власти, призванные приблизить человека к Богу. Город противостоит внешним стихийным силам природы и пытается привнести внутреннюю гармонию в отношения человека и природы. Город защищает о врагов.

С другой стороны, первый город был построен Каином, в городе собирается зло, проявляются все пороки цивилизации. В городе трудно удержаться от бесчисленных соблазнов и грехов, он несет проклятие и погибель. В городе все кажется временным и искусственным, а потому ложным и мертвым.

Город должен быть домом и крепостью для человека, но может предстать и как город-призрак, город-лабиринт, город-ловушка, город-пустыня, пустырь, пустота. Город-прибежище оказывается местом, которое нужно покинуть. Есть различные способы покинуть город: бегство, уход в монастырь, в пустыню, а также безумие, смерть, самоубийство.

Город реализует идею организации пространства обитания человека, включая различные формы телесности: самого человека и внешнюю телесность (жилища, коммуникации). Город-тело - это продолжение человека вовне, это символическое тело человека, культурное, социальное, коллективное тело. Город - это проекция сознания человека во внешнее пространство.

Храмы, площади, городские стены - это, прежде всего, духовные конструкции, символы, культурные формы. В древности градостроительное искусство было предназначено для того, чтобы магическими средствами управлять поведением стихий и потусторонних сил. При закладке города всегда совершались ритуальные действия, богослужение, жертвоприношения. Вольная или невольная жертва в основание города - универсальное архетипическое действие.

В городе совершается уплотнение всех смысловых, пространственных характеристик бытия.

Город - пространство становления личности, экзистенциальное пространство.

Город часто противопоставляется провинции, деревне. Столице и провинции соответствует Небо и Земля. Провинция «растеклась» по поверхности земли, Столица устремлена в небеса своими башнями и небоскребами. Но высокие дома заслоняют их. Город бросает вызов Небу, претендует на его место. При всей подразумевающейся близости Столицы к Небу, в ней происходит забвение Неба.

Каждый большой город имеет три архитектурных и символических уровня: небесный, земной, подземный. Тем самым столица находится сразу в трех мирах, соединяет в себе и перемешивает три уровня бытия.

Как уже было сказано выше, концепт «Город», сам образ города амбивалентен. Восприятие города как носителя зла берет свое начало с эпохи романтизма, поскольку в эту эпоху основной ценностью провозглашается индивидуальность, а город отражает социальные отношения и является воплощением идеи общественности. Романтики понимают город как живой организм, наделенный собственной, чаще всего злой, волей. Этим обусловлено пристальное внимание писателей эпохи Романтизма к городской среде, а также способ ее описания. Для этой эпохи характерно восприятие города как целостной системы, подчиненной единым законам и навязывающей эти законы веем своим элементам, включая горожан. Одним из ярчайших примеров романтического восприятия города можно считать роман В. Гюго «Собор Парижской Богоматери», в котором взаимное расположение улиц, площадей и зданий словно само диктует героям их поступки, делает неизбежными все роковые встречи и неотвратимым - трагический финал.

Развитие этот подход получает в эпоху Символизма. Город начинает восприниматься уже не только и не столько как живой организм, сколько как определенное культурное сообщение, как текст, который необходимо прочитать. Мир воспринимается символистами значимым, его элементы должны раскрыть свой смысл, скрывающийся за внешним воплощением. Именно в эту эпоху становится возможным прочтение мира, попытка его осмысления, дешифровки. И одну из значимых позиций в этом мировом тексте занимает город как квинтэссенция культуры, пространство с предельной информационной и семантической насыщенностью. При этом город может восприниматься и как цельный знак, и как система знаков, образующая прочитываемый городской текст. Развивая и переосмысляя восприятие города в романтической традиции, символисты делают город собеседником, героем художественных произведений. Если до символистов город отражал картину мира на бессознательном уровне и не воспринимался его жителями как источник информации, то символизм позволил сознательно использовать эти особенности городского пространства.

Акмеисты, поставившие перед собой задачу преодоления символизма, переосмысляют феномен города. Для них, в первую очередь для Ахматовой и Мандельштама, город является хранителем воспоминаний, как культурных, так и связанных с биографией поэтов. Семантическая насыщенность городского пространства у акмеистов по отношению к символистам сохраняет свою интенсивность, однако приобретает более понятный, вещественный, безусловный характер. Ценностью становится уже не город, представляющий то или иное понятие, а реальное городское пространство, насыщенное воспоминаниями.

Следует упомянуть также об исследованиях городской культуры.

Исследование города тесно связано с основными его категориями - категориями времени и пространства.. Существует много примеров сравнительного исследования городов.

Семиотическое осмысление проблемы предложил Ю.М. Лотман. В его статьях разрабатываются темы города как имени и города как пространства. По мнению Ю.М. Лотмана, жизнь любого города поливременна, и задача исследователя - эту поливременность учитывать.

Если говорить о современных отечественных исследованиях города как культурного явления и как концепта культуры, то можно выделить два подхода. Согласно технократическому подходу, город есть некая конструкция, которую можно спроектировать и воплотить в жизнь вплоть до мельчайших деталей организации производства и быта; городской образ жизни есть функция производственных процессов, а развитие обусловлено вводом новых предприятий, ростом населения, техническим оснащением городской среды. Согласно органическому подходу, город - это социокультурный организм, имеющий внутренние закономерности развития, выступающий как саморазвивающееся целое; качество городской жизни обусловлено развитием человека, его удовлетворенностью жизнью и возможностью выстраивать ее в соответствии с ценностями культуры. Именно этот подход перерастает затем в социокультурную парадигму исследования города как субъекта общественной жизни.

Глава 2. Концепт «Город» в идиостиле И.А. Бродского

.1 Особенности художественного мировосприятия И.А. Бродского

И.А. Бродский родился в Ленинграде в 1940 году. Не окончил средней школы, но очень серьезно занимался самообразованием и работал, попробовав себя во многих видах деятельности.

Писать стихи начал в 1958 году. Очень скоро И.А. Бродский получил признание Анны Ахматовой как талантливейший лирик своего поколения. Ахматова адресовала ему такое посвящение на одном из своих поэтических сборников: «Иосифу Бродскому, чьи стихи кажутся мне волшебными».

Начало известности И.А. Бродского на родине было связано не с его поэзией, а с тем, что на молодого независимого поэта обратили внимание власти и начали кампанию травли. В газете «Вечерний Ленинград» от 29 ноября 1963 года появился фельетон под названием «Окололитературный трутень», в котором И.А. Бродский был обвинен в тунеядстве, а его стихи названы «смесью декадантщины, модернизма и самой обыкновенной тарабарщины».

Фельетона оказалось достаточно, чтобы поэта арестовали и предали суду оп обвинению в тунеядстве. В марте 1964 года он был осужден на пять лет ссылки.

В 1972 году И.А. Бродский вынужденно эмигрирует в США. Он быстро овладел письмом на языке новой родины - английском, при этом стихи и проза И.А. Бродского на английском языке явились таким же общепризнанным выдающимся вкладом в мировую культуру, как и его сочинения на русском языке.

Через месяц после приезда в США, 9 июля 1972 года И.А. Бродский прибыл в Анн-Арбор, где занял должность приглашенного профессора на факультете славистики (tenured professor in the Slavic Department) Мичиганского университета. И.А. Бродский девять лет занимал эту должность вплоть до отъезда на постоянное жительство в Нью-Йорк в 1981 года. Он читал курс лекций по истории русской поэзии, русской поэзии 20 века, теории стиха, вел семинары, принимал экзамены у будущих американских славистов.

