Языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

  • Вид работы:
    Дипломная (ВКР)
  • Предмет:
    Литература
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    46,73 Кб
  • Опубликовано:
    2017-07-23
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой













Языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

Введение

тушнова художественный творческий ретроспекция

Интерес лингвистов к проблеме актуализации категории времени в языке возник в начале XX века, тогда же появились первые работы, посвященные отражению категории времени в тексте. Проблема текстового времени не утратила своей актуальности и в XXI веке, так как игра писателей со временем, разрушение линейного хода повествования, нарушение хронологической последовательности событий, перестановки эпизодов во времени, забегания вперед и возвраты в прошлое стали обычными явлениями в современной литературе.

В системе современной лингвистической науки существует ряд концепций, предметом которых являются категории пространства и времени в самом широком понимании. Назовём их совместно с утвердившимися терминами: «хронотоп» (М.М. Бахтин), «семиосфера» (Ю.М. Лотман), «концептосфера» (Д.С. Лихачев), «континуум» (И.Р. Гальперин). Изучением художественного времени и темпоральности текста с позиций науки о языке занимались И.Р. Гальперин, З.Я. Тураева, Н.А. Николина, М.Н. Левченко и многие другие. Однако среди лингвистов не существует единого мнения о природе художественного времени и его составляющих. Анализ исследований, посвященных данной проблеме, позволяет сделать вывод о том, что художественное время - особая категория текста, отражающая время реальное, с одной стороны, и подчиняющаяся творческой воле автора, с другой. При этом мы понимаем, что язык располагает богатейшим арсеналом внутренних - грамматических и лексических - средств для обозначения темпоральных аспектов действительности.

Многие исследователи (например, И.Р. Гальперин, Н.А. Николина, М.Г. Меркулова), разбирая категорию времени, выделяли категорию ретроспекции в художественных произведениях. С течением времени в художественной литературе менялось отношение к данной категории, менялись не только концепции передачи времени, прошлого, воспоминаний, но и языковые средства создания ретроспекции. При этом каждый автор использует определенные языковые способы создания образа прошлого, ретроспекции, что, конечно же, влияет на его стиль и язык, которые, в том числе из-за этого, становятся уникальными и неповторимыми.

Поэтому исследование, с одной стороны, направлено на изучение способов создания ретроспекции именно в поэтических текстах (редко подвергавшихся рассмотрению), и, с другой стороны, на всю систему разноуровневых языковых средств, которая позволяет раскрыть

«множественность и неоднозначность» 4 эффекта от фактора времени.

Актуальность нашей работы обусловлена тем, что время, наряду с пространством, являясь универсальной категорией, изучение которой важно для полного и правильного понимания любого художественного текста, продолжает оставаться в центре внимания филологов.

Материалом для исследования послужили несколько поэтических сборников В.М. Тушновой, произведения которой, в аспекте категории времени и ретроспекции в частности, ранее не рассматривались, что позволяет говорить о новизне работы. Таким образом, результаты работы в совокупности могут дать хорошую основу как для следующих исследований в области ретроспекции, так и для более подробного лингвопоэтического разбора творчества данного поэта с точки зрения других категорий.

Цель работы - проанализировать языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой.

Для достижения цели необходимо выполнить следующие задачи:

-рассмотреть понятие ретроспекции как категории времени;

-определить языковые способы создания ретроспекции в поэтических текстах;

-проанализировать особенности функционирования приёмов создания ретроспекции на примере творчества конкретного поэта;

-определить индивидуальные черты всего творчества поэта.

Объект исследования - стихотворения Вероники Михайловны Тушновой сборников «Первая книга», «Пути - дороги», «Память сердца».

Предмет исследования - языковые способы создания ретроспекции в поэтическом тексте вообще и применительно к творчеству советской поэтессы В.М. Тушновой в частности.

Практическая значимость исследования заключается в том, что результаты выпускной квалификационной работы могут быть использованы в практике преподавания ряда дисциплин в ВУЗе: в курсе лингвопоэтики; при изучении истории литературы периода Великой Отечественной войны, - а также в старших классах школы при подготовке учащихся к выпускному итоговому сочинению и единому государственному экзамену по русскому языку.

В ходе исследования нами были использованы методы наблюдения, обобщения и лингвопоэтического анализа.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав (теоретической и практической), заключения, списка использованной литературы. Во введении определены актуальность, новизна, а также практическая значимость исследования, сформулированы цель и задачи работы. В теоретической главе мы рассматриваем ретроспекцию как категорию времени, а также анализируем основные языковые способы создания ретроспекции в поэтических текстах. Во второй главе мы рассматриваем языковые способы создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой. В приложение вынесены конспекты уроков по подготовке учащихся в 10-х и 11-х классах, соответственно, к выпускному итоговому сочинению по литературе и единому государственному экзамену по русскому языку на основе наработок, полученных в ходе проведенного исследования.

1. Ретроспекция как категория времени и языковые средства её создания в поэтических текстах

1.1 Ретроспекция как категория времени в художественном тексте

Одной из характерных черт художественного текста является прерывистость авторского повествования. «Ретроспективное нарушение» 5 временного ряда повествования в художественном произведении используется автором при обращении к прошлому, при передаче воспоминаний героев, при описании событий и фактов, имевших место в прошлом. Под «ретроспективными нарушениями» понимается, на наш взгляд, различие, которое легло в основу отделения объективного времени от «нарративного времени»: объективное время характеризуется необратимостью и однонаправленностью временного потока (его невозможно повернуть в прошлое, оно всегда направлено в будущее), в то время как особенностью нарратива (повествовательное прошедшее время) является его обратимость и разнонаправленность.

Согласно Большому толковому словарю под редакцией С.А. Кузнецова под ретроспективой, то же, что и ретроспекция (от лат. retro - «назад», spectare - «смотреть») следует понимать взгляд в прошлое, обозрение того, что было в прошлом.

На современном этапе развития литературоведения термин «ретроспекция» имеет следующие «феноменальные» особенности:

1.наличие в зарубежной справочной литературе трёх, часто синонимичных терминов (ретроспекция, flashback, аналепс), описывающих данное понятие, и их отсутствие в отечественной литературе;

2.фиксация в зарубежных справочных изданиях примеров универсальности функционирования ретроспекции;

3.детальное исследование ретроспекции в качестве грамматических категорий в работах отечественных лингвистов И.Р. Гальперина, З.Я. Тураевой;

4.наличие уже сложившейся системы изучения ретроспекции как категории времени в художественном тексте, в особенности, эпосе и романе: «психологизация» времени Г. Мейергоффа, «пространственная» концепция Д. Фрэнка, «разрушенное время» Алена Роб-Грией, «содержательное» представление о времени в трудах М.М. Бахтина, Л.С. Выготского, Б.А. Успенского, Д.С. Лихачёва, статьях Н.Ф. Ржевской;

5.редкие примеры теоретических обобщений функционирования ретроспекции в драматургии и поэзии.

Работы академика Д.С. Лихачёва по поэтике древнерусской литературы доказали, что ретроспекция как обращение повествователя к прошлому («воскрешение прошлого») существовала уже в древнейших фольклорных и литературных формах творчества. Традиционно исследование ретроспекции в художественном тексте проходило в основном в литературоведческом аспекте. Одним из первых к лингвистическому исследованию ретроспекции как текстовой категории обратился И.Р. Гальперин, справедливо заметивший, что «текст большого объёма, развёртываясь во времени и пространстве, не всегда выдерживает строгую последовательность в изложении фактов, событий, действий».

И.Р. Гальперин рассматривает ретроспекцию как грамматическую категорию текста, «объединяющую формы языкового выражения, относящие читателя к предшествующей содержательно-фактуальной информации». В данном вопросе хочется уделить отдельное внимание термину «содержательно - фактуальная информация», определение которому также дано в упомянутой работе учёного: «это информация о фактах, событиях, явлениях, последовательности событий, их участниках, времени и месте действия», т.е. такая информация содержит базовые факты, как единичные (время, место событий, их последовательность), так и тематически объединённые (сведения о предыстории событий, портретные характеристики героев).

И.Р. Гальперин отмечает, что ретроспекция может проявляться:

1.когда информация была ранее представлена в тексте и автор либо сам читатель к ней возвращается;

2.когда предшествующая информация только озвучивается, «прерывая поступательное движение текста, т.е. происходит перестановка временных планов повествования» 10.

Учёный считает, что автор произведения с определённой целью возвращает читателя к уже сообщённым фактам, придавая им тем самым какое-то значение, привлекая к ним внимание. В зависимости от того, какие цели ставит автор перед собой, умело вызывая в памяти читателя необходимые сведения, ретроспекция воплощает такие авторские замыслы:

1.напоминание ранее сообщённых сведений или описание новых, относящихся к прошлому и в данный момент необходимых для дальнейшего понимания развития событий;

2.подведение читателя к необходимости переосмыслить сведения о прошлом с учётом как уже известных, так и новых обстоятельств и в другом контексте;

3.выделение отдельных частей текста, косвенно относящихся к «содержательно-концептуальной информации» (информация, в которой получает отражение идея текста).

Ретроспекция как литературный приём играет большую роль в художественном произведении. Ретроспективные элементы, нарушающие реальный ход событий, как признак сдвига временных пластов, являются одним из средств когезии (связности) художественного текста: как пишет И.Р. Гальперин, «ретроспекция заставляет рассматривать текст с точки зрения прошлого, настоящего и в определенных условиях - будущего <…> Ретроспекция - неотъемлемое свойство восприятия целого». Это значит, что, соединяя между собой различные нити повествования, ретроспекция отсылает читателя к предшествующим событиям, создавая его «эмпирический тезаурус, благодаря которому он в состоянии проникнуть в «связь времён». Следовательно, посредством этой категории происходит процесс осознания связи пространственных и временных отношений, их целостности; именно она участвует в раскрытии глубинных временных пластов текста, превращая «солирующую тему повествования в полифоническую многоуровневость художественного произведения».

В конечном итоге благодаря ретроспекции читатель может проникнуть в авторский замысел. Отсюда следует, что категория ретроспекции даёт возможность распознать расставляемые автором акценты и понять причину выделения отдельных частей текста особенной метой. Например, восстанавливаемое в памяти читателя при помощи различных приёмов ретроспекции «заставляет переоценить значение воскрешаемого и - нередко-то, что казалось иррелевантным или второстепенным, становится в ряд значимых частей». К тому же если герой (автор) вспоминает прошлое, то оно имеет для него значение, а следовательно, раскрывает внутренний мир самого героя (автора).

