Образ Спартака в античной литературе и современной массовой культуре

  • Вид работы:
    Дипломная (ВКР)
  • Предмет:
    Литература
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    72,06 Кб
  • Опубликовано:
    2017-06-08
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Образ Спартака в античной литературе и современной массовой культуре














Образ Спартака в античной литературе и современной массовой культуре

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Источники и историография

.1 Источниковедческий обзор

.2 Историографический обзор

.3 Вывод

Глава 2. Личность Спартака в отражении античных авторов и современной массовой культуры

.1 Происхождение Спартака, внешний облик, характер

.2 Спартак как полководец

.3 Вывод

Глава 3. Восстание Спартака в античной литературе и современной массовой культуре

.1 Подготовка, начало, ход восстания

.2 Разгром восстания, гибель Спартака

.3 Вывод

Заключение

Библиография

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы: Восстание Спартака является одним из самых крупных восстаний рабов, которое непосредственным образом отразилось на социальном и политическом развитии Римского государства.

Общая историческая ситуация в Риме последнего века до нашей эры, способствовала развитию столь мощного волнения, как восстание италийских рабов 74-71 гг. до н.э., во главе которого стоял выдающийся военачальник и прирождённый лидер - Спартак.

На протяжении всей римской истории использование труда рабов являлось важной составляющей всей экономической системы Древнего Рима1. Римское общество конца II - первой четверти I века до н.э. отличалось стремительностью развития экономических отношений, ставшего следствием победы Рима над Карфагеном. Огромное количество рабов, оказавшихся в Риме в результате завоеваний этого периода, заняло целую нишу в социально-экономической структуре римского общества указанного периода, сформировав экономическую базу, полностью основанную и целиком зависящую от труда рабов - дешевой и не очень обременительной для хозяина рабочей силой, особенно, когда речь шла о значительных объемах работ и обслуживании крупных земельных угодий, как это была в латифундиях, крупного строительства, или для обеспечения опасных для жизни и здоровья работ - в шахтах и каменоломнях. Работорговля занимала также едва ли не главенствующее место в экономике всего Средиземноморья, как Западного, так и Восточного. О ее масштабах можно судить по свидетельству античного географа Страбона, отмечавшего, что на Делосе, где располагался крупнейший работорговый рынок, ежедневно продавалось Кузищин В.И. Нормы и степень эксплуатации труда сельскохозяйственных рабов в Италии II в. до н. э. - I в. н. э. (Проблема производительности рабского труда и её эволюции) // Кузищин В.И. Исследования в области экономической истории античности. СПб.: Алетейя, 2011. - (Античная библиотека. Исследования). С.507-514. несколько десятков тысяч человек (Страбон. География, ). В то же время создание крупных ремесленных производств неизменно требовало все больше и больше рабочих рук для обеспечения торгового оборота, и насыщения рынка. Рабы использовались в домах римлян в качестве личного штата, обслуги и даже телохранителей. Известно, что римляне не могли обойтись без рабов в повседневной жизни, а Юлий Цезарь, захваченный в плен пиратами, попросил оставить себе кубикулярия, раба, который помогает хозяину одеваться и т.п., и раба-врача.

Особое распространение с III в. получили публичные гладиаторские бои. В начале I Пунической войны сыновья умершего Децима Юния Брута Перы устроили гладиаторские бои, чтобы почтить своего отца2. Эта традиция была взята у этрусков, оказавших огромное влияние на политическую структуру, культуру и религию древних римлян. Таким образом, до конца II в. до н.э. римляне устраивали бои гладиаторов исключительно на погребальных празднествах, которые все еще, особенно в Галлии, носили печать религиозного жертвоприношения. В 206 г. до н.э. Сципион Африканский дал гладиаторские бои в Новом Карфагене на юго- восточном побережье Испании в честь своего усопшего отца и дяди, причем, как подчеркивает Ливий, сражались руг с другом и добровольцы3. Важным рубежом в развитии и изменении гладиаторских игр является год консульства П. Рутилия Руфа и Г. Манлия Максима. Тогда, в 105 г. до н.э., преподаватели из школы гладиаторов Г. Аврелия Скавра обучали своему искусству легионы Рутилия4. Эта систематическая подготовка солдат в боевом искусстве была призвана противодействовать изнеживающей греческой культуре, которая повсюду задавала тон. Тем самым гладиаторские игры, учитывая их военное значение, получили признание государства. Для упорядочения организации столь популярных гладиаторских игр, значение которых постоянно возрастало, магистраты сначала в Риме, а затем и в муниципиях и колониях издавали законоположения о таких мероприятиях.

Все эти обстоятельства породили новое противостояние в социальной структуре Римской Республики, только оправившейся от борьбы патрициев и плебеев и приобретшей относительную целостность. Теперь же, когда рабы стали стоит дешево, а их количество вполне восполняло потребности общества, римляне достаточно жестоко относились к тем, кого несчастливая судьба привела к рабскому положению, и именно это стало одной из причин восстаний рабов, стремившихся вернуть себе свободу и прежнее положение. Так во 135 г. до н.э. на Сицилии вспыхнуло I Сицилийское восстание рабов, которые сумели не только фактически захватить остров, но и провозгласить собственного царя. После разгрома этого восстания вспыхнуло II-e, и хотя римлянами удалось подавить и это выступление, стала четко вырисовываться нависшая опасность. Однако, когда восстание подняли беглые гладиаторы, обладающие навыками военного дела, казалось бы, римлянам стоило задуматься над корнем проблемы, которая раз за разом прорастала в плодородной почве, но антагонизм между свободными и несвободными лишь нарастал. Примечательно, что подчас особой жестокостью отличались вольноотпущенники, которые сами испытали на себе все ужасы рабского положения. Поэтому Спартак, возглавивший восстание, стал символом того, о чем мечтали рабы и обедневшие сельские жители - свободы. Но был ли он реально таким, или этот символ из него сделали впоследствии? Личность Спартака заставляла возвращаться к нему столетия и тысячелетия спустя, и всякий раз оценка его деятельности менялась.

В современном обществе образ Спартака не менее популярен. О нём написаны научно-популярные, художественные книги, сняты многочисленные фильмы и сериалы, поставлен балет и даже его именем назван футбольный клуб. Однако образ Спартака в них отличается от античных традиций, которые донесли до нас основную информацию.

Под массовой культурой подразумевается культура быта, развлечений и информации, преобладающая в современном обществе, которая включает в себя такие явления, как средства массовой информации (телевидение и радио), спорт, кинематограф, музыка, массовая литература, изобразительное искусство и т. д.

Цель работы: рассмотреть трансформацию представлений о личности Спартака и его восстании в современной массовой культуре

Задачи, поставленные в работе:

-рассмотреть и сравнить представления о личности Спартака в античности и в современной массовой культуре;

выявить общее и особенное в восприятии восстания Спартака в античности и современной массовой культуре;

выявить характерные черты трансформации представлений в современной массовой культуре;

Объект исследования: личность Спартака

Предмет исследования: трансформация образа Спартака в современной массовой культуре

Новизна: За последние сто с лишним лет в научной литературе и массовой культуре обращение к образу лидера восставших рабов Спартака происходило в периоды истории, которые можно назвать наиболее значимыми. По какой-то причине интереснейший период в истории Древнего Рима оказывается незаслуженно обойденный вниманием. В данной работе предпринята попытка рассмотреть эволюцию представлений о Спартаке и его восстании в современном обществе, а также определить причины и следствие этой трансформации.

ГЛАВА 1. ИСТОЧНИКИ И ИСТОРИОГРАФИЯ

.1 Источниковедческий обзор

Восстание Спартака стало ярким проявлением острых противоречий между свободным и несвободным населением, подобно тому, как раннее происходила борьба между патрициями и плебеями. Эта противостояние было завершено в 278 г., а уже после окончания Пунических войн проявилось новое, ставшая следствием окончательного оформления рабовладельческого строя в Римском государстве.

Вся информация о Спартаке, которая дошла до нас, может быть разделена на три категории:

1.непосредственно исторические источники, запечатлевшие образ Спартака и его восстание в своих записях, представляющих для нас важнейшую ценность;

2.определённые характеристики Спартака и его восстания в исторических работах исследователей нового времени (Моммзен Т., Ковалёв С.И., Лесков В.А. и др.);

3.изображения Спартака в художественной литературе, художественном фильме «Спартак» и современном сериале с таким же названием.

Несмотря на масштаб восстания, о нём и его лидере Спартаке лишь обрывочные упоминания в античной литературе. Это можно объяснить тем, что для самих римлян восстание рабов - позор, а враг, с которым они были вынуждены сражаться, не достойный.

Источниковая база событий оформилась достаточно давно и в нее входят 65 свидетельств античных и раннесредневековых авторов (произведений и отрывков), многие из которых по объективным причинам невозможно было использовать в данной работе. К нарративным источникам в 1927 г. добавилась знаменитая фреска из города Помпеи, на которой в конном строю помпеянец Феликс поражает в бедро Спартака (судя по всему, в последнем для Спартака сражении).

Больше всего пишут о Спартаке авторы I в. до н. э. - современники италийского движения рабов. Это и понятно, поскольку само восстание, едва не поставившее Рим под угрозу, оказало сильное впечатление на всё римское общество. Уже в конце этого же века римская администрация предпринимает ряд законодательных мер в попытке приостановить бесчеловечное отношение к рабам. Видимо, для напоминания о масштабности событий римские историк рубежа эр, периода ранней империи вновь обращаются к восстанию Спартака. Тем более, что угроза нового восстания уже не кажется иллюзорной: христианские общины в первые века новой эры противопоставляют себя Римской власти. Поэтому Флор, Аппиан, Веллей Патеркул, Плиний Старший, Фронтин, а также Плутарх и Тацит, творческая деятельность которых связана с концом I в. до н. э., неоднократными суждениями о Спартаке воссоздавали бурную обстановку этого времени.

Наиболее подробную информацию о восстании Спартака нам предоставляет Плутарх в одной из своих «Биографий», посвящённой Крассу. Плутарх родился в 46 г. н.э. в Беотии, получил хорошее образование и стал известен благодаря своим выступлениям в Риме. В эпоху Траяна получил звание консуляра, а при Адриане уже исполнял должность прокуратора. Плутарх написал более 200 сочинений, из которых до нас дошла едва ли половина. «Сравнительные жизнеописания» пропагандировали биографический жанр, который, по мнению Плутарха, мог дать гораздо больше чем историческое сочинение. Античный автор последовательно излагает параллельные биографии выдающихся греков и римлян, акцентирую внимание на личностных характеристиках каждого персонажа, подчёркивая значение личности в истории5. У Плутарха был доступ в архивы и библиотеки, но при этом его труд содержит не проверенные факты и почти исторические анекдоты. Для произведения Плутарха гораздо важнее моральная составляющая, которая станет уроком для потомков. Основная интересующая нас информация содержится в биографиях Красса, Помпея и Катона Младшего, в которых автор довольно ярко и детально описывает восстание Спартака: причины восстания; национальный состав рабской армии; образ Спартака; тактика боя, используемая рабами против римлян; ключевые сражения и события.

В основе своих работ он создавал и анализировал то, что другие, более оригинальные авторы и мудрецы написали до него. Его, прежде всего, интересовала сущность человека, и, чтобы зримо её представить, Плутарх довольно часто использовал юмор и сарказм в своих работах. Именно таким образом зародились красочные, эмоциональные рассказы, которые пользовались большим интересом у большой публики. В то же самое время жизнеописания Плутарха имеют большую историческую ценность, так как он неоднократно обращался к недоступным для нас на сегодня источникам.

Достаточно много информации о самом Спартаке и его восстания содержится у писавшего по-гречески римского историка Аппиан6а в его книге «Гражданские войны». Этот античный историк жил в середине II в. н.э. и его творчество приходиться на «Золотой Век» Антонинов. Биографические сведения об этом римском историке весьма скудны: известно только, что он происходил из Александрии, сделал хорошую карьеру, а затем переехал в Рим. Аппиан искренне восхищался Римом, мощью и величием империи и считал, что не один народ «никогда не достигал таких размеров и не имел такого длительного существования» (Аппиан, 8). Римский историк откровенно боялся восстаний, что, впрочем, характерно для взглядов аристократии. Труд Аппиана «Римская История» состоит из 24 книг, в основу которых был положен территориальный принцип разделения материала. Гражданским войнам посвящены XII-XVII книги. Как истинный рабовладелец, выходец из богатых кругов, он с некоторой долей пренебрежения относится к восстанию Спартака. Однако его сведения не вполне можно доверять, так как у Аппиана подчас отсутствует критическое отношение к источникам7. В словах античного историка можно увидеть, что на первых порах римляне недооценивали восстание, его размах, и относились с презрением к борьбе с какими-то рабами и крестьянами. Однако уже вскоре на борьбу со Спартаком пришлось сконцентрировать все силы Римского государства. «Спартаковская война» стала, по словам Аппиана, представляться как самая «ужасная».

Современником событий являлся Гай Саллюстий Крисп (86-35 гг. до н.э.), который оставил нам немногочисленные литературные произведения. Информация о восстании Спартака содержится в наиболее позднем его произведении «История»8, написанном около 36 г. до н.э. Материалы, которые использовал Саллюстий, предоставлялись ему многими римскими историками и политиками: Валерий из Анция, Лициний Макр, Сизенна. Саллюстий также воспользовался мемуарами Суллы и Эмилия Скавра, а из греческих источников отдавал большее предпочтение работам Полибия. Художественным образцом для Саллюстия было творчество Фукидида и Катона Старшего, образ и речь которых была наполнена архаизмами9. Проблема в том, что от этого произведения остались фрагменты в виде цитат в трудах последующих римских авторов, кроме того, Саллюстий не успел завершить это произведение при жизни. Важные подробности о восстании Спартака представлены во фрагментах из III и IV книг. Изложение Саллюстия отличает детальность и точность. Видимо, римский автор, хорошо знакомый с военным делом, использовал для своего труда устные повествования и значительный документальный материал10. Для Саллюстия характерен крайне пессимистический взгляд автора на развитие римской истории. В 96 фрагменте повествуется о начале восстания рабов под предводительством Спартака, а также о начале победоносных шествий рабской армии, вплоть до её разделения на три части (Спартак, Крикс, Эномай). Саллюстий довольно рано получил общую признательность как историка. Одним из тех, кто отметил положительно деятельность Саллюстия в историографии, был Тацит, который назвал его одним из величайших историков Римской Империи.

Весьма значительные сведения о личности Спартака и его восстании нам предоставляет Луций Анней Флор11 (ок. 70-140 н. э.), издавший свои Эпитомы римской истории обо всех войнах за семьсот лет основанных на созданном Титом Ливием (59 до н. э.-17 н. э.) известной работы под названием «История Рима от основания города». Однако в труде Флора много как хронологических, так и фактологических неточностей12. Необходимо также учитывать, что «Эпитомы» Флора написаны не по источникам, а по работам предшественников не претендующих ни на пол- ноту пересказа, ни на достоверность суждений. Последний недостаток можно отнести к достоинствам, если рассматривать идейное содержание труда как выражение стереотипных взглядов на периодизацию римской истории, обстоятельства, способствовавшие формированию Римской империи, и события, грозящие её единству. Эпитомы Римской истории - это в первую очередь, краткий очерк римской истории, основанный на обширной литера- туре, а конкретно исторических источников других известных историков и политиков (Тит Ливий, Саллюстий, Т. Помпония Аттика, М. Теренция Вар- рона, Веллея Патеркула, Сенеки Младшего, Силия Италика, Лукана).

По утверждениям Флора, Спартак изначально был «солдатом из фракийских наемников», после стал дезертиром, «из дезертира разбойником, а в дальнейшем за почитание его физической силы - гладиатором». Из этого следует, что будущий вождь восстания какое-то время находился во вспомогательных войсках римской армии. Вполне вероятно, что Спартак был очевидцем событий, произошедших на его родине в начале 85 г. до н. э.: после очередного вторжения фракийцев в Македонию, римский военачальник Сулла вторгся «в страну медов и, сильно опустошив ее», заключив с ними перемирие. На основании этого договора римский полководец имел право набора наёмников, в качестве вспомогательной силы, в римскую армию. Возможно, именно Спартак стал во главе этого отряда наёмников. Также Флор называет Спартака «великим полководцем».

