Реставрация и приспособление комплекса тюрьмы 'Кресты' под общественную функцию

  • Вид работы:
    Дипломная (ВКР)
  • Предмет:
    Культурология
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    78,7 Кб
  • Опубликовано:
    2017-06-19
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Реставрация и приспособление комплекса тюрьмы 'Кресты' под общественную функцию

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им. А. И. ГЕРЦЕНА»






Выпускная квалификационная работа

«Реставрация и приспособление комплекса тюрьмы "Кресты" под общественную функцию»

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ФЕНОМЕН НАКАЗАНИЯ В КУЛЬТУРЕ

1.1Тюрьма как феномен культуры в концепции М. Фуко

1.2Экстремальный опыт и культурная травма как составляющие культурного опыта

ГЛАВА 2. СУДЬБА ТЮРЕМНОГО КОМПЛЕКСА «КРЕСТЫ» В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ В КОНТЕКСТЕ МИРОВОГО ОПЫТА ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЯ БЫВШИХ ТЮРЕМНЫХ ЗДАНИЙ

2.1Основные этапы истории тюремного комплекса «Кресты»

2.2Новые функции бывших тюремных комплексов: основные тенденции

ГЛАВА 3. ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЮ ТЮРЕМНОГО КОМПЛЕКСА «КРЕСТЫ»

3.1 Топография креативного кластера

3.2 Основные направления образовательной деятельности, направленные на сохранение памяти места

3.3 Образовательный проект «Найди себя»

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

тюрьма культура перепрофилирование образовательный

Исследование является актуальным в связи с планами реставрации, переустройства и перепрофилирования памятника культуры Федерального значения тюремного комплекса «Кресты», что должно произойти в ближайшие годы. Проблема перепрофилирования бывшего тюремного комплекса широко обсуждается, и участники дискуссий высказывают справедливую тревогу относительно «ауры» места. Наиболее вероятным и обсуждаемым в прессе вариантом перепрофилирования является креативный кластер. Сегодня актуально разобраться в том, какой опыт перепрофилирования бывших тюремных зданий уже существует в мире, и как данный опыт может использоваться в «Крестах». Необходимо определить, существует ли в мире проект, который может стать прообразом для «Крестов», или разрабатываемый проект станет уникальным. Так же необходимо разобраться с тем, как может строиться образовательная деятельность в такого рода комплексах. Актуальным также становится исследование того, какую образовательную роль могут играть обновленные «Кресты» для всего города.

Автор исследования приходится прямым потомком Антонию Осиповичу Томишко, архитектору тюремного комплекса, профессору Академии художеств. У А.О. Томишко было 9 детей, один из его сыновей - мой дедушка. Кандидат философских наук Эрика Михайловна Сидорова ныне проживает в городе Пушкине и занимается исследовательской деятельностью. Нужно заметить, что многие вопросы, связанные с родословной семьи, тщательно скрывались вплоть до 1991 года, по причине того, что Томишко был родом из Чехии, жена его австрийка, а его сын в последствии женился на немке.

Исправительная тюрьма краткосрочного одиночного содержания «Кресты» была построена в 1891 году и функционировала по своему первоначальному назначению до 1917 года. С 2001 первого года тюрьма стала памятником Федерального значения, и теперь на территории «Крестов» располагается 14 «выявленных объектов культурного наследия» (Приказ председателя КГИОП № 15 от 20.02.2001). Начиная с 2006 года, активно ведутся дискуссии по поводу возможных вариантов перепрофилирования данного комплекса, но до сих пор «Кресты» являются следственным изолятором № 1.

Сейчас тема перепрофилирования вновь стоит на повестке дня в связи со строительством в Шушарах нового следственного изолятора «Кресты-2». Пока не обнародовано никаких официальных решений. В средствах массовой информации обсуждались идеи устройства в «Крестах» гостиницы, тюрьмы для эмигрантов, тюремного управления и даже развлекательного центра. Однако наиболее вероятным считается создание креативного кластера.

Из многочисленных определений креативного кластера выделим предложенное экспертом ЮНЕСКО Саймоном Эвансом. Он говорит о креативном кластере, как о сообществе творчески ориентированных предпринимателей, которые взаимодействуют на замкнутой территории. Такие места предназначены не только для работы, но и для жизни, для общения и в итоге - для генерирования общих идей. «Обитателями креативных кластеров не обязательно являются художники, дизайнеры, архитекторы и люди других профессий, которых принято называть творческими. Это могут быть специалисты по IT-технологиям, программисты, малые предприниматели на стадии «старт-ап» и т.д.» [76]. Добавим, что креативный кластер может стать местом трудоустройства и реализации творческого потенциала культурологов. В данном исследовании мы не можем спрогнозировать, какие элементы будут включены в кластер, но мы можем предположить, что кластер будет включать в себя гостиницу, офисные центры, арт-бутики, шоу-румы, кафе и рестораны, фитнес-центр, музей, выставочные и концертные площадки, творческие центры и лаборатории.

Объект исследования - тюремный комплекс как феномен культуры

Предмет исследования - стратегии перепрофилирования тюремного комплекса в креативный кластер.

Целью данного исследования является обоснование целесообразности перепрофилирования тюремного комплекса «Кресты» в креативный кластер.

Для реализации поставленной цели необходимо решить несколько задач:

охарактеризовать концепцию «дисциплинарной власти» Мишеля Фуко и его понимание тюрьмы как феномена культуры;

раскрыть такие понятия, как «экстремальный опыт» и «культурная травма» и с их помощью охарактеризовать тюрьму, как значимую составляющую культурного опыта;

выявить и охарактеризовать основные этапы истории тюремного комплекса «Кресты»;

выявить основные тенденции перепрофилирования бывших тюремных зданий в России и в мире;

сформировать представление о том, что такое креативный кластер, и какую роль он играет в современном городском пространстве;

сформировать предложения по образовательной деятельности на базе проектируемого проекта;

на основе уже имеющегося в Санкт-Петербурге опыта создания профориентационных программ, описать предложения по созданию образовательной программы данного вида в креативном кластере «Кресты»;

Методология исследования. Обоснование значимости сохранения тюремного комплекса как памятника культуры и предложения по топографии созданного на его базе креативного кластера опирается на генеалогическую концепцию культуры М. Фуко, на концепции культурной памяти и связанные с ней концепции травматического памяти и экстремального опыта, концепции креативности и творческих индустрий.

Степень изученности проблемы. Феномен тюрьмы и наказаний в истории культуры изучался Мишелем Фуко, а его концепция, в свою очередь, стала предметом анализа Н.С. Автономовой, З. А. Сокулера, О.В. Хархордина. Феномен культурной травмы как составляющей культурной памяти изучался такими исследователями как А. Ассман, Д. Александер, Й. Рюзен, С. Ушакин. П. Штомпка, А. Эдкинд. Феномен экстремального опыта изучается О. Г. Бахтияровым, Макадамс Д.П, М. М. Эминов. Проблемы перепрофилирования бывших тюремных комплексов в культурно-досуговые и туристические объекты исследовали: И. Светлов, М. Джонсон. Проблематика культурных кластеров и креативных кварталов стала предметом изучения Ч. Лэндри, Р. Флорида, С. Эванса. Историей тюремного комплекса «Кресты», архитектурой комплекса и творчеством архитектора А.О. Томишко занимались Л. В. Перов и Э. М. Сидорова.

ГЛАВА 1. ФЕНОМЕН НАКАЗАНИЯ В КУЛЬТУРЕ

.1 Тюрьма как феномен культуры в концепции М. Фуко

Задача данной главы - охарактеризовать концепцию «дисциплинарной власти» Мишеля Фуко и его понимание тюрьмы как феномена культуры.

Вокруг фигуры Фуко разворачиваются споры о том, к какой дисциплине можно отнести его исследования - философии, социологии, политологии. Анализируя работы Фуко, трудно дать однозначную дисциплинарную привязку. Как пишет Н.С. Автономова, «он не хотел говорить о всеобщем, но очень тщательно строил категорию общего, общности, прекрасно понимая, что без этого никакое познание невозможно» [1]. Тем самым - можно причислить Фуко к философам. Однако в силу того, что Фуко раскрывает «общее» с помощью детального и анализа конкретного исторического материала, обращается к таким формам человеческого существования, как безумие, сексуальность, болезнь, что позволяет причислить его к культурной антропологии.

Поскольку идеи Фуко широко используются в исследованиях культуры самой разной тематики, его можно считать если и не культурологом, то очень значимым и важным автором для исследований культуры.