Позже исследованием текстового времени и категории ретроспекции занимались Т.А. Андреева, Л.Н. Фёдорова, М.Н. Левченко, Н.В. Брускова, Д.Д. Антипова и др. В своей работе мы рассмотрим точки зрения Л.Н. Фёдоровой и Н.В. Брусковой.

Л.Н. Фёдорова, анализируя материал английского языка, называет ретроспекцию, возвращающую к ранее предъявленной содержательно - фактуальной информации, «отсылочной», действие которой проявляется в том, что в тексте возникают ретроспективные ссылки или ретроспективные экскурсы в рамках синхронного развития сюжета. Отсылочная ретроспекция непосредственно связана с процессом переакцентуации, и, исходя из этого, читатель чётко понимает, что данная часть текста является воспоминанием. По мнению исследователя, подобная ретроспекция чаще всего возникает в произведениях крупного текстового объема (проза, драматургия).

В поэтическом же тексте мы можем встретить исключительно композиционно-текстовую ретроспекцию, которая выводит читателя за рамки сюжетного времени. Композиционно-текстовая ретроспекция является, прежде всего, средством передачи содержательно-фактуальной информации, которая может переосмысливаться в процессе становления текста и влиять на содержательно-концептуальную.

Так же, как и И.Р. Гальперин, Л.Н. Фёдорова полагает, что ретроспекция способствует объединению текста в единое смысловое и структурное целое, в то же время являясь источником последующего развития сюжета. Поэтому исследователь считает возможным выделить следующую основную функцию данной категории - «функцию продвижения сюжетного развития», которую выполняет ретроспективная часть, расположенная в начале произведения и способствующая построению художественного пространства, характеризует персонажей произведения. В этом случае ретроспективный отрезок текста содержит информацию, которая или предопределяет сюжетное развитие, либо намекает на тот или иной поворот в ходе повествования.

В противовес мнению И.Р. Гальперина, который придавал большое значение замедляющей функции ретроспекции, воспринимаемой «как перерыв континуума повествования для того, чтобы актуализовать ранее изложенное», Л.Н. Фёдорова отмечает, что «функция замедления сюжетного развития» не влияет на развитие сюжета.

Н.В. Брускова, которая рассмотрела ретроспекцию на примере немецкой художественной литературы, даёт следующее определение этой категории: ретроспекция - это «такое изложение событий, когда последующий отрезок текста отсылает читателя к событиям, имевшим место раньше событий, описанных в предыдущем тексте». Значит, так же, как и Л.Н. Фёдорова, автор считает категориальным признаком ретроспекции темпоральные скачки, нарушающие линейную последовательность событий. В своей классификации Н.В. Брускова исходит из грамматических критериев и выделяет по параметру структурно-синтаксической организации текста фразовую, межфразовую и текстовую ретроспекцию; по языковым способам выражения эксплицитную и имплицитную ретроспекцию; а также различает следующие семантические виды - дистантную, контактную, длительную и краткую ретроспекцию.

Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что исследователи рассматривали различные типы ретроспекции и особенности её функционирования в тексте. При этом отдельные языковые средства создания этой категории не были предметом дельного изучения. И проблема роли языковых средств в создании ретроспекции, на наш взгляд, остаётся интересной, особенно в аспекте анализа поэтической речи.

1.2 Особенности создания ретроспекции в художественной речи

В художественном произведении категория времени выполняет текстообразующую функцию - организует темпоральную структуру художественного произведения, участвуя и в концептуализации его смысла. Об этом пишет в своей книге «Категория времени в художественной речи» Н.А. Николина - ведущий исследователь вопроса о способах выражения грамматической категории времени и связанной с этим категории ретроспекции: «Формы времени в художественной речи выступают не только как одно из средств выразительности, но и служат конструктивной основой художественного времени текста, реализуют в нём различные дополнительные смыслы, значимые для интерпретации произведения». Основным способом формирования темпоральных планов текста автор называет видовременные формы глагола, выделяя, помимо морфологических, лексические и синтаксические средства, играющие существенную роль в представлении темпоральных отношений. Н.А. Николина выявляет также особенности функционирования грамматических форм глагольного времени с учётом разных родов и жанров литературы, выделяя при этом ряд средств, напрямую относящихся к созданию ретроспекции в текстах.

Наша работа посвящена анализу языковых средств создания ретроспекции в поэтических текстах, сущность которых, по мнению Н.А. Николиной, наиболее ярко отражена в «настоящем изобразительном времени, связанном с моментом созерцания и лирической концентрации».

В поэтических текстах исследователями в основном выделяются три уровня языковых средств создания ретроспекции: лексический, морфологический и синтаксический.

Лексические средства создания ретроспекции в поэтических текстах

После рассмотрения основных источников по данной тематике мы можем сказать, что на лексическом уровне при создании ретроспекции в поэтических текстах используются следующие языковые средства:

1.Использование слов с семой «память» (помнить, забыть, вспомнить, памятник и др.), занимающих сильные позиции в текстах с ретроспективной композицией. Как отмечает Н.А. Николина в работе «Ретроспективная композиция поэтического текста», эти лексические средства «указывают на точку зрения лирического героя в настоящем или выделяют внутреннего адресата текста» 20. Подобные слова часто повторяются в поэтическом тексте, обозначая тем самым отдельные значимые моменты для лирического героя в потоке воспоминания. Причём эти моменты могут быть выражены как последовательностью нескольких событий, так и номинацией ряда предметов, явлений или лиц:

Припомните, о други, с той поры, Когда наш круг судьбы соединили, Чему, чему свидетели мы были!

Игралища таинственной игры, Металися смущенные народы; И высились и падали цари;

И кровь людей то Славы, то Свободы, То Гордости багрила алтари.

(А.С. Пушкин «Была пора: наш праздник молодой…»)

Вновь в памяти белых лилий И синих миров сверканье.

(Н. Гумилев «Так долго сердце боролось»)

2.Использование лексических единиц с семой «прошлое», которые подчеркивают разрыв между текущим временем и уже минувшим, ушедшим в воспоминания. Эти лексические единицы могут вводиться автором в любую часть текста, расширяя тем самым временные границы, как для лирического героя, так и для читателя. Здесь первое место занимает субъективное время, позволяющее «преодолеть время и представить события далекого прошлого как ситуацию настоящего»:

Чем ночь прошедшая сияла, Чем настоящая зовет,

Всё только - продолженье бала, Из света в сумрак переход…

(А. Блок «На островах»)

Довольно близки по своему значению к словам с семой «прошлое» лексические средства, указывающие на течение времени, которые позволяют читателю отследить переход событий в пласт прошедшего, былого. Для этого средства характерно применение устойчивых или ярких эпитетов, способствующих расширению семантики поэтического текста:

Как в дни безумные, как в пламенные годы, Мне жизни мировой святыня дорога.

(А.А. Фет «Тебе в молчании я простираю руку»)

3.Группа слов со значением временной протяженности (время, час, минута, день и т.д.).

Вместе с тем автор фиксирует частотность употребления этих единиц, например, для лирики XIX - начала XX веков, когда было характерно использование слов - «день», за ним следовали «час», «год» и «век»; наибольшая употребительность среди слов, обозначающих короткий промежуток времени, была у «мига», «минуты», «мгновенья» / «мгновения».

В те дни, когда душа трепещет Избытком жизненных тревог,

В каких-то дальних сферах блещет Мне твой, далекая, чертог.

(А. Блок «В те дни, когда душа трепещет»)

Прощай же, море! Не забуду Твоей торжественной красы И долго, долго слышать буду Твой гул в вечерние часы. (А.С. Пушкин «К морю»)

Семантика именно этих слов соответствует «гармоничному, человеческому восприятию времени», его субъективному началу, когда особенно ценны «мгновение» и «миг» (а не «секунда»), как показатели повышенной эмоциональной напряжённости, и время, знакомое каждому и переживаемое каждым (то есть не «тысячелетие», а «год»). Однако не семантика объясняет, почему «век вытеснил столетие из поэтической речи, почему минута употребляется в два раза меньше, чем мгновение», а законы русского стихосложения: «самые употребительные слова этого класса - односложные <…>, а это значит, что они подходят для любого метра и могут занимать практически любое положение в строке». Из этого следует, что языковые способы создания образа времени и ретроспекции в поэтической речи имеют характерные особенности, отличные от средств в прозаической речи.

Не стоит забывать и о том, что «слова времени» указывают не только на отрезки времени и их протяжённость, но и на присущие им субъективные значения, «которые демонстрируют неотделимость времени от жизни человека и природы», ведь «время проходит под знаком событий, его заполняющих».

В связи с этим Т.В. Лобанова утверждает, что разные по своей семантике темпоральные показатели воссоздают два принципиально разных плана жизни: направленность на мир внутренний изображается событиями, происходящими «час», «мгновение», «минуту», «миг», «год / годину» (таким образом, автор придаёт значение душевному и духовному состоянию героя); мир внешний с его социумом, возрастом, культурой и историей описывается словами «дни», «времена», «век», «эпоха», «годы / лета» (автор привлекает внимание к значимым для него, героя или народа историческим событиям).

Наряду со словами, имеющими в своём прямом значении сему «время», в языке существует намного больше слов, которые могут быть истолкованы лишь со «ссылкой на время», например: «медленный» - совершающийся, происходящий в длительный промежуток времени; «хроника» - запись исторических событий в их временной последовательности и др.

4.Названия различных временных отрезков в рамках циклического характера времени (дни недели и месяцы, обозначение суточных и годовых интервалов). Мы не можем не согласиться, что в отсутствие указания на точный год или день данные циклические промежутки не несут на себе признака акта воспоминания, т.к. подобная форма может использоваться, в том числе, и для обозначения будущего отрезка. Поэтому очень важным признаком для этого лексического способа создания ретроспекции является обязательное наличие форм прошедшего времени глаголов.

Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный, Как золотой покров, она свила, Покров, накинутый над бездной.