Очень эмоциональные суждения о восстании рабов содержатся в трудах Марка Туллия Цицерона (106 - 43 г. до н.э.). Цицерон - известный юрист, оратор, политический деятель, для которого яркие события гражданских войн и восстания рабов были современными. Произведения Цицерона являются важнейшими источниками эпохи конца Республики13, особенно его речи, в которых столь эмоционально и презрительно выражено все отношение рабовладельцев к рабам. В своих речах «Против Верреса», « Филиппиках» и др. Цицерон выражает возмущение творившейся «позорной войной» в Республике, и он вполне ясно показывает, что победа над столь низким врагом не может быть по-настоящему великим деянием14.

Веллий Патеркул (ок. 20 г. до н.э. - после 30 г. н.э.), автор короткого исторического очерка в двух книгах, был приближённом императора Тиберия. Рассказывая о войне с Серторием, Патеркул предоставляет краткие сведения о восстании Спартака15.

Секст Юлий Фронтин (40-103 гг.) являлся крупным военным деятелем наместником в провинции Британии. Он запечатлел в своих «Стратегемах» все интересные с военной точки зрения случаи борьбы и сохранивший для нас записи «военных хитростей» древности. Фронтин также отметил и «военные хитрости» Спартака, которые он применил в своей борьбе против Римской Республики16.

Марк Корнелий Фронтон17 (110-169 гг.) был воспитателем императора Марка Аврелия, приближённым императорскому двору. В своих записях Фронтон ставит военное мастерство Спартака выше искусства всех известных ему полководцев древнего мира. Он с восхищением и уважением относится к лидеру восстания, что, видимо, отражает общую тенденцию, сформировавшейся в придворных кругах во II в. н.э.

Новый этап в античной историографии о Спартаке начинается с IV в. Проявление значительного интереса к личности Спартака являлось не случайным в обстановке внутриполитических событий Римской империи IV в., когда многочисленные разрушения, вызванные вторжениями варварских племён, политическая нестабильность центральной власти стали причинами обеднения населения и как следствие массовых народных восстаний, в частности багаудов. Поэтому не случайно авторы IV в. н. э. обращаются к такому событию как восстанию Спартака.

Римский историк и политический деятель эпохи домината Флавий Евтропий18, вполне возможно, имеет галльское происхождение. Он участвовал в походе Юлиана II в Персию, а также занимал должность консула при императоре Валентииане II. Его «Краткая история от основания Города» является компилярием, но изложение в 10-ти книгах было переведено на греческий, а в эпоху Средневековья труд Евтропия был основой для исторических работ многих известных авторов. Предоставляя сведения о Спартаке, Евтропий скорее повторяет уже известные сведения из Аппиана и Плутарха, но при этом дает примечательные характеристики лидеру восстания.

Павел Орозий (385-420 гг.) являлся выдающимся теологом, хотя о его жизни сохранилось немного документальной информации. В его произведении «История против язычников» содержатся достаточно подробные сведения о ходе восстания Спартака. У Орозия свой взгляд на характер восстания, он отмечает, что римляне поначалу лишь «просто наблюдали восстание», а не боролись с ним19. И только после первых неудач римских полководцев в столкновениях со Спартаком Риму, «перенёсшему позор восстания рабов», как говорит Флор, пришлось переосмыслить своё отношение к восстанию. Орозий несколько раз называет восстание войной и обосновывает это тем, «что, если она [война] с беглыми рабами, то это ещё не значит, что её нужно считать не значительной из-за названия…» (V.24). К тому же, по словам поздних античных авторов, она уже представлялась подобно «войне с Ганнибалом», ибо Спартак, как и Ганнибал, находился непосредственно у «ворот Рима».

Еще одним источником, дающим оценку полководческим навыкам Спартака, стратегии и тактики восставших, является трактат «Краткое изложение военного дела» Вегеция20 (Публий Флавий Вегеций Ренат), римского военного историка и теоретика, жившего в кон. IV - начале V в.

Христианский богослов Синезий Киренский, ученик знаменитой Гипатии из Александрии, стал епископом даже раньше, чем принял христианство. Несмотря на свое отрицательное отношение к гладиаторским боям, Синезий дает емкие замечания о восстании Спартака21.

Незначительную информацию предоставляют Биографии римских августов, в частности, Максимина Фракийца22, которого автор Биографии Юлии Капитолин сравнивает со Спартаком. А также упоминание у юриста Павла, сохранившегося в Дигестах Юстиниана, рабского состояния Спартака23.

Почти все авторы сходятся в едином мнении, что восстание рабов под руководством Спартака привело Рим к большой и опасной для государства «войне со Спартаком» (bellum Spartacium). Различные писатели и историки древности изображали Спартака по-разному, но были и общие моменты: масштабность освободительной войны и её значении; личность Спартака, его гуманность, благородство и героизм.

Современная массовая культура, хотя и стремится нарисовать образ героя - борца за справедливость и свободу, очень часто берет за основу исторические сюжеты и факты. Еще в 1760 г. образ Спартака был интерпретирован в одноименной трагедии французского автора Бернара- Жозефа Сорена. За период последнего столетия вышло несколько художественных книг, посвященных Спартаку, снято более 9 художественных фильмов в Италии, Франции, России (СССР) и США.

Художники не раз обращались к образу лидера восстания рабов Спартаку (напр. Николо Санезе), скульпторы реже, но известна скульптура Дени Фотийе (1830 г.), находящаяся сейчас в Лувре. В столь популярных в США комиксах можно увидеть образ восставшего против существующей системы героя, у которого достаточно быстро появляются соратники, но зачастую такой герой остается одиночкой. А в знаменитом балете Арама Хачатуряна

«Спартак» (1956 г.) - это образ настоящего лидера, ведущего к свободе, но при этом не лишенного чувств и эмоций. Для данной работы были взяты три основных, на наш взгляд, ключевых периода, чтобы отразить мировоззрение, которое воспринимало и перерабатывало исторические события и образ Спартака: рубеж XIX-XX вв., 60-е гг. XX в. и начало XXI века. Так что интерес к этому незаурядному человеку, восхищавшему еще античных историков, не затухает в современном мире.

Спартак всего лишь человек, но его образ как героя стал популяризироваться именно через массовую культуру. Первым этапом в этом направлении стал исторический роман Рафаэля Джованьоли (1838 - 1915), итальянского историка и литературного критика, среди многих романов и образов которого наибольшее признание получил именно Спартак (1874). Роман стал отражением революционных настроений мелкой буржуазии Италии 60-70-х гг. XIX в. В результате чего мы можем наблюдать по ходу знакомства с романом глубокое сочувствие к рабам и ненависть к их тиранам. Глубокие исследования социально-политических отношений, когда- либо существовавших в античном мире в силу исторической обоснованности, Р. Джованьоли занимает увлекательными романтическими непредвиденными ситуациями и схожестью: Спартак влюблён в знатную патрицианку Валерию и пользуется её благосклонностью; у Валерии и Спартака появляется дочь Постумия; в Спартака влюбляется гречанка Эвтибида, но её любовь остаётся безответной и т.д. Этими переплетающимися чувствами будто пронизано всё произведение Р. Джованьоли. Важный для того времени революционно-демократические характер совместно с занимательным романтическим содержанием обеспечило Спартаку большой и продолжительный успех в России (переведен на русский язык в 1880-1881 гг.), где в период борьбы с царским самодержавием роман часто использовался в качестве революционной агитации. Это всё портит, искажает образ Спартака.

Стоит отметить и другие недостатки, связанные с искажением исторической действительности. Несмотря на то, что Р. Джованьоли прекрасно был знаком с историческими источниками, ему не удалось избежать ряда грубых фактологических ошибок. В определённой степени эти ошибки объясняется уровнем исторической науки 70-х гг. XIX века. Таким образом, последовательность событий даны не всегда правильном хронологическом порядке. Например, битва при Гарганской горе и гибель Крикса происходят в романе после сражения у Мутины, во время похода на юг, хотя, как в реальности события происходят в обратном порядке. Довольно кратко изложена попытка Спартака переправиться в Сицилию путём видения переговоров с сицилийскими пиратами. Кратко раскрыто то, как римляне пытались заблокировать рабов на Бруттийском полуострове, тем самым перекрыв им все пути отступления. Кроме того, Р. Джованьоли сильно преувеличивает количество рабов в Риме («в Риме было не менее двух миллионов рабов»). Но в действительности общая численность населения Рима не превышало один миллион человек даже во времена активного строительства городов в начале империи.

К главным достоинствам этого романа можно отнести: политическую эмоциональность, его демократичность, революционное вдохновение, гуманность присущая её главному герою - Спартаку. Р. Джованьоли Спартака изображает как истинного вождя, упорного и храброго, с определённым сознанием и широким кругозором: «Спартаку исполнилось тридцать лет, и все те выдающиеся качества, о которых мы говорили, сочетались в нем с образованностью, редкой для его общественного положения, с возвышенным образом мыслей, благородством и величием души, блестящие доказательства которых он давал не раз»24. «Его атлетическая фигура, поразительная сила крепких мышц, совершенная гармония всех линий тела, несокрушимая, непреодолимая храбрость, несомненно, должны были выдвинуть этого человека, особенно в ту эпоху, когда физическая сила и твердость характера являлись главным условием успеха в жизни»25. В романе Р. Джованьоли очень много собственных представлений автора о Спартаке, видимо, навеянных сведениями, дошедшими до нас ещё с античности. Интересно, что в 1926 г. по книге в СССР был снят художественный фильм, а все это, вероятно, вызвало интерес научных кругов к этому периоду античной истории. Кроме того, к образу Спартака обращались отечественные писали, например, В.Ян в своей дилогии «Спартак», В. Поротников и А. Валентинов.

Одним из таких примеров может служить уже ставший классикой кинематографа фильм Стенли Кубрика «Спартак» (1960), в котором образ лидера восстания воплотил Кирк Дуглас. Сюжет фильма повествует нам о восстании под командованием Спартака, бросившем вызов власти Рима в лице римского консула Марка Лициния Красса. В фильме показан образ упадка нравов в Римском государстве, которое погрязло в роскоши, разнузданности и разврате, власть которой держится на основе невольного рабского труда. Создатели фильма изначально придерживались сходства с античными источниками, но более всего они стремились создать самостоятельное историю, со своей концовкой и выводами. Основные события кинокартины совпадают с содержанием исторических источников Плутарха и Аппиана: начало восстания рабов в гладиаторской школе Лентула Батиата; восстание охватило по своим масштабам большую часть страны; мятежникам удалось одержать ряд больших побед над организованной римской армией; Спартак вёл переговоры с пиратами о возможности покинуть страну путём предоставления им кораблей для переправы на остров Сицилию; сенатом было поручено именно Марку Лицинию Крассу подавить восстание повстанцев, который стал во главе шести легионов и установил в них жесткую дисциплину; повстанцы оказались заблокированы в провинции Апулия и отрезаны от продовольственных путей; рабы потерпели неудачу в решающей битве и восстание было беспощадно сломлено. По показаниям Аппиана, 6000 рабов были распяты вдоль Аппиевой дороги простирающийся от самой Капуи до Рима.

Именно все вышеперечисленные исторические «детали» режиссёр смог успешно и правдоподобно воплотить в своей кинокартине, благодаря дошедшим до нас исторических источников Плутарха и Аппиана: была прекрасно передана атмосфера жизни в Римской Империи, прекрасно была раскрыта личность Спартака и само восстание рабов. Благодаря этой «картине» у каждого из нас можется сформироваться правильный образ Спартака и сложится точное представление о восстании Спартака - благородство, мужество, сила духа, хорошая физическая форма, полководческий и стратегический талант главного героя.

Отражением современных воззрений стал многосерийный исторический сериал «Спартак» (2010-2013 гг. Режиссёры: Джесси Уарн; Майкл Херст; Рик Джейкобсон), первый сезон которого «Спартак: Кровь и песок» и добавочный мини-сериал «Боги арены» рассказывают о судьбе лидеров восстания - Спартака, Крикса и Эномая, и их путь к славе на римских аренах. Авторы сериала решили взять версию о том, что Спартак, родом из Фракии, сражался против римлян, попал в плен, а затем стал гладиатором в Капуанской школе гладиаторов Лентула Батиата. При этом на Спартака ложится ответственность за его слепую ненависть к римлянам, ставшую причиной гибели родителей. Практически идентичная судьба и у его соратников по восстанию, ставшими единомышленниками и помогавшими претворить в жизнь не покидавшие их мечты о свободе и новой борьбе против ненавистных римлян.

Второй сезон «Спартак: месть» раскрывает суть заговора, составленного гладиаторами, а также показывает начало восстания, которое, по мнению авторов сериала, едва ли не сразу было подавлено, так что долгое время мятежники вынуждены были скрываться в канализации города Капуи, едва имея возможность добыть еду и оружие. Из источников нам известно, что восставшие покинули Капую, но подробности были переосмыслены нашими современниками, что в итоге стало демонстрацией несобранности и неподготовленности восставших. Любопытна роль Юлия Цезаря в разгроме восстания Спартака и даже его личное знакомство с лидером восставших, что перекликается с похожей идеей Рафаэля Джованьоли, в романе которого также происходит встреча Спартака и Цезаря, будто желая обозначить значение этих двух личностей, почти гибельное, для истории Римской Республики в целом.


1.2 Историографический обзор

Восстание Спартака, казалось бы, изучено и отражено в исторической научной литературе, но исследование этого периода истории Древнего Рима всегда сопряжено с событиями современной истории, что находит отражение в том, в каком аспекте рассматривается восстание рабов против Римской Республики.

Пик интереса к восстанию «угнетенных» рабов падает на период существования СССР, когда борьба рабов и беднейшего населения стала ярким примером отражения антагонизма, существовавшего в римском обществе. Взгляд советских историков на указанные события опирается на марксистскую идеологию, поэтому восстание Спартака рассматривается с точки зрения «революции рабов». Наиболее противоречивым в этих размышлениях оказалось то, что они находились в явном разногласии с рассуждениями классиков марксизма-ленинизма относительно роли рабов. Нам известно свидетельство К. Маркса о том, что классовая борьба в Риме происходила внутри привилегированного меньшинства, а рабы были лишь «пассивным пьедесталом» этой борьбы26. Также той же самой точки зрения придерживался В.И. Ленин в работе «О государстве»27.

Поэтому и получается, что вопросы, связанные с восстанием Спартака, чаще всего рассматриваются с точки зрения двух тенденций: борьба рабов против господствующего класса и усиления антагонизма в римском обществе. На фоне этого личность Спартака подчас рассматривалась именно как лидера этой борьбы.

Одним из первых значительных научных исследований, касающихся личности и восстания Спартака, стала научно-популярная работа А.В. Мишулина28, видного советского ученого, исследователя античности, который в традициях марксизма рассмотрел вопросы, связанные с попытками

«освободительной войны» рабов, в том числе и восстании рабов под предводительством Спартака, потрясшего все Римское государство. Заслугой А.В. Мишулина является то, что он потратил немало своих сил и времени, знаний в изучении восстания Спартака, так что издание 1936 г. является едва ли не единственным крупным исследованием этого вопроса. А.В. Мишулин в своей работе впервые затронул многие важные вопросы, связанные с оцениванием исторической ценности важнейшего революционного движения древности. Без сомнения, достоинством работы А. В. Мишулина можно назвать подробное и аргументированное доказательство идеи о том, что восстание Спартака было событием не случайным, а допустимым; событием, изобразившим переломный момент в рабовладельческой системе и породивший причины, породившие этот переломный период. Именно поэтому А.В. Мишулин, прежде чем повествовать нам о восстании рабов под предводительством Спартака, представляет общую характеристику римского рабовладельческого общества, «мира рабства и насилия».