Концепцией власти Мишель Фуко начинает заниматься в 1970-е годы, прежде всего концепция власти изложена в работах «Порядок дискурса» (1971), «Надзирать и наказывать» (1975), «История сексуальноcти» (1976-1984). Но и работы 1960-х годов («История безумия в классическую эпоху», 1961; «Рождение клиники», 1963) по основным идеям предваряют будущие концепции «власти-знания» и «дисциплинарной власти».

Как указывает В. Визгин, этот период (1970-е) в творчестве Фуко называют «генеалогией власти» [67], ему предшествовал период «археологии знания», а затем наступил период разработки темы «эстетик существования» [67].

Фуко понимает власть в совершенно нестандартном ключе. Философ раскрывает власть как сложные стратегические ситуации, которые характеризуют то или иное общество: «власть - это не некий институт или структура, не какая-то определенная сила, которой некто был бы наделен, - это имя, которое дают сложной стратегической ситуации в данном обществе» [68].

Исследователь концепции Фуко Р.И. Зексрист, анализируя работы философа, пишет, что «политическая власть есть лишь одна из форм власти, но, между тем, она и в общем сознании народа воспринимается как власть вообще», и народ не замечает, что власть осуществляется не только по средствам известных социальных институтов, но и посредством множества учреждений, которые, глядя со стороны, ничего общего с властью иметь не могут. Фуко противопоставляет свою концепцию власти традиционному представлению о том, что власть - это «совокупность институтов и аппаратов, которые гарантировали бы подчинение граждан в каком-то государстве, способ подчинения, который в противоположность насилию имел бы форму правила, всеобщая система господства, осуществляемая одним элементом (или группой) над другим, господство, результаты действия которого через ряд последовательных ответвлений пронизывали бы все социальное тело» [68]. В своих работах Фуко пишет, что власть - это не политика. В свою очередь политика очень приближена к понятию война. Отводя власть от политики, Фуко пишет, что власть не может приобретаться, вырываться или делиться. Власть не может быть чем-то, что удерживают или упускают. По мнению Фуко, «власть осуществляется из бесчисленных точек и в игре подвижных отношений неравенства» [68], то есть власть не осуществляется ни посредством управляющих социальных институтов, ни человеком или группой лиц, «никто из них не управляет всей сетью власти, которая функционирует в обществе» [68].

По мнению Фуко: «власть осуществляется из бесчисленных точек и в игре подвижных отношений неравенства»; то есть власть не осуществляется ни посредством управляющих социальных институтов, ни человеком или группой лиц, «никто из них не управляет всей сетью власти, которая функционирует в обществе».

По Фуко - власть представляет собой некую сетку взаимоотношений, в которой каждая «нить» - это тип отношений, возникающий между двумя субъектами. Подобные «нити» отношений пронизывают все сферы общественной жизни, образуя потную «ткань» взаимоотношений. И чем больше приплетается «нитей», тем все сильнее уплотняется, усиливается и инвертируется сеть власти. Очень важное отличие, которое выделяет и выдвигает на первый план Фуко, это то, что у всех этих нитей взаимоотношений нет мастера, который ткет эту ткань. Всеми силами, которыми пронизано все общество, никто посредством централизованного аппарата не управляет.

Фуко писал об «отсутствия понятийного аппарата», с помощью которого можно осмыслить идею власти. При этом категориальный аппарат самого М. Фуко довольно сложен для понимания. Он четче пишет о том, чем власть не является, тем самым раскрывая свои идеи. Исследователи отмечали, что многие понятия Фуко от книги к книге меняют значения, видоизменяются. Представляется, что не менее важны метафоры, которыми Фуко поясняет свою мысль. Так, для противопоставления традиционных представлений о «политико-юридической» власти и рассматриваемых им отношений силы, он пользуется такими метафорами как: «пучок власти» и «сетка власти». «Пучок власти» - это структура, имеющая центр, так Фуко характеризует традиционные представления о власти, как об исходящей сверху, от государства, закона, правил. Однако Фуко не всегда последователен. Он пишет, например, что «вокруг каждого индивида существует целый пучок властных отношений, которыми он связан с родителями, с работодателем и т.д.» [69]. Имея в виду, что власть исходит не сверху, а снизу, что каждый человек вовлечен в отношения силы с самого рождения. Чтобы показать, что политико-юридическая власть не является единственным и главным воплощением власти, он характеризует ее как пучок - «более или менее организованный, более или менее пирамидальный, более или менее согласованных - отношений» [71].

«Пучку власти» противопоставляется «сеть», «цепь», «решетка» «нити» - образ, не имеющий центра, характеризующий распределенность отношений власти и «микроузлы» конкретных жизненных ситуаций, в которых власть осуществляется.

Дисциплинарная власть, согласно Фуко, выглядит как совокупность техник, которые позволяют осуществлять контроль над телом, временем, пространством. Один из основных тезисов Фуко звучит так: «С начала XVIII в. складывается система власти, которая «выражает себя не через право, а через определенную технику власти, с помощью не закона, а нормы, посредством не наказания, а контроля, и осуществляет себя на таких уровнях и в таких формах, которые выходят за пределы государства и его аппарата» [54, 63].

В качестве иллюстрации контроля над телом Фуко в своей работе «Надзирать и наказывать» приводит два исторических документа - два устава, на примере которых он сравнивает образ солдата начала и конца XVII века.

«В начале XVII века, - пишет Фуко, - солдата можно узнать издали. У него есть «знаки отличия»: природные знаки силы и мужества, они же предмет его гордости. Его тело - символ его силы и храбрости. И хотя он должен овладевать военным мастерством постепенно - главным образом в сражениях, - движения и выправка принадлежат большей частью к телесной риторике чести: «Наиболее годных к этому ремеслу можно узнать по многим признакам: это люди бодрые и живые, с высоко поднятой головой, втянутым животом, широкоплечие, длиннорукие, с сильными пальцами, не толстые, с подтянутыми бедрами, стройными ногами и не потеющими ступнями, - человек такого телосложения не может не быть ловким и сильным» [72, 16].

Во второй половине XVII века перед нами предстаёт совершенно иной образ: «солдат стал чем-то, что можно изготовить». Из бесформенной массы, непригодной плоти можно сделать требуемую машину. Постепенно выправляется осанка. Рассчитанное принуждение медленно проникает в каждую часть тела, овладевает им, делает его послушным, всегда готовым и молчаливо продолжается в автоматизме привычки. Короче говоря, надлежит «изгнать крестьянина», придать ему «облик солдата» [72, 16]. Из этого Фуко делает вывод, что в начале XVII века фигура солдата в символическом смысле обозначала силу и мощь государства. Фуко пишет, что к 1764 году очень сильно меняется понимание, что такое есть солдат, и каким он должен быть. Главной задачей, по мнению Фуко, становится выдавить из новобранца замашки крестьянина, ремесленника или кого-то еще, и сделать его солдатом, что влечет за собой создание множества приемов, процедур и практик. Фуко говорит, что весь процесс «переделки» в солдата - это очень долгая и кропотливая методика работы над телом человека. С помощью таких методик в человеке вымуштровываются определенные реакции, действия и стимулы. Эти методы вымуштровывания Фуко называет «дисциплинарной властью».

Сочетание всех видов контроля ведет к созданию «машин для преобразования индивидов» [72, 281]. Эффективность «дисциплинарной власти» требует замкнутых пространств, и основанная тенденция модернизации или формирования общества Нового времени, по Фуко, - это создание таких замкнутых пространств для воспитания, образования, наказания, лечения и т.д. Такие замкнутые пространства Фуко иногда называет «гетеротопии». Как пишет О. Тимофеева: «Гетеротопии у Фуко - это другие места, но, в отличие от утопий, эти другие места имеют место, они совершенно реальны и значимы для самых разных повседневных практик» [57]. Кандидат философских наук Григорий Юдин в качестве иллюстрации гетеротопии приводит следящее высказывание: «Представьте себе, что вы идёте по улице: справа от вас каменный забор с колючей проволокой, за ним тюрьма; слева - здание за частой изгородью с большим садом, это хоспис. Таким образом, по обе стороны от вас, в непосредственной физической близости, протекает совершенно другая жизнь - она настолько отличается от вашей, что находится словно бы в каком-то другом месте. В ста метрах от вас люди который год проводят за решёткой и забыли, как выглядит улица, по которой вы идёте, а другие переходят в иной мир, и вы отделены от них чертой, которую невозможно переступить.» Контроль в таких гетеротопиях осуществляется с помощь создания определённого жизненного режима [52].

