ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКО-ИЗРАИЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Актуальность исследования. Исследование международных отношений в рамках политической науки сохраняет фундаментальную ценность, поскольку внешняя политика и дипломатия являются ключевыми инструментами обеспечения национального суверенитета, безопасности и развития государства. В эпоху глобальной турбулентности, переформатирования союзов и масштабных вызовов глубокий анализ взаимоотношений с значимыми странами становится насущной необходимостью. Для России, находящейся в условиях сложнейшего геополитического давления, понимание уровня своих взаимоотношений с другими странами является особенно важным. Оно позволяет выстраивать более эффективную внешнюю политику, прогнозировать риски и обеспечивать контролируемое влияние внешней среды на внутреннюю политику. Соответственно, актуальность этой темы обусловлена несколькими факторами.

Во-первых, уникальный комплекс взаимосвязей с государством Израиль выстроен на базе уважения общих интересов и, в первую очередь, нахождения точек соприкосновения между державами. В контексте изменяющегося ландшафта международных отношений характер взаимодействия России и Израиля является показательным, важным для изучения и для оценки перспектив выстраивания схожих отношений с другими странами.

Во-вторых, современный этап российско-израильских отношений является переломным: при углублении культурного сотрудничества и нацеленности на взаимопонимание нарастают системные разногласия. Изучение вектора развития отношений может помочь спрогнозировать те или иные последствия от их изменений для многих российских, израильских граждан и для ситуации на Ближнем Востоке.

В-третьих, историческое наследие отношений СССР и РФ с Израилем, а также культурный обмен между странами во многом влияет на качество жизни израильских и российских граждан, диаспоры которых в обеих странах являются достаточно ощутимым фактором в социально-политических отношениях.

Кроме того, в условиях роста экстремизма, религиозной и социальной напряженности, опыт российско-израильских отношений в направлениях борьбы с терроризмом, антисемитизмом и религиозной нетерпимости оказывается весьма полезным и для внутренней политики России, обеспечения её национальной безопасности.

Также в силу напряженности в отношениях с так называемыми «недружественными странами» Израиль для России является одной из немногих опор урегулирования внешнеполитических разногласий.

Таким образом, российско-израильские отношения на современном этапе являются актуальной и многогранной темой, требующей комплексного подхода и внимания со стороны государственных структур, общества и научного сообщества.

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯРАЗВИТИЯРОССИЙСКО-ИЗРАИЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ

1.1 Характеристика советско-израильских отношений как фактора дипломатических отношений между РФ и Израилем

Российская Федерация является правопреемницей СССР, что с момента её образования накладывало отпечаток на характер её отношений с другими странами мира, в числе которых был и Израиль. У России и Израиля достаточно глубокие и продолжительные исторические связи, делающие взаимоотношения государств более специфичными. Для того, чтобы наиболее точно и подробно охарактеризовать современные российско-израильские отношения, необходимо рассмотреть то, что заложило для них фундамент в виде отношений Советского Союза и государства Израиль.

Но прежде, чем перейти к анализу отношений советско-израильских отношений, имеет смысл обратить внимания на ключевые факторы, влияющие на их установление к моменту образования еврейского государства в 1948 году, ведь уже к тому моменту Советский Союз был активным участником в решении вопроса создания государства евреев.

Первым важным фактором является национальная ситуация с евреями, проживающими в Российской Империи. Национальная политика имперской России – это большая и сложная тема, на которой в контексте данной главы не имеет смысла останавливаться отдельно. Лишь отметим, что имперские элиты не ставили целью систематическое выдавливание евреев из страны и какое-либо особое взаимодействие с ними в 19 веке. После разделов Польши в Российской Империи стало проживать большое количество евреев, к 1880 году достигшее *указать число, вскользь упомянуть про 18 век*. *про их положение в империи*.

Во время реформ Александра Второго, однако, среди населения стало формироваться определенное отношение к евреям. Это связано было с их преимущественным уклоном в левые движения, что обуславливалось проходящим параллельно процессом еврейского самоопределения: зарождением сионизма и укреплением оппонирующих ему идей интернационализма и иудаизма, под чем имеется в виду отказ религиозных евреев от возвращения в Палестину до прибытия мессии. Многие евреи в Российской Империи склонялись к поддержке политических идей, связанных с преодолением национальной проблематики через устранение государства как института или же через интернациональное единение рабоче-крестьянского класса. В конечном итоге это привело к тому, что в *указать движения* евреи занимали достаточно видное место.

Это сыграло свою роль в 1881 году, когда Александр Второй был убит. Народные волнения, связанные с этим событием, привели к череде «еврейских погромов»: многие ассоциировали террористические акты в России того периода с евреями, что к тому же подогревалось религиозными мотивами среди российских подданых. В связи с погромами происходит первая «алия» - процесс массового переселения евреев в Палестину. Бегущие от погромов евреи стали всё ближе к идеям сионизма, закладывая основу для создания будущего государства Израиль. Вторая алия также связана с Российской Империей и погромами, крупнейшим из которых был Кишинёвский в 1903 году. Во время второй алии основой беженцев были религиозные евреи и сочувствующие социалистическим идеям – именно с этим связано «кибуцное движение» по прообразу анархистских коммун.

Таким образом, погромы в Российской Империи подстегнули еврейское национальное и социалистическое движения, вместе с тем создав образ имперской России как одного из угнетателей еврейского народа, что в глазах сионистов и социалистов диктовало необходимость скорейшего создания собственного государства или организации коммун (кибуцев), способных себя содержать и оборонять, а точкой притяжения стала Палестина. События, развернувшиеся в ходе и после Первой мировой войны, привели к активному обсуждению создания еврейского государства и среди мировых держав, участником которого стала и уже Советская Россия.

Советские партийные деятели первых лет использовали образ Российской Империи как угнетательницы меньшинств, устойчивым стало выражение «тюрьма народов», что резонировало среди евреев как на территории Советского Союза, так и за рубежом. Большевистская идеология прямо постулировала интернационализм и дружбу народов, стараясь антагонизировать имперской национальной политике, что было привлекательно для многих социалистически ориентированных евреев. В конце концов, в рамках решения вопроса о еврейском государстве, уже в 1918 году был создан Еврейский комиссариат при Народном комиссариате национальностей, ставящий целью поиск свободных земель для расселения евреев. Это укладывалось в национальную политику большевиков тех лет, с созданием как можно большего числа автономий по национальному признаку с территориальным закреплением их при компактном расселении в рамках автономии. Однако, тем не менее до 1930 года, отдельной автономии для евреев не предоставлялось, заместо этого в первой половине 1920х их стимулировали переселяться в Крым и Приазовье, но с 1926 года евреев направляли селиться на территории Дальнего Востока.

В силу объективных экономических, социальных и географических причин, евреи не стремились заселять выделенную для них землю. Тогда советское руководство решило пойти на политический шаг, издав постановление «Об образовании в составе Дальневосточного края Биро-Биджанского национального района». В 1934 этот район станет Еврейской национальной областью. Это было объявлением альтернативы для сионистского проекта в Палестине, ведь сам сионизм считался проявлением буржуазного национализма. Впрочем, какой-либо масштабной, в рамках общего количества проживающих в СССР евреев, колонизации территории Еврейской национальной области не было.

Параллельно Советский Союз устанавливал связи с евреями в подмандатной Палестине. Попытки усилить влияние Коминтерна на Ближнем Востоке были тесно связаны с взаимодействием с арабами, которые в 1930х годах уже вступали в активное противостояние с евреями, вылившееся в «Великое арабское восстание» 1936-1939 гг. Политика Советского Союза на Ближнем Востоке того периода – это сложный, противоречивый процесс. Его специфика была связана с попыткой одновременного затягивания в сферу советского влияния и арабов, и евреев. Советский Союз активно коммуницировал с левыми в Палестине, приняв участие в создании Палестинской Коммунистической Партии, а среди проживающих в Палестине евреев было много сочувствующих советской идеологии. Вместе с тем, шаги по сближению с евреями в Палестине встречали неприятие арабского населения, что в конечном итоге обуславливало отказ Коминтерна от создания единой арабской коммунистической партии, а также от глубокой поддержки арабского национально-освободительного движения. Это было связано с ростом антисемитских настроений среди арабов, что в свою очередь толкало многих из них в орбиту националистических, правых идей. К тому же, сильно влияние ислама и мусульманских организаций всё ярче вытесняли просоветские движения среди арабов.