Преимущественно неоспоримо выглядит закономерность величайшего революционного порыва, произошедшего в 70-х годах 1 в. до н. э. на территории Италии, когда автор характеризует в хронологическом порядке все социальные движения эпохи, предшествовавших великой «рабской войне». Под этим подразумевается такие события как: а) двойное восстание рабов· в Сицилии во второй половине II в. до н. э., а также целый ряд мелких мятежей сговоров рабов в самой Италии; б) народно-освободительное движение в порабощённых Римом странах: восстание Аристоника в Пергамском царстве, восстание рабов в Боспорском царстве; в) свободное сельскохозяйственное движение в самом Риме, известное под именем её предводителей - Гракхов; г) народно-освободительная борьба италиков против Рима, закончившаяся равенством италиков в правах с римскими гражданами и известная под названием «союзнической войны». Обсуждение восстания Спартака в обстановке всех этих событий свидетельствует нам о том, что причины великой «рабской - войны» состояли отнюдь не в случайных и стихийных явлениях внешнего порядка, вроде жестокого обращения с рабами их господ, что истинные причины восстаний рабов заключались в финансовой основе римского рабовладельческого общества. Таким образом, спартаковское восстание нельзя назвать стихийным, бесцельным и исторически обречённым движением. Восстание Спартака, прежде всего, представляло собой осознанное, революционное выступление притеснённой группы.

Исключительный интерес представляет глава книги, названная «Борьбой спартаковцев после гибели своего вождя». Здесь А. В. Мишулину удалось достаточно обосновано показать, что борьба с остатками революционной армии Спартака носило затяжной характер даже после трагической смерти своего вождя. В этом разделе автор, на основании разбора выступления Цицерона против бывшего посадника Сицилии Верреса, находит взаимосвязь спартаковцев с сицилийскими рабами, а в дальнейшем определяет существование связь между оставшимися подразделениями спартаковской армии и пиратами на юге Италии. Всё это указывает на то, насколько основательный характер имела движущая сила, породившее восстание Спартака. А.В. Мишулин аргументированно продемонстрировал, насколько высшему классу Рима пришлось затратить немало времени и сил для того, чтобы окончательно сломить восстание и устранить последние очаги сопротивления на территории Римского государства.

А. В. Мишулин в своей работе рассматривает свою точку зрения насчёт причин разногласий в армии Спартака, целей и мотивов её деятельности. Сперва наперво он исследует устройство армии рабов и приходит к общему выводу о разношёрстности общественного состава мятежников. К армии рабов также присоединялись разорившиеся земледельцы и крестьяне. Активное участие свободного крестьянства в повстанческой армии Спартака и наложило, по мнению А. В. Мишулина, изменило характер и мотивы движения, в целом, и было истинной причиной начавшихся в армии конфликтов. Потребности тех и других не совпадали: рабы стремились к восстановлению свободы, а вследствие чего к побегу из Италии; крестьяне же были заинтересованы в возвращении отобранной у них земельной собственности и, в связи с чем, совсем не желали покидать границы Италии.

Таким образом, по мнению А. В. Мишулина, виновником провала спартаковского восстания явилось то положение, что рабы занимали ведущую место в восстании, не смогли увести за собой свободное крестьянство, а крестьяне ещё не понимали, что решение «крестьянского вопроса» мятежа неотделимо связано с устранением рабовладельческой системы хозяйства в целом. По мнению А. В. Мишулина, главная задача восстания состояла в следующем: избавление от угнетения, а, вследствие этого, ликвидация рабовладельческой системы. «Несмотря на своё поражение, она так подорвала рабовладельческий режим, что вызвала глубокие изменения в политическом строе республики, предопределив тем самым её близкое и окончательное падение». Впоследствии этого А. В. Мишулин устанавливает взаимосвязь спартаковское восстание с переходом высшего класса Рима (республики) к сложению военной диктатуры: «В борьбе с революцией рабов рабовладельческий класс приходит теперь к новой форме своей власти».

Характерно, что с постепенным разрушением СССР, исчезал интерес к восстанию Спартака, все меньше историков обращались к этой теме, которая в свете веяний времени получала иное толкование. Так в 1985 г. украинский антиковед Я.Ю. Заборовский предложил иное толкование сущности восстания рабов под руководством Спартака. Он доказывает, что восстание Спартака не было «рабской революцией» (у самих римских авторов война со Спартаком названа «гладиаторской» с ещё более уничижительным оттенком

Анней Флор), а являло собой «последние отголоски Союзнической войны» (для древней Италии - гражданской, по сути). Таким образом, гражданская война, то затухая, то вновь обретая силы, длилась гораздо дольше общепринятого в исторической науке, а рабы должны быть признаны «гражданским» населением. Впрочем, в период распада СССР такой взгляд на события античной истории вполне соответствовал реалиям времени.

В дальнейшем, С. И. Ковалев обращает наше внимание на то, что длительность периода, на который растянулась революция рабов, выражается совместным характером рабовладельческого общества и самой революции.

Обозначенные два этапа «революции рабов» расходятся между собою. Во время первого этапа еще не было достигнуто объединение рабов и свободной бедноты, тогда как во время второго этапа сложился «единый фронт» революционных сил римского общества - некий блок рабов, колонов и «варваров». Попутно с этим С. И. Ковалев отмечает три линии общественных разногласий: между рабами и рабовладельцами, внутри группы рабовладельцев и между гражданами и не гражданами. Три линии противоречий совпадают, по его мнению, с тремя линиями развития революции.29

Стоит также отметить научно-популярный труд Карышковского Петра Осиповича (1921-1988 гг.; советский историк; нумизмат; исследователь греческой и латинской эпиграфики Северного Причерноморья; византинист, учёный-энциклопедист; доктор исторических наук; профессор, с 1963 года; заведующий кафедрой истории древнего мира и средних веков Одесского университета до последних дней своей жизни) Восстание Спартака30. Его работа состоит из введения, двух разделов и заключения. В книге представлено описание исторических событий, в хронологическом порядке, связанных с крупнейшим восстанием рабов в истории Римской Империи. Кроме всего прочего в произведение автора показано множество изображений, связанных с образом жизни римского общества, а в частности жизнью рабов-гладиаторов: Римский форум, Рельефы сенаторов, статуэтки древности, римские орудия из Помпеи, мозаики по тематике рабовладельческой культуры, росписи на тему гладиаторских боев, римские монеты и шлемы, амфитеатр на фоне Везувия, гладиаторская школа, римские метательные машины, статуя умирающего галла, фигура легионного орла, скульптура Фуатье, настенные росписи с образами Спартака и мн.др.

В поисках выхода из сложившейся непростой ситуации была предпринята попытка обобщить обе точки зрения. Таким образом формируется идея двухэтапной революции, которую наиболее полно развивал в свое время С. И. Ковалев.

«Мы можем установить, - писал он, - две фазы революции рабов. Первая - это гражданские войны II-I вв. до н. э. Они падают на столетие между 136 и 36 гг. до н. э. В 136 г. началось первое сицилийское восстание рабов, а в 36 г. было разрушено государство рабов и пиратов Секста Помпея. Борьба Октавиана и Антония, закончившаяся в 30 г. гибелью этого последнего, была только несущественным заключительным эпизодом. После этого наступает период относительной стабилизации, так как рабовладельцам удалось разгромить революцию.

Но так как процессы экономического распада рабовладельческого общества и обострения всех его социальных противоречий продолжались, то с конца II в. н. э. начинается новый взрыв революции. Она продолжается до самого V в., прерываясь короткими периодами весьма относительной стабилизации; такие периоды делаются все короче и короче, и, в конце концов, римское общество гибнет под совместными ударами революции и «варварского» завоевания, которое являлось только обратной стороной революции»31.

В дальнейшем, С. И. Ковалев обращает наше внимание на то, что длительность периода, на который растянулась революция рабов, выражается совместным характером рабовладельческого общества и самой революции.

Обозначенные два этапа «революции рабов» расходятся между собою. Во время первого этапа еще не было достигнуто объединение рабов и свободной бедноты, тогда как во время второго этапа сложился «единый фронт» революционных сил римского общества - некий блок рабов, колонов и «варваров». Попутно с этим С. И. Ковалев отмечает три линии общественных разногласий: между рабами и рабовладельцами, внутри группы рабовладельцев и между гражданами и не гражданами. Три линии противоречий совпадают, по его мнению, с тремя линиями развития революции32.

В будущем С. И. Ковалев изменил свою точку зрения относительно идеи двухэтапной революции. В последующих своих трудах он уже убеждает нас в том, что гражданские войны в Риме во II-I вв. до н. э. не могут являться революциями, т.к. в понимании самого термина входит ряд характерных особенностей: вооруженное восстание, захват политической власти, смена способа производства. Кроме всего прочего, революция, как уверяет нас С. И. Ковалев, не может произойти в том случае, если социальный строй, против которого она направлена, подвергается периоду роста и расцвета.

В результате отсутствия последней характерной особенности все оживления II-I вв. до н. э. не могут считаться революцией. Под этим подразумевалось революционные выступления - восстания рабов и движения италиков (народы, населявшие Апеннинский полуостров и прилегающие острова: Корсику, Сардинию, Сицилию до образования Римского государства), которые просто на просто не могли перерасти в настоящую революцию. Подобного рода переходы происходили лишь в эпоху поздней империи, когда и произошёл мятеж рабов и колонов, который совместно с варварским завоеванием положила конец древнему обществу33.

В 1955 г. немецкий антиковед К. Циглер предположил случай falsa lectio в тексте биографии Красса у Плутарха и теперь фракиец Спартак получался уже не номад родом, а конкретно из племени медов. Идея получила широкое признание - в результате на крайнем юго-западе Болгарии в 1965 г. в городке Сандански появился памятник фракийскому вождю.

Болгарский ученый В. Иванов в сохраненной канонической версии развития и трактовки событий акцентировал на массовом участии италийской бедноты в этой «гладиаторской войне». Плутарх, кстати, указал на активнейшую поддержку бежавших из Капуи гладиаторов именно горными пастухами и их существенную роль в ходе сражений».

Стоит также обратить внимание на научно-исследовательскую статью С.М. Крыкина34. Автор внёс значительный вклад в исследовании личности Спартака и его восстания, путём изучения и анализирования существующих версий и гипотез по этому вопросу. В самом конце Сергей Михайлович приходит к собственному выводу и заключению по интересующей нас с Вами теме.

Отечественный исследователь В. В. Халдеев в своей работе отметил мастерское использование Спартаком в Апеннинах конных войск при отличном знании местности, а также использовании информаторов35. Отсюда встает вопрос о догладиаторском прошлом Спартака. В гладиаторах можно было оказаться и проштрафившимся римским военным - источники намекают на именно такой вариант для фракийского воина, явно знатного, образованного … человека. С конца II в. до н.э. можно отметить случаи использования армией Рима фракийских конных отрядов, начиная с наемных турм и заканчивая союзными формированиями до 3 тыс. бойцов.

Одной из последних по времени научных работ, посвященной изучаемой нами темы является В.А. Горончаровский (заведующий отделом истории античной культуры ИИМК РАН, доктор исторических наук) Спартаковская война: восставшие рабы против римских легионов36. Эта книга представляет, прежде всего, в полном объёме расследование событий, связанных с всколыхнувшим всю Италию в 73-71 гг. до н.э. восстанием под предводительством Спартака. На основании большого количества источников автор досконально исследует информацию литературных обычаев о мятеже с позиции военно-политической обстановки того времени. Им анализируются материалы, сопряжённый с организационной структурой, вооружением, стратегией и тактикой армии Спартака, а также те новшества, которые он внес в усвоенное им римское ратное искусство. В отдельных случаях нам предоставляется возможная реконструкция хода сражений и критическая оценка сил противоборствующих сторон. Работа В.А. Горончаровского, в первую очередь, адресована большому кругу читателей, интересующихся историей и военным искусством античного мира.

Научная статья В.О. Никишина затрагивает вопрос о дискуссионных моментах в биографии Спартака, пытаясь выявить реальные факты происхождения лидера восстания и скрытые ранее эпизоды его биографии37.

Труд биографического жанра, вышедший в известной серии «Жизнь замечательных людей (ЖЗЛ)» «Спартак» историка и писателя Валентина Лескова38 вносит уже популяризацию образа Спартака. Именно эту цель изначально поставил перед собой автор, и прекрасно справился с поставленной задачей. Для данной работы труд В. Лескова имеет двоякое значение: с одной стороны, это часть использованной историографии для освещения некоторых «белых пятен» в биографии и восстании Спартака, а с другой стороны, это источник, который является этапом в эволюции образа Спартака.

К достоинствам произведения В. Лескова можно отнести то, что автор ранее досконально и со всей серьёзностью изучил большую часть античных источников, которые повествовали о личности Спартака и о его восстании: мы можем встретить сноски на Плутарха, Аппиана, Флора и многих других историков античности.

В первых главах автор (2 и 4 главы) довольно подробно описывает римское общество I в. до н.э. В. Лесков показывает нам ту обстановку, которая сформировалась накануне восстания Спартака. Мы узнаем об общественном устройстве Римской республики, о положении рабов и ценах на них, о хозяйстве, быте, развлечениях древних римлян. Также автор, не опускает тему государственного управления в Риме (гл.10), где мы можем подчерпнуть интересующую нас информацию о деятельности римских магистратов - консулов, преторов, квесторов, трибунов, эдилов, о роли сената и народных собраний в политической системе древнего Рима. Кроме того, можно найти подробные описания знаменитых личностей, которые имели какую-либо причастность к восстанию Спартака или просто людей, относящихся к этой эпохе - Красса, Лукулла, Помпея, Сертория, Цицерона и других интересных исторических персон.

При всём этом в произведении В. Лескова также встречаются недостатки - исторические погрешности и неточности. Например, автор повествует нам о плане переправы отрядов восставших на Сицилию в количестве 2 тысяч человек. На самом деле, как сообщают нам исторические источники античных историков - Плутарха, Ливия, Саллюстия, Аппиана и Флора, только лишь малая часть воинов Спартака участвовала в планах переправы на Сицилию, где должно было развернуться новое продолжение восстания II в. до н.э.

В современном мире интерес к восстанию рабов под руководством Спартака с научной точки зрения почему-то пропал. Посчитав раз и навсегда исследованной проблему, отечественные историки практически не интересуются этим событием эпохи Поздней Республики, затрагивая его только в аспекте кризиса республиканской формы правления.

1.3 Вывод

Таким образом, источниковая база при тщательном изучении и научном подходе с новыми переводами смогла бы стать фундаментом для основательного научного исследования по теме восстания Спартака. В нашем распоряжении оказался не весь комплекс источников по объективным причинам, однако наиболее достоверные и информативные из них, предоставляющие разные по времени мнения и взгляды, некоторые из которых успели эволюционировать вместе с политической системой самого Древнего Рима, который после крушения республиканского строя перешел к новому государственному устройстве в виде принципата. Изменение в мировоззрении римлян сказалось на отношении к восстанию Спартака и самому лидеру. И вполне становится допустимым сравнение гладиатора и его личностных и полководческих качеств с императором Траяном или Максимином Фракийцем, и здесь даже происхождение становится яркой особенностью конкретного человека.

При сложности работе с историческими источниками, еще труднее сопоставлять отдельные детали образа в современной массовой культуре. Именно поэтому, чтобы сконцентрировать внимание на наиболее важных факторах, в качестве источников современной массовой культуры были взяты самые значимые из ее проявлений, созданные в особые для человечества периоды.

В такой же степени эволюцию образа Спартака отражает и научная историография, которая создавалась под влиянием различных научных школ в разные периоды, испытывая подчас влияние определенного мировоззрения и идеологии. Таким образом, мы можем наблюдать изменение точек зрения и взглядов на личность Спартака, его биографию, сущность и ход восстания, и многое другое.