В 1987 году И.А. Бродскому была присуждена Нобелевская премия по литературе, и он стал пятым русским писателем - нобелевским лауреатом.

В апреле 1996 года И.А. Бродского не стало. Он умер, так и не успев посетить родной Петербург.

…Хотя юность И.А. Бродского была озарена дружбой с Ахматовой, он не склонен был признавать влияния ее поэзии на собственное творчество. Более того, он считал, что в его поэтическом сознании существовало ощущение полной творческой самостоятельности и независимости собственного литературного пути от каких бы то ни было авторитетов и традиций. Вероятно, это ощущение возникло в результате десятилетий государственного террора, прерывавшего естественное развитие отечественной литературы. «Типичный поэт эпохи выбрал бы, вероятно, путь тематического расширения, смену ориентиров, попытался бы разобраться с собственным героем и т.п. И.А. Бродский избрал особенный путь: «ни единой долькой не отступаться от лица», - и в этой верности внутреннему закону тоже ощущается поэтическая программа совсем иной эпохи».

И.А. Бродский - поэт, который стремится заново осмыслить основания культуры, задается вопросом о природе культурного кризиса эпохи - кризиса представлений о слове, времени, истории и их онтологии. «Отличительная черта поэзии И. А. Бродского - философичность, философское видение мира и «Я» <…> Эмоции лирического героя у И.А. Бродского - не спонтанные, прямые реакции на частные, конкретные события, а переживание собственного места в мире, в бытии. Это своеобразное философское чувство - глубоко личное и всеобщее одновременно». Точно о художественном мировосприятии поэта сказал К. Чухров: «Индивидуальная судьба поэта предстает одним из вариантов удела всякого человека. В единичных вещах И.А. Бродский открывает природу "вещи вообще" <…> Предмет поэзии у автора "Части речи" и "Урании" - не только (и, может быть, не столько) реальность, окружающая человека, сколько категории философского и религиозного сознания».

Одной из особенностей мировосприятия И.А. Бродского является особое отношение ко времени, что опять подчеркивает философичность его творчества. И.А. Бродский считал, что поэзия должна быть уподоблена времени. Здесь он поддерживал точку зрения Лессинга, считавшего, что предметом литературы является изображение времени, она должна имитировать время. «Лессингианский» тезис И.А. Бродским расшифровывается так: главными средствами имитации времени должны служить ритмический рисунок (включая паузы, в особенности - цезуру); размер; «темперамент» стихотворения. Такими «означающими» времени способны стать любые элементы текста, потому что поэзии, по И.А. Бродскому, присущ некий «бессознательный миметизм», стремление к дополнительной семиотизации. Таким образом, воплощение связи между временем и литературой определило и художественные особенности творчества И.А. Бродского. Это отражается в создании особого интонационного строя стихотворений, в использовании особой синтаксической организации речи. Одним из средств синтаксической организации являются многочисленные переносы. Ни один русский поэт до И.А. Бродского не пользовался переносами в таком объеме. Если раньше этот прием служил средством создания иллюзии разговорной речи в ритмически организованном тексте, то есть был ритмико-интонационной фигурой, то у И.А. Бродского он превратился в естественную форму организации стихотворной речи. Отсюда сложный синтаксис со множеством придаточных и вставных конструкций, которые оттесняют главные, привлекая внимание к себе.

Кроме изображения философских категорий - времени, пространства, значительное место в творчестве поэта занимает категория религии. Мотив религии отражен во многих произведениях автора. Что касается отношений И.А. Бродского с религией, то автор говорил: «Я был воспитан вне религии. Я не сторонник религиозных ритуалов или формального богослужения. Я придерживаюсь представлений о Боге как о носителе абсолютно случайной, ничем не обусловленной воли. <…> У меня нет никакого чувства идентификации с православием. <…> Мне ближе ветхозаветный Бог, который карает…» Однако в творчестве поэта часто встречаются стихотворения с христианской тематикой («Рождественская звезда», «Бегство в Египет», «Колыбельная», «Исаак и Авраам» и др.). И.А. Бродский объяснял это так: «Отношения между Богом - или христианством, или религией - и современной культурой вполне ясные: это, если угодно, отношения между причиной и следствием. И если в моих стихах есть что-то в подобном роде, то это просто попытка отдать дань причине».

Возможно, трезвый, не обольщающийся взгляд поэта на мир привел к тому, что И.А. Бродский оказался восприимчивым к иным культурным системам и смог воплотить в поэтическом слове «чужой» мир. Он пишет стихи, в которых создаются точные образы других культур. Возникает своеобразный «античный» цикл («К Ликомеду, на Скирос», «Anno Domini», «Дидона и Эней» и др.; стилизует И.А. Бродский и поэтику русских стихотворцев XVIII века, как будто создавая силлабические вирши («Подражание сатирам, сочиненным Кантемиром», «Послание к стихам»).

Однако наиболее яркой чертой художественного мировосприятия И.А. Бродского является, пожалуй, трагическое восприятие мира. «И. Бродский - поэт трагического звучания; в этом мнении сходятся все критики и исследователи его творчества. Александр Кушнер писал: «Бродский - поэт безутешной мысли, поэт едва ли не романтического отчаяния. Нет, его разочарование, его скорбь еще горестней, неотразимей, потому что в отличие от романтического поэта ему нечего противопоставить холоду мира». Этот трагизм выражает не драматизм отдельной человеческой судьбы, а трагизм бытия как такового и духовный кризис современной культуры, выражающийся в утрате индивидуальности, примет, ориентиров. И все же, при всем мужестве, с которым Бродский констатирует этот кризис, его поэзия лишена транстрагизма. Трагедия не тягостна, потому что она, в соответствии с задачей, дарует очищение души».

Еще одной важной стилеобразующей чертой идиостиля И.А. Бродского является лингвоцентризм: автор целенаправленно поэтически воссоздавал мир в категориях и образах языка, воспринимал мир как текст и в образах текста. Отчасти это связано с его творческим двуязычием.

В заключение стоит сказать о взглядах автора на поэзию: «Пишущий стихотворение пишет его прежде всего потому, что стихосложение - колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения. Испытав это ускорение единожды, человек уже не в состоянии отказаться от этого опыта, он впадает в зависимость от этого процесса. Человек, находящийся в подобной зависимости от языка, я полагаю, и называется поэтом».

.2 Характеристика материала исследования

В ходе исследования нами было проанализировано 10 поэтических циклов, а также стихотворения, не принадлежащие к какому-либо циклу; всего 181 стихотворение и две поэмы («Горбунов и Горчаков» и «Колыбельная трескового мыса»).

Рассматривались следующие циклы: «Холмы», «Anno Domini», «Фонтан», «Остановка в пустыне», составляющие сборник «Остановка в пустыне»; «Примечания папоротника», «Вертумн», «Вид с холма», «Письмо в оазис», составляющие сборник «Пейзаж с наводнением», «Часть речи», «Мексиканский дивертисмент».

Сборник «Остановка в пустыне», ставший второй поэтической книгой И.А.Бродского, был выпущен в США в 1970 году (первой книгой был сборник «Стихотворения и поэмы», вышедший в 1965 году под эгидой Inter-Language Literary Associates).