Однако, у Советского Союза не было последовательной политики в отношении сионистского проекта евреев в Палестине в силу ряда причин. Обратим внимание, что в 1920х-1930х годах в Палестине среди еврейского населения не было политического единства. Видные деятели сионизма были ярко националистически ориентированы, относясь к левым идеям с большим недоверием и фактически противостоя социалистическим и коммунистическим проектам организации еврейского общества. С другой стороны, и левое движение в Палестине было достаточно сильно, что создавало благоприятную почву для деятельности Коминтерна. Отдельно выделялись религиозные евреи, находящиеся в оппозиции и к проектам сионистов, и к проектам левых. Но всех их объединяло желание отдельного, независимого еврейского общества на собственной территории, особенно на фоне роста антисемитизма в нацистской Германии и в Европе в целом в 30х, что достигнет своего трагичного пика в годы Второй мировой войны.

Для руководства СССР ситуация была неоднозначной. С одной стороны, поддержка левых в Палестине обостряла отношения с арабами и сионистами, но укрепляла позиции Союза на Ближнем Востоке и в будущем могла привести к установлению дружественного режима на территории расселения евреев. С другой стороны, большевики не поддерживали идею массового переселения евреев, проживающих на территории СССР, в Палестину. И, более того, намерены были организовывать еврейский национальный очаг на своей территории. В предвоенные годы правления Сталина, к тому же, вопрос укрепления еврейского самосознания расценивался как угроза, но антисемитизм – преследовался.В конце концов, советское руководство не было уверено в том, что левые активисты в Палестине смогут одержать верх над правыми сионистами. Всё это наслаивалось и на факт британского мандата, осложняющего ситуацию еще сильнее. По итогам арабского восстания 1936-1939, Великобритания ограничила иммиграцию евреев в Палестину, планируя создать на территории мандата единое государство в будущем.

По итогам Второй мировой войны еврейская проблематика стала острее, чем когда-либо. Вскрывшиеся факты геноцида евреев дали им мировые симпатии в деле организации собственного государства, а сами евреи радикализировались на территории Палестины, преодолев политические разногласия и объединившись в взятом курсе на противостояние с арабским населением. Под давлением СССР и США, настоявших на принятии плана ООН по разделу Палестины, Великобритания объявила о своем уходе из Палестины, в которой ситуация стала накаляться крайне стремительно. Вывод британской администрации и войск происходил крайне спешно на фоне начавшихся массовых вооруженных столкновений евреев с арабами. Арабы отказывались принять план двух государств на территории Палестины. Начиналась первая арабо-израильская война 1947-1949 гг. или же Израильская война за независимость.

Советский Союз решил сделать ставку на поддержку Израиля, надеясь установить в будущем там дружественный режим с опорой на сильное социалистическое движение среди евреев. Это обуславливалось неудачами СССР в установлении дружественных отношений с арабами, что объясняется неприятием мусульманскими организациями коммунистической повестки и политики государственного атеизма в СССР и странах образующегося советского блока. Известно, что основным поставщиком оружия в первой арабо-израильской войне являлась Чехословакия, уже попавшая в ореол советского влияния и действующая с одобрением советского руководства. Поставки вооружений сыграли важную роль в исходе противостояния в Палестине.Параллельно уже набирал обороты конфликт СССР с США, историографически называемый «холодной войной». Элиты Соединенных Штатов не имели консолидированной позиции в вопросе отношения к Израилю на тот момент. Многие опасались, что поддержка Израиля приведёт к тому, что арабские страны достаточно скоро окажутся в союзе с СССР, но личные усилия Гарри Трумана и воздействие еврейского лобби в Америке привели к основе для закладывания фундамента будущего союзничества Израиля и США.

В 1948 году независимость Израиля среди первых признали и Штаты (де факто, де юре – 30 января 1949 года), и Союз (де-юре первым).Дипломатическую миссию в Москве возглавила Голда Меир, одна из главных основательниц Израиля, которая в 1969 станет премьер-министром. Главой советской миссии в Тель-Авиве стал П.Ершов. С этой точки отсчитывается история официальных, межгосударственных отношений СССР и Израиля, которые в 1990х унаследует Российская Федерация. Подводя итог под тем, что было до установления дипломатических отношений СССР и Израиля, можно сказать, что между народами сложилась комплексная, сложная и тесная история взаимодействия. Значимая часть населения Израиля уже в тот период имела родственные связи с Россией, а политический ландшафт молодого государства, в начале имеющего во власти много социалистически ориентированных акторов, был плотно переплетен контактами с Советским Союзом. Последний сыграл важную роль в войне за независимость, и казалось, что для плотного сотрудничества созданы все возможные условия.

Однако, череда обстоятельств и предшествующие нюансы внесли серьезные коррективы в развитие советско-израильских отношений. Во-первых, национальная политика СССР и отношение советского руководства к вопросам, связанным с положением евреев, проживающих на территории Союза, претерпели изменения в послевоенные годы. Представители Союза до сих пор относились скептически к организации репатриации евреев за свои пределы, отказывая в таких просьбах Израилю. Имели место обвинения большевиков в антисемитизме, особенно в контексте кампании по «борьбе с космополитизмом», закрытия Еврейского антифашистского комитета и «дела врачей». Во-вторых, вскоре в руководстве Израиля стали доминировать всё более националистически ориентированные сионисты, а идеология внутри государства становилась всё менее левой, вытесняя социалистический дискурс из повестки дня, чего опасались ещё в 30е годы. Вместе с тем, Израиль отказывался однозначно становиться сторонником «советского блока» в начавшейся Холодной войне.В-третьих, Советский Союз не отказался от сотрудничества с арабскими странами, и достаточно скоро после арабо-израильской войны установил с ними тесные военно-политические отношения. В-четвертых, внешняя политика Израиля стремительно стала ориентироваться на союз с США, который оформлялся постепенно, но уверенно, несмотря на то, что до 1958 года Соединенные Штаты старались ограничить взаимодействие с Израилем и сохранить отношения с арабами.

Пиком возникших противоречий первых лет советско-израильских отношений стал инцидент с взрывом бомбы на территории советского посольства в феврале 1953 года, совершенный членами «Црифинского подполья» в знак протеста «против антисемитской кампании в СССР». Хоть Израиль и осудил организаторов акции, СССР разорвал дипломатические отношения по причине бездействия израильских властей по предотвращению теракта. Они были восстановлены в июле после смерти Сталина и прекращения «дела врачей».

Несмотря на перемены в советском руководстве, внешняя политика СССР на Ближнем Востоке продолжала быть двойственной, а отношения с Израилем оставались неоднозначными. Как минимум, продолжал стоять вопрос о репатриации евреев, который не сдвинется с места вплоть до 1989 года. Советский Союз, с одной стороны, поддерживал Израиль в вопросе прямых переговоров с арабскими странами и об установлении дипломатических отношений, а на первых этапах разгорающегося конфликта вокруг Суэцкого канала по поводу ограничений на торговлю с Израилем оказывал давление на Египет. С другой стороны, с 1956 года СССР оказывал прямую военную помощь арабским странам поставками вооружения и военных специалистов. Советская внешняя политика явно делала ставку на расширение своего влияния среди арабских государств, противостоящих Израилю, который заручился поддержкой Франции и Великобритании. Но СССР, учитывая сложный характер взаимоотношений с Израилем, историю сотрудничества и культурные связи, не стремился долгое время однозначно выступать против сионистского руководства.

Конец 1956 года отметился напряженной точкой в советско-израильских отношениях. В октябре разгорелся Суэцкий конфликт, он же - Вторая арабо-израильская война. После национализации Суэцкого канала Израиль совместно с Великобританией и Францией вторгся на территорию Египта и вскоре последний потерпел тяжелые военные поражения, грозившие свержением президента Г.А. Насера. 22 октября Франция и Великобритания наложили вето на требование ООН о немедленном прекращении конфликта, однако 2 ноября была созвана чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи, в ходе которой благодаря усилиям и совместной дипломатической кооперации СССР и США было достигнуто решение о выводе войск из Египта. Это было точкой соприкосновения советско-американских интересов, направленных на ослабление Великобритании и Франции, однако для Израиля это было дипломатическое фиаско, осложнившее отношения с двумя сверхдержавами сразу.