ГЛАВА 2. ЛИЧНОСТЬ СПАРТАКА В ОТРАЖЕНИИ АНТИЧНЫХ АВТОРОВ И СОВРЕМЕННО МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ

2.1 Происхождение Спартака, внешний облик, характер

спартак античный литература культура

О жизни Спартака известно очень мало. Источники предоставляют нам достаточно скудную информацию, что, видимо, было связано с отношением самих римлян к восстанию и его лидеру.

Согласно сведению Аппиана, Спартак был родом из Фракии (Гражданские войны I.116). Эти сведения повторяют и поздний автор Павел Орозий (V. 23-24). Фракия располагалась на территории современной Болгарии на севере Балканского полуострова39. Фракийское государство располагалось в среднем течении р. Стримон (совр. Струма) недалеко от западного предгорья Родопских гор. С южной стороны её защищали горные ущелья, за которыми простиралась прекрасная равнина шириной до 80 км, известная своим обилием урожая.

В 1955 г. немецкий антиковед К. Циглер предположил случай falsa lectio в тексте биографии Красса у Плутарха и теперь фракиец Спартак получался уже не номад родом, а конкретно из племени медов. Идея получила широкое признание - в результате на крайнем юго-западе Болгарии в 1965 г. в городке Сандански появился памятник фракийскому вождю. Это еще одно проявление эволюции образа, ставшего олицетворением борьбы за свободу в современных условиях тех тенденций национального самоопределения и поисках национальной самоидентичности, которые наблюдаются во многих странах Европы.

Фракийцы - племена индоевропейского происхождения (одрисы, меды, бизалты, сапеи, асты, трибаллы и др.), которые обитали на территории восточных Балкан и примыкающих к ним территориях40. Фракийские объединения в дальнейшем повлиял на формирование румынского, болгарского и молдаванского народов. Так Геродот дает описание снаряжению фракийцев, воевавших с персами: «Во время похода на фракийских головах были лисьи шапки. Тело было облачено в хитон, сверху покрытое пестрыми бурнусами. Ноги и колени были обмотаны в оленьи шкуры. Их вооружение в основном составляли пращи, дротики и мелкие кинжалы Волосы на голове предпочитали собирать к макушке, отпускали усы и густую бороду». (Геродот История.VII.75) Фракийцы были одни из самых многочисленных народов, на время своего расцвета в V в. до н.э. Главная проблема состояла в том, что многочисленные племена фракийцев вели бесконечные войны, которые сопровождались постоянными разногласиями между собой, чаще всего конфликты происходили на почве преследования своих собственных целей и интересов, перед лицом общего врага. Однако, фракийцам удалось на недолгое время мобилизоваться и создать ряд временных государственных объединений. К ним относились: Дакия (Румыния); Фракия (европейская Турция и Болгария); Мизия (северо- западная Анатолия); Вифиния (северо-восточная часть Румынии и территория современной Молдавии). Сформировавшееся в середине V в. до н.э. Одрисское государство, являлось одним из самых крупных, могущественных и богатых стран в Европе античного времени, но спустя столетия Одрисское государство под натиском кельтских племён распалось на небольшие части. Уцелевшие фракийские племена, после распада своего государства, в результате греческой ассимиляции, после римской унаследовали как греческую, так и римскую культуру. В дальнейшем большая часть фракийских граждан приняло римское гражданство и окончательно присоединилось к местному населению41.

Большая часть источников, в которых идёт речь о такой гениальной исторической личности как о Спартаке, говорится о том, что он имел происхождение из племени медов. Меды представляли из себя большое и сильное племенное объединение, которое унаследовало многие черты как греческой, так и римской культуры. Своё легендарное происхождение они возводят к древнегреческой мифологии. Согласно которому, легендарная Медея (в древнегреческой мифологии колхидская царевна, волшебница и возлюбленная аргонавта Ясона) является основательницей их племени. Ее сын от афинского царя Эгея - Мед был по легенде являлся первым правителем медов.

Наиболее точное происхождение племени медов, встречается в записях Страбона в числе «народностей, чрезвычайно склонных к разбойничеству». Из-за своего пылкого темперамента и воинственного характера меды неоднократно совершали военные походы на близлежащие страны, в результате чего ещё с IV в. до н. э. между Фракией и Македонией обострились отношения, а в дальнейшем и с Римской империей42 (нынешняя территория Болгарии) из племени медов. В качестве точного места его рождения принято называть город Сандански в Родопских горах, граничившего с Югославией. В I веке до н. э. там размещалась столица племени, город Медон.

У Плутарха не было точных сведений о происхождении Спартака. Он предполагал, что Спартак происходит из племени номадов-кочевников, но при этом, скорее, имел облик эллина (Плутарх. Красс, 8). Доказательство о не фракийском происхождении можно встретить в утверждении о том, что жена Спартака, его соплеменница, была одержима «дионисовым вдохновением» (Плутарх. Красс, 8).

Современная историография не столь категорична в своих взглядах на происхождение лидера восстания, как это было в советский период, когда фракийская родина Спартака не вызывала сомнений. Существует версия, что именование Спартака фракийцем относится к тому типу гладиатора, которого он представлял на арене. Гладиатор-фракиец выглядел следующим образом - был облачён в доспехи, значительно отличавшимися от доспехов других гладиаторов: они носили набедренную повязку, пояс, доспех для предплечья, большой шлем, защищающий всю голову и украшенный стилизованным грифоном (мифическим существом - наполовину львом, наполовину орлом) на лбу или на передней части гребня (грифон был символом богини возмездия Немезиды), небольшой круглый или приплюснутый щит и два большие поножи. Их основным оружием был небольшой фракийский кривой меч - сика, который представлял из себя опасное оружие, так как позволял неожиданно поражать слабо защищенные обратные части рук и ног соперника.43

Существует мнение, о том, что Спартак был родом из царской семьи Спартокидов44. Наиболее интересное рассуждение о Спартаке высказывает К. Маркс (в одном из его писем к Ф. Энгельсу): «Великий генерал…, благород- ный характер, истинный представитель античного пролетариата».45

На эту истину указывает наличие у него самой заметной притягательности к властолюбию, присущей людям, которые привыкли находиться у вершины власти. Помимо этого, уверенность, с какой Спартак управлял своей огромной армией также свидетельствует о его принадлежности к знатному роду.

Ещё Плутарх (ок. 45-127 н. э.), повествуя о том времени, когда Спартак был продан в рабство, указывал на то, что он не только выделялся своей отвагой и физической силой46, но по уму и мягкости характера больше походил на эллина и человека более высокого положения, чем то, в котором оказался (Плутарх. Красс 8). На его изначально благородное общественное положение свидетельствовало его имя, которое звучало по-фракийски как Спарадок, наиболее всего известное в среде фракийской знати.47 Вдобавок ко всему, немецкий историк Теодор Моммзен выдвинул гипотезу, о том, что Спартак происходил из царского рода Спартокидов, власть которых в V- II вв. до н. э. простиралась на обширные земли по берегам Керченского пролива, входившие в состав Боспорского государства48.

Неполные сведения о начале жизни Спартака нам предоставляет Луций Анней Флор, издавший свои Эпитомы римской истории обо всех войнах за семьсот лет основанных на созданном Титом Ливием (59 до н. э.-17 н. э.) известной работы под названием «История Рима от основания города». По утверждениям Флора, Спартак изначально был «солдатом из фракийских наемников», после стал дезертиром, «из дезертира разбойником, а в дальнейшем за почитание его физической силы - гладиатором». Из этого следует, что будущий вождь восстания какое-то время находился во вспомогательных войсках римской армии. Вполне вероятно, что Спартак был очевидцем событий, произошедших на его родине в начале 85 г. до н. э.: после очередного вторжения фракийцев в Македонию, римский военачальник Сулла вторгся «в страну медов и, сильно опустошив ее», заключив с ними перемирие. На основании этого договора римский полководец имел право набора наёмников, в качестве вспомогательной силы, в римскую армию. В первую очередь это касалось юношей призывного возраста от 18 до 21 года. Группа наёмников, вошедшая в состав римской армии в качестве дополнительного подкрепления, возглавлялась племенным вождём или их родственниками. Возможно именно Спартак стал во главе этого отряда наёмников.

Таким образом, Спартак имел возможность получить представление об её организации, тактики ведения боя, сильных и слабых сторонах римской армии, что в дальнейшем ему очень сильно пригодилось. После нескольких лет службы Спартак дезертирует и возвращается во Фракию, где в это время возобновилась война против римлян.

Существует предположение, что помимо римской Спартак также побывал в армии царя Митридата VI Понтийского (120-63 гг. до н.э.; Пантикапей - располагался у подножья горы Митридат в Керчи), одного из самых влиятельных врагов Римской Республики, что вполне объяснимо так как фракийцы, на момент третьей Митридатовой войны (74-63 гг. до н.э.), являлись союзниками «Царя Понта».

Кроме того, В.О. Никишин утверждает, что можно с уверенностью говорить о том факте, что Спартак, прежде чем стать гладиатором, был трижды продан49.

Таким образом, информации о жизни Спартака до начала мятежа сохранилось чрезвычайно мало, и они не отличаются единообразием предоставляемых сведений.

Впечатление, произведённое героической борьбой за свободу и справедливость, и сам образ Спартака настолько был сильным и живым, что надолго ещё сохранялся в памяти последующих поколений.

Для рабов имя Спартака было символом восстания; для рабовладельцев оно представляло страшную угрозу, заставлявшую их трепетать за свои судьбы.

Особого внимания заслуживает оценка римскими историками и писателями личности Спартака и его индивидуальных качеств. Плутарх утверждает, что будущий вождь восстания рос не в роскоши, а на полях и в горах той Фракии, которую Рим своими разорительными походами предавал огню и мечу, поэтому обладал выдающийся отвагой и физической силой, а также по своему уму и душевной доброте «стоял выше своего положения и судьбы» (Плутарх. Красс.8).

Все античные историки и писатели отмечают необычайное благородство и героизм Спартака, проявленные им в борьбе с римскими войсками. Недаром восстание Спартака в источниках именуется войной, хотя римляне и говорили о недостойности такого врага, принадлежавшего «людям второго сорта» (Флор Война Спартака VII). В дальнейшем личностные характеристики и военный дар Спартака позволили Марку Корнелию Фронтону сравнить с ним императора Траяна (Фронтон Основы истории)50

Благородство Спартака как одну из самых главных его характерных черт отмечает и Саллюстий (Саллюстий Война Спартака VII.98), приводя примеры того, как Спартак боролся с бесчинством недисциплинированной части рабов по отношению к населению. Это же отмечает и Плиний Старший (Плиний Старший Естественная история кн.31 XIV.49.), отмечая в характерных чертах вождя рабов его крайнее бескорыстие и честность, выражавшейся в запрете употребления в его лагере золота и серебра, на что указывает одновременно и Аппиан (Аппиан. Гражданские войны. Книга I. 116.; Аппиан. Гражданские войны. Книга I. 117), дополнивший, что добыча делилась среди рабов на строго равных началах.

В современной массовой культуре образ Спартака, безусловно, претерпел ряд изменений. Это связано, прежде всего, с особенностями мировоззрения нашей цивилизации. Среди потока информации, компьютеров и различных игр мы всё же пытаемся найти образ идеального героя, обладающего благородством и особыми личностными качествами. Не стал исключением Спартак.

Так в историческом романе Рафаэля Джованьоли «Спартак» лидер восстания обрёл более реальные для нас черты. Автор, придерживаясь устоявшегося мнения о фракийском происхождении Спартака, описывает его следующим образом: «Его атлетическая фигура, поразительная сила крепких мышц, совершенная гармония всех линий тела, несокрушимая, непреодолимая храбрость, несомненно, должны были выдвинуть этого человека, особенно в ту эпоху, когда физическая сила и твердость характера являлись главным условием успеха в жизни51

Фактически это описание лишь даёт более образную картину внешности Спартака на основании сведений античных авторов. При этом Р. Джованьоли приносит и свой взгляд на образ Спартака в целом: «Длинные белокурые волосы и густая борода обрамляли его красивое мужественное лицо с правильными чертами, озаренное светом голубых глаз, полных жизни, чувства, огня; они придавали его лицу, когда он был спокоен, выражение какой-то печальной доброты…. Красс любовался величавой осанкой, ловкостью движений и совершенной красотой геркулесового сложения Спартака, благородством его высокого лба, красотой глаз, в которых светились честность и прямота, как и во всех чертах его прекрасного лица»52.

Нам ничего не известно об особенностях подготовки или образования Спартака. Однако, автор исторического романа уверен, что «все те выдающиеся качества, о которых мы говорили, сочетались в нем с образованностью, редкой для его общественного положения, с возвышенным образом мыслей, благородством и величием души, блестящие доказательства которых он давал не раз»53.

В книге упоминается, что Спартак умел читать и писать, на что указывает его образованность и грамотность.

Одной из самой удачных и успешных постановок, о личности Спартака и восстании рабов, в кинематографе является художественный фильм Спартак режиссёра Стэнли Кубрика (1960 г.). Роль лидера восстания исполнил Кирк Дуглас, ставший визуализацией образа Спартака, согласно которой восставший гладиатор - среднего роста, крепкого, но сухощавого телосложения мужчина, с голубыми глазами и русыми волосами. Это коренным образом меняет наше представление, сформированное на основе сведений античных источников, рисовавших образ крепкого белокурого гиганта, которого сравнивали с Геркулесом. В фильме сохранено благородство характера, рассудительность и сдержанность, описываемые античными авторами. Нет никаких указаний, что Спартак - благородного происхождения, обладает хорошим образованием и т.п. Однако, например, в историческом романе Р. Джованьоли Спартак более эмоционален, образован, тогда как в фильме он скорее представлен в образе «спартанца».

В новейшем американском сериале «Спартак кровь и песок» образ лидера восстания вновь перетерпливает изменения. Это более современный нам образ натренированного, физически развитого мужчины, лет тридцати, на лице которого отразились перенесённые тяготы и испытания, с тёмными волосами, фактически ничего не выделяющимся из толпы, кроме своего воинского мастерства. Характер совершенно иной: Спартак более вспыльчивый, честолюбивый, азартный, жестокий и жаждущий крови. При этом о происхождении лидера восстания упоминается весьма поверхностно, хотя он явно образован и является одним из лидеров фракийцев. Но и само имя «Спартак», якобы не принадлежит в действительности лидеру восстания, а является своеобразным атрибутом гладиаторского периода его жизни. Наверное, поэтому впоследствии, он предпочитает откликаться на прозвище «Фракиец» в большей степени, чем на гладиаторское имя.

Таким образом, спустя два с лишним тысячелетия реальный образ Спартака с его благородством, которое не могли отрицать даже античные авторы, его мощь и сила, сравниваемая с Геркулесом, трансформировалась в облик скорее современного человека с его эгоистическим отношением к миру и обществу, он вобрал в себя, очевидно, самые нелицеприятные черты характера, даже чрезмерную жестокость и непримиримость. Вероятно, именно таким образом, по мнению наших современников, должен был выглядеть лидер восстания, не имевший даже своего имени, хотя даже античные авторы, довольно часто, выражают своё уважение к такой личности как Спартак.

2.2 Спартак как полководец

Марк Фронтон ставит военное мастерство Спартака выше искусства всех известных ему полководцев древнего мира. Также Флор называет Спартака «великим полководцем». (Война Спартака, VII).

Спартак, без сомнения, был наиболее выдающимся из трех вождей (Крикс и Эномай) восстания. Он обладал блестящими способностями организатора и военачальника. Эти его качества вынуждены были отмечать еще древние авторы. Плутарх говорил, что Спартак отличался не только отвагой и физической силой, но по уму и мягкости характера «более походил на образованного эллина, чем на человека его племени» (Плутарх. Красс, 8). Саллюстий характеризовал Спартака как человека «выдающегося и физическими силами, и духом» (История. 95.2).

Таким образом, античные источники изображают Спартака как человека большой силы воли, обладающего качествами военно- организаторского таланта, необычайной политической проницательности, пылкого темперамента и благородного характера.