Сборник «Пейзаж с наводнением» был издан в 1996 году, вскоре после смерти поэта.

Данные сборники были выпущены издательством «Ардис» (в ходе исследования рассматривались русские издания, их повторяющие). Они были составлены самим Бродским в сотрудничестве с его друзьями Карлом и Эллендеей Проффер, создателями «Ардиса». В этом издательстве в течение долгих лет публиковались многие важные произведения русской литературы, чье издание в Советском Союзе в те годы не представлялось возможным.

В сборнике «Остановка в пустыне» уже четко определены основные идеи творчества поэта, мотивы и образы. «Книга «Остановка в пустыне» не только включает в себя десяток вещей, которые попадают в самое избранное его «Избранное», но и содержит все дальнейшее: немногое - в виде завязей, а основное - в виде уже цветущих ветвей и созревших плодов», - писал Анатолий Найман.

.3 Семантическое пространство лексемы «Город»

Для функционирования языка как средства человеческого общения крайне важной является способность слова передавать какое-либо значение. Термин этот понимается различно существующими лингвистическими направлениями: «как особая языковая форма отражения действительности, как отношение между звуковым комплексом и понятием, как отнесенность этого звукового комплекса к явлениям действительности».

Лексическое значение слова, соотносясь с понятием, обладает и рядом дополнительных коннотаций: оценочных, эмоциональных, культурных и др. Таким образом, лексическое значение отличается богатством содержания, которое реализуется во множестве употреблений. Однако заметим, что лексическое значение оказывается все же уже концепта. Н.Ф. Алефиренко отмечает, что «… концепты и языковые значения связаны диалектически: с одной стороны, они являются разными сущностями, а с другой предполагают друг друга. Их различия феноменальны: концепт - категория когнитивная; понятие - категория языковая».

Анализ лексического значения слова «Город» - необходимое условие описания концепта «Город», так как значения этой лексемы своей семой передают определенные признаки, образующие концепт «Город».

Ключевая лексема «Город» являются многозначной, что отражено в толковых словарях русского языка: в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля, в «Толковом словаре русского языка» С.И. Ожегова, Н.Ю. Шведовой (далее ТСРЯ), к анализу которых мы обратимся.

В «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля лексема «Город» имеет такие значения: 1. Городьба, ограда около жилья, населения; 2. Крепость, укрепленное стенами место внутри селения, кремль; 3. Селение, обнесенное городьбой, городок; 3.Населенное место, признанное за город, городом, которому правительство дало городское управление; 4. Морской лед, который при взломах громоздится горой; 5. Все общество, все обыватели города.

В ТСРЯ город - «крупный населенный пункт, административный, торговый, промышленный и культурный центр». Портовый город. За городом.

Можно заметить, что с течением времени лексическое значение слова «Город» сужалось и конкретизировалось.

При анализе концепта «Город» в произведениях И.А. Бродского мы выявили функционирование двух лексических значений слова «Город»: «крупный населенный пункт, административный, торговый, промышленный и культурный центр» (это значение функционирует в концептуальной зоне 1 «Город как архитектурное пространство), «все общество, все обыватели города» (это значение функционирует в концептуальной зоне 2 «Город как его жители»).

2.3 Стратегии репрезентации концепта «Город»

Существует два способа выражения концепта: эксплицитный и имплицитный. Эксплицитный предполагает использование словарных лексем слова «Город», а также однокоренных ему слов и конкретных названий городов. Имплицитный способ раскрывает индивидуально - авторские представления о городе и представляет собой значения слова «город», не зафиксированные в словарях.

В ходе анализа поэтических текстов И.А. Бродского нами были выделены четыре стратегии репрезентации концепта «Город»:

) Включение города в поэтический текст при помощи топонимов.

) Упоминание города как такового, без наименования.

) Через описание элементов городской среды.

) Через комплекс ассоциаций, образов-мотивов.

Необходимо отметить, что первые две стратегии (Включение города в поэтический текст при помощи топонимов; упоминание города как такового, без наименования) реализуют эксплицитное выражение концепта «Город», а третья и четвертая (через описание элементов городской среды; через комплекс ассоциаций, образов-мотивов) - имплицитное.

Подробнее рассмотрим каждую стратегию.

) Включение города в поэтический текст при помощи топонимов.

Используются конкретные названия городов: в названиях стихотворений - 15 раз: 4 раза - Рим, два - Ялта, также упоминаются Лиссабон, Берлин, Кабул, Роттердам, Челси, Флоренция, Венеция, Сан - Пьетро. В текстах стихотворений встречаются Лондон, Сиракузы, Вифлеем, Кенигсберг, Каунас, Краков, Мекка, Каир, Роттердам, Гамбург, Мехико, Нью - Йорк, а также русские города: Москва, Ленинград, Изборск, Пермь, Сочи. Наиболее часто упоминаются Рим, Венеция, Петербург (Ленинград).

Использование топонима позволяет воспринимать город как цельный культурный знак. Поэт достаточно часто говорит не столько о самом городе как о географическом объекте, сколько о культурном значении, связанном с названием этого города. Город, таким образом, становится знаком культуры как таковой. Также наименование города может служить ориентировкой в пространстве, отмечать ту или иную точку на местности, отмечать взаимное расположение городов.

) Упоминание города как такового, без наименования.

И.А. Бродский не называет город либо потому, что не подразумевает никакой конкретный географический объект, так как для него важен город вообще, либо конкретный город подразумевается, но не называется. В последнем случае город указан с помощью косвенных признаков - наименования определенных архитектурных сооружений или исторических лиц: «Вот я вновь пробежал Малой Охтой сквозь тысячу арок» [Остановка в пустыне, С. 19]

Следует отметить, что в раннем периоде творчества поэта (до эмиграции в США в 1972 г.) для поэта город - это по умолчанию Ленинград, а топонимы употребляются только в том случае, если речь идет о другом городе: «Да не будет дано / умереть мне вдали от тебя» [Стансы городу / Избранные стихотворения, С. 11], «Ни страны, ни погоста / не хочу выбирать. / На Васильевский остров / я приду умирать». [Стансы / Избранные стихотворения, С. 21] Позднее же образ города «обезличивается», часто используются лексемы «город», «городок». Говоря о городе, автор часто подразумевает мир в целом: «Представь, что война окончена и воцарился мир. / <…> Что за окном не развалины города, а барокко / города». [Новая жизнь / Пейзаж с наводнением, С.10]. «Обезличивание» образа города связано, по-видимому, с тем, что в сознании автора дискредитируется функция города как модели мира, и на смену ей приходит безликость любой точки пространства - в том числе и города.

Показательным является употребление множественного числа - города. В этом случае города не столько моделируют мир, сколько схематически его изображают, а использование слова «городки» помогает проявить идею «обезличивания» наиболее ярко: «схожие с бисером городки / Новой Англии». [Осенний крик ястреба / Избранные стихотворения, С. 325]

Неназывание города И.А. Бродским может происходить и по такой причине: название топонима может повлечь за собой множество культурных ассоциаций, от которых поэт хочет избавиться в данном тексте. Так, в стихотворении «На Виа Джулиа» [Избранные стихотворения / С.392] речь идет о Риме, но название города не упоминается ни разу: «Колокола до сих пор звонят в том городе».