В качестве идеальной модели контролируемого пространства Фуко выделяет проект идеальной тюрьмы «Паноптикум» Иеремии Бентама. Паноптикум по своему устройству представляет собой круглое здание с башней в центре, от которой секторами расходятся камеры, имеющие одно окно в наружной стене и второе, выходящее в башню. Один надзиратель в башне может видеть силуэты всех заключенных благодаря свету, падающему в камеру снаружи. И оказывается, «мы переворачиваем правило темницы, ибо оказывается, что полная освещённость и взгляд надзирателя стерегут лучше, чем тьма, которая в конце-то концов укрывает» [70]. Фуко сравнивает устройство паноптикума с состоянием современного общества, когда с помощью карточек, визиток, теперь уже социальных сетей и прочего человек постоянно находится в зоне наблюдения.

Для того, чтобы реализовать контроль над «подопытным» его помещают в обособленно замкнутое пространство, где для достижения цели «вымуштровывания» [72] необходимо создать временной контроль, т.е. создать для него условия, в которых он в определенное время выполняет определенные действия. Фуко наглядно иллюстрирует временной контроль на примере школы. В расписании ученика школы точно прописывается, когда он начинает и заканчивает обучение, отдыхает, есть, занимается в дополнительных секциях и прочее. Это касается и лет обучения, и расписания дня. Причем отхождения от нормы, как правило, данной системой не поощряется.

Тюрьме как институту общества модерна Фуко посвятил отдельное исследование «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы». Важно подчеркнуть, что в исследовании Фуко тюрьма как пространство и пенитенциарная система как практика обращения с преступником показаны как явления исторические. В основе (по Фуко) существуют рациональные системы мышления («новые режимы истины») и техники дисциплинарной власти. Основные перемены, которые как считает Фуко, произошли менее чем за сто лет - с 1760 по 1840-е - это «исчезновение публичных казней и применения пыток» [72, 12]. Переход от «театрализации страдания» к закрытым практикам наказания, изменение цели наказания - от искупления греха к исправлению; от наказания тела к наказанию души. Эти изменения Фуко описывает как глубокую историческую трансформацию, как формирование нового типа культуры.

Важнейшая трансформация наказания связана с новыми практиками контроля над телом. В домодерной эпохе публичная казнь представляла собой ужасное зрелище, которое современному человеку достаточно трудно осознать. Фуко приводит в качестве примера публичного наказания казнь Робера-Франсуа Дамьена, который в 1757 году совершил покушение на Людовика XV. Дамьен был приговорен к «публичному покаянию перед центральными вратами Парижского Собора» [72, 186]. Описание самого наказания очень ярко иллюстрирует, в какой жестокой форме осуществлялось «отвратительное зрелище» [72, 185]. Gazette d'Amsterdam сообщает, что обвинённого «надлежало привезти туда в телеге, в одной рубашке, с горящей свечой весом в два фунта в руках», затем «в той же телеге доставить на Гревскую площадь и, после раздирания раскаленными щипцами сосцов, рук, бедер и икр возвести на сооруженную там плаху, причем в правой руке он должен держать нож, коим намеревался совершить цареубийство; руку сию следует обжечь горящей серой, а в места, разодранные щипцами, плеснуть варево из жидкого свинца, кипящего масла, смолы, расплавленного воска и расплавленной же серы, затем разодрать и расчленить его тело четырьмя лошадьми, туловище, и оторванные конечности предать огню, сжечь дотла, а пепел развеять по ветру» [72, 185].

К концу XVIII века гуманистически настроенное общество начинает все более остро реагировать на применение столь жестких методов, не редки срывы казней, протесты и демонстрации. Сам процесс наказания перестает быть театром, и в обществе формируется негативное отношение к зрелищной его составляющей. Тело человека перестает быть субъектом наказания. Отныне основной задачей пенитенциарной системы является не покарать тело, а исправить человека. Тело перестает быть объектом, над которым осуществляется наказание: «Следует вовсе не касаться тела, или касаться его как можно меньше» [72, 16]. «Теперь тело служит своего рода орудием или посредником» [72, 16]. между наказанием и душей человека. Тело больше не принимает на себя все тяготы наказания, оно лишь берет на себя тот принудительный труд и несвободу, которыми довольствуется осужденный.

В конце XVIII- начала XIX века наказание становится закрытой частью уголовной системы, и «наказание покидает область едва ли не повседневного восприятия и входит в область абстрактного сознания» [72, 16]. Процесс исчезновения публичных казней, пыток и прочих пережитков предшествующей системы практически завершился к 1848 году. Уже в 1846 году был собран первый международный пенитенциарный съезд. На съезде присутствовало всего 75 человек, но уже в 1872 году на следующем первом, уже признанном пенитенциарном конгрессе, присутствовало 310 делегатов из большинства развитых стран. Главным предметом обсуждения стали относительные выгоды различных систем заключения[86]. Заключение, согласно Фуко, основной способ измерения тяжести наказания. Начиная с первой половины 19 века и по сей день, такая форма наказания является универсальной во всем цивилизованном мире. В тюрьме, как пишет Фуко, ярче всего демонстрирует контроль над пространством и временем.

Заключенный, оказавшийся в тюрьме, попадает в совершенно новое для себя пространство. Пространство, в котором основной целью является лишение тебя свободы. Первый принцип, который реализуется в тюрьме - это изоляция. Как пишет Фуко, - «Очень важно изолировать человека от двух факторов: заключенного от внешнего мира и всего, что могло послужить мотивом для преступления; и заключенных друг от друга, т.к. «тюрьма не должна допустить, чтобы собранные в ней преступники составили однородное и сплоченное населении»» [72, 286]. Изоляция является важным инструментом саморегуляции наказания, - «чем больше заключенный способен к размышлению, тем больше он чувствует себя виноватым в преступлении» [72, 286].

Помимо контроля над телом и пространством пенитенциарная система осуществляет также контроль над временем. Тюрьма, как самая наглядная площадка для реализации пенитенциарных принципов, «должна отвечать за все стороны жизни индивида, его физическую муштру, приучение к труду, повседневное поведение, моральный облик и наклонности» [72, 286]. Попадая в тюрьму, заключенный попадает под полный контроль данного учреждения, в любом уставе тюрьмы четко установлено, что и когда он должен делать. Фуко приводит фрагмент из сочинения XIX века о роли времени в исправлении: «Работа, чередующаяся с перерывами на обед и ужин, сопровождает заключенного вплоть до вечерней молитвы. Сон дает ему приятный отдых, который не тревожит призраки расстроенного воображения. Так проходят шесть дней недели. Затем наступает день, посвященный исключительно молитве, просвещению и благотворным размышлениям. Так сменяют друг друга недели, месяцы, годы. Так заключенный, который пришел в тюрьму неустойчивым или уверенным лишь в собственном внезаконии и влекомым к погибели разнообразными пороками, понемногу, в силу привычки настолько привыкает к работе и приносимым ею радостям, что, если только мудрое наставление откроет его душу раскаянию, можно не бояться его столкновения с соблазнами, подстерегающими его, когда он наконец вновь обретет свободу» [84].

Так же Фуко отмечает важным аспектом идею образования как способа перевоспитания индивида, что применимо не только к тюрьме, но и к любому образовательному учреждению. «Самые надежные способы улучшения индивидов - труд и образование. Образование предполагает не только умение читать и писать, но также примирение заключенных с «идеями порядка, нравственности, уважения к себе и другим» [72, 285].

Тюрьма, контролируя все три рассмотренных нами измерения, должна эффективно воздействовать в первую очередь на сознание и душу человека. Однако еще во времена перехода на пенитенциарную систему на нее была обрушена волна критики. Отмечалось, что «заключение не может учитывать специфику преступлений. Потому что оно не воздействует на публику. Потому что оно бесполезно, даже вредно для общества: дорогостоящее, укрепляет осужденных в праздности, умножает их пороки» [72, 286]. Однако не смотря на критику, в течение всей истории существования тюрьмы как механизма исправления достойной альтернативы в мире пока не было разработано.

Фуко рассматривает дисциплину не просто как владение своим телом с целью его усовершенствования, но как «формирование отношения, которое в самом механизме делает тело тем более послушным, чем более полезным оно становится, и наоборот» [54]. Первоначально целью дисциплины было вычленить и изолировать бесполезные и неспокойные группы населения. Благодаря дисциплине индивиды становятся способны к положительной, общественно полезной деятельности.