Советский Союз усилил свою поддержку арабским государствам, в первую очередь – Египту и Сирии, а вскоре и панарабизму. Соединенные Штаты также сохраняли политическое присутствие среди арабов, в первую очередь в рамках сотрудничества с Багдадским Пактом, членом которого до 1958 года был Ирак. Но революция в Ираке и распад Багдадского Пакта привели к тому, что администрация президента Эйзенхаура сделала ставку на Израиль как основного партнёра США в регионе.Ближний Восток стал полноценным фронтом Холодной войны, что не могло не отразиться на советско-израильских отношениях, которые становились всё «прохладнее».

Пиком советско-израильского антагонизма стала Шестидневная война 1967 года. Советский Союз решительно поддерживал арабские страны в войне с Израилем. Есть свидетельства, указывающие, что у советского руководства были намерения расширить своё вмешательство в конфликт, однако он завершился слишком быстро, а эскалации между США и СССР не случилось.Реакция представителей Израиля на действия СССР в рамках конфликта были крайне негативные. Так в мае 1969 года премьер-министр Голда Меир высказывалась о роли СССР в Шестидневной войне: «Москва несет по меньшей мере такую же ответственность за войну, что и арабы, а может и большую».Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем 10 июня 1967 года. Они будут восстановлены лишь в 1991 году.

Следующий период советско-израильских отношений характеризуется крайней напряженностью. СССР продолжил военную поддержку арабских стран, а риторика в отношении Израиля стала агрессивнее. Это отразилось на евреях, проживающих на территории Союза, своеобразным образом. Среди них усилились произраильские настроения, подпитываемые деятельностью еврейских организаций. Однако, закрытые границы не позволяли им массово выезжать из страны, а внутренняя политика СССР исключала возможность их протеста. 20 лет противостояния на Ближнем Востоке в рамках Холодной Войны сопровождались коммуникацией через посредников. Интересы СССР в Израиле представляло посольство Финляндии, а Израиля в СССР – посольство Нидерландов. На этом этапе можно констатировать отсутствие отношений как таковых за исключением нескольких малозначительных эпизодов, связанных с периодами эскалации обстановки на Ближнем Востоке, однако в силу их неважности в общем контексте истории советско-израильских отношений, рассматривать их подробно в данной работе не имеет смысла.

С приходом к власти в СССР М.С. Горбачева и началом «перестройки», затронувшей и изменения во внешней политики, Советский Союз пошёл на постепенное восстановление отношений с Израилем. Это был продолжительный и сложный процесс, прогресс в котором был сопряжен с упадком влияния СССР на Ближнем Востоке и в мире в целом. Курс Горбачева, направленныйсреди прочего на «потепление» отношений с странами Запада, затрагивал и советско-израильские отношения, улучшая их по мере укрепления политики «перестройки». В силу политики «гласности» актуализировался вопрос о репатриации советских евреев, установлении их прямого контакта с организациями Израиля, что стало «повесткой дня» в начавшихся контактах с еврейским государством.

Первые контакты происходили уже в 1985 году, начиная с неофициальной встречи послов Ю. Воронцова и О. Софера в Париже. Уже в 1987 году были восстановлены консульские отношения, в 1989 – установились первые торгово-экономические контакты, в 1990 был подписан официальный протокол об открытии консульств, и, наконец, в октябре 1991 – восстановлены дипломатические отношения. В процессе преодоления разногласий большую роль сыграли гуманитарная помощь Израиля, кувейтский кризис и новые подходы к урегулированию ближневосточного кризиса. Однако после восстановления дипломатических отношений достаточно скоро Советский Союз распался, а отношения унаследует Российская Федерация.

На протяжении 1948–1991 гг. советско-израильские отношения претерпели неоднократную трансформацию: от первоначального сотрудничества к периоду конфронтации, а затем - к восстановлению диалога. Характер этих отношений определялся как условиями Холодной войны, так и внутриполитическими факторами, действовавшими в СССР и в Израиле. Несмотря на сохранявшиеся разногласия, к концу 1980?х годов государства достигли взаимоприемлемых форм сближения, что стало значимой вехой в истории их взаимоотношений.

С распадом СССР в декабре 1991 года Российская Федерация стала правопреемницей Советского Союза, взяв на себя его внешнеполитические обязательства и унаследовав дипломатические отношения, в том числе и с Израилем. Израиль признал независимость всех бывших советских республик и установил с ними дипломатические отношения, но наиболее приоритетными считал отношения с Россией в силу её дипломатической, военной и экономической роли на постсоветском пространстве и в новом мире. В вопросе российско-израильских отношений открывались большие перспективы, а их динамика обещала быть позитивной по ряду причин.

Во-первых, с окончанием Холодной Войны стало возможным устранение основных конфликтных точек в отношениях с Израилем по вопросам ближневосточного мирного урегулирования. Во-вторых, смена политического режима и демократический курс России преодолевалипроблему идеологических разногласий с еврейским государством, существовавшуюдолгое время в советско-израильских отношениях, а вслед за демократизацией России шло главное для Израиля изменение в её внутреннем устройстве: открытие границ и исключение препятствий для эмиграции, в том числе еврейской. В-третьих, РФ унаследовала советско-израильские отношения на этапе их восстановления и «потепления», что позволило достаточно быстро наладить необходимые контакты. Наконец,в 90х Россия не имела острых конфликтов с союзниками Израиля.

Первой важной вехой в становлении российско-израильских отношениях, которая оказывает большое влияние на них до сих пор, стала массовая эмиграция евреев из России в Израиль, названная «Большая алия». За одно десятилетие мигрировало свыше миллиона евреев, что на момент 2000 года составляло около одной шестой населения Израиля. Еще в второй половине 80х в рамках деятельности израильской консульской группы активизировалась работа организаций «Сохнут» и «Натив», занимавшихся обеспечением условий для репатриации. Лев Городецкий возглавил «Сионистскую организацию СССР», вместе с темвсё масштабнее становились курсы по изучению иврита под названием «ульпаны». Наиболее массовая миграция происходила в 1990-1991 годах с открытием границ: более 330 тысяч человек, в 1992-2000 в Израиль мигрировало ещё 490 тысяч человек, получив паспорта еврейского государства. Миграция продолжилась и в 2000-2004 годах, тогда в Израиль переселилось 125 тысяч человек. С 2005 года интенсивность миграции сильно снизилась. Среди основных причин миграции стоит выделить политическую и экономическую нестабильность в Российской Федерации в 90х годах, социальную неопределенность и усиление сионистской активности, высокой организованности процесса репатриации евреев на территории России. Значимость этого фактора в отношениях России и Израиля подробнее будет рассмотрена в главе, посвященной социокультурным аспектам российско-израильских отношений.

Важным специфичном моментом в укреплении российско-израильских отношений стала политическая нестабильность в России и политические потрясения в Израиле, что на протяжении 90х годов как сближало государства, так и создавало препятствия для налаживания контактов. В 1992 году отношения оформляли курс на сотрудничество, придавая «контуры» будущему взаимодействию. Но начиная с политики «открытых дверей» в отношении эмиграции евреев, стал заметен серьёзный интерес Израиля в отношении России. В августе 1992 года произошёл первый в истории визит главы МИД Израиля Шимона Переса в Москву, а в сентябре в Нью-Йорке был подписан «Меморандум о взаимопонимании».События 1993 года в России и предшествующая им политическая напряженность определенно препятствовали налаживанию международных связей в принципе из-за проблем с легитимностью руководства в период противостояния ветвей власти. В этом же году происходили переговоры в Осло между Израилем и Организацией освобождения Палестины, на которых присутствовал и российский представитель, и соглашения по итогам которых стали серьезным продвижением в решении арабо-израильского конфликта и «палестинской проблемы». Процессы, связанные с соглашением в Осло, будут подробнее описаны в контексте политических аспектов российско-израильских отношений на современном этапе, однако палестинское урегулирование серьёзно повлияло на внутреннюю ситуацию в Израиле и, в последствии, на характер отношений России с еврейским государством. Связано это с началом политической нестабильности уже в Израиле: усиление терроризма в Палестине и радикализация большой части еврейского сообщества.