В некоторых случаях название города сознательно утаивается. В данном случае речь идет о Петербурге - Ленинграде, как уже говорилось выше. Если в раннем творчестве Петербург - Ленинград редко автором, потому что подразумевается сам собой, то в поздних текстах город оказывается вычеркнутым из вербального пространства и остается лишь как место жительства родных и друзей. Связь города и людей заставляет поэта в своих воспоминаниях обращаться не только к самим людям, но и к Ленинграду. Чаще для Бродского Ленинград связан с воспоминаниями об умерших людях. Уехав из родного города, поэт начинает воспринимать его как несуществующий, умерший город, который соотносится с образами умерших людей. Вот пример подобного неявного упоминания Ленинграда: «И я когда-то жил в городе, где на домах росли / статуи, где по улицам с криком: «Растли! Растли!» / бегал местный философ, тряся бородкой, / и бесконечная набережная делала жизнь короткой. / Теперь там садится солнце, кариатид слепя. / Но тех, кто любил меня больше самих себя, / больше нету в живых» [Избранные стихотворения, С. 390].

Итак, появление безымянного города в поэзии Бродского может нести различные функции. Неназывание города может быть мотивировано принципиальным отсутствием названия, а может - сознательным «утаиванием» топонима. Настолько различные функции употребления слова «город» лишний указывают на его значимость для поэтики Бродского.

Важным также является то, как меняется отношение к Ленинграду: от города-знака он становится табуированным объектом, мертвым городом - хранителем воспоминаний об умерших либо о тех, с кем поэт уже не увидится. Такая трансформация образа ярко иллюстрирует смену картины мира Бродского после эмиграции.

Уникальный случай представляет собой стихотворение «Рождественский романс» (1962). В нем не называется город (в стихотворении - «столица») потому, что происходит совмещение двух столиц - Ленинграда и Москвы: «Плывет в тоске необъяснимой <…> ночной кораблик негасимый из Александровского сада. <…>И выезжает на Ордынку / такси с больными седоками, и мертвецы стоят в обнимку / с особняками». [Остановка в пустыне, С. 11 ] В тексте перечисляются вперемежку реалии двух крупнейших городов (кораблик из Александровского сада - Ордынка.

) Через описание элементов городской среды.

Не всегда поэт использует упоминание города, названного или неназванного, чтобы ввести в стихотворение городские мотивы. В тексте может возникать лишь пейзаж, который однозначно прочитывается как городской («Стансы»), при этом поэт может упоминать ту или иную точку города, не упоминая город в целом (следует отделить этот способ от указанного выше, поскольку там было важно не столько употребление названия, сколько замалчивание топонима). В данном случае город воспринимается непосредственно, функция культурного знака здесь второстепенна.

) Через комплекс ассоциаций, образов-мотивов. Этот прием репрезентации контекста используется очень часто. Нами было выделено 11 основных образов - мотивов, помогающих реализовать концепт «Город». Это образы снега, дождя, зимы, ночи, дерева, воды, рыбы, желтого цвета, войны, одиночества, сумасшествия. Эти мотивы раскрываются в описании концептуальных зон, о которых речь и пойдет ниже.

2.5 Концептуальные зоны концепта «Город» в произведениях И.А. Бродского

В параграфе 2.3 мы проанализировали семантическое пространство лексемы «город» в толковых словарях русского языка, а также функционирование словарных значений лексемы «Город», устойчивых выражений с этой лексемой в произведениях И.А. Бродского. На основании этого мы можем говорить, что Бродский, безусловно, использует значения лексемы «Город», отраженные в словарях, но это только внешний смысловой пласт, он выражен эксплицитно, поскольку контексты употребления лексемы «город» актуализируют то или иное значение, зафиксированное в словарях. Но И.А. Бродский значительно расширяет общепринятые значения лексемы «город», наполняет ее таким содержанием, в котором выражаются индивидуально-авторские представления о городе. Совокупность этих значений, представленных имплицитно, составляет внутренний, скрытый смысл лексемы «город», которым ее наделяет И.А. Бродский.

Всего нами было выделено около 1200 контекстов, репрезентирующих концепт «Город». Анализ словарных значений лексемы «Город» и индивидуально-авторских представлений И.А. Бродского о городе позволил нам выделить четыре концептуальные зоны.

Первый, внешний смысловой пласт представлен концептуальной зоной 1 «Город как архитектурное пространство», составляющей 17% от общего числа контекстов, и концептуальной зоной 2 «Город как его жители», составляющей 7% от их общего числа.

Внутренний смысловой пласт представлен концептуальной зоной 3 «Город как живое существо», составляющей 20% от общего числа контекстов, и концептуальной зоной 4 «Город как болезненная среда, как место умирания», составляющей 56%.

2.5.1 Концептуальная зона 1: город как архитектурное пространство

Эта зона представлена эксплицитно, т.к. находит свое отражение в толковых словарях. Эту концептуальную зону представляет 195 контекстов, что составляет 17% от их общего числа. Она включает в себя около 100 лексических единиц. Наиболее частотными являются такие лексические единицы: улица: «Лабиринт пустынных улиц залит лунным светом»,[POST AETATEM NOSTRAM / Избранные стихотворения, С. 204] переулок, проулок: «Сверни с проезжей части в полу- / слепой проулок» [Литовский дивертисмент / Избранные стихотворения, С. 216], пустырь: «на пустыре, где в ночи горят два фонаря / и гниют вагоны»[Письмо генералу / Избранные стихотворения, С. 110], бульвар, тротуар, проспект, мостовая, набережная: «Набережная выглядела бесконечной и безлюдной» [Вертумн / Пейзаж с наводнением, С. 67], площадь: «Площадь пустынна» [Эклога четвертая / избранные стихотворения, С. 361], башня, фонтан, парк, аллея: «в глухонемую зелень / парка, чьи праздные статуи, как бросившие ключи / жильцы слонялись в аллеях, оставшихся от извилин, / когда загорались окна» [Воспоминание / Пейзаж с наводнением, С. 216], сад (причем упоминаются Летний сад, Таврический, Александровский, Люксембургский). Довольно часто упоминаются места отдыха и принятия пищи: кофейня, бар, кафе, пивная: «Пивная цельный день лежит в глухой осаде» [Пятая годовщина / Избранные стихотворения, С. 321 ], ресторан, ресторация, кинотеатр, гостиница: «Гостиницы мертвы» [У памятника А.С. Пушкину в Одессе / Пейзаж с наводнением, С. 129]. Бродский уделяет внимание местам торговли: бакалея, продовольственный: «В продовольственных - слякоть и давка» [24 декабря 1971 года / Избранные стихотворения, С. 223], галантерейный магазин, универмаг, гастроном, базар, рынок. Подробно представлены дома, дворы: особняки, новостройки, многоэтажки, их ограды, окна, фасады: «Щербатые, но не мыслящие себя / в профиль обшарпанные фасады»[], крыши: «О, домов двухэтажных тускловатые крыши!» [Сан-Пьетро / Избранные стихотворения, С. 341] карнизы: «облюбованные брачующимися и просто / скучающими чудищами карнизы» [там же], балконы, статуи на домах, подъезды, подворотни. Описываются дворцы. Что касается сооружений, построек, часто упоминаются городские стены, ворота, ограды, шпили, колоннады, арки, мосты.