Итак, благодаря концепциям «знания-власти» и «дисциплинарной власти» М. Фуко тюрьма и практики тюремного заключения были открыты как явления культуры. Во-первых, как явления исторические, формирование которых может служить важнейшей границей между историко-культурными эпохами (традиционной и современной). А во-вторых, как явления, воплощающие в себе самые существенные принципы культуры Нового времени - дифференцированность, функциональность, контроль. Идеи Фуко критичны по отношению к тезису о развитии личности в культуре. По Фуко Новое время - это эпоха превращения личности в элемент общей системы дисциплинарной власти.

1.2 Экстремальный опыт и культурная травма как составляющие культурного опыта

Наше с вами настоящее, по мнению многих исследователей культуры и общества, определяется историей ХХ века. Этот период в мировой истории можно охарактеризовать как эпоху катастроф - войн, невиданных разрушений, социальных потрясений. В ХХ веке и по сей день общество переживает эти события в политическом, социальном и культурном плане. Вследствие этого, в конце ХХ века такое понятие как «травма» стало употребляться не только в медицине, но и при рассмотрении социальных и культурных явлений и стало предметом научного дискурса. Однако проблемой изучения культурных травм занимались и до введения самого термина.

Интерес, который вызывает понятие «культурной травмы», связан с тем, что оно помогает анализировать трудные, обидные, неприятные страницы истории и современной жизни общества, которые прежде не поддавались анализу. Само понятие травмы является своего рода метафорой и обозначает событие, обычно связанное со страданием, горем, с ролями жертвы и палача, событие, которое оказалось крайне важным и для той, и для другой стороны, а также последствия таких событий, прежде всего, для культурной памяти и идентичности. Сторонами таких событий выступают не отдельные люди, а целые сообщества, например, этнические. Культурной травмой может быть не только событие, но и узнавание о чем-то, меняющее представление о порядке вещей. В этом плане открытие истории ГУЛАГа стало культурной травмой постсоветского общества и вызовом героическому нарративу советской истории. Также и узнавание о тюремном быте и нравах или понимание того, что это часть социальной реальности - есть форма травмирующего опыта.

В предыстории понятия культурной травмы считается важным наследие З. Фрейда, который описал травму, как воздействующий на «эго» фактор окружения, с которым человек не может справиться с помощью ассоциативной переработки или реагирования, или, как застой либидной энергии, которую «эго» не может реализовать. По мнению Фрейда, те травматические события, которые происходят с нами приходят извне, пробивают все охраняющие барьеры подсознания и наносят ему непоправимый вред.

Польский социолог П. Штомпка в своей лекции «Социальные и культурные травмы: социальные изменения в странах бывшего коммунистического блока» (2001) определил культурную травму как «определенную патологию социальных институтов или агентств» и как шок от коренных изменений в привычной жизни. Штомпка характеризует все социальные изменения как «травматогенные». Отличаются они только степенью травмирования человека или общества. Штомпка выделяет несколько стадий травматического события: культурное прошлое, которое создаёт благоприятную среду для возникновения травмы; травматическое событие; толкование; травматические симптомы; посттравматическая адаптация и преодоление травмы «завершающая фаза или начало нового цикла травматической последовательности, если смягченная травма таит в себе условия для появления нового вида травмы» [75].

В качестве причин возникновения культурной травмы Штомпка выделяет следующие: государственный переворот, революция, уличный бунт, экономическая реформа, иностранная оккупация, принудительная миграция, массовые убийства, акты терроризма и насилия и так далее. Следуя логике, к данному списку можно так же добавить и массовые заключения, и заключение в тюрьму важного социального, политического или культурного деятеля.

Одной из разновидностей культурной травмы считается «историческая травма», связанная с событиями прошлого, крайне важными для объяснения настоящего. В случае с коллективной травмой, объединяющим понятием для всех исследований становится понятие катастрофы, то есть какого-то радикального события, которое раньше не случалось ни с человеком, ни, в случае коллективной травмы, с обществом.

В исследовательских целях рассмотрим несколько концепций, которые работают с таким явлением как «историческая травма». Первая рассматриваемая нами концепция - это концепция российского исследователя, доктора философских наук, профессора Принстонского университета Сергея Ушакина. В своей книге «Травма: пункты» (2009) он определяет понятие исторической или культурной травмы с нескольких принципиальных позиций.

Под «травмой» подразумевается однократное событие, «которое действительно произошло, которое фундаментально изменило жизнь сообщества, поменяло их представление о себе, и очень сильно изменило будущее.» [30]. Второе - это то, что под травмой можно понимать процесс, который начал свое существование после катастрофических событий и может продолжаться и по сей день. Имея возможность смотреть на травму с этих двух ракурсов, Ушакин приходит к выводу, что травма - «это состояние утраты, когда люди понимают, что они чего-то лишились и пытаются найти это лишенное, восстановить это лишенное в настоящем» [30]. или под травмой можно подразумевать консолидирующее событие (которое характеризуют нас как представителей определенной культуры). До появления такого явления как ГУЛАГ, в российской культуре не присутствовало понимание нас, как травмированных субъектов. После ГУЛАГа появилось это понимание. Концепция Ушакина предполагает, что в культуре есть представление о пережитом травматическом опыте. Это представление формируется благодаря непосредственным участникам травматического события и людям, которые берут на себя «культурную ответственность» за предсказывание и передачу травматического опыта (писатели, художники, музыканты, сценаристы, режиссёры, фотографы и т.д.).

Второй исследователь, который принадлежит к направлению изучения «исторической травмы», это Александр Эткинд. Он опирается на труды Зигмунда Фрейда, который в свою очередь считается основоположником исследований данной тематики. Основные рассматриваемые понятия Эткинда - это горе и меланхолия. Эдкинд считал, что травма - это трудноуловимое переживание, которое сложно локализовать, передать, пересказать и т.д. Эдкинд не концентрируется на понятии травма, а уходит в психологические и культурные исследования. Эдкинда интересует процесс того, «как устроены процедуры, с помощью которых люди что-то переживавшие, транслируют опыт дальше», как люди проявляют память о пострадавших, траур. Эдкинд прослеживает, как через поколение меняется отношение к травматическим событиям и памяти о них. Данный тип исследований очень интересен с научной точки зрения, так как относит нас к такому понятию как «травматическое ядро». В свою очередь исследования данного явления позволяют раскрывать процессы формирования исторической, мемориальной, социальной и культурной политики.

Следующий интересующий нас исследователь это Алайда Ассман, немецкий историк и культуролог. Она, как и предыдущие авторы, работает с катастрофой и травмой, однако в первую очередь ее интересует понятие памяти. Ассман выделяет несколько категорий памяти: индивидуальную (эта память в основном транслируется внутри семьи или узкого круга), поколенческую, политическую и культурную. Культурная память «хранит в своем архиве практически все способы понимания того, что произошло. В том числе и самые маргинальные» [30].

Не смотря на всю успешность концепции Алайды Ассман, она встречает критику со стороны профессора Йельского университета Джеффри Александера, который пишет о том, что травматического опыта не существует в принципе. Если «вы действительно столкнулись с тем, о чем вы не можете рассказать, что вырывает у вас из груди фрагменты воспоминаний, что не позволяет вам быть дальше таким, какой вы есть, значит, вы не имеете опыта, который вы можете рассказать. Значит, вы не можете ничего представить. И вы не можете ничего пережить, по сути» [30]. Помимо отсутствия травматического опыта Александер утверждает, что нет никаких так называемых палачей в чистом виде, также как и жертв. У травматических переживаний существуют носители, которые не характеризуются как объекты несущие натуральный опыт, они просто конструируют проживания о каком-либо событии. Данная мысль связана со следующим тезисом Александера о том, что травма воображаема. «То есть люди могут действительно иметь какой-то страшный опыт и могут вокруг этого страшного опыта создать описание себя - как жертв. Потом создать описание ответственности, которую все остальные должны нести за то, что они жертвы. Потом предложить это все окружающему миру. И если этот окружающий мир, это большое сообщество, примет их - как миноритариев, как тех, за права кого нужно бороться, тогда эта боль распространится повсеместно. И тогда мы будем иметь дело с действительно широким травматическим переживанием, которое наследуется всей культурой» [30]. Для Александера культурная травма - это совокупность репрезентаций события, что собственно и создает интерпретацию, определяющую коллективную идентичность.