С 1993 года, с победой Б. Н. Ельцина над Верховным Советом и принятием новой конституции РФ, политическая власть в России стала стабильнее, а руководство – более устойчивым, что привело к укреплению международных связей, в том числе и с Израилем.В 1994 году состоялся первый в истории официальный визит премьер-министра Израиля в Россию, по итогам которого был подписан пакет из семи межправительственных соглашений, которые оформили договорно-правовую базу двусторонних отношений, выведя их на новый уровень. Ключевым стало Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве, благодаря чему усилился взаимный товарооборот и экономические связи между Россией и Израилем. Именно в 1994 году установилась институциональная основа российско-израильских отношений. В дальнейшем, на протяжении 90х годов сотрудничество будет нарастать, а число договорённостей расти, как и количество официальных визитов представителей двух стран на высоком уровне.

Но 1994 год ещё примечателен для российско-израильских отношений общей проблемой, которая будет одной из основных направлений сотрудничества и взаимопонимания долгое время: терроризм. В 1994 году началась Первая чеченская война, сопровождаемая чередой террористических актов, самым крупным из которых был в Буденновске в июне 1995 года. Теракты сотрясали и Израиль все 90е. Например, за 1995 год произошло 7 взрывов, большинство из которых осуществлено смертниками «Исламского джихада», в результате которых погибло 66 человек и было ранено около 269 человек. В следствие этого началось военное сотрудничество двух стран: в декабре 1995 года министр обороны РФ Павел Грачев посетил Израиль, в ходе его визита был подписан Меморандум о взаимопонимании по вопросам военного сотрудничества, что открывало возможности по обмену опытом в борьбе с терроризмом и вооруженными боевиками. Это будет важной частью российско-израильских отношений вплоть до конца Второй чеченской войны.

Российско-израильские отношения также развивались в контексте мирного процесса по поводу Палестины: это было одно из самых приоритетных направлений сотрудничества. Российская Федерация сильно снизила своё вмешательство в политику на Ближнем Востоке в качестве активного участника, поддерживающего одну из сторон, но заместо этого на протяжении 90х рос её авторитет как нейтрального участника, заинтересованного в мирном урегулировании и пересмотре своей роли в регионе. Россию называли «спонсором мирного процесса», одной из важных площадок для переговоров и участницы в процессе сближения еврейской и палестинской сторон. Российская Федерация вела переговоры и консультировалась как с представителями палестинцев, например, в лице Ясира Арафата, принятого в Москве в 1994 году, так и обсуждала урегулирование конфликта с Израилем в ходе визитов Ицхака Рабина в 1994, 1995 годах.Однако до 1996 года участие России в мирном процессе было всё же ограниченным, состоявшее в основном в налаживании контактов двух сторон при посредничестве Москвы.

В 1996 году произошли серьезные изменения как на ближневосточном треке российско-израильских отношений, так и в целом. Министром иностранных дел стал Е.М. Примаков, а после убийства И. Рабина в июне 1995 года премьер-министром Израиля в 1996 году стал Биньямин Нетаньяху.Уже на момент 1996 года становилось понятным, что противоречия внутри политических кругов и населения Израиля по поводу достигнутых в Осло соглашений приводят к срыву выполнения взятых еврейским государством обязательств, а осложнение обстановки в секторе Газа и радикализация палестинских группировок, таких как «ХАМАС», «Исламский джихад» и «ФАТХ» делают взятый курс на «два государства для двух народов» почти невыполнимым при существующих условиях. В 1996-1997 годах в рамках визитов Примакова в ближневосточном регионе он выдвигал план системы региональной безопасности и предлагал возобновление прямых мирных переговоров вместе с заявлениями Ельцина. Россия выступала за независимое палестинское государство, сосуществующее с Израилем, но при этом осуждала террористические методы борьбы и выражала поддержку еврейскому государству в вопросах обеспечения самообороны, но не в насильственном решении кризиса. Российское руководство подчеркивало свои намерения расширить свою роль в ближневосточных процессах, однако Израиль стал выступать против прямого участия РФ в палестино-израильских контактах, предпочитая главным посредником США. Российская же сторона заявляла, что не намерена вытеснять США как регулятора ближневосточного кризиса, но настаивала, что однонаправленные процессы недопустимы.

Это демонстрировалось ина практике в расширении многовекторного развития отношений на Ближнем Востоке. Российская Федерация была настроена на выстраивание отношений с Ираном, выразившуюся в первую очередь в сделке по постройке энергоблоков в Бушерской АЭС и в перспективе расширения сотрудничества по атомной энергетике. Процессы, связанные с иранской ядерной программой, постепенно привели к кризису из-за опасений стран в регионе и Запада по поводу возможного создания Ираном ядерного оружия. Вопросы «ядерной сделки» будут фактором ближневосточной политики вплоть до наших дней. Но нацеленность России на сотрудничество с Исламской Республикой всегда воспринималась Израилем как угроза и раздражитель отношений, вызывало дипломатические протесты и попытки переговоров с российским руководством в целях снизить тесность российско-иранских связей из-за нарастающей напряженности в ирано-израильских отношениях. Российская сторона всегда настаивала, что совместные ядерные проекты носят исключительно мирный характер и соблюдают принципы ДНЯО.

В отношении же других арабских государств: Сирии, Ливана, Египта и Иордании Москва занимала прагматичную позицию, направленную на отказ от милитаризации и попытки налаживания связей с Израилем, переход на мирные инициативы и преодоление разногласий. Это устраивало и арабские страны, и Израиль, что являлось дипломатическим успехом российской дипломатии в этом направлении.

Сложность и прагматичность выстроенных на протяжении 90х российско-израильских отношений продемонстрировала война в Ираке 2003 года. После вторжения в Кувейт Россия была одной из немногих стран, выступающих за смягчение давления на режим Хуссейна, несмотря на осуждение его агрессии, притеснения курдов и прав населения. С вторжением США в Ирак в 2003 году, поддерживаемым Израилем, Россия заняла антивоенную позицию, перед войной попытавшись убедить Хусейна подать в отставку. Несмотря на критику войны в Ираке, Россия продемонстрировала гибкость и сохранение баланса. Осторожность иллюстрирует заявление Путина: «поражение США в Ираке не отвечает интересам России». Вместе с тем, Израиль и РФ, не имея согласия в вопросе вторжения в Ирак, тем не менее были согласны в отношении будущего Ирака: обе страны выступали против исключительного влияния США в стране, что могло привести к неконтролируемым последствиям: Израиль опасался усиления шиитов и влияния Ирана, Россия –очередного роста терроризма. В реальности случилось и то, и другое.

В 21 век российско-израильские отношения вошли с сменой основных должностных лиц и с прочным установлением основ сотрудничества. Основные направления взаимодействия и список проблем, определенные в 90х годах, в большинстве своём сохранятся в том или ином в виде и в следующие два десятилетия. Первым изменившимся фактором стало возрастание личной динамики в российско-израильских отношениях: новый президент В.В. Путин будет принимать активное участие в контактах с представителями Израиля и в процессах на Ближнем Востоке. Также он совершит в 2005 году первый в истории визит президента России в Израиль, повторно посетив его в 2012 и в 2020 годах.С 2004 года министром иностранных дел будет С.В. Лавров, продолжительность пребывания на посту которого тоже скажется на возрастании личностного фактора в отношениях. Министры иностранных дел Израиля, напротив, менялись регулярно, однако с 2009 года несменяемым лидером еврейского государства в качестве премьер-министра будет Б. Нетаньяху, который в 90х годах уже имел опыт установления взаимопонимания с российской стороной и будет его эффективно использовать на протяжении своего срока, что тоже можно назвать личностным аспектом в отношениях. В целом, официальные визиты и личные переговоры станут неотъемлемой частью российско-израильских отношений в период с 2000 по 2020 гг.

До 2014 года можно говорить о важной роли военно-технического сотрудничества между Россией и Израилем. Это было связано как с полезностью обмена опыта и коммуникацией во время Второй чеченской войны, так и с эпизодами вооруженной борьбы ЦАХАЛ с боевиками в секторе Газа с 2008 года и с «Хесболлой» на границе с Ливаном с 2000 года.Взаимодействие на этом направлении можно считать достаточно обширным, оно включало в себя даже закупку вооружений и отдельные соглашения.

Росло и экономическое сотрудничество, рос товарооборот, достигнув к 2011 году 2,1 млрд долларов, активно действовали межправительственные комиссии, регулярно проходили контакты по актуальным вопросам, конференции. Именно «нулевые» года раскрыли потенциал сотрудничества, заложенный дипломатическими усилиями в 90х годах.