Однако описываются не только здания, сооружения, относящиеся к сфере быта, но и здания, связанные с духовной жизнью человека: театр: «Навсегда опустившимся занавесом в театре» [В Англии / Остановка в пустыне, С.328], музей, библиотека, дворец культуры, храм, церковь: «сломали греческую церковь» [Остановка в пустыне / Остановка в пустыне, С. 177], костел, собор.

Если сравнивать эти две сферы существования города - сферу быта и сферу духовной жизни - по числу контекстов, их представляющих, то «бытийная» сфера представлена 165 контекстами, тогда как сфера «духовности» - только 30. Уже здесь мы можем увидеть одну из авторских идей: в городе прекращается жизнь человека как духовного существа, как существа, тесно связанного с Богом и природой. В городе человек живет материальными, «приземленными» интересами. Город «поглощает», и даже если человек хочет вырваться, убежать, он не позволит этого сделать, он не отпустит: «Ногу тянет запутаться в уличной паутине» [Лидо/ Пейзаж с наводнением, С. 71], «гранит / пусть обнимет меня, / пусть поглотит» [Стансы городу / Избранные стихотворения, С. 12 ].

2.5.2 Концептуальная зона 2: город как его жители

Эта концептуальная зона выражена эксплицитно, т. к. находит свое отражение в толковых словарях. Эту зону представляет 88 контекстов (7% от общего числа), 28 лексических единиц. Самые частотные - прохожий: «прохожие таращатся в окно» [Из школьной антологии / Остановка в пустыне, с. 123 ], «прохожий с мятым лицом, сравнимым во тьме со снятым / с безымянного пальца кольцом» [Лагуна /Избранные стихотворения, С. 249 ], «прохожий тонет в желтой пелене»[Гуернавака / Избранные стихотворения, С. 263], толпа: «Там толпа говорит, осаждая трамвайный угол, / на языке человека, который убыл»[Декабрь во Флоренции / Избранные стихотворения, С. 295 ], «Всюду полно людей, стоящих то плотной толпой, / то в виде очередей» [FIN DE SIECLE / Пейзаж с наводнением, С. 45]. При обозначении жителей не используются имена собственные По всей видимости, этим автор воплощает идею обезличивания человека в городе, утрату им индивидуальности, самости, подчинение толпе: «Все лица как пятна» [24 декабря 1971 года / Избранные стихотворения, С. 223], «Человек становится здесь жертвой толчеи» [Литовский дивертисмент / Избранные стихотворения, С.216].

В целом, жители города изображены в «темных красках», негативных чертах. Чаще всего это больные, пьяные, нищие: «Плывет в тоске необъяснимой / пчелиный хор сомнамбул, пьяниц. / В ночной столице фотоснимок / печально сделал иностранец, / и выезжает на Ордынку / такси с больными седоками, / и мертвецы стоят в обнимку / с особняками» [Рождественский романс / Остановка в пустыне. С.11], «бродяга - грек с небритым инвалидом / играют в домино» [POST AETATEM NOSTRAM / Избранные стихотворения, С. 204], «никчемный сброд: дурные манеры, / пятна, драные петли» [Мерида / Избранные стихотворения, С. 265], «грязный, очумелый / народ толпится позади дворца» [Anno Domini / Остановка в пустыне, С. 90]

Снова присутствует идея о духовной гибели человека в городе, когда начинают преобладать «материальные» интересы: «грудой свертков навьюченный люд: каждый сам себе царь и верблюд» [24 декабря 1971 года / Избранные стихотворения, С. 223].

Чаще всего встреча с жителями происходит на улице, довольно редко - в кафе или каком - то другом помещении.

Характерной чертой является то, что автор не упоминает среди жителей города близких, друзей. Только однажды, в виде исключения, он говорит о матери и друге. Это продолжает развивать идею о духовном умирании в городе: человек теряет связь с близкими людьми и остается с городом «один на один», теряется среди толпы с кучей свертков и забывает о своем истинном «Я».

2.5.3 Концептуальная зона 3: город как живое существо

Эта зона выражена имплицитно, т.к. не отражает значения лексемы «Город», отраженный в словаре, а помогает понять индивидуально - авторское восприятие города. Эту зону представляет 229 контекстов (20% от их общего числа). Ее представляют около 150 лексических единиц.

Город как живое существо обладает органами чувств, может видеть, осязать: «с дальнозоркостью отпрыска джулий, октавий, ливий / город смотрит тебе вдогонку, точно распутный витязь» [На Виа Джулиа Избранные стихотворения, С. 392]. Город имеет брови: «карнизы - бровью», глаза: «о синева бойниц / (глазниц!)»,икры: «голые икры кривых балясин» [Саен-Пьетро / Избранные стихотворения, С.341], ребра: «ребер больше там у пыльной батареи / в подъездах, чем у дам» [Пятая годовщина / Избранные стихотворения, С. 321], позвоночник: «скорлупа куполов, позвоночники колоколен» [Сан-Пьетро] и даже крылья: «ставни широко растопырены, точно крылья».

Река предстает рекой и блузкой: «река - как блузка, на фонари расстегнутая» [С февраля по апрель / Избранные стихотворения, С.194], «река высовывалась из-под моста, как из рукава - рука, / <…> впадала в залив, растопырив пальцы»,деревья - легкими: «голые деревья / как легкие» [С февраля по апрель]. Город даже может иметь прическу: «в узкой стриженой под полубокс аллее» [В Англии / Избранные стихотворения, С. 328], «мимо стройных нагих колонн с дорическою прической» [Развивая Платона / Избранные стихотворения, С. 298]. Город, как живое существо, может болеть: «тело в плаще, ныряя в сырую полость / рта подворотни, / по ломаным, / обветшалым / плоским зубам поднимается мелким шагом / к воспаленному небу с его шершавым / неизменным «16» [Декабрь во Флоренции / Избранные стихотворения, С. 295], «асфальт вне себя от оспин».

Город как живое существо обладает сознанием, может испытывать эмоции: «по прохожим себя узнают дома» [Мексиканский романсеро / Избранные стихотворения, С. 267], «городам тоже / свойственны лишние мысли, желание счастья, / плюс готовность придраться к оттенку кожи» [На Виа Джулиа], «чем длиннее улицы, тем города счастливей», «города знают правду о памяти» [там же].

Город говорит, поет, производит и слышит множество звуков. У города есть своя «музыка». Город воет, ревет, жужжит: «жужжало мото-вело», [Речь о пролитом молоке / Избранные стихотворения, С. 80], свистит, смеется, рычит, поет, бормочет, ворчит, хрипит, кашляет: «и кашляют грачи в пустынном парке»[EINEM ALTEN… / Остановка в пустыне, С. 151]. Он слышит лязг, визг: «каменное гнездо оглашаемо громким визгом / тормозов» [Декабрь во Флоренции], шуршание, бренчание, звяканье, стук, стрекот, скрип, плеск, гомон, удар, гул, гудки, шум, шелест, звон, грохот: «запоет над переулком флажолет, / загрохочет над каналом пистолет, / загремит на подоконнике стекло» [А.А. Ахматовой / Остановка в пустыне, С. 70]

Часто город и его составляющие предстают в образе рыбы: «жалюзи в час заката подобны рыбе, / перепутавшей чешую и остов» [римские элегии / Избранные стихотворения, С. 346], «тишина уснувшего переулка / обрастает бемолью, как чешуею рыба, / и коричневая штукатурка / дышит, хлопая жаброй, / прелым / воздухом августа» [там же], «так сужается улица, вьющаяся, как угорь, / и площадь - как камбала» [Венецианские строфы / Избранные стихотворения, С. 374], «булыжник мерцает, как пойманный лещ» [Литовский ноктюрн / Избранные стихотворения, С.312], «на тротуаре / в двух шагах о гостиницы рыбой, попавшей в сети, / путешественник ловит воздух раскрытым ртом».