Также существует концепция Йорда Рюзена, немецкого историка и теоретика культуры, который рассматривает непосредственно историческое сознание как способ ориентировки во времени. Рюзен пытается соотнести историческое сознание с категорией времени и с социальной практикой. «Для Рюзена историческое сознание - придание смысла и значения опыту изменений во времени» [24]. Для данного исследования категория времени и то, как воспринимается культурная травма, является крайне важной. Это связано с тем, что культурная травма означает не только осуществление травматических событий в прошлом, но и характер их репрезентации в настоящем. В свою очередь экстремальный опыт способен приобрести характер «экстремальности» зачастую только тем, что рассматривается во временном промежутке или по прошествии времени.

Для исторической травмы представляется необходимостью повторной драматизации в настоящем: «должен быть изменен сам способ создания истории. Я размышляю о новом историческом повествовании, в котором описываемые травмирующие события оставляют свои следы в рамках самого значения <…> Повествование должно лишиться своей закрытости, своего глянца, покрывающего цепь событий <…> бессмысленность должна стать элементом, созидающим сам смысл» [51].

Рюзен пишет о невозможности четко разделить настоящее, прошлое и будущее, о подвижности и изменении состояний, при котором наше с вами прошлое может стать лучше или хуже. Прошлое для Рюзена - это часть культурной памяти. В свою очередь опыт этого самого прошлого может быть пережит и интерпретирован каждой культурой по-разному.

Культурная травма имеет под собой определенную формулу отбора сохраняющейся информации. Каждая культура имеет собственную формулу того, что необходимо помнить, а что подлежит забвению. Так, например, политолог А. Макаркин отмечает: «В период существования Советского Союза Первая мировая война была непопулярной темой как для историков, так и для общества» [29]. Данный пример иллюстрирует, можно говорить о каких-то культурных механизмах забвения, умаления значимости исторических событий. Подобное забвение становится важным феноменом для формирования национальной идентичности. Этот феномен можно описать как «социально значимый пробел в коллективной памяти» [82]. Данный аспект культурной памяти нельзя отнести к негативному феномену, его необходимо рассматривать как нормальное функционирование памяти, которая предполагает селекцию. Однако спустя время меняется и «система культурных кодов» [85]. В современной России мы наблюдаем как «то, что объявлялось истинно существующим, может оказаться как бы несуществующим и подлежащим забвению, а несуществующее - сделаться существующим и значимым» [85]. «Культурная амнезия» может иметь как произвольный, так и непроизвольный характер. В произвольном уничтожении культурной травмы мы имеем дело с преднамеренным разрушением и вытеснением определенных воспоминаний. В случае с непроизвольным забыванием «речь идет о так называемой «структурной амнезии», специфических механизмах каждой конкретной культуры, направленных на закрепление одних видов информации и исключение других из поля внимания, то есть об отсутствии памяти, вызванном тем, что данное сообщество просто не видит объекта возможной мемориализации» [85]. В случае советского забвения Первой мировой войны, мы видим очевидный пример произвольного забвения.

Более сложной структурной организацией забвения является «манипуляция с временным горизонтом» [85]. С помощью приближения или отделения того или иного события или деятеля к современной культурной ситуации мы помещаем его в мемориальный нарратив или придаем забвению.

Французский антрополог М. Оже говорит о двух манипуляциях временными горизонтами. Первая - это «возвращение», целью которого является «новое открытие потерянного прошлого, создание континуитета с прошлым более отдаленным, чем было актуально для данного общества до сих пор» [85]. Второе это «новое начало» - процесс, при котором открывается будущее с помощью забвения прошлого, создаются условия для нового рождения. Для современного российского политического дискурса, характерна тема «возвращения» [85].

Такой феномен как культурная травма неразрывно связан с понятием «экстремального опыта», который зародился в психологии, медицине катастроф, военной психологии. В нашей стране такой раздел психологии как экстремология изучает генеральный директор Университета эффективного развития О.Г. Бахтияров, который пишет, что экстремальные явления как отдельный объект для исследований были выделены лишь в последние 30-40 лет, что свидетельствует об определенных изменениях в культуре. До появления таких исследований такое явление как экстремальный опыт считался неотъемлемой составляющей развития человека. Теперь человек, получивший травматический опыт, рассматривается как потерпевший, нуждающийся в реабилитации. К примеру, война или какие-то религиозные столкновения считались обыденным фоном, на котором протекала повседневная жизнь. Такой пропасти между обыденной жизнью и экстремальными ситуациями до второй половины ХХ века просто не существовало. Только после Второй мировой войны экстремальный опыт стал выделяться как отдельное социальное и культурное явление. В настоящее время экстремальные ситуации были вынесены для отдельного исследования и анализа. Если раньше экстремальные ситуации являлись частью культуры, а точнее были поглощены ей, то сейчас они находят свое отражение в цифрах, графиках и моделях. Однако разработки моделей экстремальных ситуаций приводят к тому, чтобы вместо, того чтобы ассимилировать и использовать экстремальный опыт, человечество создает замкнутые пространства или «гетеротопии», на базе которых реализуются определенные задачи.

В настоящее время жизнь обычного человека четко делится на зону обыденную и зону экстремальную. Обыденная зона - это наша с вами повседневность: работа, дом, университет, отдых, хобби и т.д. К экстремальной зоне без сомнений можно отнести тюрьму и тюремное заключение.

Итак, в ходе исследования можно прийти к следующим выводам:

культурная травма и экстремальный опыт являются объектами изучения многих гуманитарных направлений науки.

эти явления отражают социальную и культурную обстановку современного общества, и с помощью данных феноменов можно охарактеризовать тюрьму и тюремное заключение как значительный культурный феномен.

ГЛАВА 2. СУДЬБА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ТЮРЕМНОГО КОМПЛЕКСА «КРЕСТЫ» В КОНТЕКСТЕ МИРОВОГО ОПЫТА ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЯ БЫВШИХ ТЮРЕМНЫХ ЗДАНИЙ

2.1 Основные этапы истории тюремного комплекса «Кресты»

Задача настоящего параграфа - выявить и охарактеризовать основные этапы истории тюремного комплекса «Кресты» в контексте социокультурных трансформаций.

Санкт-Петербургская исправительная тюрьма одиночного содержания, расположенная на Арсенальной набережной, дом 7, возникла в результате изменения представлений о наказании во всем цивилизованном мире. Поскольку «Кресты» являются первым пенитенциарным учреждением нового типа, построенным в России, первый этап, который нам необходимо рассмотреть, это предпосылки.

Как уже описывалось ранее, в 1760-1840 годах в Европе происходит переход от наказания телесного (казни и нанесение увечий) к наказанию духовному (заключение с целью исправления). Россия разделяла гуманистические настроения Европы, но, однако смертная казнь как способ наказания существовала вплоть до 1997 года, когда Россия подписала Протокол № 6 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод относительно отмены смертной казни (в мирное время)» [46].

Важно отметить, что в ходе гуманистической трансформации общества тюрьма выступает как институт нравственного преобразования индивида, человек, попавший в заключение, подлежал нравственному очищению, для этого в тюрьмах четко прописывалось и выделялось время на молитву, а камеры, по некоторым источникам, назвались кельями.

Для исправительных учреждений как мест заключения нового типа важен период реформ 1860-х годов, в особенности отмена крепостного права 1861 года. Одним из результатов реформы стало то, что страна начала наполняться свободными людьми, наказания над которыми больше не возложено на барина, следовательно, теперь вся система наказания лежала на плечах государства. В 1864 году была проведена судебная реформа, в результате которой введена «передовая европейская система правосудия с независимыми адвокатами и присяжными заседателями» [13]. Для осуществления данной реформы требовалось строительство множества новых тюремных зданий и создание «единой общегосударственной пенитенциарной системы» [13]. В 60-е годы «в составе Министерства внутренних дел России была образована особая комиссия по тюремному преобразованию, по итогам деятельности которой были сформированы предложения о необходимых изменениях в тюремной системе, в том числе о реформировании исправительных учреждений, введении одиночного заключения, об использовании арестантского труда, о воспитании арестантов» [59]. Это привело к строительству множества исправительных учреждений по всей стране.

В 1872 году начался процесс переустройства исправительных учреждений. Эти учреждения разделились на 4 категории: учреждения предварительного содержания, краткосрочного (тюрьма), среднесрочного (исправительный дом) и долгосрочного содержания (карательные учреждения). Подобное разделение существовало и во Франции, где были исправительные тюрьмы, в которых находились арестанты сроком до 1 года, центральные исправительные дома, в которых находились осужденные сроком от 1 года и арестанты, приговоренные к каторжным работам. Данное разделение легло в основу пенитенциарной политики Российской империи, когда срок заключения прямо пропорционален тяжести преступления. «Всего важнее, - пишет П. А. Кашкаров, - тюремные преобразования должны опираться на строгую классификацию заключенных по степени вреда, наносимого обществу, или нравственной неспособности самостоятельно управлять собою» [18].