(Ф.И. Тютчев «Святая ночь на небосклон взошла»)

5.Точные указания времени (дата, точное время), которые свойственны дневниковым записям и мемуарам (от франц. memoire - память) - произведениям, закрепляющим в той или иной форме воспоминания их авторов о прошлом. Точность дня или времени может служить определяющим параметром развития событий, при этом сама отсылка к точному времени уже приводит читателя к понимаю того, что перед ним разворачивается ретроспекция.

Пускай же он с отрадой хоть печальной Тогда сей день за чашей проведет,

Как ныне я, затворник ваш опальный, Его провел без горя и забот.

(А.С. Пушкин «19 октября 1825»)

6.Простые противопоставления (здесь - там, теперь - тогда), которые позволяют увидеть действие сразу в двух пластах времени - времени настоящего и времени прошедшего.

В этом аспекте очень интересна статья М.С. Зарифян «Семантическая симметрия и ассиметрия дейктических наречий «тут» и «там»», в которой автор отмечает характерное для обоих наречий указание на два следующих одно за другим события, при этом «события, связанные при помощи «тут», немедленно следуют друг за другом и входят в единый раунд наблюдения, в то время как наречие «там», напротив, «отдаляет» события друг от друга, и временной промежуток между ними чётко не определяется».

И что там в тумане - Дания, Нормандия или тут

Сама я бывала ранее, И это - переиздание

Навек забытых минут?

(А. Ахматова «Уж я ль не знала бессонницы…»)

Однако при использовании данного приёма автору необходимо задействовать глагольные формы прошедшего времени, ведь только в сочетании с ними читатель может увидеть, что подобное противопоставление связано именно с изменением времени, а не представляет разные стороны текущего описания. Так автор не только описывает прошлое, а позволяет читателю сопоставить прошлое с настоящим, проследив изменения в жизни героя.

7.Повтор является, по мнению И.Р. Гальперина, «решающим фактором для получения полной эстетически значимой информации», лишь после получения которой «можно адекватно воспринять художественное произведение». Исследователь называл саму ретроспекцию «своеобразным повтором - повтором мысли», который актуализирует отрезок текста: «Впечатления, которые лишь «мелькают» при первом чтении, постепенно, средствами ретроспекции, обретают некую реальную форму, значительность, весомость. К тому же ретроспекция, способствуя более глубокому пониманию взаимозависимости отдельных частей текста, тем самым обеспечивает процесс интеграции».

В этом вопросе обозначаются также виды повторов, используемые наиболее часто в текстах с ретроспективной композицией, - кольцевой и анафорический. Кольцевой повтор, по словам В.М. Жирмунского, является показателем «внутреннего тематического движения, возвращения в конце стихотворения к той теме, которой движение начинается». Анафорические же повторы, характеризующиеся повторением каких-либо сходных элементов в начале смежных ритмических рядов (полустиший, строк, строф), являются средством актуализации отдельных особенно значимых событий, фактов или лиц из прошлого лирического героя.

Не помню, как бросил весло,

Не помню, что пестрый нашептывал флаг, Куда нас потоком несло!

(А. Фет «Над озером лебедь в тростник протянул…»)

Хотя я судьбой на заре моих дней, О южные горы, отторгнут от вас,

Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз: <…> Там видел я пару божественных глаз;

И сердце лепечет, воспомня тот взор: Люблю я Кавказ!.

(М.Ю. Лермонтов «Кавказ»)

В отношении приведённого примера стоит отметить ещё одно возможное средство создания временных конструкций с нарушением грамматического строя речи - ненормативные окказиональные формы и грамматические ошибки (здесь деепричастие «воспомня», приближенное по своей форме к полногласному древнерусскому языку, ещё больше отдаляет нас от настоящего времени лирического героя веками, чем использование литературного «вспомнив»), которые, как и любое нарушение норм, довольно сильно акцентирует внимание читателя на работе в другом пласте времени.

8.Темпоральные указатели (историзмы, архаизмы, номинации примет определенного времени года (подснежники, облетевшие листья и т.д.), имена собственные исторических лиц, названия исторических событий).

Употребление таких лексических указателей нередко сопровождается сосуществованием двух планов - «природного» (под которым мы понимаем и движении истории и культуры, и трансформацию языка, и течение времени) и «психологического» (смена переживаемых героем эмоций), что непосредственно влияет на развитие многозначности форм времени в поэтическом тексте. Соотношение «природного» и «психологического» даёт читателю дополнительную глубину содержания, а также вводит его «в новую обстановку, помогает сориентироваться во временной перспективе».

Принес он смертную смолу

Да ветвь с увядшими листами, И пот по бледному челу Струился хладными ручьями. (А.С. Пушкин «Анчар»)

Пятнадцать лет с тех пор минуло, Прошел событий целый ряд,

Но вера нас не обманула -

И севастопольского гула Последний слышим мы раскат. (Ф.И. Тютчев «Чёрное море»)

Смиренный парус рыбарей, Твоею прихотью хранимый, Скользит отважно средь зыбей: Но ты взыграл, неодолимый,-

И стая тонет кораблей.

(А. Блок «К морю»)

9.Приём коммуникативного отстранения может быть выражен несколькими способами: например, употребление вместо субъекта речи неопределенного местоимения «кто-то», или замена существительными «ребёнок» местоимения «я» и т.д. При таком отстранении автор (лирический герой) смотрит на происходящие события со стороны, оценивает себя и своё поведение, как действия какого-либо другого персонажа.

Если светел мудрый астролог, Увидав безвестную комету, Если, новый отыскав цветок, Мальчик под собой не чует ног, Если выше счастья нет поэту,

Чем придать нежданный блеск сонету…

(Н.С. Гумилёв «Открытие Америки»)

10.Использование лексических единиц с семой «видения» или «сна», которые обращают внимание читателя на взаимосвязь прошлого с видимым во сне. Мы понимаем, что любое «видение» подразумевает под собой некую неопределённость, неясность очертаний. Эти свойства позволяют читателю по-своему интерпретировать данные фрагменты, соотнося их с личными переживаниями.

Мой сон переменился невзначай: Я видел комнату; в окно светил Весенний, теплый день…

(М.Ю. Лермонтов «Кладбище»)

11.Формы глаголов первого лица с семантикой восприятия, непосредственного отражения действительности органами чувств - «вижу», «слышу» и др., которые актуализируют момент.

Ночь придет - и лишь тебя Вижу я в пустом мечтаньи, Вижу, в легком одеяньи Будто милая со мной…

(А.С. Пушкин «К Наталье»)

Целый день спят ночные цветы, Но лишь солнце за рощу зайдет, Раскрываются тихо листы,

И я слышу, как сердце цветет.

(А.А. Фет «Я тебе ничего не скажу»)

Стоит отметить, что глаголы внутреннего зрения и слуха практически всегда употребляются вместе с лексемами с семой «видения» или «сна», т.к. за счёт такого тесного взаимодействия может быть создана и передана в полной мере авторская интенция.

Таким образом, мы выделили одиннадцать основных лексических средств создания ретроспекции в поэтических текстах, за счёт использования которых расширяется художественный мир произведения и обогащается дополнительными смыслами. Далее мы перейдём к рассмотрению основных морфологических средств создания ретроспективной композиции.

Морфологические средства создания ретроспекции в поэтических текстах

На морфологическом уровне можно отметить следующие средства:

1.Видовременные формы глагола являются главными средствами движения художественного времени в тексте. Использование в тексте грамматических форм глаголов двух времён, которые как раз и характеризуют «переход от плана настоящего к плану прошедшего»:

1)Формы настоящего времени организуют темпоральную рамку текста, настраивая читателя на «взгляд в прошлое», т.к. именно в этих формах реализуется авторский замысел по обращению к минувшим событиям и лицам. Поэтому в форме настоящего времени в основном используются глаголы эмоционального отношения, восприятия и памяти автора (лирического героя), которые располагаются в сильных позициях текста, его начале или конце, или одновременно в обеих точках:

Я помню длительные муки: Ночь догорала за окном;

Её заломленные руки

Чуть брезжили в луче дневном.

(А. Блок «Я помню длительные муки»)

Такие лирические переживания нередко объединяют прошлое и настоящее, «нейтрализуя их грамматические противопоставления, <…> которые оказываются неактуальными», как отмечает Н.А. Николина. При этом момент «лирической концентрации» в отношении эмоционально значимой ситуации из прошлого будто даётся здесь и сейчас, в его непосредственном восприятии. Таким образом, планы настоящего и прошедшего становятся неотделимы друг от друга.

2)Формы прошедшего несовершенного в имперфективном значении, которые обозначают действие как длительный или повторяющийся процесс в прошлом. При этом мы должны понимать, что это действие, выраженное формами несовершенного вида, было когда-то для лирического героя актуальным, но ушло в прошлое. Поэтому эти формы могут использоваться для «выражения тех или иных авторских оценок и быть связаны с актуализацией той или иной точки зрения» со стороны наблюдателя:

И кто в избытке ощущений, Когда кипит и стынет кровь, Не ведал ваших искушений - Самоубийство и Любовь! (Ф.И. Тютчев «Близнецы»)

Я не слыхала звонов тех,

3)Формы прошедшего совершенного в аористическом значении описывают события, ситуации, явления, единственно реальные для лирического героя и эмоционально значимые, несмотря на их описание через формы прошедшего времени глагола. Обозначают они недлительные действия, полностью отнесённые к прошлому, без указания на его развитие или полноту свершения.

Но вдруг, как молнии стрела, Зажглась в увядшем сердце младость, Душа проснулась, ожила,

Узнала вновь любви надежду, скорбь и радость.

Все снова расцвело! Я жизнью трепетал…

(А.С. Пушкин «К ней (В печальной праздности я лиру забывал)»)

Амур спросил меня однажды, Хочу ль испить его вина -

Я не имел в то время жажды, Но выпил кубок весь до дна.

(М.Ю. Лермонтов «Глупой красавице»)

2.По частотности использования в качестве средств создания ретроспекции в поэтических текстах следом за формами глаголов идут наречия, основной сферой действия которых является «глагольная группа: наречие сообщает определённые характеристики различных элементов ситуации, конкретные значения различных параметров (ситуация выбора параметра, косвенно связанная с самой ситуацией)».