Так как этот образ встречается часто, можно говорить об образе - мотиве рыбы. Чтобы понять значение этого образа, мы обратились к словарю символов. Так, рыба - символ жизни, плодородия, тесно связанный с христианством. Рыба известна прежде всего как раннехристианский символ Иисуса Христа. Буквы греческого слова «рыба» (ichthus) образуют акроним слов «Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель». Эмблема рыбы была секретным знаком Христа. Сам Иисус проводит аналогию между ловлей рыбы и обращением людей в новую веру. Рыбу изображали в сценах Тайной Вечери в связи со священным католическим обычаем есть по пятницам рыбу, а не мясо. Изображение трех сплетенных рыб (или трех рыб с одной головой) - символ Троицы. У Бродского же образ рыбы связан с болезненностью, смертью: рыба изображается задыхающейся, пойманной, а город выступает в роли сети, ловушки (повторяется мотив невозможности освободиться, вырваться из городского плена).

Можно сделать вывод, что Бродский видел в городе место, где человек отдаляется от Бога, где он нарушает святые каноны, перестает чтить Творца и сам не выступает в роли творца, где человек «задыхается» (и снова раскрывается идея о духовной смерти человека в городе).

2.5.4 Концептуальная зона 4: город как болезненная среда, как место умирания

Мы рассмотрели уже три концептуальные зоны, и по приведенным контекстам отчетливо видно, что все связанное с городом имеет у Бродского чаще негативную эмоциональную окраску. Все время повторяются мотивы болезни, смерти, пустоты, одиночества. Именно поэтому стало возможным выделить данную концептуальную зону, тесно переплетающуюся с тремя предыдущими. Эта концептуальная зона, как и предыдущая, не выделяется в словарях и присуща идиостилю Бродского. Кроме того, эта концептуальная зона самая частотная. Эту зону представляет 688 контекстов (56% от общего числа).

Город как символ смерти, болезненности раскрывается с помощью изображения цветов: палитра автора включает в себя темные и блеклые цвета, а также цвета, напрямую связанные с болезнью: «сквозь турникеты масса естества, / как черный фарш из мясорубки, перла», «вниз по темной реке уплывая в бесцветном пальто», «твой фасад темно - синий я впотьмах не найду, / между выцветших линий / на асфальт упаду» [Стансы / Избранные стихотворения, С. 21], «выйти из дому на улицу, / чья коричневая длина» [Мексиканский романсеро / Избранные стихотворения, С. 267], «у рыбьей чешуи в воде там цвет консервный». Кроме того, часто можно столкнуться с желтым цветом: «желтый цвет / штукатурки подворья», «желтый бесплатный жемчуг уличных фонарей» [Венецианские строфы], «в подворотне / светит желтая лампочка» [Римские элегии], «желтая площадь; одурь / полдня»,«от силуэта в желтом / платье» [Элегия / Пейзаж с наводнением, С. 41]«плитняк мостовой отливает желтой / жареной рыбой».Символическое значение желтого цвета трактуется двояко: с одной стороны это символ солнца, энергии, с другой - болезни, сумасшествия. Автор использует второе значение этого символа, что помогает раскрыть идею болезненности - болезни духа, души, умирания - опять же духовного.

Кроме того, что присутствует образ-мотив желтого цвета, выделяется и образ-мотив безумия, сумасшествия, символом которого этот цвет является: «она сошла с ума в Париже» [Мексиканский дивертисмент / Избранные стихотворения, С. 263], «помраченье июльских бульваров»,[BAQATELLE / Избранные стихотворения, С. 293] «от сумасшедших шахмат на торцах площадей» [Венецианские строфы 2 / Избранные стихотворения, С. 376], «одурь / полдня» [Римские элегии], «от сумасшедшей суммы / прямых углов» [Воспоминания].

Кроме этого, данную концептуальную зону раскрывают время суток, время года, в которых изображается город, а также погода. Город чаще всего изображается зимой и поздней осенью, вечером и ночью, в сумерках: «маячит в сумраке ночном окном разрезанное море», «в брюхе Дугласа ночью скитался меж туч» [Ночной полет], «ночь. Переулок. Мороз блокады» [Речь о пролитом молоке], на закате: «солнце всегда садится за телебашней» [Шорох акации / Избранные стихотворения, С. 307], при этом идет снег или дождь: «ночь. Шуршание снегопада» [Речь о пролитом молоке], «дождь в Роттердаме. Сумерки» [Роттердамский дневник / Избранные стихотворения, С. 247]. город словно плачет, т.е. присутствуют образы - мотивы зимы, ночи, дождя, снега.

В целом, эта концептуальная зона очень объемная, и ее содержание можно выразить такими ключевыми словами: разрушенность: «архитектура, мать развалин <…> ты - вакуума императрица» [Архитекура / Пейзаж с наводнением, С. 37], испорченность, тишина, одиночество: «возводя город, / собственному одиночеству памятник воздвигают» [Глаголы / Остановка в пустыне, С. 63], «не нужны никому, только самим себе, / плитняку мостовой» [Новая жизнь / Пейзаж с наводнением, С. 10], война, одичание, пустота: «пустые дома стоят давным-давно» [Римские элегии], неустроенность, неопределенность, обман, забвение, опоздание, темнота, слепота: «город выколот из глаз метелью» [Менуэт / Избранные стихотворения, С. 65], зыбкость, бегство.

При этом город не только несет гибель, но и сам может погибнуть, исчезнуть: «тонущий город, где твердый разум / внезапно становится мокрым глазом»]. Следуя за идеей автора, можно прийти к выводу, что для И.А. Бродского город - не просто место духовного умирания человека, а также способ организации жизни общества, противоестественный законам Бога и природы, и, следовательно, обреченный рано или поздно на исчезновение: «развалины есть праздник кислорода / и времени. Новейший Архимед / прибавить мог бы к старому закону, / что тело, / помещенное в пространство, / пространством вытесняется». Идея того, что город губит все связанное с Богом и природой, ярко отражена в следующей цитате: «небо исколото шпилями, как лопатки / и затылок больного» [Письма династии Минь / Избранные стихотворения, С. 354] Под «небом» мы можем понимать как высшую силу, высший разум, Бога, так и мир, природу в целом. Город «колет» их, причиняет боль, делает «больными».

Также выделяется образ-мотив войны: «лучший вид на этот город - если сесть в бомбардировщик» [Представление / Пейзаж с наводнением, С. 90], «четыре дня они бомбили город, и города не стало» [Роттердамский дневник], «затылок врага в мостовой шинели» [С натуры / Пейзаж с наводнением, С. 221]. Это подчеркивает мысль о враждебности города по отношению к человеку. Для Бродского город связан с постоянной борьбой, где люди враги друг другу и сами себе. Также, по всей видимости, мотив войны в изображении города связан с тем, что все самые страшные и кровопролитные войны проходили в период урбанизации и после нее: они связаны со стремлением захватить новые земли и с развитием цивилизации в целом, которая, в понимании Бродского, является не прогрессом общества, а регрессом, умиранием.