Главными осложнениями в отношениях были «ядерная сделка» с Ираном и провалы палестинского урегулирования. Позиция России по независимости Палестины становилась для Израиля, после его окончательного отказа от принципов Осло, не нейтральной, а негативной для еврейского государства. Впрочем, это не была уникальная проблема для отношений двух стран: международное сообщество и ООН в целом осуждали политику Израиля касательно палестинской автономии. Стоит отметить, что именно в «нулевых» Россия стала играть наиболее важную роль за всю историю российско-израильских отношенийв мирном урегулировании в Палестине, став частью «квартета» из США, ООН, ЕС и РФ. Но совместный план «четверки» в итоге не был реализован, а все усилия остались без внимания Израиля, что вызывало недоверие к политическим элитам со стороны всех стран-участниц мирного процесса. В конечном итоге, с уходом Израиля из сектора Газаи с установлением власти ХАМАС в 2007 году, палестинский вопрос остался в подвешенном состоянии и не сдвигался с мертвой точки до 2023 года.

Вызовом для налаженных российско-израильских отношений, уже ставших стабильными и продуктивными, стал период 2014-2016 гг. В 2014 году случается украинский кризис, присоединение Крыма и война на Донбассе, в которых западные страны занимают сторону Украины и начинают давление на Россию, выразившееся в первую очередь в введении санкций. Израиль, являвшийся союзником США, также оказался под давлением в попытках принудить присоединиться к санкциям и осуждению России. Прагматичное руководство Израиля смогло отстоять свои национальные интересы, выбрав сдержанную позицию: Израиль не признает Крым частью России, но не голосовал за резолюции по осуждению «российской агрессии» и не вводил санкций в отношении РФ, стараясь сохранить российско-израильские отношения.

В 2015 году Российская Федерация вмешивается в войну в Сирии в рамках борьбы с международным терроризмом, поддерживая режим Башара Асада и отправив в регион военный контингент. В силу уже накопленного взаимопонимания и сотрудничества Израиля и России в вопросах противостояния терроризму, российско-израильские отношения стали подспорьем для координации военных усилий в вопросе противостояния террористическим группировкам, в первую очередь – ИГИЛ*.Между военными штабами ВКС РФ и ЦАХАЛ были установлены каналы связи, военная коммуникация производилась напрямую.Однако, вместе с тем в Сирии происходила гражданская война с прямым участием Израиля, с 1967 года оккупирующим территорию Голанских высот и поддерживающим общины друзов. Еврейское государство стремилось ослабить про-иранские силы в Сирии и было скептически настроено к режиму Асада, что было конфликтной точкой в отношениях с РФ. Вмешательство России в свою очередь сковывало свободу действий ЦАХАЛ в Сирии. Тем не менее, в рамках сирийского конфликта России и Израилю удалось установить необходимый диалог и избегать конфронтации между друг другом.

Но нельзя не отметить и трагичные эпизоды, связанные с войной в Сирии и соприкосновения двух стран в ней. Пиком конфронтации стал инцидент с ИЛ-20 в сентябре 2018 года, когда израильское ПВО сбило российский самолет-разведчик. Российская сторона настаивала на преднамеренности действий. Израиль принёс извинения, но отвергал обвинения в предумышленности сбития самолёта. Этот эпизод продемонстрировал хрупкость доверия между странами и опасность столкновения интересов. Вместе с тем, это было ярким показателем снижения близости российско-израильских отношений.

С 2014 года российские отношения стали куда менее тесными и продуктивными в силу обострения отношений РФ с странами НАТО и участия в конфликте в Сирии. Тем не менее, налаженная дипломатическая работа позволила сохранить взаимодействие по наиболее чувствительным областям сотрудничества, избегая конфронтаций.

Главная особенность российско-израильских отношений в двухтысячные и десятые - их превращение в сложный, многослойный прагматизм, где тесное взаимодействие сосуществовало с острыми, но тщательно купируемыми противоречиями. В отличие от советской эпохи с её идеологической доминантой, отношения теперь строились вокруг взаимных интересов: борьбы с терроризмом, экономической кооперации и военно-технического обмена. Однако именно в этот период проявился структурный предел такого прагматизма. С одной стороны, личная динамика лидеров и накопленная институциональная база позволяли разводить конфликтующие повестки – поддерживать диалог даже после вмешательства России в сирийскую войну и сохранять каналы военной координации. С другой – кардинальные расхождения по иранскому ядерному вопросу и палестинскому урегулированию, а затем и украинский кризис 2014 года обнажили, что Москва и Иерусалим движутся в разных геополитических направлениях. Итогом стало парадоксальное состояние: отношения не свернулись, но потеряли прежнюю интенсивность, превратившись из восходящей линии в удержание достигнутого на фоне растущих внешних рисков.

По итогу анализа истории российско-израильских отношений можно заключить, что отношения России и СССР с Израилем никогда не были линейны – их траектория определялась не столько логикой двусторонних отношений, сколько наложением трёх постоянных факторов. Первый – внутренняя еврейская политика в России, от еврейских погромов и советского проекта ЕАО до «Большой алии» 1990-х: миграционный вектор неизменно инструментом и важной причиной двусторонних связей. Второй – роль Ближнего Востока как арены глобального противостояния: холодная война жёстко поляризовала советско-израильские отношения, тогда как её окончание создало окно для прагматичного сближения, но не устранило возможность разногласий. Третий – двойственное наследие 1948–1953 годов: первоначальная поддержка СССР создания Израиля наложилась на последующее глухое недоверие, и этот исторический шлейф до сих пор формирует как точки символического сближения, так и зоны взаимной настороженности. В конечном счёте, современные российско-израильские отношения – это не дружба или вражда, а вынужденный, функциональный компромисс, где глубокая историческая память соседствует с учётом текущих интересов, а способность избегать конфронтации оказывается важнее попыток достичь подлинного союзничества.

ГЛАВА 2. ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ РОССИЕЙ И ИЗРАИЛЕМ

2.1 Правовой статус дипломатических отношений РФ и Израиля

Под дипломатическими отношениями в международном праве понимается форма устойчивого взаимодействия между суверенными государствами, в рамках которой они осуществляют официальную коммуникацию, обеспечивают защиту своих интересов и прав граждан за рубежом, ведут переговоры и заключают международные договоры. Юридической основой любых дипломатических отношений, включая российско-израильские, служит Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 года, устанавливающая иммунитеты и привилегии дипломатических представительств, их персонала, а также обязательства принимающего государства по обеспечению их безопасности и неприкосновенности. Правовая состоятельность дипломатических отношений между двумя государствами прежде всего подтверждается наличием и действием взаимных договорённостей, которые формируют правовое поле для их совместной деятельности.

Правовой статус дипломатических отношений между Российской Федерацией и Государством Израиль, таким образом, характеризуется сочетанием прочной базовой договорной основы (торгово-экономическое соглашение, налоговый договор, безвизовый режим) и высокой степенью зависимости практической реализации многих отраслевых соглашений от текущей политической конъюнктуры. Фундаментальные документы, создавшие институциональные рамки в 1990-е и 2000-е годы, продолжают действовать и обеспечивают минимальный уровень правовой определённости. Однако в ряде сфер — авиасообщение, работа смешанных комиссий, реализация гуманитарных соглашений — наблюдается правовая фрагментация, выражающаяся в замещении договорных механизмов оперативными ведомственными и adhoc решениями. Это ставит под вопрос устойчивость сложившейся правовой системы и требует от сторон осознанных усилий по её поддержанию и адаптации к меняющимся геополитическим условиям.

С правовой точки зрения, дипломатические отношения между РФ и Израилем имеют ряд важных особенностей. Дипломатическое присутствие сторон оформлено в виде посольств: израильское посольство находится в Москве, российское — в Тель-Авиве. Кроме того, в Израиле действует Генеральное консульство России в Хайфе, а в России — Генеральное консульство Израиля в Санкт-Петербурге, которое было открыто на основании распоряжения Правительства РФ от 18 октября 2010 года, заключённого путём обмена нотами. Правовой статус этих представительств, их персонала и имущества определяется Венскими конвенциями 1961 и 1963 годов, а также двусторонними соглашениями об условиях деятельности дипломатических и консульских представительств. Важным фактором двусторонних отношений является наличие в Израиле многочисленной (порядка 1,5 млн чел.) общины выходцев из бывшего СССР.