1)Наречия времени, обозначающие локализацию ситуации во времени, должны быть употреблены с глаголами прошедшего времени для создания ретроспекции. Обратим внимание на наречия, которые придают дополнительные значения продолжительности (долго) или неоднократности (часто) событий.

Долго снились мне вопли рыданий твоих, - То был голос обиды, бессилия плач;

Долго, долго мне снился тот радостный миг, Как тебя умолил я - несчастный палач.

(А.А. Фет «Долго снились мне вопли рыданий твоих»)

2)Наречия с семой «ещё раз», которые Н.А. Николина относит к «сигналам повторяемости, соотносящим план настоящего с рядом аналогичных ситуаций, имевших место в прошлом».

Такими «сигналами повторяемости» выступают наречия «опять», «снова» и «вновь», которые описывают события, уже имевшие место в прошлом. Как отмечают исследователи эти наречия «в определённой текстовой ситуации способны не только создавать эффект (иллюзию) «начала с середины», но и вводить в ткань произведения важный для автора и читателя смысловой план» 38. Наречия «опять», «снова» и «вновь» могут реализовывать эту функцию благодаря тому, что соединяют в себе два значения: одной стороной они обращены в прошлое, а другой - в настоящее.

Свежим ветром снова сердце пьяно, Тайный голос шепчет: «Все покинь!» (Н. Гумилёв «Открытие Америки»)

И вот опять, и вот опять, Встречаясь с этим темным взглядом, Хочу по имени назвать,

Дышать и жить с тобою рядом…

(А. Блок «Всю жизнь ждала. Устала ждать»)

При этом прошлое, на которое они указывают, включается в текст имплицитно, что влечёт за собой углубление содержания текста без увеличения его объёма.

К наречиям с семой «ещё раз» относятся также наречия «ещё» и «уже», при использовании которых мы узнаём то, что было раньше, но здесь важен не сам факт, а оценка лирического героя. Он либо сожалеет об изменении, либо рад, что ещё что-то напоминает ему о прошлом. Именно это является основной оценкой прошлого через сопоставление с настоящим.

И пока к пустоте или раю Необорный не бросит меня, Я ещё один раз отпылаю Упоительной жизнью огня.

(Н. Гумилёв «Завещанье (Очарован соблазнами жизни)»)

Твоя душа уже в цепях;

Её коснулись вихрь и бури…

(А. Блок «Ты много жил, я больше пел…»)

3.Категория дейксиса, которую И.Р. Гальперин в широком значении термина определял как «указание на что-либо» и добавлял, что дейктический характер могут иметь «указательные местоимения, некоторые наречия, указывающие направления действия, и даже некоторые глаголы, имеющие в своей смысловой структуре сему направления движения». Причём это указание может быть как на текст, сообщённый ранее, так и на текст последующий. Однако в сочетании с темпоральными указателями различного характера дейктические элементы направляются на описание времени прошедшего, конкретизируя момент:

И с плачем безгласное тело Спешили они унести;

В окне тогда что-то белело, Звучало оттуда: прости. (М.Ю. Лермонтов «Тамара»)

Итак, мы выделили три основных морфологических средств создания ретроспекции, которые, вместе с подтипами, концентрируются на непосредственном моменте восприятия, актуализируя его, сопоставляя с условным моментом речи и конкретизируя этот момент. Следующий уровень языковых средств, который будет нами рассмотрен в аспекте создания ретроспекции в поэтических текстах, - синтаксический.

Синтаксические средства создания ретроспекции в поэтических текстах

На синтаксическом уровне языка исследователями были выделены следующие приёмы создания ретроспекции в художественных произведениях:

1.Активизация номинативных структур, связываемая Н.А. Николиной с «транспозицией форм времени», чаще всего изображается через развёртывание перечислительных рядов, под которыми понимается как цепочка имён существительных, так и последовательность обозначений нескольких эпизодов. При этом номинативные конструкции, за счёт последовательного отдаления от глагола и ослабления связи с ним, позволяют представить отдельные детали описываемых реалий и явлений прошлого в виде ярких штрихов, крупным планом:

Все перепуталось навек, И мне не разобрать <…> И только пыльные цветы, И звон кадильный, и следы Куда-то в никуда.

(А. Ахматова «Вступление»)

Номинативные структуры создают динамизм («длительность под взглядом»), выхватывая из развернувшейся картины детали, способные отразить образную картину эмоционального состояния лирического героя, «максимально приближая план прошлого к настоящему»:

Сначала косвенно-внимательные взоры, Потом слов несколько, потом и разговоры, А там и дружный смех, и песни вечерком, И вальсы резвые, и шёпот за столом,

И взоры томные, и ветреные речи,

На узкой лестнице замедленные встречи.

(А.С. Пушкин «2 ноября»)

Особенностью номинативных структур является то, что им свойственна фрагментарность и одновременно большая ёмкость выражаемого содержания. В них называются только отдельные детали ситуации, но детали важные, выразительные, рассчитанные на активную работу воображения читателя.

2.Использование бытийных конструкций, конструкций с локальной или темпоральной семантикой, включающих форму прошедшего времени глагола «быть». Как отмечает Н.А. Николина, подобные конструкции «приобретают характер своеобразных формул» 42 и позволяют использовать поэтические шаблоны при построении текста с ретроспективной композицией:

Былое - было ли когда?

Что ныне - будет ли всегда?.

(Ф.И. Тютчев «Сижу задумчив и один»)

Был день, когда господней правды молот Громил, дробил ветхозаветный храм… (Ф.И. Тютчев «Encyclica»)

3.Вербальный комплекс «с тех пор», по наблюдению З.И. Бутрим, «сам по себе, без помощи контекста <…> может функционировать в качестве самостоятельной текстообразующей скрепы, выполняющей ретроспективную функцию».

Меж теми звездами и мною Какая-то связь родилась. <…> И звезды люблю я с тех пор

(А.А. Фет «Я долго стоял неподвижно»)

Этот комплекс указывает на отношения последовательности двух взаимосвязанных во времени событий, время совершения одного из которых зависит от времени другого и определяется по отношению к нему. При этом исследователь отмечает лексический характер названной особенности всего комплекса.

Как видим, на синтаксическом уровне существуют три основных средства создания ретроспекции. В индивидуальном стиле каждого автора можно встретить дополнительные приёмы создания ретроспекции и циклов воспоминаний, выделить особенности их применения. Черты, присущие идиостилю В.М. Тушновой, мы более подробно рассмотрим во 2-й главе работы.

Таким образом, категория ретроспекции, выполняя функцию продвижения сюжетного развития или его замедления, раскрывает пласт воспоминаний. Все описанные выше средства создания ретроспективной композиции поэтического текста, работая на разных уровнях языка, создают картину прошлого, которая имеет особое значение для настоящего лирического героя.

2. Языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

Исходя из проведенного анализа трёх первых сборников стихотворений В.М. Тушновой, мы можем говорить о том, что абсолютное большинство средств создания ретроспекции активно используется поэтессой для организации вновь повторяющегося прошлого перед глазами читателя. При этом, на наш взгляд, следует выделить три языковых уровня, на которых происходит основной переход от плана настоящего к плану прошлого и наоборот: лексический, морфологический и синтаксический.

В свою очередь, мы должны отметить неразрывную связь не только тематики рассматриваемых стихотворений, но и применяемых сигналов ретроспективной композиции с биографическими данными поэтессы. В связи с этим нам необходимо их представить.

2.1 Творческая биография В.М. Тушновой периода написания рассматриваемых сборников

Вероника Михайловна Тушнова пришла в поэзию вместе с поколением фронтовиков. Но перед тем, как Вероникой Михайловной был сделан окончательный выбор в пользу поэтического творчества, прошли 30 лет.

Рождённая 27 марта 1911 года в Казани Вероника Тушнова с детства увлекалась поэзией. Живопись (мать Александра Георгиевна была художницей - любительницей) также захватывала маленькую Веронику, которая даже всерьёз задумывалась, не посвятить ли себя этому искусству. В связи с этим исследователи биографии В.М. Тушновой отмечают в качестве отличительных черт её поэзии - любовь к краскам, а помимо этого - к музыке (понимала её, неплохо пела и играла на рояле) и цветам, привязанность к животным (двор их дома на улице Миславского соприкасался с территорией цирка).

При всём этом Вероника Михайловна по настоянию отца - академика Всесоюзной Академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина Михаила

Павловича - по окончании школы поступила на медицинский факультет Казанского университета. Окончить из-за переезда семьи в Ленинград ей случилось Первый ленинградский медицинский институт и поступить в аспирантуру уже в городе Москве.

Но увлечение поэзией не оставляет Веронику Михайловну: в 1939 году в печати появляются её стихи, она делает окончательный выбор и подаёт заявление в Литературный институт имени Горького. Но учиться не приходится, т.к. начинается Великая Отечественная война, и в ноябре 1941 года военная судьба возвращает Веронику Михайловну в родной город, Казань. Здесь она работала палатным врачом нейрохирургического госпиталя. Перед её глазами прошли судьбы многих людей. Оттого самое лучшее в ранних стихах Тушновой - как раз то, что было пережито глубоко потрясенным войной сердцем женщины и матери.

Именно в этой тематике, «война и материнство», и заключается взаимосвязь трёх проанализированных сборников и причина отбора их в качестве материала для анализа. Как отмечает О.В. Гаврилина в своей статье

«Война и материнство (по страницам женской поэзии)», «тема материнства представлена в творчестве В. Тушновой особенно ярко. Своеобразной летописью первых лет жизни ребёнка, в течение которых вмешалась война, становится цикл «Стихи о дочери».

Относительно этого цикла В.М. Тушнова пишет так в статье «Молодым - о поэзии»: «В 1944 году, когда я напечатала свои первые стихи, произошло событие, имевшее для меня громадное значение. В «Комсомольской правде» был опубликован цикл моих стихов под названием «Стихи о дочери». Я написала их действительно о своей маленькой дочке, и они мне казались слишком личными. Но их напечатали, и я была этим обрадована и встревожена. Но это не главное.

Главное то, что через некоторое время я стала получать письма со штемпелями полевой почты. Писали их самые разные люди. Были письма, написанные неуклюжим, корявым почерком, со множеством орфографических ошибок (самые для меня дорогие!). Но во всех этих письмах, в тех или иных словах говорилось одно: «Хорошо, что вы написали о наших детях!» Каким счастьем было для меня читать слово «наших»!