Одной из особо запоминающихся характерных особенностей Спартака, благодаря которой он мог воздействовать на толпу людей, было умение убеждать. Его красноречие явно не походило на речь ораторов римского форума. Несмотря на это его изречения, хотя и были грубоватыми, но были, в то же самое время, ясными и чётко поставленными, которые могли взбудоражить воодушевление, желание борьбы и успеха.

В. Лесков в своей работе убеждает читателя, что Спартак был человеком наблюдательным и мог довольно точно оценить людей по немногим фразам. Он также был предусмотрителен по отношению к интересовавшим его людям. Мог задать ряд вопросов такого типа: где и кем воспитывались; в каких войнах участвовали; каковы их личные качества: умны они или глупы, воздержанны или сластолюбивы, честны или вороваты, отличаются прямотой или лукавством и т.д. Спартак смог завоевать большой авторитет и уважение в собственной армии.

Тем не менее, старшие военачальники и его сослуживцы-гладиаторы не всегда с ним соглашались на военных собраниях. Он был способен их убедить спокойно, без возмущения, обращаясь к их собственному опыту. Если мы сравним, то совсем иная ситуация нам предстает по описанию источников - Спартаку не всегда удавалось убедить своих сторонников, а в современной массовой культуре Спартак вообще малоразговорчив и готов решать свои проблемы грубостью и силой более, чем уговорами и дипломатией.

Вынуждены согласиться со словами В. Лескова о том, что Спартак был образом бескорыстия: он получал добычу наравне вместе со всеми, носил простую одежду, отличался от других лишь ростом и богатырским сложением, способностью убедительно говорить и умело руководить54. Античные авторы также упоминают об этом, утверждая, что Спартак запретил всем иметь золото и серебро, и действительно честно разделял добычу, что привлекало к нему еще больше сторонников (Плутарх. Красс, 9; Плиний Старший. Естественная история55; Аппиан. Гражданские войны, I. 117).

В дальнейшем, Спартак, по желанию воинов, он получил захваченные в бою ликторские связки, принял почётную стражу и стал появляться в консульской одежде. Также, сотоварищи добыли ему великолепного коня, желая, чтобы их вожак даже внешне не уступал римскому предводителю.

Несмотря на это, Спартак не стал терять чувства самообладания и предпочёл оставаться простым человеком. Довольно часто, его можно было увидеть евшего из солдатского котла и спавшего на земле, завернувшегося в походный плащ, среди воинов. В походах он чаще всего передвигался пешим, перенося вместе со всеми холод и зной. В бою, если возникала угроза, он лично выходил в первый ряд, всячески ободряя воинов и сражаясь вместе со всеми.

Палатка вождя восстания представляла собой образ спартанской простоты. Кухонная утварь из простой глины, скромная деревянная мебель. Зато вокруг лежало великое множество различных книг и свитков, как правило о ратном деле. Также он любил читать философские трактаты и поэзию.56

Спартак, также был любителем афоризмов. В спорах с недовольными, с теми, кто не желал подчиняться строгой дисциплине и затеивал ссоры, мог указывать на поэмы Гомера, в частности на подвиги фракийских вождей.

Из эпиков он превыше всего ценил Гомера, среди трагиков - Софокла и Еврипида, среди лириков - Архилоха, из исторических писателей - Геродота, Фукидида и Ксенофонта, из ораторов - Демосфена.

В философских течениях он отдавал большее предпочтение стоикам, которые старались дать своим последователям твердую опору в переменах жизни, распространяли равенство и братство всех людей, учили следовать суровому долгу.

По доброй воле своего предводителя с целью воспитания бойцов и командиров устраивались театральные спектакли. В них мятежники высмеивали незадачливых римских полководцев, воспевали подвиги собственных героев.

Не далеки были солдаты Спартака от музыки, так как её любил и сам вождь, о чём свидетельствуют музыкальные инструменты, висевшие в его палатке, на которых он любил играть во время свободного времяпровождения (кифара - струнный щипковый инструмент, авлос - духовой музыкальный инструмент, тимпан - ударный музыкальный инструмент).

В перерывах между боями, когда присутствовало больше свободного времени, чем обычно, Спартак, вставая ранним утром, приносил жертвоприношения богам, завтракал, отдавал приказы по войску, интересовался новостями, разговаривал с товарищами, читал, упражнялся в стрельбе излука, метании копья, поднятии тяжестей, фехтовании. В совершенстве владел оружием и конем, хорошо плавал. Любил играть в мяч.57

Он обладал большой физической силой, а выносливостью даже превосходил любого. Большую часть времени Спартак проводил среди своих воинов-«соратников», где беседовал с ними о повседневных жизненных ситуациях и военных случаях, тем самым стараясь укрепить их боевой дух и героизм. Познания многих языков и традиций, приобретённых боевым опытом, делало его близким человеком в любом окружении58.

В свободное время, Спартак вместе со своими соратниками уходил на охоту или рыболовство. Одновременно исследовав ущелья в горной местности и пропасти на равнинах, давал по пути своим попутчикам тактические задачи, тем самым научив их пользоваться преимуществами местности59.

Благоразумие вождя, непредвзятость, благодушие, скромность, открытость, объединённые с огромным успешностью, создали Спартаку большое расположение, расположение и взаимодоверие всей армии.

Всегда бравый, хотя очень рано вставал, неутомимый, хотя и в меру ел, далёкий всяким проявлениям роскоши, образец покорности делу, надёжный товарищ в дни мира и на войне, Спартак представлял собой прекрасный пример для каждого военачальника и солдата повстанческой армии60.

Помимо этого, Р. Джованьоли наделяет своего героя человеческими чувствами, такими как - страх, боль, разочарование, горе, ярость, ненависть и др., что делает образ Спартака наиболее «живым»: Но в бою Спартак совершенно преобразился: на арене цирка сражался гладиатор с искаженным от гнева лицом, глаза его метали молнии, вид его был ужасен…. Глаза его сверкали: в них горела жажда победы, гнев, отчаяние…»61.

«Спартак дрался один против семи- или восьмисот врагов, сомкнувшихся вокруг него живым кольцом; покрытый ранами, он стоял посреди сотен трупов, нагроможденных вокруг него. Глаза его сверкали, голос был подобен грому; с быстротой молнии он вращал меч, наводя на всех ужас, поражая, нанося раны и убивая наповал всех тех, кто осмеливался напасть на него»62.

Таким образом, в историческом романе Р. Джованьоли Спартак - стойкий воин, разумный полководец, авторитетный лидер, что не противоречит известным нам сведениям античных авторов.

В фильме Стэнли Кубрика (1960 г.) Спартак предстаёт перед нами как полководец с врождёнными способностями. Обученный в школе гладиаторов он вполне способен противостоять римским воинам. Также как у античных историков, как в романе Р. Джованьоли здесь Спартак пользуется авторитетом благодаря личностным качествам.

В сериале «Спартак Кровь и Песок» главный герой достаточно кровожаден как воин, подчас способен быстро потерять контроль над собой и не обладает столь значимыми для полководца организаторскими способностями, выдержкой и продуманными решениями. В данном случае Спартак выступает не как авторитетный самостоятельный лидер, о котором античные источники говорят, что его приказ о запрете золота и серебра строго выполнялся, а как часть общего совета гладиаторов, каким рисуют структуру лагеря восставших создатели сериала. При этом Спартак не обладает той выдержанностью, способностью принимать разумные и взвешенные решения, наоборот, в современном понимании лидер восстания рисуется как крайне несдержанный, кровожадный воин, не способный к собранности и спокойствию для принятия разумных решений, он больше подвержен вспыльчивости, гневу и сиюминутным порывам, чем это следует настоящему лидеру и полководцу.

Таким образом, лидерские качества и авторитет Спартака, о которых столь много писали античные авторы, трансформировались в современном мире, отойдя на второй план. Для современного мира важнее оказалось умение Спартака сражаться, жажда мести, преобразовав, таким образом, современные тенденции индивидуализации личности и целей.

2.2 Вывод

Таким образом, становится ясно, что среди античных авторов не было единого мнения. Одни выражали ярко негативную позицию по отношению к Спартаку. Так для Цицерона, Тита Ливия, Флора и Тацита Спартак являлся злейшим врагом, разбойником (Тацит. Анналы, III.73.2; Цицерон. Филипп. III.21; IV.15).

Для других античных авторов - Саллюстия, Диодора, Плиния Старшего, Плутарха и Аппиана, это, прежде всего, выдающийся человек, одаренный полководческим гением, обладающий неординарными организаторскими способностями. Саллюстий особо подчеркивал благородство и незаурядную силу духа Спартака (Саллюстий, III. 91, 98).

Однако в эпоху Империи Спартак с его благородством, полководческим гением становится неким идеалом, с образом которого возможно сравнивать императоров, как, например, Траяна, или Максимина Фракийца (Юлий Капитолин. Максимин, IX.6) фактически соотечественника Спартака, а также полководческий талант - с Ганнибалом (Евтропий. VI.7.2; Орозий, V.24.5), который как и военачальник Карфагена заставил трепетать от страха «вечный город».

В научной литературе нет сомнений, что Спартак по происхождению фракиец, однако в современной массовой культуре он имеет либо иное происхождение, которое также упоминалось у некоторых античных авторов, либо определяется именно по типу гладиатора.

В 80-70 гг. I в. до н.э. римляне неоднократно воевали с фракийцами, самыми известными являются походы Суллы, и, вероятно, именно в этот период Спартак оказался в числе военнопленных и был продан в рабство. Впрочем, по факту именно его военного пленения разночтений мало, а для современной массовой культуры Спартак и выступает как олицетворение истинного воина, обладающего своим понятием о чести, тогда как римляне - бесчестные и развратные. Однако интересно, что фракийцы славились как всадники, при этом в том же самом сериале «Спартак» складывается ощущение, что авторы навязывают мысль о том, что гладиаторы не умели ездить и тем более сражаться верхом. Истинный образ Спартака начинает исчезать под тем обликом, который хотели видеть современные люди.

Конечно, для того чтобы приобрести значительный авторитет, требуются годы, поэтому вероятность пленения Спартака падает на 80-е гг. I в. до н.э.63. А вот вопрос о его статусе рудиария остается открытым, хотя в романе Р. Джованьоли Спартак не просто знакомится с видными политическими деятелями той эпохи - Катилина, Сулла, Красс, Цезарь, он изучает их и получает покровительство и столь желанный для гладиатора деревянный меч. Однако античные источники уверены, что статус Спартака накануне восстания не изменялся - он был рабом (Дигесты, 41.2.3.10)64.

Таким образом, эволюция представлений о происхождении Спартака, его жизни до пленения была не столь значительна, а наибольшим изменениям подвергнулся именно облик и характер лидера восстания.

ГЛАВА 3. ВОССТАНИЕ СПАРТАКА В АНТИЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ И СОВРЕМЕННОЙ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЕ

.1 Подготовка, начало, ход восстания

Восстание рабов под начальством Спартака или «рабская война» (bellum servile) оказалось настолько запоминающимся и ошеломительным, что отголоски его дошли вплоть до нашего времени65.

Из античных источников нам известно, что восстание тщательным образом готовилось в Капуе, где располагалась школа гладиаторов Лентула Батиата (Аппиан. Гражданские войны, I.116; Плутарх. Красс. 8; Тит Ливий. Эпитомы, 95; Флор. Война Спартака, VII).

На момент восстания Спартаку было, по сведениям античных источников, тридцать лет. Такого же примерно возраста придерживаются в историографии и современной массовой культуре. Однако его пленение, по мнению авторов того же сериала, произошло буквально за три-четыре года до восстания, а ведь даже современные исследователи сомневаются, что за столь короткий срок возможно было заработать тот непререкаемый авторитет и стать настоящим лидером66. Если применить математический расчет, получается, что в момент пленения Спартаку едва ли было лет 20. Слишком молодой для лидера, однако, возраст вполне соответствует возрасту основного контингента союзников, действовавших на стороне Рима в его завоеваниях.

Как уже было сказано выше, римляне, осознав масштаб восстания, стали называть его войной, «притом великая и ожесточённая» (Цицерон. Дело Верреса, V.5) говоря, что это «дело тягостное и серьёзное» (Аппиан. Гражданские войны, 119; Флор. Война Спартака, VII), ставшая для Рима страшнейшей из войн (Цицерон. Пизон, 58).

Таким образом, в 73 г. до н.э. началось восстание Спартака, которое по своей масштабности и опасности непосредственно для Рима превзошла два предыдущих восстания рабов на Сицилии. Поводом для восстания стало известие, как сообщает христианский богослов Синезий Киренский (Синезий. О царстве, 20) назначение Спартака и Крикса «очистительными жертвами» на предстоящем в феврале празднике, во время которого проводятся большие гладиаторские игры67. Как считает отечественный исследователь, точное время восстания можно отнести к зиме 73-72 гг. до н.э.68

Флор сообщает, что лидеры восстания Спартак, Крикс и Эномай, выломав двери гладиаторской школы вместе с 30 товарищами, вырвались в Капую (Флор. Война Спартака, VII). Те же сведения предоставляет нам Аппиан и Плутарх. О количестве и составе бежавших мятежников сведения рознятся. Так Плутарх, упоминает, что изначально к побегу готовилось около

человек, но в связи с раскрытием заговора, благополучно удалось выбраться лишь только 78 гладиаторам (Плутарх. Красс, 8). Аппиан приводит иную цифру, сообщив, что Спартак уговорил около 70 человек (Аппиан. Гражданские войны, I.116), Флор в «Эпитомах» Тита Ливия называет цифру в 74 человека (Тит Ливий. Эпитомы, 95).

По вопросу о составе бежавших также нет единого мнения: у Плутарха

большинство бежавших - галлы и фракийцы, а также заключённые в темницу преступники, которых должны были выставить на арену для состязаний (Плутарх. Красс. 8-9); Аппиан сообщает о том, что в числе бежавших были только гладиаторы (Гражданские войны, I.116); а Флор, что сбежавшие гладиаторы собрали в Капуе толпу рабов, среди которых были и присуждённые к каторжным работам (Тит Ливий. Эпитомы, 95). Также античные авторы пишут, что Спартак неохотно принимал к себе перебежчиков из свободных (Аппиан. Гражданские войны, I. 116), видимо, не доверяя им, но при этом в дальнейшем в лагере Спартака будет достаточно ремесленников, чтобы прямо на месте производить необходимое количество оружия (Флор. Война Спартака, VII).

Что касается лидеров восстания, то на этот вопрос у античных авторов также нет единства: никто из древних историков не понимал, являются ли спутники Спартака полноправными лидерами, или его помощниками, которые впоследствии были чрезвычайно недовольны распоряжениями Спартака, что усиливало раскол внутри армии восставших (Плутарх. Красс, 8-9; Саллюстий. История. III. 96; Аппиан. Гражданские войны, I. 116; Флор. Война Спартака, VII; Орозий, V. 23-24). По выражению отечественного исследователя В.О. Никишина, это был «интернациональный триумвират»69

Крикс происходил из осков, Эномай являлся греком, кроме того, к ним присоединились также Ганник и Каст, последний был вообще римским гражданином. Вероятно, Ганник и Каст и, возможно, Крикс, являясь уроженцами Италии, принадлежали к тем марианским солдатам70, которые пострадали от репрессий Луция Корнелия Суллы. Однако Плутарх, а затем и Павел Орозий уверен, что Крикс и Эномай были галлами (Плутарх. Красс, 8; Орозий, V.23), тогда вновь возникает вопрос, вызывающий сомнения - назывались ли эти гладиаторы по своему происхождению или по типу гладиатора, которого представляли на арене.

Изначально римляне не придавали этому особого значения считая восставших не достойными для себя соперниками, ведь рабы и гладиаторы «люди второго сорта» (Флор. Война Спартака, VII; Цицерон. Дело Верреса, V.5-9). Они не смогли предвидеть дальнейшей продолжительной и кровавой войны с повстанцами и не имели представления о том, что небольшая группа восставших сможет увеличиться до огромной армии, которая вполне могла противостоять и оказывать сопротивление Риму.