В сфере государственных визитов и политического диалога на высшем уровне отсутствует специальный договор, регулирующий порядок их проведения. Это соответствует общей практике международных отношений, где основу составляют международный обычай и принцип взаимности. Правовая подоплёка таких визитов заключается в том, что каждое государство самостоятельно определяет условия пребывания на своей территории высших должностных лиц другого государства — включая вопросы безопасности, протокола и статуса делегации. Именно эта правовая неопределённость, а не фиксированные договорные рамки, придаёт визитам такого уровня особый политический вес: сам факт их проведения при отсутствии юридических обязательств свидетельствует о наличии политической воли и взаимного доверия на высшем уровне. За всю историю двусторонних отношений президент России В.В.Путин трижды посещал Израиль (2005, 2012 и 2020 гг.), а премьер-министр Израиля Б.Нетаньяху семнадцать раз посещал Россию. Поддерживается практика телефонных контактов между лидерами: только в 2025 году президент Путин и премьер-министр Нетаньяху провели шесть телефонных разговоров.

Важным правовым нюансом является отсутствие договора о двойном гражданстве между РФ и Израилем. Международного соглашения, которое бы признавало за лицом с паспортами обоих государств статус лица с двойным гражданством, не заключено. Каждая из стран рассматривает такого человека исключительно как своего гражданина со всеми вытекающими последствиями, включая обязанность по уплате налогов или прохождению военной службы (в Израиле она является всеобщей и обязательной). Отсутствие такого соглашения создаёт правовые риски для тысяч российских граждан, одновременно являющихся гражданами Израиля, и периодически становится предметом двусторонних консультаций, однако к настоящему времени вопрос остаётся неурегулированным.

В санкционной сфере правовой статус отношений имеет свою специфику. Государство Израиль официально не присоединилось к антироссийским санкциям, введённым США, ЕС и их союзниками после 2022 года. Израиль не вводил односторонних ограничительных мер в отношении Российской Федерации и не поддерживал соответствующие резолюции в Совете Безопасности ООН. Наличие или отсутствие правовых механизмов защиты от вторичных санкций остаётся неурегулированным.

Значительные изменения в правовом режиме двустороннего взаимодействия произошли в сфере авиасообщения. Соглашение о воздушном сообщении (подписано 13 сентября 1993 года) формально продолжает действовать, однако его практическое применение с 2022 года ограничено. Прямое авиасообщение между Россией и Израилем неоднократно приостанавливалось и возобновлялось на условиях, определяемых авиационными властями в оперативном порядке. 1 октября 2025 года между авиационными властями РФ и Израиля были достигнуты договорённости, зафиксированные в виде обмена письмами, которые регулируют полёты в условиях региональной напряжённости. Такой порядок демонстрирует делегирование правового регулирования на уровень ведомственных актов, принимаемых в гибком режиме.

С точки зрения права, отношения между РФ и Израилем представляют собой классический пример межгосударственного сотрудничества, основанного на верховенстве международного права, где ключевыми документами являются двусторонние договоры. Сама же договорно-правовая база, сохраняющая свою актуальность и поныне, была заложена ещё в апреле 1994 года в ходе исторического визита премьер-министра Ицхака Рабина в Москву. Оценки общего числа межправительственных соглашений разнятся. По одним данным, между странами действуют 16 межправительственных соглашений, по другим — более двадцати. Эта разница объясняется юридической природой этих актов: значительная часть договорной базы представлена межведомственными меморандумами, протоколами о намерениях и рамочными соглашениями, которые либо имеют ограниченный срок действия, либо служат политической декларацией, не создавая устойчивых правовых обязательств. Именно межправительственные соглашения образуют «твёрдое ядро» правоотношений, формируя институциональную основу для работы всех остальных механизмов.

Основные действующие межправительственные соглашения. Фундаментом договорной базы служат несколько ключевых документов.

1. Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве (подписано 27 апреля 1994 года) представляет собой рамочный акт, определяющий общие принципы и направления развития двусторонних экономических связей. Стороны договорились развивать экономическое сотрудничество на основе принципов суверенного равенства, недискриминации и взаимной выгоды. Важнейшей нормой соглашения является предоставление друг другу режима наибольшего благоприятствования в отношении таможенных пошлин, сборов и правил ввоза-вывоза товаров. Исключения из этого режима предусмотрены для преференциальных торговых соглашений в рамках таможенных союзов и зон свободной торговли. Соглашение также учредило Смешанную Российско-Израильскую Комиссию по торгово-экономическому сотрудничеству — постоянно действующий орган, уполномоченный рассматривать практические вопросы двустороннего сотрудничества, вырабатывать рекомендации по его углублению и разрешать возникающие споры.

2. Конвенция об избежании двойного налогообложения (ДИДН) (заключена 25 апреля 1994 года) — один из наиболее технически сложных документов в двусторонней договорной практике. Конвенция разграничивает налоговые юрисдикции двух государств в отношении различных видов доходов: доходов от недвижимого имущества, предпринимательской прибыли, дивидендов, процентов, роялти, доходов от личных услуг. В отношении дивидендов устанавливается ограничение ставки налога у источника до 10% (при участии в капитале не менее 30% и сумме инвестиций свыше 100 тыс. долларов США) или до 15% в остальных случаях. Проценты и роялти освобождаются от налогообложения в государстве-источнике. Конвенция содержит подробную статью о методах устранения двойного налогообложения — налоговый кредит по российскому законодательству и освобождение с прогрессией по израильскому. Статья 26 предусматривает обмен информацией между компетентными органами двух стран, необходимой для применения конвенции и предотвращения уклонения от налогов. В 2020-е годы реализуются синтезированные тексты и обновлённые механизмы в контексте Многосторонней конвенции по налоговым соглашениям (MLI), направленной на предотвращение размывания налоговой базы и вывода прибыли из-под налогообложения (сводные тексты для двустороннего применения находятся в процессе реализации по состоянию на 2020-е годы).

3. Соглашение об отказе от визовых требований при взаимных поездках граждан (подписано 20 марта 2008 года, вступило в силу в сентябре 2008 года) предоставляет гражданам одного государства право въезжать, выезжать, следовать транзитом и находиться на территории другого государства без визы при соблюдении определённых условий. Срок непрерывного пребывания не должен превышать 90 суток в течение каждого периода в 180 суток. Граждане освобождаются от обязанности регистрации в компетентных органах, за исключением случаев, предусмотренных национальным законодательством. При этом соглашение не распространяется на осуществление трудовой деятельности, для которой требуется получение соответствующего разрешения в установленном порядке. В 2016 году был подписан Протокол о внесении изменений в данное соглашение, распространивший безвизовый режим на владельцев дипломатических и служебных паспортов. Юридическое значение этого акта трудно переоценить — именно он обеспечивает высокую интенсивность гуманитарных, деловых и туристических контактов.

Помимо перечисленных фундаментальных документов, двусторонняя договорная база включает ряд специализированных соглашений по конкретным отраслям.

Соглашение о сотрудничестве в области борьбы с преступностью (подписано 22 мая 1997 года) и Меморандум о взаимопонимании между Генеральной прокуратурой РФ и Государственной прокуратурой Израиля (подписан в апреле 2017 года). В июне 2017 года на ПМЭФ был подписан Меморандум о сотрудничестве, касающийся правовой помощи по изъятию и возврату полученных преступным путем активов. Эти документы образуют правовую основу для взаимодействия правоохранительных и судебных органов двух стран.

Соглашение о сотрудничестве и взаимопомощи в таможенных делах (подписано в 1997 году, ратифицировано РФ Федеральным законом № 46-ФЗ от 6 апреля 2019 года).

Соглашение о сотрудничестве в области промышленных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (подписано 22 марта 2010 года).

Соглашение о сотрудничестве в области исследования и использования космического пространства в мирных целях (заключено между Роскосмосом и Израильским космическим агентством, подписано в марте 2011 года).

Межправительственное соглашение о военно-техническом сотрудничестве (подписано 6 сентября 2010 года).

Соглашение о сотрудничестве в области социального обеспечения (подписано 6 июня 2016 года, ратифицировано РФ Федеральным законом № 426-ФЗ от 19 декабря 2016 года). Активные выплаты по нему затронуты санкционными рисками в 2023 году.

Межправительственное соглашение о совместном кинопроизводстве (подписано 6 сентября 2023 года). Данный документ определяет правовой режим совместно производимых кинематографических произведений.