Значит, что же получилось? Я писала стихи о своей девочке, о своей Наташе, а они - бойцы, приславшие мне свои письма, - считают, что я писала про их детей! Это была такая удача, о которой я не могла мечтать.

Думая об этом на первый взгляд непонятном явлении, я впервые столкнулась с силой поэтического обобщения».

В стихотворениях В.М. Тушновой из сборников, вышедших в течение тринадцати лет (1945-ый, 1954-ый и 1958-ой годы), прослеживаются два основных направления развития темы войны и материнства. Во-первых, переживания героини являются «аргументом прекращения и недопустимости войны». Во-вторых, несколько иных мотивов отслеживаются в связи с основной линией: «тяготы и переживания женщины, оставшейся одной с ребёнком, когда муж на фронте; или скорбь матери о погибшем, но ещё не успевшем стать героем малыше; или мотив памяти и забвения, когда, признавая значимость пережитого, мать хочет, чтобы ребёнок забыл о пережитой им войне и наслаждался мирной жизнью». Не зря предпоследнее стихотворение сборника

«Память сердца» содержит такие строки:

Ну, вот ты и выросло, новое племя! Навряд ли ты помнишь военное время, а я вот нет-нет да припомню бойка с таким же мальчишеским складом лица и девочку худенькую у станка, рука у которой вот так же тонка…


2.2 Лексические средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

С лексической точки зрения в поэзии В.М. Тушновой стоит отметить все вышеназванные средства создания ретроспекции, основным из которых, конечно, являются слова, содержащие в себе сему «память». Причем поэтессой используются как глагольные, так и именные части речи с этим значением, например:

1.Помнишь, школьница гостила в тихом доме лесника?

(«Дом в лесу»)

2.Позабыла, девушка, наверное, вечера на отмелях Оки… («Встреча»)

3.Много нынче в памяти потухло, а живет безделица, пустяк… («Кукла»)

4.«…Мне это все еще дороже стало - ведь это будто памятник ему»… («Салют»)

5.Я тебя вспоминаю солидной и важной, в толстой мордочкой, в капоре серого пуха…

(«Я тебя вспоминаю солидной и важной»)

Вслед за исследователями ретроспекции мы обнаруживаем, что слова с семой «память» располагаются в стихотворениях с ретроспективной композицией в сильных позициях: в абсолютном начале текста (пример №1), в последней строке (пример №4), в начале или конце строф (пример №2) или в названиях стихотворений, данных или нет самим автором (Пример №5).

При этом, как мы видим, сема «память» даже в словах с отрицательным значением («утратить из памяти») указывает нам на происходящее в прошлом: будь то последовательность нескольких эпизодов или перечислительный ряд из объектов воспоминания:

6.Я вспомню о щелях в садовой тени, о вое тревог по ночам и о том, как мы в бесконечные первые дни полоски на стекла клеили крестом. И самое главное вспомнится мне: взволнованный, людный, вечерний вокзал, и небо в щемящем закатном огне, и что мне любимый, целуя, сказал.

(«Домой»)

Перечислительные ряды в тексте стихотворения, отделившись от основного глагола, образовали пространство «вечности» для этого, вполне конкретного, выделенного воспоминания, которое может повторяться вновь и вновь. Частотные для ретроспективной композиции повторы слов в семой «память» дополнительно выделяют также в сюжете отдельные реалии, события и лица, значимые для лирической героини.

Причём эти реалии значимы для лирической героини именно здесь и сейчас. В этой связи очень характерно для стихотворений В.М. Тушновой использование простых темпоральных противопоставлений «теперь - тогда», которые позволяют разворачивать действие сразу в двух пластах времени - настоящего и прошедшего. Конечно, здесь обязательны глаголы прошедшего времени, только в сочетании с которыми мы понимаем авторскую интенцию и можем увидеть, что подобное противопоставление связано именно с изменением времени, а не представляет разные стороны текущего описания. Таким способом автор не только описывает прошлое, но и позволяет читателю сопоставить прошлое с настоящим, проследив изменение в жизни героя.

7.Я знаю - я клялась тогда, что буду до конца верна, как ни тянулись бы года, как долго бы ни шла война. <…> Я поклялась тебе тогда, - но я иначе не могла… Обоим я сказала «да» и никому не солгала.

(«Я знаю - я клялась тогда»)

В этом ярком примере обращает на себя внимание употребление обоих видов прошедшего времени глагола «клясться», несовершенного вида - в первой строке, совершенного - в последней строфе («поклясться»). Из развития сюжета мы видим событие, произошедшее в прошлом и туда ушедшее, но вернувшееся в жизнь героини свершившимся фактом, эмоционально значимым для неё и её душевного состояния во времени «сейчас».

При этом под «ней», дежурной сестрой, в этом стихотворении мы ясно понимаем саму поэтессу, которая в годы Великой Отечественной войны работала палатным врачом нейрохирургического госпиталя. Поэтому ещё одним маркером ретроспекции в творчестве В.М. Тушновой назовем обращение к связанным с прошедшим реалиям и лицам.

8.И возникал перед глазами причал на стынущей воде и домик в городе Казани, в Адмиралтейской слободе.

(«Капитаны»)

9.…У окошка с полукруглой рамой, где от ламп зеленоватый свет, седовласая азербайджанка мне привычно отвечает: - Нет.

(«Письма»)

10.Ты «фотокором» снял меня, и я в столе твоем хранилась. («Твоя улица»)

Мы всегда должны помнить о том, что время проходит под знаком тех или иных событий, которые порой возвращаются к лирической героине во сне. Таким образом, мотив видения или сна придаёт дополнительные штрихи неизвестности, выдумки мотиву воспоминания:

11.Но даже теперь, на таком расстоянье, случается вдруг, и тебя и меня в летящих ночах настигает сиянье того, голубого, приморского дня. («Воспоминание»)

12.Мне сердца стук мешает спать.

Не знаю - явь то или бред, не знаю - был ты или нет, не вспомнить мне и не понять!

(«Твои глаза… Опять… Опять…»)

С мотивом видения или сна тесно связано использование глагола внутреннего зрения «вижу», к которому в стихотворениях поэтессы приобщается глагол «слышу»:

13.В ту ночь мне снилось: я живу у моря. Над морем зной. На свете нет войны <…> Я видела осеннюю прогулку, сырой асфальт и листья без числа.

Я шла родным московским переулком и яблоки такие же несла.

(«Яблоки»)

14.Потом старуха поднялась в палату, - мне до сих пор слышны ее шаги, - и молчаливо раздала солдатам домашние ржаные пироги. («Мать»)

Наряду с уже перечисленными показателями ретроспекции в поэтическом тексте в полном объёме используются слова, имеющие временное значение в его «чистом» виде - разного рода номинации отрезков времени. Эти номинации можно разделить на отдельные типы, а именно:

Названия различных временных отрезков в рамках циклического характера времени (дни недели и месяцы, обозначение суточных и годовых интервалов), которые могут создавать моменты ретроспекции только во взаимосвязи с глагольными формами прошедшего времени.

15.Мы ждали ее в понедельник, и в среду, и утром, и в полдень, и после обеда.

Мы ждали до вечера, дотемна,

мы в окна смотрели - опять не она…

(«Мы ждали ее в понедельник, и в среду»)

16.Вечер июльский томительно долог, медленно с крыши сползает закат(«Ссора»)

17.Мы праздник встречали в дороге,

декабрьской студеною ночью, в седых оренбургских степях…

(«Мы праздник встречали в дороге»)

В отношении стихотворений В.М. Тушновой можно также говорить о концентрации номинативов, обозначающих временные отрезки циклического характера, когда в одной строфе, в соседних строках или в одной строке фиксируются сразу несколько разных циклов, что или конкретизирует время или указывает на продолжительность действия, важного для внутреннего мира лирического героя.

Слова со значением временной протяженности (время, год, час, день, минута, миг и т.д.):

18.Но нам нельзя не верить в чудеса, и я отогреваю пальцы рук…

Минута… десять… двадцать… полчаса

(«Мать»)

19.Зачем же ты приходишь ежечасно, глядишь в глаза и мучаешь меня, как будто я над выдумкой не властна?

(«Да, ты мой сон. Ты выдумка моя.»)

20.И когда я на миг

открывала ресницы…

(«Я живу в постоянном предчувствии чуда»)

В приведённых примерах темпоральные показатели указывают на памятные для внутреннего мира субъекта события или действия, отличающиеся повышенной эмоциональной напряжённостью и значительностью момента. Лирические герои описывают свои воспоминания из личной жизни и переживания. Вместе с тем есть темпоральные маркеры, характеризующие внешний мир, социальный, возрастной, культурно-исторический (времена, век, эпоха, годы / лета). Для творчества поэтессы характерны «дни» для отражения неподвластности происходящих событий во внешнем мире:

21.Зачем же столько суровых дней все чудится мне, как воют снаряды как свищут пули над жизнью твоей?

(«Настойчивой стайки воспоминаний»)

22.Десятый день мы тащимся в теплушке…

(«В оцепененье стоя у порога»)

23.Трехдневный дождь гремел по водостокам… И вот я стала движущейся точкой с севером-запада к юго-востоку.

(«Пути-дороги»)

Своеобразие использования номинаций временной протяженности мы можем увидеть и в стихотворении «Родина», где В.М. Тушнова пишет:

24.Четыре недели у нас на глазах

с солдатскою жизнью прощался казах.

Этот промежуток времени дополнительно, намеренно, был увеличен автором для того, чтобы читатель ощутил большую продолжительность периода, особенно для умирающего бойца, к которому «будто бы жизнь воротилась» после участливого отношения медсестры, спросившей: «а верно, что степи у вас хороши? Что ранней весною в тюльпанах они, что красные маки в степи, как огни?»

Таким образом, мы, читатели, поддаваясь воле и намерениям автора, уже с первой строки начинаем острее сопереживать герою произведения и чутко следить за его судьбой.

Названия примет определенного времени года или суток также часто встречаются в лирике В.М. Тушновой:

25.С поля наплывает горечь донника - запах лета, жаркий и сухой. («Встреча»)

26.О, этот звонкий холод по утрам, когда темно и день еще не начат! («Утро»)

27.Запахло пылью, влагой, листьями, лиловый блеск слепил глаза… Самозабвенно и неистово гремела первая гроза.