Были ли какие-то конкретные цели у восставших, или они все же действовали спонтанно, а дальше плана побега замыслов не было? Античные авторы не просто расходятся в определении этих целей, они даже не имеют единства в описании подробностей самого восстания. Аппиан и Флор приписывали Спартаку план похода на Рим (Аппиан. Гражданские войны, I. 116; Флор. Война Спартака, VII). Однако сама эта идея может показаться абсурдной, если бы не утверждение современных исследователей (Я.Ю. Заборовский, В.О. Никишин) о том, что война Спартака - это продолжение гражданских войн Рима (вспомним, что Крикс, Ганник и Каст, вероятно, были марианцами, жаждавшими реванша). Однако скорее это было опасение самих римлян, переживших нашествие галлов, которые как раз и участвовали в армии Спартака, и осаду Ганнибала.

Плутарх упоминает, что целью Спартака была Цизальпинская Галлия, Аппиан, словно вскользь, пишет о том, что Спартак направлял свою армию за Альпы, где обитали трансальпийские галлы, но ему вовремя отрезали путь римские силы (Плутарх. Красс, 9; Аппиан. Гражданская война, I. 116). Для римлян опасность галльского нашествия была вполне реальной, тем более, что отголоски Пунических войн, в которых также участвовали галлы, и Союзнической войны, еще прослеживались во вспышках недовольства отдельных италийских племен, а также бродивших марианцев.

Мнение о том, что Спартак пытался изменить коррумпированное римское общество и положить конец римскому рабству, выраженное в различных современных интерпретациях в массовой культуре (например, фильм Стэнли Кубрика), также не имеет прямых доказательств71.

У античных авторов обдуманный план появляется у Спартака только после осады на Везувии (Аппиан. Гражданские войны, I. 116; Саллюстий, III.96; Плутарх. Красс, 9), когда видимо лидер восставших начал понимать, что только продуманные действия позволят противостоять римлянам и выжить основой массе восставших.

Поначалу в Риме не придавали большого значения сговору и побегу гладиаторов, но силы Спартака быстро возрастали: к Спартаку присоединились другие гладиаторы, рабы и обедневшие крестьяне. Спустя какое-то время Спартаку удалось организовать и вооружить довольно сильную армию. В результате чего Спартак, по высказыванию Плутарха, «стал уже великой и грозной силой» (Красс, 8-9).

Мишулин А.В. смог определить саму сущность восстания, которая заключалась в следующем: причины великой «рабской - войны» состояли отнюдь не в случайных и стихийных явлениях внешнего порядка, вроде жестокого обращения с рабами их господ, что истинные причины восстаний рабов заключались в финансовой основе римского рабовладельческого общества. Таким образом, спартаковское восстание нельзя назвать стихийным, бесцельным и исторически обречённым движением72. Восстание Спартака прежде всего представляло из себя осознанное, революционное выступление притеснённой группы, главная цель которой заключалась в упразднении рабовладельческой системы в целом.

Болгарский ученый Вс. Иванов в сохраненной канонической версии развития и трактовки событий акцентировал на массовом участии италийской бедноты в этой «гладиаторской войне». Плутарх, кстати, указал на активнейшую поддержку бежавших из Капуи гладиаторов именно горными пастухами и их существенную роль в ходе сражений» (Плутарх. Красс, 9).

Во время восстания Спартак демонстрирует поистине широкий полководческий гений. Его планы становятся более конкретными, действия стремительными и решительными. Помимо погромов вилл, поселений, восставшие брали в плен римлян, брали в заложники жителей. В их среде, видимо, стала оформляться некая собственная идеология, оформление которой стало проявляться в неких жертвоприношениях: так после гибели Крикса Спартак приказал принести в жертву 300 римлян, а в дальнейшем всех пленных римлян, в основном, воинов, заставляли сражаться между собой (Плутарх. Красс, 8-9; Аппиан. Гражданские войны, I. 117), подобно тем гладиаторам, которые ранее сражались в честь умершего.

В фильме Стэнли Кубрика «Спартак» (1960 г.) восстание рабов показано следующим образом: как мы видим мятеж планировался заранее; в день выступления Спартак и остальные гладиаторы действовали сплоченно как единое целое, что говорит нам о том, что главный герой предпочитал держится наравне вместе с остальными; число бежавших гладиаторов из гладиаторской школы Лентула Батиата (около 70-80 человек) вполне соответствует данным исторических источников.

Благодаря своему ораторскому мастерству и умению убеждать Спартак вокруг себя собирает большое количество соратников - помимо гладиаторов, к нему также присоединяются другие рабы, обедневшие крестьяне и земледельцы. Восставшие единогласно избирают Спартака в качестве своего главного лидера. Лагерь мятежников располагается на вершине горы Везувия, где также располагается специальная школа для обучения ратному искусству - в качестве учителей в них выступают гладиаторы, которые имеют определённый боевой опыт.

Помимо Спартака в фильме также показан Крикс - один из предводителей восстания (по историческим источникам их всего троя: Спартак, Крикс и Эномай). Крикс предстаёт перед нами как отважный и сильный гладиатор, которой также пользуется большим авторитетом среди других гладиаторов после Спартака. Он приходится для Спартака одним из самых близких соратников и товарищем ещё со времени их знакомства в гладиаторской школе, который остаётся ему предан до самого конца. Другой предводитель восстания - Эномай, напрочь отсутствует фильме. К сожалению, мы не можем увидеть его образ в фильме.

События и главные сражения в фильме практически все совпадают с историческими трудами античных историков (начиная с сражения у подножия Везувия с Глабром и заканчивая последней битвой с войском Красса), кроме одного - армия Спартака изначально стремится попасть на остров Сицилию, чтобы обрести свободу и объединить свои силы заручившись союзом с сицилийскими пиратами перейдя Мессианский пролив (по историческим источникам Спартак вместе с мятежниками изначально планировал перебраться через Апениннские горы, но и из-за возникших ряда обстоятельств пришлось воспользоваться запасным планом - перебраться на остров Сицилию восстановить свои силы и пополнить свои ряды сицилийскими пиратами, заручившись с ними союзом).

В историческом сериале Спартак, который разделён на три сезона: «Кровь и песок»; «Месть»; «Война проклятых» (2010-2013) главной причиной восстания Спартака является жажда мести, им движет ярость и злоба, т.к. Лентула Батиат является виновником смерти его жены (наёмники Лентула Батиата жестоко расправляются с женой Спартака о чём он вскоре узнает), также в смерти его лучшего друга Варро, которого ему приходится убить ради потехи на глазах Лентула Батиата и других «господ». Борьба за свободу и независимость рабов-гладиаторов отходит на второй план. Спартак благодаря своей физической силы и авторитета, за счёт многочисленных побед на арене смог собрать вокруг себя большое количество соратников, которые принимали вместе с ним активное участие в самом восстании. Само восстание начинается на фоне празднования величия и покровительства Глабра, которое было ознаменовано поединком между Крассом и Спартаком. Но поединку было не суждено свершится, так как гладиаторы ещё заранее планировали план побега - они внезапно вырываются из гладиаторской школы и по ходу холоднокровно расправляются со зрителями «кровавых утех».

Сам Спартак безжалостно расправляется с Лентула Батиатом, тем самым насладясь своей жаждой мести. Всего гладиаторов сбегает из гладиаторской школы приблизительно столько же сколько указано по сведениям исторических источников (около 70-80 человек). В сериале присутствуют сразу все лидеры восстания - Спартак, Крикс и Эномай.

Крикс предстаёт перед нами мощным и сильным воином, который до прибытия Спартака был самым лучшим воином в гладиаторской школе. Между Спартаком и Криксом постоянно вспыхивает вражда и борьба за превосходство друг над другом. Временами они объединяют свои силы воедино, например, как в день восстания, но их неприязнь друг к другу даёт о себе знать. После восстания в Капуанской школе гладиаторов к Криксу присоединяется в основном только галлы (Крикс имел гальское происхождение), остальные гладиаторы присоединяются к Спартаку, таким образом мы видим, что формируется два противоборствующих лагеря восставших, которые действуют чаще всего порознь, нежели вместе и преследуют каждые свои цели. Лагерь Крикса ставит перед собой масштабные цели: захватить столицу Римской Республики - Рим и полностью низложить римскую рабовладельческую систему, когда же Спартак и другие мятежники преследовали иные цели - покинуть Апеннинский п-ов и обрести свободу.

Эномай изначально выступает в качестве наставника для Спартака, когда тот попадает в гладиаторскую школу будучи «новичком». Со временем между «учеником и учителем» строятся дружеские отношения. Эномай видит в Спартаке будущего вождя восстания. В дальнейшем, а именно в день мятежа Эномай присоединяется к Спартаку и всюду следует за ним. Он видит в самом восстании благородное «начало» - борьба за свободу и независимость всех угнетённых.

В сериале присутствует ряд исторических неточностей, например, изначально лагерь повстанцев располагается в городе Капуе, а не на Везувии, для подавления которых был послан римский претор Глабр. В дальнейшем, «театр военных действий» перемещается к подножию горы Везувия, который сопровождается довольно частыми и не большими стычками между гладиаторами и римским легионами претора Глабра. Однако, ближе к финальному сражению с Глабром Спартак вместе со своими соратниками отступает на вершину горы Везувия, где они начали готовиться к нанесению решительного удара противнику.

Таким образом, современная массовая культура уступает дорогу зрелищности более, чем реальным событиям, которым соответствует даже исторический роман Р. Джованьоли. Исторические источники, однако, с одной стороны последовательно, а с другой достаточно фрагментарно раскрывают подробности и ход восстания под руководством Спартака. Причина кроется в двух факторах: античные авторы сами знали только то, что было представлено римскими полководцами, и только этот однобокий взгляд остался в архивах Древнего Рима, и в то же время «позорная война» не должна была вызывать интерес разве только с целью прославить действия Красса, Помпея и других участников подавления восстания.

Таким образом, несмотря на исторический масштаб восстания, в современной массовой культуре он не всегда находит такое отражение. Мало того, изначально слаженные действия восставших, которые отмечают античные авторы, в современной интерпретации получают иную окраску - лидеры восстания изначально не ладили между собой, в их среде всегда был некий внутренний раскол, надлом в отношениях, и идейный вдохновитель восстания не имел возможности найти способы примирения по причине своего чрезвычайно вспыльчивого характера.

Почему же античные авторы упоминают о силе духа и гуманности Спартака, при том, что в их трудах отмечаются факты неоднократных казней римских граждан, многие из которых носили прямо-таки массовый характер? Дело в том, что для самих римлян война и гладиаторские бои, во время которых проливалась кровь, были частью повседневной жизни. В современной же массовой культуре нам пытаются навязать этот образ жизни как часть нашей повседневности, а ведь в историческом романе Р. Джованьоли достаточно кровавые подробности сведены до минимума, и на первый план, как и в исторических источниках, выступает именно образ благородного и мужественного воина.

3.2 Разгром восстания и гибель Спартака

Многие современные исследователи утверждают, что изначально из гладиаторов невозможно было бы собрать дисциплинированную и боеспособную армию73, и это могло бы свидетельствовать в пользу более разнопланового состава армии Спартака, в которую входили свободные сельские жители, обедневшие ремесленники, пастухи, а также, вероятно, некоторые из италиков, галлы, фракийцы и германцы74. Восставшие, которые последовали за Спартаком, имели различное этническое и культурное происхождение, влиявшие на их планы, цели и ожидания75. Н. Филдс даже предположил, что в такой многонациональной армии было затруднено взаимопонимание между воинами, но находить формы взаимодействия было необходимо для совместной деятельности76. Поэтому логично предположить, что в армии Спартака, вероятно, выступала упрощённая форма латинского языка77.

Со временем разногласия между восставшими стали неразрешимыми, вызвавшими столь губительный для всего восстания раскол. Основные при- чины разногласий были нам не известны. Т. Моммзен в одно время поддерживал эту точку зрения, хотя и считал, что еще опаснее для передвижения, чем народная рознь, было полное отсутствие конкретного плана действий и основных целей79. В советской историографии отсутствие единства между повстанцами объясняется в первую очередь неоднородностью общественного состава и интересов мятежников. Нам известно, что большая часть ополченцев во главе со Спартаком направлялись к северу Италии, с основной целью перейти Альпы и вернуться к себе на родину - в Галлию и Фракию (Аппиан. Гражданские войны, I. 117-118; Плутарх. Красс, 9; Флор. Война Спартака, VIII).

По вопросу, откуда в армии Спартака могли оказаться существенные силы германцев, есть несколько предположений. Часть галлов и германцов находились в числе гладиаторов школы Лентула Батиата (Плутрах. Красс, 8-9; Аппиан. Гражданские войны, I. 117), другая часть - отряды галлов, возможно, присоединились при попытке Спартака проникнуть в Цизальпинскую Галлию и при разгроме 10-тысячной армии наместника Кассия (Плутарх. Красс, 9), а вот германцы, могли ли они быть планируемым пополнением армии Спартака, или лидер восставших вообще не планировал увеличивать армию за счет вне италийских элементов?80

Что касается германцев, то у ряда современных исследователей есть вполне обоснованные опровержения: «У Плутарха выявляются все же несоответствия эпохе восстания - так, германцев среди восставших просто быть не могло (до Цезаря римляне с германским миром не соприкасались). Фатальное расчленение сил восставших было связано, похоже, никак не с раздорами в их армии, а с тактическими возможностями в условиях гор (армии более 30-35 тыс. бойцов не могли действовать под единым командованием) - этот же объясняет расчленение сил римлян»81.

Проявив изобретательность и разбив римскую преторскую армию, войска Спартака только обрели свою мощь. Аппиан указывает численность армии Спартака в 70 тыс. (Граждаские войны. I, 116). Для быстроты передвижений Спартак использовал любимую тактику Александра Македонского: он прикзал убить всех пленных и перерезать вьючный скот, сжечь лишние вещи, чтобы двигаться налегке (Аппиан. Гражданские войны, I, 117). Кроме того, Спартак создал отряды конницы82, а оружие либо покупалось за награбленное золото, либо создавалось в самом лагере восставших ремесленниками (Плутарх. Красс, 9; Флор. Война Спартака, VII; Аппиан. Гражданские войны. I, 117).

Если опираться на сравнение с современной массовой культурой, то неизменно возникнет вопрос о присутствии или даже участии женщин в восстании Спартака. Многие рабыни могли следовать за своими считавшимися мужьями, которые были гладиаторами и рабами83. У некоторых античных авторов есть упоминания женщин в лагере Спартака накануне битвы римлян с войсками под командованием Каста и Ганника (Плутарх. Красс, 9; Саллюстий. История, III. 96).

Ряд современных исследователей выдвигают точку зрения, что среди восставших произошел раскол именно по вопросу планов восстания: кто-то хотел уйти со Спартаком за Альпы (Плутарх. Красс, 9), другие почти в эйфории искренне верили, что смогут продолжить поход на Рим84. На существование двух групп указывает тот факт, что консул Луций Геллий Публикола разбил Крикса и группу из примерно 30 тыс. его последователей (Плутарх. Красс, 9), которые описываются как отделившиеся от основной группы во главе со Спартаком. Кроме того, указывается, что после столкновения с Крассом в Лукании часть восставших не пожелала более быть со Спартаком (Саллюстий. История, III.98; Плутарх. Красс, 10-11; Аппиан. Гражданские войны, I. 119), видимо, надеясь рассеяться и скрыться в другом направлении.

Однако от основной массы отделились группы Крикса и Эномая: эти вожди, видимо, помышляли остаться в богатой Италии и даже планировали совершить ещё не единожды военные походы на Рим85. Этот раскол стал началом гибели всех замыслов восставших, поскольку преобладающее самомнение Крикса и Эномая, и явное преувеличением возможностей своих армий, привели к разгрому этих частей армии восставших. Если бы они держались вместе, забыв про амбиции, победа римлян оставалась бы под вопросом.