В поле исследовательского интереса данной работы более всего попадает организация краткосрочного заключения, для чего и создавался комплекс «Кресты». В Российской Империи, как и в большинстве европейских стран, краткосрочным заключением считалось заключение до одного года. Однако в Германии краткосрочным считалось пребывание в тюрьме до 5 лет. Можно утверждать, что именно краткосрочники были самой многочисленной группой арестантов и в Европе, и в Российской империи. При этом в середине 1870-х годов Российская империя еще не располагала возможностями для разделения осужденных с разными сроками заключения. Также не было возможности для отдельного размещения таких категорий как политические заключенные, инвалиды, женщины.

В 1879 году был принят закон «Об основных положениях тюремной системы» и создано Главное тюремное управление, деятельность которого началась с того, «что различные смирительные и рабочие дома, арестантские роты, долговые тюрьмы и другие экзотические зоны в России ликвидировали» [13]. На их место стали приходить тюрьмы с разделением по сроку осуждения.

Вследствие необходимости строительства новых тюрем в 1883 году архитектору Антонию Иосиповичу Томишко было поручено разработать проект краткосрочной тюрьмы одиночного содержания. И теперь мы подходим к рассмотрению второго этапа истории «Крестов», строительству нового тюремного комплекса в соответствии с новейшими на тот момент представлениями о гуманизме в отношении заключенных, о формах и методах исправления.

Строительство тюремного комплекса «Кресты» проходило в два этапа. Весной 1884 года архитектор Антоний Осипович Томишко разработал общий план будущего комплекса и подготовил проект первой очереди. Летом 1886 строительство объектов первой очереди было завершено. Второй этап строительства продолжался с 1887 по 1889, но в связи с ростом штата возникает необходимость возведения жилого флигеля для квартир старших надзирателей. В 1891 году было построено жилое трехэтажное здание, обращенное на Симбирскую улицу.

Сооружения, возведенные в комплексы можно разделить на несколько типов. Здания для заключенных: два пятиэтажных флигеля с 950 расположенными в них камерами. Все камеры первого этажа были предназначены для размещения карцеров и обслуги из числа арестантов, которые в обязательном порядке размещались в одиночной камере. Так же были возведены административные здания, хозяйственные постройки несколько корпусов для размещения персонала тюрьмы и церковь. Храм святого благоверного князя Александра Невского был увенчан пятью куполами из гофрированного железа, окрашенного в белый цвет. На купола были установлены шестиконечными позолоченными кресты на державах. Система сводов поддерживалась колоннами из карельского гранита, которые были установлены в центральном нефе храма. Стены были расписаны декоратором Императорской Академии Художеств С.И. Садиковым. Иконостас был изготовлен по рисункам самого Томишко, к сожалению, он не сохранился. Внешний декор церкви выполнен из красного кирпича, как и весь комплекс в целом, в т.н. «русском стиле». Помимо зданий была возведена ограда из кованного металла идущая параллельно Неве и соединяющая жилые флигели с входным зданием. К сожалению, ограда не сохранилась.

«Кресты» были спроектированы как автономное сооружение, что подтверждается собственной системой водоснабжения, отопления, электрического освещения и вентиляции. Чтобы понять, как проходила жизнь в данной тюрьме, необходимо познакомиться с тем, как она выглядела изнутри и с ее распорядком дня.

С 1891 года начинается новый этап истории комплекса этап полноценного функционирования комплекса. В 1891 году строительство полностью завершилось, и теперь тюрьма до 1917 года будет главной гордостью российской пенитенциарной системы. Почти 30 лет комплекс был образцово показательным исправительным заведением. Это был этап - полноценного функционирования наиболее передового на тот момент тюремного комплекса.

Одиночная камера имела площадь 8 квадратных метров с высотой потолков 3,5 метра. В камере был сводчатый потолок и асфальтный пол. В камере было окно, которое в верхней своей части имело овальную форму. Рамы окон были двухстворчатые, рассчитанные на летний и зимний период. Открывались окна внутрь камеры, а наружная сторона окна закрывалась металлической решёткой. Таким образом, заключенный всегда имел доступ к дневному свету и свежему воздуху.

Дверь в камере была весьма массивная из твердых пород дерева. Посередине этой двери «было вмонтирована металлическая рама, закрытая деревянной форточкой на шарнирах, что позволяло дежурному надзирателю открывать ее со стороны галереи. Это сооружение называется в арестантском жаргоне кормушкой. Через нее подавались в камеру еда, письма, судебно-следственные бумаги» [41,445]. Над «кормушкой» врезан «глазок», через него надзиратель мог наблюдать за арестантом в камере. Над глазком располагалась овальная медная бляха с номером камеры.

Что касается бытового обустройства самой камеры, тут правила были строгими, и их нарушения строго карались. «В самой камере с левой стороны от окна на стене располагалась небольшая икона, а под ней - простое деревянное сооружение с двумя полками. На верхней полке лежали Библия и бланк свидетельства с указанием имени и звания арестанта, его регистрационного номера, совершенного преступления. Туда же записывались суммы денег, заработанных арестантом в период заключения и его расходы. На нижнюю полку ставилась медная миска. Поверх миски - медная тарелка. В свою очередь на тарелку водружались медный чайник, солонка и ложка» [41,445].

С правой стороны от окна на стене крепились три спицы, на левую было положено вешать арестантский бушлат, на средние - штаны, а на правую арестантскую шапку. Одежду арестанты так же развешивали в соответствии с установленным порядком.

В камере была железная кровать, находившаяся с правой стороны от входа. «На ней, лежал матрац из парусиновой ткани, набитый соломой, полотняная простынь и одеяло из солдатского сукна» [41,446].

Внутри камеры, справа от двери, располагалась сигнальная кнопка, с помощью которой арестант мог вызвать дежурного надзирателя. Издавался громкий щелчок, и из гнезда выбрасывался сигнальный флажок. Надзиратель был обязан подойти к камере и через «кормушку» выяснить причину вызова.

В правом углу от двери располагалась полка, куда ставился медный кувшин, предназначенный для забора и хранения воды. Рядом с ней, находился стульчак с парашкой. Стульчак изготовлялся из досок с верхней крышкой. Ею закрывалось верхнее отверстие («очко») стульчака. На его нижней полке устанавливалось керамическое ведро с герметически закрывающейся крышкой. Архитектор спроектировал ведро с отростком в виде трубы. Она выводилась за решётку Вентиляционного канала, заложенного в стене кельи. Это позволяло выводить за пределы кельи вредные газы, скоплявшиеся в ведре» [41,445].

На потолке висела лампочка. Электроэнергия подавалась централизовано. Свет в камерах горел всю ночь, что позволяло наблюдать за ночной жизнью арестантов. Все вещи и деньги арестанта изымались и хранились под замком в цейхгаузах.

Вновь прибывших в тюрьму арестантов отводили в ванную комнату. Там заключенный мылся, после чего он взвешивался и получал казенное платье. Если арестант являлся политическим преступником, ему предлагали надеть свой собственный костюм. Если такой преступник не имел подходящего комплекта такой одежды, то ему также выдавался арестантский наряд.

Любое пенитенциарное учрежденье подразумевает строгое следование дисциплине и распорядку дня. Подъем в «Крестах» был в 5 часов 30 минут утра, когда дежурный надзиратель включал электрический звонок. После подъёма арестант должен был очистить содержимое своей «парашки». В сопровождении надзирателя арестант, не мешкая, выносил «парашку» в специальную ретирадную комнату. Эти комнаты были оборудованы воронками, к которым были присоединены водопроводные трубы. Над каждой воронкой находился водопроводный кран. Арестант выливал содержимое в воронку, а затем мыл сосуд под водой, бегущей из крана. После процедуры арестант шел обратно в сопровождении надзирателя.

Вернувшись в камеру, арестант поднимал узкую железную кровать вместе с постелью и пристегивал ее к стене кельи. Таким образом, заключенный лишался возможности прилечь на кровать до самого отбоя. Убрав кровать, заключенный наливал из кувшина воду в медный таз и умывался.

После умывания раздавался звонок, и надзиратели открывали форточки в дверях камеры. Делалось это для того, чтобы арестанты могли слышать утреннюю молитву, которую произносили все арестанты по очереди. Их выводили в галерею башенного круга (в центр креста), где они во всю мощь читали утреннюю молитву.