Такие сигналы дают возможность почувствовать состояние природы, которое сопровождало оживший в памяти момент из прошлого и являлось еще одним его выразителем, помимо переживаний лирического героя. То есть через подобные приметы автор активизирует, порой о том не помышляя, субъективно-читательскую ретроспекцию.

Точные указания времени (дата, точное время).

Отметим, что один из разделов первого сборника стихов поэтессы

«Первая книга» имеет название «Осень 1941 года». Этот раздел, на наш взгляд, можно приравнять к дневниковым записям или мемуарным заметкам, которым свойственны указания на точные интервалы времени, уже сама отсылка к которым является явным показателем разворачивающейся ретроспективной композиции:

28.Опять идут военные колонны, как в тот последний праздник Октября.

Октябрь 1941 года»)

29.Зачем я нынче вспомнила про это? Здесь только вспышки гаснущей свечи, и темный дом, трясущийся от ветра, и вьюшек стук в нетопленной печи. («Ночь (Зима 1942 г.)»)

Таким образом, мы можем говорить, что среди лексических средств создания ретроспекции В.М. Тушновой используются следующие:

1.слова с семой «память»,

2.простые темпоральные противопоставления «теперь - тогда»,

.обращение к связанным с прошедшим реалиям и лицам,

4.мотив видения или сна,

5.глаголы внутреннего зрения «вижу» и слуха - «слышу»,

6.разного рода номинации отрезков времени: циклического характера, временной протяженности, примет определенного времени года или суток, точные указания на дату или время.

2.3 Морфологические средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

Рассмотрение морфологических средств создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой мы начнём с грамматических форм времени, которые являются обязательным компонентом структуры каждого текста, хотя в творчестве поэтессы находим более интенсивное употребление сигналов повторяемости.

В связи с тем, что применение ретроспекции актуализирует условный момент речи, т.е. точку отсчёта дистанции при движении от настоящего к прошлому, глагольные формы настоящего времени служат основой художественного времени в поэтических текстах с ретроспективной композицией. В первую очередь, в формах настоящего времени ясно отражаются авторские интенции на возобновление в памяти ушедших событий, фактов или лиц:

30.Помню праздненство ветра и солнца, эти лучшие наши часы…

(«Помню празднество ветра и солнца»)

31.Года прошли,

а помню, как теперь, фанерой заколоченную дверь,

написанную мелом цифру «шесть», светильника замасленную жесть <…> Мне трудно вспоминать,

но не могу не вспоминать о нём…

(«Мать»)

Как видно из приведённых ранее примеров, на ситуацию воспоминания указывают также и формы прошедшего времени. Учитывая многомерность формы настоящего времени, В.М. Тушнова использует эту форму и в переносном значении для актуализации фактов прошлого:

32.Враг далеко. Все это наше <…> Цветы, роса - все наше это.

И с каждым часом горячей касанья солнечных лучей.

А мальчик не увидит лета.

(«Фиалки»)

33.Мне было… Сколько - не скажу, - я до окна не доставала.

(«Чиж»)

34.Мы час назад не думали о смерти. Мы только что узнали: он убит.

В измятом, наспех порванном конверте на стуле извещение лежит.

(«Салют»)

Следовательно, следующими по частотности использования можно в выделить формы прошедшего несовершенного в имперфективном значении. Данные словоформы глаголов сигнализируют о длительном моменте из прошлого в жизни лирического героя:

36.Целый час с тобой стояли мы (неужели наяву?),

птицы в небо шли спиралями, упирались в синеву… («Голуби»)

37.Он жил всё там - в своем последнем дне.

(«Беженец»)

Причём этим моментам может быть придан дополнительный оттенок: сна или видения (как в приведённом примере), воспоминаний из детства, далёкого или не очень прошлого.

В противовес форме несовершенного вида в творчестве поэтессы встречаются и формы прошедшего совершенного вида, имеющего аористическое значение. Чаще всего таким способом описываются события, эмоционально значимые для лирического героя:

38.Маленькая смерти не поверит, и разлуки не поймет она…

Так хоть этой крохотной потерей дотянулась до неё война. («Кукла»)

39.Пьёт он и думает: как это странно,

что в разоренном молдавском дому девушка Анна, девушка Анна

Вдруг издали улыбнулась ему.

(«Сапёр»)

Как мы отметили ранее, функционирование наречий «опять», «снова» и

«вновь», которые сопоставляют план настоящего с аналогичными явлениями, имевшими место в прошлом, наиболее частотны для стихотворений В.М. Тушновой, имеющих ретроспективную композицию. Данные наречия, обладая семой «ещё раз», нарушают последовательность излагаемых событий и способствуют углублению содержания и в анализируемых поэтических текстах. При этом исследователями выделяются два основных направления акцентировки смыслов за счёт употребления этих морфологических средств, а именно:

они свидетельствуют о возвращении как поворотном этапе в жизни лирического героя, причём конечным пунктом этого короткого или долгого, как получится, возвращения является, конечно, дом:

40.И снова дым. Но дым уже другой - теперь он пахнет теплотой и пищей. («Городок»)

41.Поворот, и снова поворот, и за сотым поворотом - дом. <…> Поворот… И снова поворот… Крыша будто издали видна, ясень яснолистый у ворот. Вот она и кончилась - война! («Возвращение»)

42.Снова станция Баладжары, перепутанные пути. <…>

Нам опять разминуться негде с горьким ветром солончаков. <…>

Снова станция Баладжары на дороге моей судьбы. («Станция Баладжары»)

указывают на бесконечную повторяемость событий, которая порой усиливается повтором (неоднократным, с написанием на отдельной строке), и в стихотворениях появляется оттенок неизбежности:

43.И вот опять пришла весна. Опять в лесу цветут фиалки. Опять теплынь. Но все не так, все иначе - ясней и краше. («Фиалки»)

44.Знакомый, ненавистный визг… Как он в ночи тягуч и режущ!

И значит - снова надо вниз, в неведенье бомбоубежищ. И снова поиски ключа, и дверь с задвижкою тугою, и снова тельце у плеча, обмякшее и дорогое. («Ночная тревога»)

45.Долго ли испытывать терпенье? Долго ли -

опять,

опять,

опять - пыльные, истертые ступени, очередь к окошку «номер пять»? («Письма»)

Отдельного внимания заслуживает употребление наречий времени, указывающих на отношения последовательности двух взаимосвязанных во времени событий, время совершения одного из которых определяется по отношению к другому. Например, наречие «с тех пор» в значении «начиная с того времени / момента, когда произошло какое-либо действие»:

48.О как мне ненавистен с той поры холодноватый запах камфары! («Мать»)

49.Прошло с тех пор счастливых дней,

как в небе звезд, наверное. Была любимою твоей, Женою стала верною. («Прошло с тех пор»)

Активно используется поэтессой также наречие «до сих пор» в значении «до настоящего времени, до сего дня», которое выполняет ретроспективную функцию при взаимодействии с глаголами прошедшего времени:

50.И внезапно щеки побледнели: не замеченная до сих пор, девушка в пилотке и шинели посмотрела со стены в упор. («Встреча»)

51.Я до сих пор ещё не написала об этом настоящие стихи. («Стихи о любви»)

46.Никто не знает, как случилось это, - в какое утро был он извещен o смерти сына под Одессой где-то… Не в то ли утро, с ветром и пургой, когда, немного бледный и усталый, он паренька с раздробленной ногой назвал сынком, совсем не по уставу. («Хирург»)

47.Но я ведь не об этом начала, я начала о женщине…

Тот вечер Был тише и угрюмее других. («Музыка»)

Таким образом, можно сказать, что на морфологическом уровне основными средствами создания ретроспекции в творчестве В.М. Тушновой являются:

1.глагольные формы настоящего времени,

2.глагольные формы прошедшего времени несовершенного вида в имперфективном значении,

3.глагольные формы прошедшего времени совершенного вида в аористическом значении,

4.функционирование наречий с семой «ещё раз» (опять, снова и вновь),

5.наречия времени, указывающие на отношения последовательности двух взаимосвязанных во времени событий (с тех пор и до сих пор),

6.указательные местоимения в сочетании с существительными темпорального значения.

2.4 Синтаксические средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

Обратимся к анализу синтаксических средств создания ретроспекции в творчестве поэтессы. Эти средства работают со структурой предложения, актуализируя значения слов в определенных конструкциях.

В первую очередь, отметим частое использование бытийных конструкций, включающих форму глагола прошедшего времени «быть» и расположенных вместе с конструкциями с темпоральной семантикой:

52.И - когда судить по дате - это

было не позднее, чем вчера.

(«Бомбою фашистской искалечен»)

53.Было так… Давно когда-то…

(«Дом в лесу»)

Особенно выделяются бытийные конструкции, употребляемые с глаголом прошедшего времени «бывать», что придаёт ретроспективной композиции текста оттенок многократности действия, повторяемости:

54.Мы на реке с тобой бывали вместе, когда-то шли по этой вот дороге… («Дорога»)

55.А бывало,

я шла по улице твоей

и ничего не замечала. <…>

Вместе с бытийными конструкциями активно действуют в поэтических текстах В.М. Тушновой и их «вторичные образования» 47 - номинативные структуры, представленные «одним именительным падежом <…> с присущей им фрагментарностью и лаконизмом, <…> которые позволяют создавать более ёмкие по содержанию речевые отрезки» 48. А также за счёт своей ёмкости, вневременности и всеобщности объединяют прошлое и настоящее:

56.Такое же вот солнце заходящее, бормочущего стада забытье, мычанье стада и в кустах блестящее днестровское тяжелое литье. («Беженец»)

57.Тюльпаны, тюльпаны, куда ни ступи, как смуглый румянец казахской весны, под небом невиданной голубизны. («Родина»)

58.Записки и встречи в условленный час, и вид равнодушный друзьям напоказ, и ревность, и слезы, и взгляды блестящие, ну, все как взаправду, все как настоящее!

(«Я жизнь никогда еще так не любила»)

Мы видим, что синтаксические средства в ретроспективной композиции поэтического текста заставляют обратить внимание на всё предложение, уловить в нём скрытый смысл.