Свой последний лагерь Спартак разбил у истоков р. Силар в Апеннинах, на границе Кампании и Лукании. Местность, которую он выбрал для сражения, давала определенные преимущества, поскольку в тылу находились горы, куда можно было отойти в случае неудачи, а повышение рельефа поверхности земли в сторону боевых позиций, восставших создавало для римлян в случае их атаки дополнительные трудности86

Одновременно предпринимались действия, способные унизить противника и спровоцировать его на атаку. Так, однажды Спартак приказал предать пленного римлянина позорной казни через распятие на нейтральной полосе между позициями обеих армий. Это была открытая демонстрация отсутствия страха перед военной мощью Рима, лишний повод для насмешек и оскорблений в адрес противника и намек на возможное решение судьбы других пленников, но при этом и своего рода послание к собственным воинам: вот что вас ждет в случае окончательного поражения. 87

Теперь воины Спартака уже не нападали на укрепления Красса всеми силами, а беспокоили осаждавших мелкими стычками и неожиданными нападениями, забрасывая ров связками хвороста и поджигая их88.

На пути через горы армия Лентула неизбежно должна была растянуться на расстояние около 15 км соответственно, скорее всего, она подверглась внезапному нападению одновременно на разных участках. При этом воины Спартака могли уничтожать отдельные подразделения римлян и исчезать среди холмов в случае попыток римлян совершить обходной маневр и окружить их. В этой ситуации легионы не могли действовать эффективно, и командование постепенно теряло контроль над ними.89

Римлян удалось обмануть с помощью оставленного в лагере трубача, подававшего обычные сигналы, и привязанных к столбам перед воротами трупов в одежде и с оружием, на расстоянии казавшихся часовыми. Дождавшись второй ночной стражи, т.е. около полуночи, мятежники скрытно в полном молчании вышли из лагеря, где продолжали гореть костры, и надолго оторвались от преследования90.

Надо признать, что Спартак проявил себя как превосходный военный лидер с выдающимися организаторскими способностями, создав в кратчайшие сроки хорошо подготовленную и дисциплинированную армию по образцу римской, лучшей для того времени, из людей, разных по социальному положению и этническому происхождению. Плутарх писал, что в войне с восставшими рабами римлянам пришлось «воевать со всеми народами сразу» (Plut. De Pyth. Orac. 11, пер. Ю.В. Куликовой). Другой античный автор, Синезий, отмечал: «Те, которые соединились с Криксом и Спартаком, были не из той же страны, из которой эти предводители, и не принадлежали к той же народности, но общность судьбы в благоприятный момент сделала их единомышленниками» (Синезий. О царстве, 20). Одни из них «стали тяжеловооруженными воинами, из других гладиаторы составили отряды лазутчиков и легковооруженных» (Плутарх. Красс, 9). Последних, на тот момент, видимо, было большинство, но, в условиях ведения войны в горных районах, это обстоятельство нередко оборачивалось определенным преимуществом, поскольку легкая пехота оказывалась незаменимой при занятии высотных позиций, организации засад и преследовании отступающего врага. Тогда же, видимо, было положено начало формированию конницы, достаточно многочисленной благодаря притоку в нее тысяч бывших пастухов с захваченными на пастбищах табунами лошадей91.

Воины, уже прошедшие подготовку, могли, в свою очередь, сами готовить новобранцев. Правда, катастрофически не хватало оружия.

Очевидно, к этому периоду относятся сообщения Фронтина о том, что «у Спартака и его войска были щиты из прутьев, покрытых корой» (Фронтин. Стратегемы, VII. 6) и Саллюстия о беглых рабах, обжигавших «на огне копья, которыми, хотя они не походили на оружие, пригодное для военных действий, можно было разить врага точно так же, как железными» (Саллюстий. История, III. 96)92.

За основу их военной подготовки, очевидно, была взята хорошо знакомая Спартаку по личному опыту система обучения, принятая в римской армии. Она заключалась в том, что молодые солдаты в полевых условиях должны были постоянно упражняться в стрельбе из лука, бросании копий и метании камней из пращи, при помощи коротких пало к вместо мечей учиться колоть и рубить, а также двигаться в полном вооружении согласно приказам или сигналам. В равной степени их заставляли бегать и прыгать, чтобы быстро преодолевать рвы. Большое значение придавалось закреплению навыков быстрого возведения, окруженного рвом и валом укрепленного лагеря с регулярно сменяемыми постами и караулами. Изнурительные ежедневные тренировки начинались с отработки военного шага, «поскольку ничто не должно было соблюдаться на марше или в сражении так тщательно, как сохранение строя всеми солдатами» (Вегеций, I. 9)93.

«Спартак не был по статусу простым гладиатором - это заметно. Да и сами гладиаторы были иногда не только участниками цирковых боев, но использовались на манер муниципальной полиции и даже изредка крупными отрядами участвовали в политических событиях»94.

А вот по вопросу о дальнейших планах Спартака среди античных авторов возникли разногласия. Аппиан утверждает, что Спартак планировал идти на Рим (Аппиан. Гражданские войны, I. 117), видимо, поддавшись уговорам Крикса и Эномая, но после столкновения с консульскими армиями изменил этому плану, осознавая, что его собственная армия недостаточно сильна и организована, чтобы продолжать борьбу с Римской Республикой. Подтверждением этим словам видится в дальнейших действиях восставших, которые, укрепившись, стали только совершать набеги для грабежей. Плутарх же приводит иные сведения, говоря, что как раз после победы над консульскими армиями Спартак направился в Северную Италию (Плутарх. Красс, 9). Однако сам Плутарх не упоминает более никаких столкновений вплоть до непосредственной встречи Красса и Спартака весной 71 г. до н.э., когда Красс заставил войска мятежников сдвинуться в Кампанию. Есть предположение, что Спартак мог идти на соединение с Квинтом Серторием, воевавшим против римлян в Испании, но после его смерти такая необходимость отпала95.

Вероятно, узнав, что армия Гнея Помпея, победившая Сертория, идет в Северную Италию, Спартак пополнил свои ряды галлами, так что армия восставших достигла численности в 120 тыс. человек (Аппиан. Гражданские войны, I. 117-118), хотя более поздний автор Евтропий дает сведения о 60 тыс. (Евтропий. Бревиарий, VI. 7.1). Вполне вероятно, что именно тогда появился план о переправке на о. Сицилию, ведь Спартак прошел мимо Рима в Апулею и Луканию, не затронув трепещущий от ужаса «вечный город» (Орозий, V.24.5).

Единственным способом на тот момент переправить такое количество человек на Сицилию (хотя некоторые античные авторы указывают, что переправиться хотело всего 2 тыс. (Плутарх. Красс, 10)) было воспользоваться помощью киликийских пиратов, наводивших ужас на побережье Италии и фактически главенствующих на море. Однако пираты не собирались соблюдать договоренность, взяли с восставших значительную плату и просто обманули их (Плутарх. Красс, 10).

Красс решил запереть армию восставших на маленьком Регийском полуострове на юге Италии. За короткое время его солдаты вырыли широкий ров длиной в более чем 300 стадиев (55 километров), тем самым был перекрыт перешеек (Плутарх. Красс, 10; Аппиан. Гражданские войны, I. 119). Армия Спартака оказалась в ловушке, остро ощущалась нехватка пищи, но и здесь, потеряв, правда 2/3 своего войска, Спартак прорвался сквозь хитроумные заграждения Красса (Плутарх. Красс, 10; Аппиан. Гражданские войны, I. 119).

В это же время сенат потребовал, чтобы войска были усилены, и направляет Помпея на помощь Крассу.

Отказавшись от захвата Брундизия, Спартак вновь стал отступать, пока не оказался в новой ловушке. Незначительные столкновения изматывали восставших, уменьшая их численность. Спартак понимал, что прямое столкновение с армией Красса в данных условиях совершенно самоубийственно, но, подчиняя требованию своей армии, встал лагерем у истоков реки Силар96.

Но, несмотря на все усилия вождя рабов, в этой последней битве его армия была окончательно и полностью разгромлена, причём подавляющее большинство было убито на поле боя (Аппиан. Гражданские войны, I. 120; Плутарх. Красс, 10; Флор. Война Спартака, VII).

А вот по вопросу гибели Спартака, в античных источниках вновь нет единства.

Отдавая дань его личному мужеству в последней битве «погиб, как подобает великому полководцу», «окруженный множеством врагов, мужественно отражал удары, и был изрублен в куски» (Плутарх. Красс, 10; Флор. Война Спартака, VII). Только Аппиан сообщает, что Спартак «был ранен в бедро дротиком: опустившись на колено и выставив вперёд щит, он отбивался от нападавших, пока не пал вместе с большим числом окружавших его» (Аппиан. Гражданские войны, I. 120). Ранение в бедро подтверждается фреской из Помпея. Тело Спартака так и не было найдено.

В современной массовой культуре ему дается маленький шанс уцелеть, чтобы быть вынесенным из боя и умереть свободным.

По фильму Стэнли Кубрика «Спартак» (1960 г.) главный герой так же, как и по историческим источникам терпит поражение в последнем сражении с Крассом. По окончанию последней битвы Спартак вместе с уцелевшими мятежниками (коло 6 тыс. чел.) был распят на кресте вдоль Аппиевой дороги пролегающей из Капуи в Рим, так и не узнанный своими врагами. О распятии шести тысяч попавших в плен рабов указывает Аппиан (Гражданские войны, I. 120). По сериалу «Спартак» перед последней битвой лидер восстания отправляет женщин, детей и стариков с небольшим отрядом к Апеннинским горам (историческая неточность), в тоже самое время оставшись с основными силами лидер восстания собирается сдержать армию Марка Лициния Красса, чтобы выиграть время и подарить шанс на свободу людям, которые были неспособны противостоять римской армии. В последнем сражении Спартак получает смертельную рану, но его соратники вовремя успевают увести своего предводителя с поля боя и уводят его к Апеннинским горам. Однако, несмотря на это Спартак вскоре умирает от полученных смертельных ран в бою. Армия мятежников терпит поражение. Часть мятежников, которая попала в плен к римлянам была казнена путём распятия на кресте вдоль Аппиевой дороги от Капуи до Рима. Уцелевшая часть восставших хоронит своего вождя в горах и продолжает дальнейший свой путь через Апеннинские горы.

Так идея, прозвучавшая у некоторых античных историков, о том, что Спартак не был похоронен сразу среди погибших, была подхвачена современными авторами, чтобы получить новые подробности события в массовой культуре.

3.3 Вывод

Таким образом, в конце зимы 73 г. до н.э. в гладиаторской школе г. Капуя, владельцем которой был Лентул Батиат, произошел массовый побег более 70 гладиаторов этой же школы. Попытки противодействовать восставшим или задержать их привели к тому, что мятежные гладиаторы, убив всю стражу, освободили содержавшихся в эргастуле, вооружились на кухне вертелами и ножами и сумели выбраться на улицы города.

Восстание захватывало новые территории, и римляне, вероятно, справедливо опасались, что мятежники пойдут на Рим. Тем более в условиях, когда ни преторская армия, ни обе консульские армии не могли противостоять силам восставших, это усиливало страхи римлян.

Полководческий гений Спартака позволил ему фактически главенствовать в Италии, однако его планы и явные внутренние конфликты с соратниками приводили подчас к изменениям целей, которые и так не были слишком ясными. По какой причине, разгромив армию наместника Цизальпинской Галлии Кассия, Спартак с войском так и не отправился за Альпы, остается загадкой, если только не учитывать возвращающуюся армию во главе с Помпеем.

Некоторые действия Спартак совершал под влиянием решения соратников, а после их ухода, под влиянием самой армии. Это привело к гибели и восставших и самого лидера, и здесь слишком много вопросов, чем ответов.

В Сенате долго обсуждали, кто внёс наибольший вклад в победу над Спартаком. В конце концов почести достались Крассу, но он получил лишь венок из мирта, а не лавровый. Теперь возобладало мнение, что война велась с недостойным противником, поэтому и награда менее почётная. Крассу был назначен малый триумф, или «овация» с награждением миртовым венком (Плутарх. Красс, 11-12, Помпей, 21).

После гибели Спартака ещё долго в Южной Италии оставались разрозненные группы рабов. Плутарх также описывает стремление некоторых рабов разбойничать в Италии, а не бежать через Альпы. О бродивших по Италии рабах, уцелевших или сбежавших из войска Спартака, упоминают многие античные авторы (Орозий. V. 23-24; Плутарх. Красс, 9; Аппиан. Гражданские войны). «И после гибели Спартака отряды восставших действовали близ Фурий ещё десяток лет и это опрокидывает утверждения о тотальном разгроме восставших близ Брундизия»97.

В 63 г. до н. э. против одной из таких групп была организована карательная экспедиция Квинта Метелла Критского98, которая, вероятно, не увенчалась успехов, т.к. в следующем году мятежники захватили город Фурии и долгое время удерживали его под контролем99. Весьма обоснованные подозрения о том, что часть уцелевших рабов приняла сторону попытавшегося совершить государственный переворот Луция Сергия Каталины (Цицерон. Катон, II. 5. 9). В 62 году до н. э. Катилина погиб, а восставших в Фуриях разгромил отряд пропретора Гая Октавия, отца Октавиана Августа100.

«По итогам подавления восстания Спартака как отголоска вооруженной борьбы многих италиков за предоставление римских гражданских прав правительством Рима были сделаны определенные выводы (так, среди пастухов рабы не могли отныне быть большинством, да и численный состав римского гражданства существенно пополнился) - италики добились многого, чего желали перед началом Союзнической войны. Почти вся Италия стала гражданской римской - место «второсортных» граждан-италиков скоро заместили провинциалы»101.

Если говорить об эволюции восприятия восстания Спартака, то марксистская идея революции в эпоху Римской Республики продержалась достаточно долго. Под этим подразумевалось революционные выступления восстания рабов и движения италиков (народы, населявшие Апеннинский полуостров и прилегающие острова: Корсику, Сардинию, Сицилию до образования Римского государства), которые просто на просто не могли перерасти в настоящую революцию. Подобного рода переходы происходили лишь в эпоху поздней империи, когда и произошёл мятеж рабов и колонов, который совместно с варварским завоеванием положила конец древнему обществу102.

А. В. Мишулин придерживался мнения, что «выступление Спартака за освобождение рабов означало борьбу за разрушение рабства и, следователь- но, рабовладельческой собственности»103.

«Спартаковская революция как первая фаза революции рабов потерпела поражение, но огромные последствия ее сказались решающим образом на дальнейшем развитии Римской республики. Спартаковская революция вызвала контрреволюцию Цезаря, которая определила переход от республиканского строя к монархии. Рабовладельческий класс, господство которого было надломлено революцией, был вынужден для сохранения власти перейти к военной диктатуре. Это привело позднее к новому обострению классовой борьбы, к новой революции рабов и крестьянства, которая в IV-V вв. окончательно ликвидирует рабовладельческую систему хозяйства»104.

Следует также пересмотреть довольно известную точку зрения в широких кругах, в соответствии с которой правящий класс в результате мятежей рабов, и главным образом самого восстания Спартака, объединяется с целью решительного подавления рабов и перехода к форме «военной диктатуры», т. е., другими словами, восстание Спартака становится основной причиной перехода от республики к империи105.

В восстании рабов под началом Спартака, помимо его «локально-исторического» идеи и смысла, присутствует и нечто другое, немеркнущие, человеческое и всемирно-историческое. Оно состоит, на наш взгляд, в том, что в этом грандиозном движении угнетённых и бесправных - вставших на борьбу за победу, за приобретение самого обычного и самого величайшего общечеловеческого воплощения всех времен - за свободу106.

Восстание Спартака значительно повлияло на дальнейшее развитие политического устройства в Римской империи: переход от республиканской формы правления к монархической.

Пожалуй, самой главной причиной поражения восстания Спартака можно назвать противоречивость и неоднородность внутри самой армии мятежников. Насколько мы помним, помимо гладиаторов к войску Спартака также примкнули рабы, обедневшие крестьяне, чьи главные цели и мотивы противоречили друг другу, что в дальнейшем породило разобщённость внутри армии Спартака. Рабы, прежде всего, стремились обрести личную свободу; сельское население же были заинтересованы в возвращении своих земельных наделов, конфискованных у них их господами, в результате чего они совершено не хотели покидать территорию Италии.