После молитвы осужденные, выполняющие роль обслуги, под контролем надзирателя, разносили кипяток. В форточку в каждой двери просовывали нос большого чайника, и арестант поставлял свой личный чайничек для заварки чая. Вместе с кипятком заключенному выдавался и хлеб.

В 7 часов раздавался звонок, который означал начало работы. Все «Кресты» превращались фабрику. В «Крестах» арестанты были заняты на множестве работ, такими как: швейные, сапожные, столярные, производство венской мебели, токарные, плетение матов и лаптей, щипание пеньки, переплетенье и другие.

Рабочий ритм прерывали прогулки заключенных. Арестантов выводили из камер на участок земли между двумя флигелями, который имел форму круга и диаметр 30 метров. Заключенные двигались по каменной дорожке, которая шла по периметру площадки. Расстояние между арестантами составляло 5 шагов. Каждый пятый арестант был одет в свою одежду, т.е. был политзаключенным. Разговоры между заключенными запрещались. На прогулку отводилось 30 минут, после чего возвращались в свои камеры.

После окончания прогулки арестанты возвращались к выполнению 12-часовой обязательной для всех заключенных «Крестов» рабочей нормы.

В 12 часов звенел звонок, который означал время обеда. На это время работы приостанавливались. В дверях открывалась «кормушка» и арестант выставлял миску для получения своего обеда. В миску насыпалась небольшая порция нарезанного мяса, а затем в эту же миску наливался борщ или картофельный суп. На второе арестантам выдавалась каша. В 13 часов заканчивался обеденный перерыв и работы возобновлялись.

В 16 часов в «Крестах» вновь включался электрический звонок, чтобы напомнить арестантам, что нужно прекратить работу на время вечернего чая. Повторялась утренняя процедура по раздачи кипятка. В 17 часов вновь включался звонок, и работы возобновлялись.

Рабочий день арестанта заканчивался в 20 часов, и опять же звонок оповещал о прекращении работ. В это время каждый заключенный производил уборку в своей камере, собирал мусор и выбрасывал через форточку в мешок, который проносил по всем камерам арестант из обслуги. После уборки начинался ужин, арестанту приносили кашу или наливали черпак кваса с редькой и фунтовый кусочек хлеба.

В 21 час начиналась вечерняя молитва. Каждый заключенный был обязан повторять слова молитвы, стоя перед иконой. В слух для всех молитву, также как утром, читали двое заключенных. После молитвы надзиратели проходили по камерам и открывали замки кроватей. На этом день заключенного заканчивался.

Такой распорядок дня сохранялся в «Крестах» вплоть до 1917 года. В этот период в тюрьме побывали такие политические деятели как А.Ф.Керенский, П.Н. Милюков, Л.Д.Троцкий, А.В.Луначарский, В.А. Антонов-Овсеенко, Л.Б.Каменев.

Следующий исторический этап комплекса приходится на 1917 - начало 1920-е., это период резкой смены состава заключенных и коррекции цели заключения. Новые заключенные, тоже предполагалось, должны были исправиться во время пребывания в тюрьме, нравственное перерождение связывалось с привитием навыка физического труда у прежде «нетрудовых» классов. В период событий 1917 года арестованные министры царского правительства, сановники, полицейские чины и жандармы прямо из Таврического дворца были отправлены в «Кресты». В 1917-1918 году здесь побывали министр юстиции И. Г. Щегловитов, бывший министр внутренних дел А. Н. Хвостов, военный министр М. А. Беляев, жандармские генералы А. И. Спиридович, В. К. Семигановский, директор Департамента полиции Е. К. Климович. бывший военный министр В. А. Сухомлинов, командующий 5-й армией В. Г. Болдырев, помощник командующего Петроградским военным округом П. М. Рутенберг и многие другие. Естественно и режим, и условия содержания в «Крестах» поменялись. Плотность размещения и принцип одиночного содержания были нарушены.

С 1920 по 1923 год тюрьма являлась лагерем принудительных работ особого назначения. В 1923 году «Кресты» получают статус Петроградской окружной изоляционной тюрьмы.

Начиная с 1930х годов наступает следующий этап в истории «Крестов», связанный с периодом т.н. сталинских репрессий. Тюрьма наполняется обвинёнными по статье 58 Уголовного кодекса РСФСР «Контрреволюционные преступления» [60]. это были самые длинные сроки заключения, т.е. тюрьма переориентируется. Это период нарушения тех санитарно-гигиенических норм, которые были заложены в первоначальную идею исправительной тюрьмы - не карать тело, а исправлять нрав и душу. В камере одиночного содержания площадью 8 квадратных метров содержалось 10, 15, а порой и по 17 человек. Подобное размещение заключенных было просто гигиенической катастрофой. В период «большого террора» в «Крестах» содержались такие деятели науки и искусства как историк Лев Гумилев, поэт Николай Заболоцкий, востоковед Теодор Шумовский, будущий маршал Константин Рокоссовский и многие другие. «В этот период в тюрьму был включена тюрьма специального назначения для содержания и организации труда осужденных - специалистов военного профиля, объединенных в головное предприятие - ОКБ-172» [38]. Называли эту часть тюрьмы «шарашками», работали в подразделении талантливые отечественные конструкторы, математики, инженеры, физики и т.д. В этом подразделении заключенными были разработаны некоторые виды вооружения, к примеру, САУ СУ-152 и ИСУ-152 (ОКБ-172) которые использовались красной армией во время Великой Отечественной войны.

В период блокадной истории «Крестов» тюрьма была погружена во мрак, голод и холод. В тюрьме была организованна группа сотрудников, состоящая из стариков и женщин, которые организовали охрану тюрьмы, находясь на казарменном положении. Около Входного флигеля, выходящего на набережную, был возведен дзот. «Оборонительное сооружение из дерева, земли, камня и т.п. для размещения различных огневых средств и ведения огня, использовавшееся во Второй мировой войне» [11]. Во время блокады тюрьма постоянно подвергалась обстрелу, в следствии этого были повреждены некоторые тюремные сооружения. Множество заключенных во время блокады умерли в стенах тюрьмы от истощения. В тюремной психиатрической больнице в феврале 1942 года умер советский писатель и поэт Даниил Хармс.

В послевоенный период встала острая необходимость замены всех инженерных сооружений, капремонт помещений и коммуникаций. Чтобы была возможность реализовать это с финансовой точки зрения, в 1958 году было принято решение о создании на территории тюрьмы картонажной фабрики. В 1958-1959 годах был создан заготовительный цех и установлено в нем оборудование, которое позволило сформировать штат учебно-производственных мастерских и довести рабочую занятость заключенных до максимума.

С 1964 года и по сей день «Кресты» являются следственным изолятором №1, в котором обвиненные в преступлениях находятся до вынесения им приговора. Необходимо заметить, что при изначально запланированной норме содержания один человек на 8 квадратных метров в 90е годы в камере могло содержаться до 20 человек. К 2000-м годам ситуация начала немного налаживаться, однако и по сей день условия содержания оставляют желать лучшего.

В начале нового тысячелетия вокруг «Крестов» началось информационное движение. В 2006 году была опубликована статья в ИНТЕРФАКС-НЕДВИЖИМОСТЬ, в которой заявляется следующее: «Управление Федеральной службы исполнения наказаний (УФСИН) по Санкт-Петербургу и Ленинградской области намерено выставить на конкурс комплекс исторических зданий на Арсенальной набережной, где расположен следственный изолятор N1 - знаменитые Кресты, сообщил в пятницу на брифинге начальник УФСИН Валерий Заборовский. После того, как будет построен новый изолятор, и мы переведем в него всех наших заключенных, Кресты будут выставлены на тендер, - сказал он. В настоящее время подыскивается площадка, где будет построен новый следственный изолятор. Это место должно быть определено до 1 ноября, - добавил В.Заборовский» [84].

Проанализировав большую часть статей по данной тематике, можно прийти к выводу, что город планирует создать на территории «Крестов» креативный кластер. «При разработке концепции креативного кластера город ориентировался на мировой опыт в данном направлении. На основании проведенного исследования именно Кресты представляются наиболее подходящей площадкой по техническим условиям и местоположению для экономической эффективности проекта» [15].

Рассмотрев все этапы истории тюремного комплекса «Кресты», можно прийти к выводу, что тюрьма послужила неким отображением социальной, политической и культурной обстановки в нашей стране, это часть культурного наследия Санкт-Петербурга и России в целом. В своем сегодняшнем состоянии планы о перепрофилировании комплекса отображают общемировую тенденцию строительства новых тюрем и создания на базе старых пространств нового, современного типа.