Таким образом, из наиболее часто используемых В.М. Тушновой синтаксических приёмов можно выделить следующие:

1.бытийные конструкции, включающие форму глагола прошедшего времени «быть» и расположенные вместе с конструкциями с темпоральной семантикой;

2.номинативные структуры.

2.5 Комплексный анализ стихотворения В.М. Тушновой «Ночь (Зима 1942 г.)» с ретроспективной композицией

НОЧЬ

(Зима 1942 г.)

Смеясь и щуря сморщенные веки, седой старик немыслимо давно нам подавал хрустящие чуреки и молодое мутное вино.

Мы пили все из одного стакана в пронзительно холодном погребке, и влага, пенясь через край, стекала и на землю струилась по руке.

Мы шли домой, когда уже стемнело и свежей мглою потянуло с гор.

И встал до неба полукругом белым морскою солью пахнущий простор.

От звезд текли серебряные нити, и на изгибе медленной волны дрожал блестящим столбиком Юпитер, как отраженье крохотной луны.

А мы купались… И вода светилась… И вспыхивало пламя под ногой…

А ночь была как музыка, как милость торжественной, сияющей, нагой.

Зачем я нынче вспомнила про это? Здесь только вспышки гаснущей свечи, и темный дом, трясущийся от ветра, и вьюшек стук в нетопленной печи.

Проклятый стук, назойливый, как Морзе! Тире и точки… точки и тире…

Окно во льду, и ночь к стеклу примерзла, и сердце тоже в ледяной коре.

Еще темней. Свеча почти погасла. И над огарком синеватый чад.

А воткнут он в бутылку из-под масла с наклейкой рваной - «Розовый мускат».

Как трудно мне поверить, что когда-то сюда вино звенящее текло, что знало зной и пенные раскаты замасленное, мутное стекло!

Наверно, так, взглянув теперь в глаза мне, хотел бы ты и все-таки не смог увидеть снова девочку на камне в лучах и пене с головы до ног.

Но я все та же, та же, что бывало… Пройдет война, и кончится зима.

И если бы я этого не знала, давно бы ночь свела меня с ума.

За военные годы в Казани было напечатано только одно стихотворение. Но приметы времени и детали быта в её стихах убеждают, что казанские впечатления дали жизнь целому ряду её стихотворений - «Яблоки», «Салют», «Мать», в том числе и стихотворение «Ночь (Зима 1942 г.)», которое вошло в первый сборник поэта под названием «Первая книга» 1945 года, в раздел «Осень 1941 года». В заглавии стихотворения говорится о времени суток - ночи, которая затем конкретизируется дополнительно - временем года и самим годом - «Зима 1942 года». Эти два параметра сразу настраивают нас на что-то тёмное и холодное. Эти ощущения не раз будут повторяться и возвращаться в самой разной лексике.

Рассматриваемое стихотворение состоит из одиннадцати строф, которые разделены отточием на две смысловые части. Первые пять строф изображают мирное время, которое было «немыслимо давно» (это сочетание можно воспринять как гиперболу). Вторая часть, другие шесть строф - это военное время «нынче» (разговорное, в настоящее время, теперь), в которое лирический герой вспоминает происходящее в первой части. Здесь особенно следует отметить отточие, которое меняет восприятие нами времени. Мы понимаем, что в фокус взяты всего два центральных события, и через графический знак отточия нам ясно, что они разделены между собой немалым промежутком времени; при этом, записанные один под другим, рядом, они понимаются как предельно взаимозависимые, близкие. Таким образом, несмотря на разделённость во времени изображаемых действий, мы ощущаем сжатие времени, его натяжение.

Не забывая о лирическом герое в стихотворении, скажем, что он представлен двумя вариантами: в первой части - это «мы», в которое входит, конечно, и сама Вероника Тушнова; во второй части - «я», на наш взгляд, равное автору. При этом мы отмечаем, что лирический герой «мы» вовсе не состоит только из двух лиц (как зачастую нами воспринимается), а включает в себя и других, т.к. во второй строфе мы находим местоимение лично - определительное «мы все», дающее ощущение множества лиц, которые принимали участие в событиях первой части произведения. Лирическая героиня «я» входит в стихотворение ненавязчиво, сначала только назвав себя, потом уходит на второй план, возвращается постепенно через местоимение «мне» и снова говорит о себе в последней строфе. По нашему мнению, за счёт таких перестановок лирические герои «мы» и «я» сливаются, оставляя читателей в единении со всеми, кто жил и в мирное, и в военное время.

Про союз мирного и военного времени в стихотворении хочется сказать отдельно. Иногда возникает чувство, будто некоторые яркие образы первой части по своей семантике принадлежат ко второй и наоборот:

-«Пронзительно холодный погребок», напоминающий нам скорее о бомбоубежищах, чем о хранилище вина. Да и прилагательное «пронзительный» относится вернее к чувству чрезвычайно сильному, глубоко взволновавшему, чем к подвальному помещению. Это сочетание несочетаемого даёт нам понять, что в этом «погребке» были пережиты такие яркие эмоции.

-«Влага на землю струилась по руке»: влага, равная вину, понимается как кровь, льющаяся на поле боя и впитываемая землёй.

-«Дрожал блестящим столбиком Юпитер как отраженье крохотной луны». Упоминается планета Юпитер, как символ власти, влияния, ведь название её происходит от древнеримского верховного бога-громовержца; во время великих противостояний Юпитер виден невооружённым глазом как один из самых ярких объектов на ночном небе после Луны («луна» у Тушновой становится не только «крохотной», но и написана со строчной буквы, что ещё более уменьшает её значение); это самая большая планета Солнечной системы; да и древние тюрки и монголы полагали, что эта планета способна влиять на природные и общественные процессы.

-Во второй части с описанием военного времени ВДРУГ видим - «Розовый мускат», хоть и с рваной наклейкой (напоминание о военном времени), но с бутылкой из-под масла (была же «немыслимо давно» настоящая жизнь, мирная, без войны). Описанию воспоминания о времени без войны посвящена вся девятая строфа.

Проникновение воспоминания в настоящий момент происходит на стыке двух частей стихотворения не только за счёт отточия, о котором мы уже говорили, но и за счёт звуковых и световых эффектов, которые использовала Вероника Михайловна:

-Хотя звуковые описания соединяют части, при этом «музыка, как милость торжественная, сияющая, нагая» противопоставлена «назойливым» звукам военного времени («дом, трясущийся от ветра, и вьюшек стук» и «проклятый стук… как Морзе! Тире и точки… точки и тире…»).

-Множественные световые эффекты первой части («серебряные нити», «блестящий столбик Юпитера», «вода светилась» и «пламя под ногой») переходят в «только вспышки гаснущей свечи», как единственный источник света «здесь».

Что же такое «здесь»? Вот тут мы и возвращаемся к названию стихотворения, которое настроило нас на тёмное и холодное, которые здесь усиливают свои проявления:

… тёмный дом, трясущийся от ветра, и вьюшек стук в нетопленной печи.

… Окно во льду, и ночь к стеклу примёрзла, и сердце тоже в ледяной коре.

Ещё темней. Свеча почти погасла.

Мы видим сгущающуюся темноту и чувствуем страшный холод как в том, что окружает лирическую героиню, так и внутри нее самой. Укажем также, что в приведённом примере преобладают именные части речи, они перечисляются, актуализируя этот момент времени для читателя.

Само наречие «здесь», даже без употреблённого в данном стихотворении наречия «там», указывает на противопоставление двух пластов времени - настоящего и ушедшего. Используя вместе с приёмом контраста глагольные формы прошедшего времени, автор позволяет нам сопоставить прошлое с настоящим, проследив изменение в жизни героя.

И в этот самый момент появляется адресат стихотворения - местоимение «ты», под которым, вероятно, скрыт муж Вероники Тушновой, врач-психиатр Юрий Розинский. К нему обращены строки:

Наверно, так, взглянув теперь в глаза мне,

Наречие «снова» даёт нам понять, что картина, описанная дальше, уже имела место в прошлом. Рядом с наречием есть три ярких маркера лексического средства создания ретроспекции со значением «видения», а именно: деепричастие «взглянув», существительное «в глаза» и составное сказуемое «не смог увидеть» с отрицательной частицей «не», которые вместе с дополнительным значением «возвращения» наречия «снова» свидетельствует о невозможности героев заново воплотить в жизнь, вернуть былое. Почему? Возможно, из-за произошедших изменений в жизни героев, внешних обстоятельств, других причин… В то же время этой невозможности вернуться в прошлое Вероника Тушнова противопоставляет собственную неизменность:

«Но я все та же, та же, что бывало…».

Несокрушимая вера в лучшее должна оставаться в сердцах каждого, несмотря ни на что. Об этом и пишет Вероника Тушнова в последней строфе своего стихотворения:

Пройдет война, и кончится зима. И если бы я этого не знала, давно бы ночь свела меня с ума.

Таким образом, мы наблюдаем переплетённость двух центральных событий стихотворения В.М. Тушновой «Ночь (Зима 1942 года)» и осознаём, что без мирного прошлого не существовало бы настоящего, в котором мы обращаемся к прошедшему, и будущего, когда «пройдёт война» и на которое направлены самые добрые мысли и настроения автора.

Неслучайно Вероника Михайловна писала в своей статьи «Молодым - о поэзии»: «Думаю, что по-настоящему я начала писать во время войны. Я работала в госпитале с утра и до ночи и очень редко бралась за карандаш. Но сколько я передумала и перечувствовала за это время! И что самое удивительное, у меня появилось новое, никогда ещё не испытанное мною чувство: мне вдруг захотелось, чтобы стихи мои узнали, прочли, мне захотелось своими стихами вмешаться в жизнь, что-то изменить в ней».

Заключение

тушнова художественный творческий ретроспекция

В представленной работе нами были проанализированы средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой.