В современной массовой культуре ход восстания Спартака имеет гораздо больше подробностей, многие из которых действительно соответствуют информации, предоставляемых античными авторами. Однако есть и расхождения, многие из которых достаточно существенные, что лишний раз доказывает необходимость неких границ в популяризации истории.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В СССР восстание Спартака рассматривалось как первая в истории революция; был создан образ Спартака-революционера, боровшегося против эксплуатации угнетённого класса107. В марксистской идеологии Спартак стал сознательным революционным лидером с определённой социальной программой. А.В. Мишулин утверждает108, что восстанию Спартака предшествовало ряд событий произошедших ещё в I в. до н.э. Такие как: а) двукратное восстание рабов· в Сицилии во второй половине II в. до н. э., а также целый ряд мелких мятежей сговоров рабов в самой Италии; б) народно-освободительные движения в покорённых Римом странах: восстание Аристоника в Пергамском царстве, восстание рабов в Боспорском царстве; в) свободное аграрное движение в самом Риме, известное под именем её предводителей - Гракхов; г) народно-освободительная борьба италиков (народы, населявшие Апеннинский полуостров и прилегающие острова Корсику, Сардинию, Сицилию) против Рима, закончившаяся равенством италиков в правах с римскими гражданами и известная под названием «союзнической войны». Таким образом, восстание Спартака, по его мнению, является неразрывной частью гражданских войн и конфликтов, происходивших в этот период.

Спартак был либо воином фракийского военного вспомогательного подразделения, проданным в рабство за нарушение, по мнению римлян, союзнического договора, либо военнопленным, воевавшим в рядах фракийцев. Видимо, он с самого начала стал предводителем восставших, поскольку Саллюстий называет его «первым гладиатором»

В 1955 г. немецкий антиковед К. Циглер предположил случай falsa lectio в тексте биографии Красса у Плутарха и теперь фракиец Спартак получался уже не номад родом, а конкретно из племени медов. Идея получила широкое признание - в результате на крайнем юго-западе Болгарии в 1965 г. в городке Сандански появился памятник фракийскому вождю. Это еще одно проявление эволюции образа, ставшего олицетворением борьбы за свободу в современных условиях тех тенденций национального самоопределения и поисках национальной самоидентичности, которые наблюдаются во многих странах Европы

Сами корни восстания уходят не только в пленение фракийца Спартака, несправедливость которого подмечается и в современной массовой культуре, но и том факте, что первый хозяин Спартака «без вины» отдал его в гладиаторы. По выражению В.О. Никишина, со стороны античных авторов попытка объяснения заговора крылась как раз в моральной составляющей самого факта передачи раба в гладиаторы, на который юридически господин раба имел полное право109.

Античные историки не имеют единого мнения о целях восставших. Мнение о том, что Спартак пытался изменить коррумпированное римское общество и положить конец римскому рабству, выраженное в различных современных интерпретациях в массовой культуре (например, фильм Стэнли Кубрика), также не имеет прямых доказательств.

Спартак был одним из самых выдающихся и известных гладиаторов Древнего Рима, в результате чего он пользовался большим авторитетом и уважением среди окружающих его людей, других гладиаторов, в том числе и римской знати. Больше всего в нём ценили такие качества как мужество, силу духа, волю к победе, благородство и физическую силу.

Становится ясно, что среди античных авторов не было единого мнения. Одни выражали ярко негативную позицию по отношению к Спартаку. Так для Цицерона, Тита Ливия, Флора и Тацита Спартак являлся злейшим врагом, разбойником (Тацит. Анналы, III.73.2; Цицерон. Филипп. III.21; IV.15).

Для других античных авторов - Саллюстия, Диодора, Плиния Старшего, Плутарха и Аппиана, это, прежде всего, выдающийся человек, одаренный полководческим гением, обладающий неординарными организаторскими способностями. Саллюстий особо подчеркивал благородство и незаурядную силу духа Спартака (Саллюстий, III. 91, 98).

Однако в эпоху Империи Спартак с его благородством, полководческим гением становится неким идеалом, с образом которого возможно сравнивать императоров, как, например, Траяна, или Максимина Фракийца (Юлий Капитолин. Максимин, IX.6) фактически соотечественника Спартака, а также полководческий талант - с Ганнибалом (Евтропий. VI.7.2; Орозий, V.24.5), который как и военачальник Карфагена заставил трепетать от страха «вечный город» так, что война из «bellum servile» превратилась в «bellum justum».

В научной литературе нет сомнений, что Спартак по происхождению фракиец, однако в современной массовой культуре он имеет либо иное происхождение, которое также упоминалось у некоторых античных авторов, либо определяется именно по типу гладиатора.

В 80-70 гг. I в. до н.э. римляне неоднократно воевали с фракийцами, самыми известными являются походы Суллы, и, вероятно, именно в этот период Спартак оказался в числе военнопленных и был продан в рабство. Впрочем, по факту именно его военного пленения разночтений мало, а для современной массовой культуры Спартак и выступает как олицетворение истинного воина, обладающего своим понятием о чести, тогда как римляне - бесчестные и развратные. Однако интересно, что фракийцы славились как всадники, при этом в том же самом сериале «Спартак» складывается ощущение, что авторы навязывают мысль о том, что гладиаторы не умели ездить и тем более сражаться верхом. Истинный образ Спартака начинает исчезать под тем обликом, который хотели видеть современные люди.

Конечно, для того чтобы приобрести значительный авторитет, требуются годы, поэтому вероятность пленения Спартака падает на 80-е гг. I в. до н.э.110. А вот вопрос о его статусе рудиария остается открытым, хотя в романе Р. Джованьоли Спартак не просто знакомится с видными политическими деятелями той эпохи - Катилина, Сулла, Красс, Цезарь, он изучает их и получает покровительство и столь желанный для гладиатора деревянный меч. Однако античные источники уверены, что статус Спартака накануне восстания не изменялся - он был рабом (Дигесты, 41.2.3.10)111.

Пожалуй, самой главной причиной поражения восстания Спартака можно назвать противоречивость и неоднородность внутри самой армии мятежников. Насколько мы помним, помимо гладиаторов к войску Спартака также примкнули рабы, обедневшие крестьяне, чьи главные цели и мотивы противоречили друг другу, что в дальнейшем породило разобщённость внутри армии Спартака. Рабы, прежде всего, стремились обрести личную свободу; сельское население же были заинтересованы в возвращении своих земельных наделов, конфискованных у них их господами, в результате чего они совершено не хотели покидать территорию Италии, составляя достаточно внушительные группы рабов, продолжавшие разбойничать в Италии, так что Риму пришлось вновь направлять войска для их подавления. Кроме того, известно, что эти же группы рабов должны были стать поддержкой Луцию Сергию Катилине, который попытался совершить государственный переворот.

В восстании рабов под началом Спартака, помимо его «локально-исторического» идеи и смысла, присутствует и нечто другое, немеркнущие, человеческое и всемирно-историческое. Оно состоит, на наш взгляд, в том, что в этом грандиозном движении угнетённых и бесправных - вставших на борьбу за победу, за приобретение самого обычного и самого величайшего общечеловеческого воплощения всех времен - за свободу112.

Восстание Спартака значительно повлияло на дальнейшее развитие политического устройства в Римской империи: переход от республиканской формы правления к монархической. Вспомним, что победители восстания Спартака Лициний Красс и Гней Помпей уже вскоре были избраны консулами, а затем заключили триумвират, ставший своеобразной переходной формой правления от Республики к Империи.

Эволюция представлений о происхождении Спартака, его жизни до пленения была не столь значительна, а наибольшим изменениям подвергнулся именно облик и характер лидера восстания. В современной интерпретации Спартак ничем не выделяющийся из общей массы воинов, а затем и гладиаторов, человек, отличающийся вспыльчивостью, подчас несдержанностью, способный убить не только в пылу боя, но и во время тренировки.

Спустя два с лишним тысячелетия реальный образ Спартака с его благородством, которое не могли отрицать даже античные авторы, его мощь и сила, сравниваемая с Геркулесом, трансформировалась в облик скорее современного человека с его эгоистическим отношением к миру и обществу, он вобрал в себя, очевидно, самые нелицеприятные черты характера, даже чрезмерную жестокость и непримиримость. Вероятно, именно таким образом, по мнению наших современников, должен был выглядеть лидер восстания, не имевший даже своего имени, хотя даже античные авторы, довольно часто, выражают своё уважение к такой личности как Спартак.

Современная массовая культура более уступает дорогу зрелищности, чем реальным событиям, которым соответствует даже исторический роман Р. Джованьоли. Благородный, сильный духом человек не подходит современным ожиданиям, для которых вспыльчивый, хотя и неординарный, человек, не умеющий наладить отношения даже со своими собратьями, агрессивный и ослепленный местью ближе нашему поколению.

Популяризация исторической науки в современном мире, безусловно, важна, но разрушение исторических реалий и исторического образа несет в себе опасность дальнейшей трансформации науки в целом. Тем более, что трансформация образа Спартака и взгляд на восстание рабов менялся и в научной литературе под влиянием идеологии и времени, хотя в источниковой базе никаких изменений не происходило, а находки новых источников в будущем вряд ли возможно.

БИБЛИОГРАФИЯ

Источники:

1.Аппиан. Римские войны. СПб.: Алетейя, 1994.

2.Вегеций Флавий Ренат. Краткое изложение военного дела. / пер. С. П. Кондратьева. // Вестник древней истории. 1940. № 1. [Электронный документ]. - URL: #"justify">3.Властелины Рима: Биографии римских императоров от Адриана до Диоклетиана / пер. с лат. С.П. Кондратьева; под ред. А.И. Доватура. СПб.: Алетейя, 2001. - (Античная библиотека. Античная история).

5.Скрипилев Е.А. Дигесты Юстиниана / пер. с лат. И. С. Перетерский; под ред. Е. А. Скрипилев. М.: Наука, 1984.

6.Евтропий. Краткая история от основания Города / пер. А. И. Донченко

// Римские историки IV века. М., 1997. С. 5-76.

7.Ливий Тит. История Рима от основания города: В IV кн. М.: Ладомир, 2002.

8.Орозий Павел. История против язычников кн. I-VII; 2-е изд., испр, и доп. / пер. с лат., вступ. ст., коммент, и указатель В. М. Тюленева. СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2004.

9.Плутарх. Сравнительные жизнеописания: В 2-х Т. - изд.2-е, испр. и доп. М.: Наука, 1994.

10.Саллюстий Гай Крисп. История [Электронный документ]. - URL: #"justify">11.Синезий Киренский. О царстве / пер. М. В. Левченко // Византийский временник. 1953. Т. 6. С. 327-357.

12.Тацит Корнелий. Сочинения. Т.1-2. / отв. ред. С. Л. Утченко. СПб, Наука. 1993. - (Серия «Литературные памятники»). - Т.1. Анналы. Малые произведения. / Пер. А. С. Бобовича.

13.Флор Луций Анней. История. Эпитомы Тита Ливия // Хрестоматия по истории Древнего Рима: учеб. пособ. / сост.: И.А. Гвоздева, И.Л. Маяк, А.Л. Смышляев и др.; под ред. В.И. Кузищина. М., 1987.

14.Фронтин Секст Юлий. О военных хитростях // Хрестоматия по истории Древнего Рима: учеб. пособ. / сост.: И.А. Гвоздева, И.Л. Маяк, А.Л. Смышляев и др.; под ред. В.И. Кузищина. М., 1987. С.149.

15.Фронтон Марк Корнелий. Фрагмент // Хрестоматия по истории Древнего Рима: учеб. пособ. / сост.: И.А. Гвоздева, И.Л. Маяк, А.Л. Смышляев и др.; под ред. В.И. Кузищина. М., 1987. С.149.

16.Цицерон Марк Туллий. Речи [Электронный документ]. - URL: #"justify">17.Хрестоматия по истории Древнего Рима: учеб. пособ. / сост.: И.А. Гвоздева, И.Л. Маяк, А.Л. Смышляев и др.; под ред. В.И. Кузищина. М., 1987.

Научные и учебные издания:

1.Античные писатели. Словарь. СПб., 1999.

2.Белявский Л., Лазаревич А., Монгайт А. Всемирная история: Энциклопедия: в 10 т. М., 1956. - Т.2.

3.Бокшанин А.Г. Источниковедение Древнего Рима: учеб. пособ. М., 1981.

4.Ботвинник М.Н. Жизнеописания знаменитых греков и римлян. М.: Просвещение, 1988. [Электронный документ]. - URL: #"justify">5.Горончаровский В.А. Спартаковская война: восставшие рабы против римских легионов. СПб.: Петербургское Востоковедение, 2011.

6.Джованьоли Р. Спартак: исторический роман // пер. с итал. А. Ясной; под ред. В. Узина. Киев, 1985.

7.Карышковский П.О. Восстание Спартака. М., 1956.

8.Ковалев. С.И. История античного общества: Эллинизм. Рим. Л., 1936.

9.Ковалев. С.И. История Рима. СПб., 2002.

10.Коптев А.В. Несколько замечаний о восстании Спартака: [Электронный документ] - URL: #"justify">11.Крыкин С.М. Спартак легендарный и исторический // Наука, образование, культура. Материалы международной научно-практической конференции, посвященной 26-ой годовщине Комратского государственного университета 10 февраля 2017: I-II Т. Комрат, 2017. - Т. II. С.124-126.

12.Кузищин В.И. Нормы и степень эксплуатации труда сельскохозяйственных рабов в Италии II в. до н. э. - I в. н. э. (Проблема производительности рабского труда и её эволюции) // Кузищин В.И. Исследования в области экономической истории античности. СПб.: Алетейя, 2011.- (Античная библиотека. Исследования). С.507-514.

13.Ленин. В.И. Полное собрание сочинений: Т.39. М., 1970.

14.Лесков В. Спартак. - 3-е изд., испр. и доп.- М.: Молодая гвардия, 2011.

(ЖЗЛ).

15.Маркс К., Энгельс. Ф. Сочинения: Т. 16, Т.30. М., 1960.

16.Мишулин А.В. Спартак: научно-исслед. очерк / под ред. С.Л. Утченко. М., 1950.

17.Мишулин А.В. Спартаковское восстание. М.: Социально-экономическое издательство, 1936.

18.Моммзен Т. История Рима. Т. 3. От смерти Суллы до битвы при Тапсе / русский перевод И. М. Масюкова; под общ. ред. Н. А. Машкина. М., 1941.

19.Никишин В.О. О биографии Спартака до начала «рабской войны» // Studia historica (к 60-летию Александра Васильевича Подосинова). Вып. IX. М., 2009. С.98-105.

20.Словарь античности. - пер. с нем. М.: Прогресс, 1989.

21.Утченко С. Л. Древний Рим. События. Люди. Идеи. М.: Наука, 1969.

22.Филдс Н. Восстание Спартака. Великая война против Рима. 73-71 годы до н. э. - пер. с англ. М.: Эксмо, 2011. - (Великие битвы, изменившие ход истории)

23.Халдеев В.В. Проблемы восстания Спартака в работах Масаоки Дои // Вестник древней истории. 1984. №4. С.171-177.

Электронные ресурсы:

1.Гладиаторские игры: [Электронный ресурс]. - URL: #"justify">2.Древний мир. Фракийцы: [Электронный ресурс]. - URL: #"justify">1.История Древнего Мира. Античная литература: [Электронный ресурс]

URL: #"justify">2.Классификация гладиаторов: [Электронный ресурс] - URL: #"justify">3.Фракийские племена в V-IV вв. до н. э [Электронный ресурс]. - URL: https://www.ronl.ru/lektsii/istoriya/939157/ (дата обращения 01.03.2017);

Похожие работы на - Образ Спартака в античной литературе и современной массовой культуре

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!