Кроме этого, выделяется образ - мотив дерева. Дерево, согласно Дж. Тресиддеру, высший природный символ динамического роста, сезонного умирания и регенерации; символ развития. Его ствол является символом единства. В различных культурах многие деревья считались священными или магическими. В начальный период развития мифологии дерево представлялось как центральная ось потока божественной энергии. По мере развития мифологии эта идея превратилась в символический образ Древа жизни или Космического Древа. Этот символ встречается практически у всех народов и часто соотносится с идеей сотворения мира. С помощью древа жизни человечество поднимается от низшего уровня развития к духовному просветлению, спасению или освобождению. По всей видимости, с помощью этого образа Бродский хотел выразить надежду на духовное возрождение человечества, также в образе дерева поэт видел животворящую силу природы, которая проявляет себя даже в городе, где, казалось бы, господствует только болезненность и умирание: «На углу загорается дерево без корней» [Вид с холма / Пейзаж с наводнением, С. 113], «под напором дождя акация / становится слишком шумной» [Дождь в августе / Пейзаж с наводненим, С. 33], «видны только кроны деревьев» [Пейзаж с наводнением / пейзаж с наводнением, С. 151], «вязы шуршат под окном, поддакивая ландшафту» [Август / Пейзаж с наводнением, С. 224], «осины глядят в поднебесье» [Большая элегия Джону Донну / Остановка в пустыне, С. 13], «голые деревья, / как легкие на школьной диаграмме»[С февраля по апрель].

Кроме перечисленных образов - мотивов, выделяется еще один: образ-мотив воды. Вода является древним универсальным символом чистоты, плодородия, источником самой жизни. Вода может служить метафорой духовной пищи. Вода сравнима с мудростью. В психологии она представляет энергию бессознательного. В мифах вода предстает как граница между миром живых и миром мертвых.

У Бродского вода является не только символом очищения, обновления (что снова выражает его надежду, пусть и слабую, на возрождение), но приобретает и иное звучание. Так, вода используется и для омовения после смерти. Это звучание снова отражает идею о всепобеждающей силе природы, высшего разума. «В том городе слишком много рек и каналов»,,«фонарь глядится в высыхающую лужу» [В озерном краю / Избранные стихотворения, С. 245], «волна облизывает ступеньки / дворца своей голубой купюрой» [Корнелию Долабелле / Пейзаж с наводнением, С. 113], «река блестит, как черное пианино» [Вид с холма /Пейзаж с наводнением, С. 113].

Заключение

Проведенное нами исследование концепта «город» показало, что этот концепт играет огромную роль в творчестве И.А. Бродского. Художественное мировоззрение поэта, как отмечалось, отличается особой философичностью и стремлением осмыслить свое место в мире, свои отношения со временем и пространством. Как следствие, в большинстве своих произведений автор так или иначе упоминает город, именно поэтому можно говорить о концепте «город» в идиостиле Бродского.

В результате проведенной работы мы пришли к следующим выводам:

) Концепт - это семантическое образование, которое отмечено культурной спецификой языка и так или иначе характеризует носителей определенной этнокультуры, отражает ментальность народа. Концепт не возникает из того, что он отражает лексическое значение слова, он появляется тогда, когда сталкивается словарное значение слова с опытом человека человека, и потому концепт окрашен эмоционально, он несет в себе оценочность и экспрессию.

Что касается изучения концепта, на сегодняшний день разработано достаточно большое количество методик анализа концепта, выбор какой-либо конкретной методики зависит от целей, которые ставит перед собой исследователь.

) И.А. Бродский - поэт, который стремится заново осмыслить основания культуры, задается вопросом о природе культурного кризиса эпохи - кризиса представлений о слове, времени, истории и их онтологии. Именно этим определяются такие яркие черты творчества Бродского, как философичность, наличие мотивов трагизма, лингвоцентризм, стремление осмыслить и изобразить категории времени и пространства.

) В ходе анализа 10 поэтических циклов и двух поэм нами было выделено 1200 контекстов, репрезентирующих концепт «Город».

В ходе анализа значения лексемы «город», отраженной в словарях, а также значения, которое присуще индивидуально - авторскому стилю И.А. Бродского, было выявлено 4 концептуальные зоны:

Внешний смысловой пласт (то есть выраженный эксплицитно, отражающий функционирование словарных значений лексемы «город») представлен концептуальной зоной 1 «Город как архитектурное пространство», составляющей 17% от общего числа контекстов, и концептуальной зоной 2 «Город как его жители», составляющей 7% от их общего числа.

Внутренний смысловой пласт (отражающий индивидуально- авторские представления о городе) представлен концептуальной зоной 3 «Город как живое существо», составляющей 20% от общего числа контекстов, и концептуальной зоной 4 «Город как болезненная среда, как место умирания», составляющей 56%.

) Уже при анализе первой концептуальной зоны «Город как архитектурное пространство» на основании выделения двух сфер существования города - сферы «быта» и сферы духовной жизни - мы можем выделить те авторские идеи, которые красной нитью проходят через остальные зоны и как нельзя ярче раскрывают индивидуально - авторское представление поэта о городе. Прежде всего это идея духовного умирания человека в городе, когда над высшими, духовными потребностями начинают преобладать «приземленные», материальные.

Что касается второй концептуальной зоны «Город как жители», можно привести следующие выводы. При обозначении жителей не используются имена собственные. По всей видимости, этим автор воплощает идею обезличивания человека в городе, утрату им индивидуальности, самости, подчинение толпе: жители часто изображаются как толпа, как очередь, как «пятна лиц», но не как личности. Жители города изображены в «темных красках», негативных чертах. Чаще всего это больные, пьяные, нищие. Снова присутствует идея о духовной гибели человека в городе, когда начинают преобладать «материальные» интересы: часто изображены люди в магазинах, очередях, причем автор иронично к ним относится: за малым им видится большое, и вкус истинной жизни им почувствовать не дано. Характерной чертой является то, что автор не упоминает среди жителей города близких, друзей. Только однажды, в виде исключения, он говорит о матери и друге. Это продолжает развивать идею о духовном умирании в городе: человек теряет связь с близкими людьми и остается с городом «один на один», теряется среди толпы с кучей свертков и забывает о своем истинном «Я».

Если говорить о концептуальных зонах третьей («Город как живое существо») и четвертой («Город как болезненная среда, как место умирания»), присущих идиостилю Бродского, то ключевая авторская идея о духовной смерти человека в городе воплощается с помощью таких образов - мотивов: одиночество, война, дерево, вода, рыба, ночь, снег,дождь, желтый цвет. На основании анализа этих образов мы пришли к выводу, что Бродский видел в городе место, где человек отдаляется от Бога, где он нарушает святые каноны, перестает чтить Творца и сам не выступает в роли творца, где человек «задыхается» (и снова раскрывается идея о духовной смерти человека в городе). Присутствует идея о враждебности города по отношению к человеку. Для Бродского город связан с постоянной борьбой, где люди враги друг другу и сами себе. Следуя за идеей автора, можно прийти к выводу, что для Бродского город - не просто место духовного умирания человека, а также способ организации жизни общества, противоестественный законам Бога и природы, и, следовательно, обреченный рано или поздно на исчезновение. Город - не результат развития человеческой цивилизации, а путь к ее уничтожению. Автор хочет выразить мысль: человек ошибочно полагает себя сильнее природы, сильнее Высшей силы: он покоритель, хозяин. Но это путь к самоуничтожению.