Для выполнения цели в 1-ой главе мы рассмотрели ретроспекцию как одно из проявлений категории времени, а также языковые средства создания ретроспекции в поэтических текстах на лексическом, морфологическом и синтаксическом уровнях. По итогам анализа теоретического материала были сделаны следующие выводы:

-за счёт использования одиннадцати основных лексических средств создания ретроспекции в поэтических текстах, к которым относятся: слова с семами «память» и «прошлое», со значением временной протяженности, названия различных временных отрезков в рамках циклического характера времени, точные указания времени, простые противопоставления, повторы, темпоральные указатели, приём коммуникативного отстранения, лексические единицы с семой «видения» или «сна», формы глаголов первого лица с семантикой восприятия, - художественный мир произведения расширяется и обогащается дополнительными смыслами;

-три центральных морфологических средства создания ретроспекции (видо-временные формы глаголов, наречия и категория дейксиса), вместе с подтипами, концентрируются на непосредственном моменте восприятия, актуализируя его, сопоставляя с условным моментом речи и конкретизируя этот момент;

-приёмы синтаксического уровня (бытийные и номинативные конструкции, а также вербальный комплекс «с тех пор») стирают границы между прошлым и настоящим, называют последовательность событий и даже становятся «формулами» для создания ретроспективной композиции.

В исследовательской главе мы проанализировали языковые способы и приёмы создания ретроспекции в творчестве В.М. Тушновой, выявив, что:

-в своих произведениях В.М. Тушнова обращается к прошлому, используя ряды лексических, морфологических и синтаксических способов создания ретроспекции;

-воспоминания поэтессы почти всегда носят биографический характер, в связи с чем, наиболее частотными средствами становятся: на лексическом уровне - слова с семой «память», простые темпоральные противопоставления «теперь - тогда», обращение к связанным с прошедшим реалиям и лицам; на морфологическом уровне - функционирование наречий с семой «ещё раз» (опять, снова и вновь), а также указательные местоимения в сочетании с существительными темпорального значения; на синтаксическом уровне - бытийные конструкции и номинативные структуры;

-в стихотворениях В.М. Тушновой ярко проявляется намерение автора активизировать субъективно-читательскую ретроспекцию, воздействуя словом на его чувственное восприятие и эмоциональные переживания.

В качестве примера поэтического текста с ретроспективной композицией нами было подробно проанализировано стихотворение В.М. Тушновой «Ночь (Зима 1942 г.)». Детальное изучение данного стихотворения может стать основной для последующего более глубокого анализа других тем и мотивов творчества поэтессы. Результаты работы в целом могут дать хороший материал как для следующих исследований в области ретроспекции, так и послужить толчком для популяризации произведений Вероники Тушновой.

Таким образом, подводя итоги, можно говорить о том, что на примере творчества В.М. Тушновой мы показали, что ретроспекция как временная категория всегда была и остаётся значимым факторов текстообразования в поэзии и для создания ретроспекции авторы осознанно используют разнообразные языковые средства, как на уровне лексики, так и на уровне морфологии и синтаксиса.

Список использованных источников и литературы

1.Лихачев Д.С. Письма о добром и прекрасном // Сост., общ. ред. Г.А. Дубровской. Изд. 3-е. М.: Детская литература, 1989. 238 с.

2.Тушнова В. За это можно всё отдать. М.: Эксмо, 2014. 352 с.

3.Тушнова В.М. Избранное // Сост. и научная подгот. текста Н. Розинской; Вступ. статья А. Туркова. М.: Художественная литературы, 1988. 543 с.

4.Андреева Т.А. Структура сюжетного времени (на материале рассказов Э. Хемингуэя): автореф. дисс…. канд. филол. наук. Л., 1976. 28 с.

5.Антипова Д.Д. Категория ретроспекции и проспекции в научном тексте (на материале английской лингвистической литературы): автореф. дисс…. канд. филол. наук. М., 1988. 23 c.

6.Бондаренко А.В. Основы функциональной грамматики: Языковая интерпретация идеи времени. СПб.: СПбГУ, 1999. 260 с.

7.Брускова Н.В. Категории ретроспекции и проспекции в художественном тексте (на материале немецкого языка): автореф. дисс. … канд. филол. наук. М., 1983. 25 с.

8.Бутрим З.И. Текстообразующая функция союза «с тех пор как» в романе «Героя нашего времени» М.Ю. Лермонтова // Текст. Структура и семантика: Доклады VIII Международной конференции. Т. 2. / отв. ред. Е. Диброва. М.: Московский государственный открытый педагогический университет им. М.А. Шолохова. 2001. С. 233-240.

9.Виноградов В.В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. // Учебное пособие. 2-е изд. М.: Высшая школа, 1972. 601 с.

10.Виноградов В.В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М.: Изд-во АН СССР, 1963. 255 с.

11.Гаврилина О.В. Война и материнство (по страницам женской поэзии)

// К 70-летию Победы в Великой отечественной войне. Сборник научных статей по материалам научной конференции 22 апреля 2015 г. М.: МГПУ, Институт гуманитарных наук. 2016. С. 153-164.

12.Гальперин И.Р. Ретроспекция и проспекция в тексте // Филологические науки. 1980. №5. С. 44-52.

13.Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981. 138 с.

14.Гладкая Е.Ф. «Прошлое в настоящем» (о функции наречий опять снова, вновь в поэтической речи) // Текст. Структура и семантика: Доклады X Юбилейной международной конференции. Т. 2. / отв. ред. Е. Диброва. М.: Московский государственный открытый педагогический университет им. М.А. Шолохова. 2005. С. 30-35.

15.Жидкова Е.Г. Время в тексте и особенности темпоральных детерминантов // Текст, контекст, интертекст: сборник научных статей по материалам Международной конференции. XIII Виноградовские чтения (15 - 17 октября 2013 г.). Т.1. М.: МГПУ, 2014. С. 94 - 99.

16.Зарифян М.С. Семантическая симметрия и ассиметрия дейктических наречий «тут» и «там» // Сборник «Типология морфосинтаксических параметров». Материалы международной конференции. Под ред. Е.А. Лютиковой, А.В. Циммерлинга, М.Б. Коношенко. М.: МПГУ, 2015. С. 73 - 88.

17.Казарина В.И. Номинативные предложения в русском языке // ФИЛОLOGOS. 2007. №3. С. 24-40.

18.Ковтунова И.И. Поэтический синтаксис. М.: Наука, 1986. 206 с.

19.Левченко М.Н. Темпорально-локальная архитектоника художественных текстов различных жанров: дисс…. доктора филол. наук. М., 2003. 398 с.

20.Лихачев Д.С. Поэтика древнерусской литературы. М.: Наука, 1979. 360 с.

22.Лобанова Т.В. Текстообразующая роль категории темпоральности в русской лирике // Русская классика: проблемы интерпретации: Материалы международной научной конференции «XIII Барышниковские чтения» (24 - 25 февраля 2005 г.). Липецк: 2006. С. 316-321.

22.Малинская Т.В. Понятие проспекции и ретроспекции (на материале произведений И.А. Бунина) // Вестник МГОУ. Серия: Русская филология. М.: МГОУ, 2016. №4. С. 58-63.

23.Меркулова М.Г. Ретроспекция в английской «новой драме» конца XIX - начала ХХ века: истоки и функционирование. Монография. М.: Прометей, 2006. 184 с.

24.Меркулова М.Г. Ретроспекция в жанровой структуре трагедий Эсхила. Значение ретроспекции греческой трагедии для западноевропейской «Новой драмы» // Вестник ОГУ. Том 1. Гуманитарные науки. Оренбург: ОГУ, 2005. №10. С. 4-9.

25.Николина Н.А. Категория времени в повести Н.В. Гоголя «Тарас Бульба» // Преподаватель XXI век. 2009. №1. С. 314-318.

26.Николина Н.А. Категория времени в художественной речи. Монография. М.: Прометей, 2004. 276 c.

27.Николина Н.А. Ретроспективная композиция поэтического текста // Поэтика. Стихосложение. Лингвистика. Сборник статей к 50-летию научной деятельности И.И. Ковтуновой. М.: Азбуковник, 2003. С. 142-154.

28.Падучева Е.В. К семантике слова «время»: метафора, метонимия, метафизика. // Поэтика. История литературы. Лингвистика. Сборник статей в честь 70-летия В.В. Иванова. М.: 1999. С. 761-776.

29.Панова Е.А. Темпоральные указатели как средство построения временной перспективы «Властелина колец» Дж.Р.Р. Толкиена // Актуальные проблемы модернизации языкового образования в школе и вузе. Воронеж: ВГПУ, 2004. С. 55-58.

30.Панова Л.Г. «Миги»… «дни»… «века» в русской поэзии от Пушкина до акмеистов // Пушкин и поэтический язык XX века. Сборник статей, посвящённый 200-летию со дня рождения А.С. Пушкина - М.: Наука, 1999. С. 151-178.

31.Тивьяева И.В. Роль видо-временных форм глагола в реализации категории ретроспекции в художественном тексте // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. Воронеж: ВГУ, 2007. №2 (ч. 2). С. 55-60.

32.Толковый словарь русского языка: Около 100 000 слов, терминов и фразеологических выражений / С.И. Ожегов; под ред. проф. Л.И. Скворцова. 28- е изд., перераб. М.: Мир и Образование, Оникс, 2011. 736 с.

33.Тураева З.Я. Лингвистика текста. Текст: структура и семантика // Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. №2103 «Иностр. яз.» М.: Просвещение, 1986. 127 с.

34.Федорова Л.Н. Категория ретроспекции в художественном тексте (на материале английского языка): автореф. дисс. … канд. филол. наук. М., 1982. 25 с.

35.Федотова О.С. Интроспекция персонажа англоязычной художественной прозы - новая категория текста. Рязань: РГУ им. С.А. Есенина, 2009. 140 с.

36.Чернейко Л.С. Субъективное время и способы его выражения в художественном тексте // Сборник: Функциональные и семантические характеристики текста, высказывания, слова. Вопросы русского языкознания. Выпуск VIII. М.: МГУ, 2000. С. 57-68.

37.Чиговская - Назарова Я.А. Текстообразующие категории проспекции и ретроспекции в научном тексте (сравнительно с художественным) // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. Пермь: ПУ, 2009. №6. С. 31-34.

38.Широкова Е.Н. Полиаспектность художественного времени как средство индивидуально-авторской концептуализации времени // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2012. №2 (1). С. 381-385.

39.Эрдынеева Д.В. О языковом представлении времени // Вестник Бурятского ГосУниверсистета. 2009. №11. С. 166-168.

Похожие работы на - Языковые средства создания ретроспекции в поэзии В.М. Тушновой

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!