Меморандум о мерах по снижению тарифов на международный роуминг (подписан 4 декабря 2012 года). Программа совместных действий по реализации Соглашения о сотрудничестве в сфере информационных технологий (2013–2014 гг.) была подписана 4 декабря 2012 года.

Соглашение в области агротехнологий (подписано в ноябре 2016 года). Соглашение о сотрудничестве в области использования природного газа в качестве моторного топлива (Меморандум о взаимопонимании, подписан 8 июня 2016 года). Меморандум о взаимопонимании в молочной отрасли (подписан в декабре 2017 года).

Соглашение об оцифровке коллекции Гинцбургов (подписано Национальными библиотеками России и Израиля в ноябре 2017 года).

Дипломатическое рамочное соглашение (подписано 19 февраля 2016 года по итогам 25-летия восстановления дипломатических отношений). Совместное заявление Президента РФ и Премьер-министра Израиля в связи с 25-летней годовщиной восстановления дипломатических отношений было сделано 7 июня 2016 года.

Соглашение о торговле и сотрудничестве в области морского транспорта (подписано 2003 года).

Соглашение в форме обмена нотами между МИД Израиля и МИД РФ о порядке оформления на основе принципа взаимности многократных виз (ноты от 20 января 2016 года и 2 июня 2016 года).

Двусторонние соглашения между РФ и Государством Израиль о свободной торговле в рамках ЕАЭС. Переговоры ведутся с 2018 года, перспективы подписания анонсированы на 2026 год.

Соглашение в области оборонного сотрудничества и деэскалации в Сирии (подтверждено в период 2020–2021 гг., статус оспаривается с конца 2023 года).

Соглашение в сфере здравоохранения о поставках медицинского оборудования в Газу (подтверждено Президентом РФ В.В. Путиным 14 декабря 2023 года).

Обмен нотами об урегулировании статуса земельного участка в Западном Иерусалиме (достигнут 18 мая 2021 года, оглашён 16 июня 2021 года).

Соглашения в области культуры: Соглашение о сотрудничестве в области культуры и образования (25 апреля 1994 года); Соглашение об учреждении и условиях деятельности культурных центров (31 октября 1996 года).

Соглашения в области здравоохранения: Соглашение о сотрудничестве в области здравоохранения и медицинской науки (25 апреля 1994 года).

Соглашения в области туризма и сельского хозяйства: Соглашение о сотрудничестве в области туризма (25 апреля 1994 года); Соглашение о сотрудничестве в области агропромышленного комплекса (25 апреля 1994 года).

Важным механизмом поддержания правового поля двусторонних отношений являются смешанные комиссии. Смешанная Российско-Израильская Комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству, учреждённая Соглашением 1994 года, является основным органом, обеспечивающим реализацию его положений. Комиссия должна собираться ежегодно, попеременно на территории двух государств. К 2024 году состоялось 15-е заседание комиссии. При комиссии функционирует несколько профильных рабочих групп, охватывающих сельское хозяйство, промышленность, жилищно-коммунальное хозяйство и здравоохранение. В 2025 году акцентирована необходимость созыва очередного заседания смешанной российско-израильской комиссии. Активно действует Российско-Израильский деловой совет, который 6 ноября 2025 года провёл в ТПП РФ круглый стол. Помимо официальной комиссии, отношения поддерживаются на уровне постоянных отраслевых контактов и экспертных дискуссий (например, организованных РСМД и Институтом востоковедения РАН).

Таким образом, правовой статус дипломатических отношений между Российской Федерацией и Государством Израиль характеризуется разветвлённой и многоуровневой системой договорных обязательств. Фундаментальные документы 1994–2008 годов (торгово-экономическое соглашение, налоговый договор, безвизовый режим) создали институциональные рамки, обеспечивающие высокий уровень правовой определённости. Дальнейшие отраслевые соглашения углубили взаимодействие в конкретных сферах. При этом правовая система двусторонних отношений демонстрирует как прочность (благодаря действию базовых договоров), так и уязвимость, проявляющуюся в зависимости практической реализации многих договорённостей от текущей политической конъюнктуры и в замещении договорных механизмов оперативными ведомственными решениями (как в сфере авиасообщения). Способность сторон сохранять и адаптировать эту правовую систему будет оставаться одним из ключевых факторов устойчивости российско-израильского взаимодействия в обозримом будущем.

2.2 Политические разногласия и общие интересы России и Израиля на современном этапе

Для того, чтобы охарактеризовать политический аспект российско-израильских отношений, необходимо проанализировать то, что их составляет, и то, что побуждает страны вести коммуникацию: а именно пересекающиеся интересы, как те, что приводят к конфликту или потенциальному противостоянию, так и те, что стимулируют сотрудничество. Учитывая сложную историю отношений между Россией и Израилем, нужно выделить ключевые направления их развития на современном этапе, что включает в себя определение внешнеполитических интересов двух стран, связывающихся друг с другом.

Ключевым интересом Израиля является обеспечение своей национальной безопасности, суверенитета и устранения угроз существования государства. Это обусловлено историей становления еврейского государства, находившегося в перманентном конфликте с своими арабскими соседями. В отличии от прочих государств мира, которые преследуют тот же интерес, Израиль ставит безопасность и выживание нации как основную причину существования государства. Столь высокий примат безопасности над всем остальным приводит к воинственной внешней политике, использующей методы военного принуждения и демонстрации силы как одни из основных. Тем не менее, в долгосрочной перспективе постоянная конфронтация с государствами, демографически кратно превосходящими Израиль, создаёт объективные препятствия и угрозы для стабильного развития государства. По этой причине Израиль стремится к установлению прочных отношений с своими соседями тем или иным путём. Долгое время Израиль боролся за признание своего существования со стороны арабских государств, в современной повестке эта проблема почти преодолена, но гарантии безопасности – всё ещё главный приоритет Израиля на Ближнем Востоке.

Холодная война стимулировала вооруженное противостояние Израиля с арабскими соседями в силу накладывания на конфликт борьбы двух господствующих в мире блоков. Советский Союз являлся объективной угрозой для Израиля из-за поддержки его противников, и рассмотрение проблемы присутствия внерегиональных игроков на Ближнем Востоке как потенциальных катализаторовагрессии до сих пор сохраняет призму недоверия и опасений. Россия же никогда не отказывалась от попыток укрепить своё влияние в регионе в поисках сотрудничества с ближневосточными странами. Здесь и проявляется первая политическая проблема российско-израильских отношений. Израилю требуется гарантия отсутствия враждебности от присутствующих в регионе сил и отказ от поддержки сил, с которыми он находится в состоянии противостояния, и еврейское государство твёрдо демонстрирует намерение находить такие гарантии от России. России же требуется устранение каких-либо внешних препятствий для прямого взаимодействия с странами региона без втягивания себя в конфликт на чьей-либо стороне. Одним из таких внешних препятствий может стать сопротивление Израиля, что побуждает обе страны работать в направлении обеспечения взаимопонимания и координации в установлении отношений с другими странами в регионе.

Российская Федерация старается найти как можно больше союзников, поддерживающих идею ухода от однополярного мира. Потребность в альтернативе внешнеполитической системы продиктована как её несправедливостью, с точки зрения российского руководства, так и конфронтацией с странами Запада. Ещё до нарастания конфликта в отношениях с ЕС и США, Россия видела в странах Ближнего Востока независимую силу, заинтересованную в равном сотрудничестве, которое исключает возможность диктовать условия и нарушать суверенитет. Но, вместе с тем, укрепление отношений России с странами Ближнего Востокапредставляет угрозу для влияния Соединенных Штатов, претендующих на безальтернативность экономических и политических связей ближневосточных стран с остальным миром без участия самих США. Повышение внешнеполитической субъектности стран Ближнего Востока напрямую связано с их возможностью осуществлять многовекторную политику, чего и добивается Россия.

Здесь и проявляется проблематика, ярко проявившая себя в истории сначала советско-израильских, а после и российско-израильских отношений. Израиль ориентируется на США как на своего главного союзника, в то время как интересы России, наоборот, направлены на снижение роли Соединенных Штатов в регионе: это противоречит интересам Израиля, заинтересованного в сильном присутствии своего союзника. Действия России по сближению с государствами, антагонизирующими Израилю или Соединенным Штатам, воспринимаются как угроза. Таким образом выходит, что установлению прямых дружественных отношений Израиля и России мешает их выбор союзников. Наиболее тесное сотрудничество России и Израиля приходится на период сохранения позитивных отношений России с Западом, и, напротив, ухудшение отношений с Израилем коррелирует с конфликтами с странами ЕС и с США: это связанные процессы. Еще больше противоречий накладывается из-за углубления сотрудничества РФ с Ираном, который является соперником Израиля в регионе и воспринимается как естественный враг.