Но все-таки автор не теряет надежды, что человечество пойдет путем возрождения. Были выделены контексты, несущие позитивное отношение к городу. Также эту идею подтверждает наличие мотивов - образов дерева и воды: изначально они являются символами возрождения, очищения, развития.

) В поэзии И.А. Бродского город - не только и не столько географический объект, сколько явление понятийного масштаба, которое ставится в один ряд с такими понятиями, как время, смерть, одиночество, цивилизация. Образ города не теряет своей актуальности в течение всей творческой биографии поэта, однако его значение претерпевает изменения.

) Нами были выделены четыре стратегии репрезентации концепта «Город»:

) включение города в поэтический текст при помощи топонимов;

) упоминание города как такового, без наименования;

) через описание элементов городской среды;

) через комплекс ассоциаций, образов-мотивов.

В ходе анализа стратегий репрезентации мы пришли к выводу, что использование топонима позволяет воспринимать город как цельный культурный знак. Также наименование города может служить ориентировкой в пространстве, отмечать ту или иную точку на местности, отмечать взаимное расположение городов (первая стратегия) Появление же безымянного города (вторая стратегия) в поэзии И.А. Бродского несет различные функции. Неназывание города может быть мотивировано принципиальным отсутствием названия, а может - сознательным «утаиванием» топонима. При описании элементов городской среды (третья стратегия) город воспринимается непосредственно, функция культурного знака здесь второстепенна.

Отдельное место в творчестве поэта занимает Петербург /Ленинград.В раннем периоде творчества поэта (до эмиграции в США в 1972 г.) для поэта город - это по умолчанию Ленинград, а топонимы употребляются только в том случае, если речь идет о другом городе.

Важным также является то, как меняется отношение к Ленинграду: от города-знака он становится табуированным объектом, мертвым городом - хранителем воспоминаний об умерших либо о тех, с кем поэт уже не увидится. Такая трансформация образа ярко иллюстрирует смену картины мира Бродского после эмиграции.

)Восприятие города Бродским амбивалентно. С одной стороны, город для поэта - ценность. Он становится пространством творчества, цивилизации, культуры, связывается с людьми, значимыми для поэта. С другой, город - смерть, разрушение, и такое восприятие города доминирует (подтверждением чему служит анализ выделенных нами концептуальных зон). Из вышесказанного можно сделать вывод, что образ города в поэзии Бродского в целом согласуется с общей концепцией города, сформированной в культуре. Бродский, как поэт, который в значительной степени в своих произведениях отражает опыт мировой культуры вообще и мировой литературы в частности, включая все ее этапы от античности до современной ему русской и зарубежной литературы, в своем творчестве активно использует те подходы к образу города, которые уже сложились до него.

Литература

1.Алефиренко Н.Ф. Вербализация концепта и смысловая синергетика языкового знака / Н.Ф. Алефиренко // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста: матер. Междунар. Симпозиума: в 2 ч. - Волгоград: Перемена, 2003. - Ч. 1. - С. 3-13.

2.Ахапкин Д. Иосиф Бродский - поэзия грамматики // Иосиф Бродский и мир: Метафизика, античность, современность. СПб., 2000. С. 51.

.Безносов Э. «Скрипи, мое перо, мой коготок, мой посох…» / Избранные стихотворения. М.: Панорама, 1994 С. 485 - 486

.Болдырев Н.Н. Концепт и значение слова // Методологические проблемы когнитивной лингвистики. Воронеж, 2001. С. 25

.Бродский И.А. Избранные стихотворения. М.: ПАНОРАМА, 1994. 493 с.

.Бродский И.А. Остановка в пустыне. СПб.: Азбука-Классика, 2004. 253 с.

7.Бродский И.А. С любовью к неодушевленному // Звезда. 2000. № 5. С. 44.

.Бродский И. Пейзаж с наводнением. СПб.: Азбука-Классика, 2004. 237 с.

9.Волков С. Диалоги с Иосифом Бродским. М.: Издательство Независимая Газета, 1998

.Глазычев В.Л. Изменения в культуре города: проблемы и парадоксы//Культура города: проблема развития. М.: Ладья, 1988. С. 67

11.Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 т., 1978

12.Домников С.Д. Мать-Земля и Царь-город. Россия как традиционное общество. М., 1996. С. 42

.Каган М.С. Град Петров в истории русской культуры. СПб.: Паритет, 2006. С. 14

.Каган М.С. Философия культуры. СПб.: Петрополис, 1996. С. 327-328

.Колесов В.В. Язык и ментальность. СПб.: Петербургский востоковед, 2004. 240 с.

.Краткий словарь когнитивных терминов / под общей ред. Кубряковой Е.С. М.: МГУ, 1996. С. 248

.Кубрякова Е.С. Об установках когнитивной науки и актуальных проблемах когнитивной лингвистики // Вопросы когнитивной лингвистики. 2004. № 1. С. 6-18.

.Лакербай Д.Л. Поэзия Иосифа Бродского конца 1950 - х годов: Между концептом и словом.

.Линч К. Образ города. М.: Строитель, 1982. С. 15

.Линч К. Образ времени//Образ города. М.: Строитель, 1982. С.163

.Лотман Ю.М. Город и время// Метафизика Петербурга. СПб.: Эйдос, 1993. С.87

.Маковский М.М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках: образ мира и миры образов. М., 1996. С. 126

.Маслова В.А. Введение в когнитивную лингвистику. М.: Флинта, 2004 294 с.

.Мейлах М. Иосиф Бродский в Лондоне: разговор с И. Бродским летом 1991 года // И. Бродский: стратегии чтения.

.Никитина С.Е. Концептуальный анализ в народной культуре // Логический анализ языка: Культурные концепты. М.: 1991. С. 117 - 128.

.Нобелевская лекция. / И.А. Бродский. Избранные стихотворения. М.: Панорама, 2003. С.475

.«Плыли по Венеции поэты...» Разговор И. Бродского с Е. Рейном // Бродский И. Большая книга интервью. М., 2000.

.Прохоров Ю.Е. В поисках концепта. М.: Флинта, 2008. 171 с.

.Русская литература XX века. 11 класс, ч.2 / под ред. В.П. Журавлева. М.: Просвещение, С. 360.

.Ранчин А. «Человек есть испытатель боли…»: Религиозно - философские мотивы поэзии И. Бродского и экзистенциализм // Октябрь, 1997. №1. С. 154

.Словарь русского языка под ред. С.И. Ожегова, Н.Ю. Шведовой. Изд. 16-е. М.: 1984.

.Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: Академический проект, 2001. 990 с.

.Токарев Г.В. Концепт как объект лингвокультурологии. Монография. Волгоград, 2003. 232 с.

.Тресиддер Дж. Словарь символов. М.: ФАИР-ПРЕСС, 1994. 316 с.

.Хрестоматия по философии: Учебное пособие для учащихся 10-11 классов средней школы. - М.: Олимп, 1997. С. 396-398

.Хроленко А.Т. Основы лингвокультурологии. М.: Флинта, 2008. 181 с.

Похожие работы на - Концепт 'Город' в идиостиле И.А. Бродского

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!