Однако, накопленный опыт выстраивания отношений между Россией и Израилем вносит коррективы в формированиемнения стран по отношению друг к другу в контексте конфликта с их союзниками. Противостояние в годы Холодной войны приводило к усилению противников Израиля и их воинственности, но в свою очередь обходилось Советскому Союзу большими тратами без видимого результата и утратой дипломатической маневренности в регионе, что в конечном итоге снизило его влияние. Победы Израиля из-за поддержки арабов Советским Союзом не давали достижения необходимых целей, а отсутствие диалога с Израилем вынуждало СССР тратить ресурсы на бесперспективное направление глобального противостояния. Вместо повторения опыта столкновения из-за приверженности союзническим обязательствам, российско-израильские отношения находят точки соприкосновения в нежелании расширять существующие конфликты переходом к прямой конфронтации друг с другом, что усложнило бы ситуацию для обеих стран. Такой подход можно назвать прагматичным, ведь он исходит из соображений выгоды для поддержания национальных интересов, что обеспечивается сохранением отношений на уровне, который является приемлемым для отсутствия серьезного ухудшения отношений с союзниками.

Наиболее демонстративным проявлением такого подхода является позиция Израиля по украинскому конфликту и позиция России по израильско-иранскому конфликту. В 2014 году Израиль отказался от санкций и поддержки антироссийских резолюций в ООН, а с началом специальной военной операции в 2022 году отказался от оказания военной помощи Украине. На Израиль оказывалось политическое давление со стороны США и стран ЕС с требованием присоединиться к антироссийским акциям, но еврейская сторона предпочла ограничиться декларативным публичным осуждением действий России, не предпринимая действий, которые бы нанесли российско-израильским отношениям непоправимый ущерб.

Российская Федерация же, имея договорённости о сотрудничестве с Ираном, в том числе в сфере вооружений, в развернувшемся военном противостоянии Израиля и США против Ирана не стала активно вовлекаться в конфликт, поступив зеркально действиям Израиля по отношению к специальной военной операции. Россия осудила агрессию Израиля, но не оказала прямой военной помощи Ирану.

Причем, позиции сторон позволили не нарушить налаженных контактов в российско-израильских отношениях, отдавая предпочтение сохранению сотрудничества в чувствительных областях. Но не представляется возможным заявить, что указанный выше фактор не наносит урон отношениям в принципе. Даже ограниченно критическая риторика всё равно создаёт конфликтный фон и требует дипломатической гибкости. Примеров дипломатических инцидентов в российско-израильских отношениях из-за выбранных риторических приёмов и внутреннего дискурса за последние 4 года накопилось достаточно: *указать*.

Также необходимо указать и то, что отказ от конфронтации может быть связан с отсутствием достаточного количества ресурсов для достижения целей агрессивными методами и с рисками в случае применения таковых, а не с отсутствием желания и политической воли. Установленная институционально система взаимных сдержек в российско-израильской дипломатии, с одной стороны, создаёт благоприятные условия для процессов деэскалации отношений в случае нарастания противоречий и нивелирования кратковременной политической агрессивности. С другой стороны, она базируется на невыгодности конфронтации или её нецелесообразности, не давая твердой гарантии отсутствия серьезной эскалации при наличии подходящего катализатора.

Первым из них стоит назвать уже указанный ранее проявившийся личностный фактор в российско-израильских отношениях. Из 35 лет существования официальных отношений, со стороны Израиля 21 год их представляет премьер-министр Нетаньяху, с 2009 года сосредоточивший в своих руках основное политическое влияние в Израиле, а со стороны России 22 года их представляет президент Путин. Между Владимиром Путиным и Биньямином Нетаньяху установились уже личные отношения, поддерживаемые прямым общением между ними, оба лидера отмечают наличие личного взаимопонимания друг с другом. Сложно точно указать, насколько этот фактор повлиял на преодоление кризисных моментов в российско-израильских отношениях, но, очевидно, он играет свою роль. С сменой политического руководства в одной из стран отношения могут претерпеть серьезные изменения, что требует больших усилий в их институциональное укрепление.

Еще одним политическим фактором является пересечение разногласий и общих интересов таким образом, что взаимодействие становится вынужденным. Наиболее показательным примером такого пересечения является военная операция Израиля в секторе Газа 2023-2025 и сопутствующей ей внешнеполитические события. Разногласием между Россией и Израилем здесь выступает позиция российской стороны по поводу палестинского урегулирования: Российская Федерация последовательно придерживается принципа «двух государств». Это приводило к контактам России с ХАМАС на протяжении десятых и двадцатых годов, что вызывало протест со стороны Израиля и обвинения в поддержке терроризма и иранских «прокси». Осложнение вызывает и то, что значительная часть мусульманского населения РФ поддерживает независимость Палестины. Однако, когда 7 октября 2023 года боевики ХАМАС вторглись на территорию Израиля, Россия в рамках своей доктрины противостояния терроризму однозначно осудила это нападение. Но последовавшие действия Израиля вызвали у неё жесткую критику в адрес еврейского руководства и военного командования ЦАХАЛ.

Военная операция в Газе своеобразным образом пересекается с специальной военной операцией на Украине. Это связано с схожей международной реакцией, неприятием войны мировой публикой, призывами ограничить Израиль и обвинения в нарушении международного права, вплоть до объявления организацией МУС о необходимости ареста премьер-министра Нетаньяху для последующего суда за военные преступления. Точно такой же ордер МУС выдавал на президента Путина. Конечно, ситуации не идентичны, как минимум из-за отсутствия санкций в отношении Израиля и разрыва отношений, но имеют сходства, которые вынуждают обе страны вырабатывать единую повестку в отношении информационного сопровождения своих действий. Риторика России и Израиля стала схожей в отношении критики ООН и международного права, нарушении суверенитета, факторе терроризма, национальной угрозы и права на самооборону. Как ни странно, внешне конфликтная ситуация, в которой Россия и Израиль занимают противоположные стороны с агрессивной риторикой в адрес друг друга, приводит к общим точкам интереса и способствует выработке механизмов совместных действий, коими стало участие РФ в освобождении заложников в Газе, гуманитарная помощь, сохранение контактов на высоком уровне.

Сохранение национальной идентичности и объема суверенитета является приоритетом для политики России, что перекликается с интересами Израиля, поскольку оба государства рассматривают внешнее давление – будь то через институты международного права, экономические санкции или навязывание ценностных моделей – как потенциальную угрозу собственной политической самостоятельности. Для России, особенно после 2014 года, защита суверенитета выражается в отстаивании права на самостоятельное определение внешнеполитического курса (включая неприятие односторонних санкций и наращивание сотрудничества с незападными центрами силы). Израиль, в свою очередь, последовательно отстаивает свой статус национального государства еврейского народа, противодействуя попыткам поставить под сомнение его право на самооборону или легитимность поселенческой деятельности. На практике эта близость подходов проявляется во взаимном уважении «красных линий».

В качестве резюме анализаполитического аспекта российско-израильских отношений, проведенного в данном параграфе,имеет смысл привести список наиболее актуальных и острых разногласий и наиболее важных общих интересов двух стран.

Среди основных разногласий выделяется американо-израильский союз и российско-иранское сотрудничество в условиях конфликта Ирана с США и Израилем; позиции сторон по решению палестинского вопроса и проведенная Израилем операция в Газе; шаткий нейтралитет Израиля в украинском конфликте; активность вооруженных сил Израиля как дестабилизирующий фактор ситуации на Ближнем Востоке, в стабильности стран которого заинтересована Россия; угроза расширения военного присутствия РФ в регионе для Израиля.

Среди основных общих интересов выделяетсясуществование еврейского государства и безопасность его населения, в число которых входят и российские граждане или граждане с российским происхождением; координация в борьбе с терроризмом; преодоление международного давления; укрепление безопасности ближневосточного региона; экономическое сотрудничество; представление интересов диаспор; предотвращение прямой военной конфронтации; сохранение политического диалога.

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКО-ИЗРАИЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