.2 Новые функции бывших тюремных комплексов: основные тенденции

Задача данного параграфа - проанализировать опыт функционирования бывших тюремных зданий в исторических городах и выявить основные тенденции.

Несмотря на то, что тюрьма как место присутствия негативных воспоминаний является достаточно сложным объектом для перепрофилирования, данную тенденцию мы можем наблюдать уже с 90-х годов ХХ века. А в 2015 году министр юстиции Великобритании Майкл Гоув сообщил газете «London Evening Standard» о планах полного преобразования функций старых тюремных зданий в самом ближайшем будущем: «Мы должны закрыть старые и неэффективные викторианские тюрьмы в главных городах страны и построить новые места заключения, которые будут отвечать высоким стандартам».

Среди вариантов перепрофилирования бывших тюремных зданий наиболее популярным и многочисленным во всем мире является преобразование здания в гостиницу. Как ни парадоксально, но планировка гостиницы и планировка тюрьмы похожи. Как правило, в случае создания в бывшем месте заключения гостиницы сохраняется основная планировка, бывшая камера превращается в номер или объединяют 2-3 камеры для более комфортабельного варианта проживания. Примером может служить пятизвездочная гостиница Librijes Hotel в городе Зволле (Нидерланды) или отель Hilton Hanoi Opera известной гостиничной сети Hilton, располагающийся во Вьетнаме. В США городе Бостон в здании бывшей тюрьмы создан отель The Liberty Hotel на 300 номеров. В приведенных примерах сохранена только общая планировка здания, все приметы прежней функции удалены.

Немало примеров гостиниц, в которых, напротив, в той или иной степени память о прошлом здания сохранена. Такие гостиницы разделяют номера по уровню погружения в «экстремальную» атмосферу.

В городе Кайзерслаутерн (Германия) был создан отель, в котором предусмотрены два типа номеров. При выборе номера категории «comfort rooms» или «suites» вы попадете в стандартный комфортабельный номер, лишенный напоминаний о бывшей тюрьме. Но, если выбираете «cell rooms» (т.е. комнаты-камеры), то вы окажетесь в практически лишенном мебели помещении с кирпичными стенами и решетками на окнах. Похожим образом устроена гостиница Lloyd Hotel & Cultural Embassy в Амстердаме и Jailhotel Löwengraben в Люцерне.

Существует вид гостиниц, которые не стремятся скрыть свою «темную» историю, а наоборот, делают на ней акцент. Как правило, такие здания выглядят так же, как и в своем прошлом, только дверь теперь закрывается, с другой стороны. Примером такого отеля служит The Old Mount Gambier Gaol, Австралия.

Популярность таких гостиниц объясняется, вероятно, модой на необычные, уникальные места с историческим прошлым, а также возможностью безопасного соприкосновения с табуированной темой, что характеризует также любителей криминальных сериалов и детективов. В нашем городе нет такого типа гостиницы, и в случае ее создания (внутри кластера) она станет уникальной.

Другая разновидность новой функции бывшей тюрьмы - это превращение в музей. Такой вариант перепрофилирования очень популярен во всем мире.

Одним из самых известных тюрем-музеев является знаменитый лондонский Тауэр, принявший первых узников в 1190 году. Тюрьма предназначалась для людей благородного происхождения, поэтому ее обитателями становились такие знаменитые личности как король Франции Иоанн II, Генрих VI, Уильям Пенн. В Тауэре была обезглавлена Анна Болейн, даже королева Елизавета I провела в стенах тюрьмы несколько недель. Во время Второй мировой войны в стенах тюрьмы несколько дней находился Рудольф Гесс. В 1952 году Тауэр принял последних заключенных - близнецов гангстеров Крэй. Словом, история Тауэра - это история знаменитых людей и больших событий, это история страны, не случайно Тауэр является одной из главных достопримечательностей Великобритании.

Нынешний музейный комплекс живет очень активной жизнью, в нем проводятся, всевозможные фестивали, экскурсии, конференции, ярмарки. Надо заметить, что Тауэр - это комплекс сооружений, который на протяжении истории постоянно менял свои функции, от тюрьмы до зоопарка.

Большое внимание туристов привлекает тюрьма Фримантл, которая располагается в городе Перл, Австралия. Данная тюрьма была включена в список объектов Всемирного Наследия ЮНЕСКО. Построенная в 1850 годах, она с 1886 года перешла под управление колониального правительства. С 1939 по 1946 годы небольшая часть тюрьмы эксплуатировалась Австралийской Армией для содержания военных преступников. В 1991 году тюрьма была закрыта и превращена в Исторический памятник. Сейчас на территории тюрьмы находится музей, в него входят: художественная галерея в которой хранятся работы бывших заключенных, тюремная церковь, комплекс камер, подземный канал, который строили заключенные.

Если тюрьма Фримантл концентрирует все свое внимание на прошлом, то музей Belize старается абстрагироваться от тюремной истории. Тюрьма Её Королевского Величества была закрыта в 1993 году, и уже с 2002 года здание охраняет национальные богатства государства Белиз в Центральной Америке.

В нашей стране примером создания музея в бывших тюремных помещениях служит «Тюрьма Трубецкого бастиона», которая является одним из музеев Петропавловской крепости, входящей в комплекс Государственного музея истории Санкт-Петербурга. «Двухэтажное, пятиугольное в плане здание было возведено на месте разобранных внутренних стен Трубецкого бастиона в 1870-1872 годах по проекту инженеров К. П. Андреева и М. А. Пасыпкина. Это была следственная политическая тюрьма, все заключенные находились под контролем высшего органа политического сыска России - III Отделения (позднее Департамента полиции). В 1880-1884 годах в Трубецком бастионе существовала и политическая каторга, предусматривавшая более суровые условия содержания каторжан по сравнению с подследственными. В тюрьме Трубецкого бастиона была создана строжайшая система одиночного заключения, целью которой была полная изоляция заключенного от внешнего мира и других арестантов» [16]. Для тюремных целей здание эксплуатировалось вплоть до 1921 года. Сейчас экспозиция рассказывает об истории Трубецкого бастиона и о судьбах арестантов, которые прошли через эти камеры, об особенностях режима и условиях их содержания.

Так же на территории нашей страны, в городе Угличе Ярославской области существует «Музей тюремного искусства». Экспонаты музея - это вещи, сделанные своими руками заключенными. Экспонаты выполнены из подручных материалов или запретных вещей, незаконно пересылаемых заключенным. Коллекция музея очень разнообразна. В музее можно увидеть фигурки, вылепленные из хлеба, всевозможные вырезанные из дерева сувениры, отмычки, самодельное оружие и много всего другого. Имеются в экспозиции и подлинные письма заключённых к своим родным и близким. В программу посещения музея входит осмотр двух залов и экскурсия с гидом, одетым в форму охранника. «По замыслу устроителей музея данная экспозиция должна заставить задуматься посетителей, и особенно молодых, о ценности жизни на свободе и увидеть разницу между творчеством на свободе и в тюремной камере» [83].

Представителем новой разновидности музеев является музей ГУЛАГа, деятельность которого направлена на раскрытие травматического исторического опыта - в отличие от прежних музеев-тюрем, роль которых заключалась в поддержании героической истории, истории великих событий и великих людей. Музей ставит своей основной задачей «высветить тему сохранения исторической памяти о терроре и ГУЛАГе, способствовать более глубокому осмыслению и пониманию советского периода российской истории, а также объединить музеи памяти из различных городов России» [32].

По статистике самым посещаемым историческим музеем всего мира (с 1993 года музей принял около 20 млн человек) является Американский мемориальный музей Холокоста, служащий памятником миллионам людей, оказавшихся в числе жертв страшного геноцида. Музей Холокоста напоминает нашим современникам о страшной трагедии и призывает к нравственности и толерантности. Также на базе мемориального музея ведет работу американская национальная организация по документации, изучению и толкованию истории Холокоста перед и во время Второй мировой войны. В мире существует больше 60 музеев посвящённых памяти погибших от геноцида в военное время. Некоторые из этих музеев располагаются в бывших тюремных зданиях. Например, один из музеев холокоста разместится на территории бывшей тюрьмы Феррары.

Следующая разновидность новой функции бывшей тюрьмы - это превращение в многофункциональные центры. Несмотря на то, что в мире на данный момент не существует тюрьмы, которая была перепрофилирована в креативный кластер, существует достаточное большое количество объектов, которые по своей структуре приближены к креативному кластеру.

Многофункциональные центры делятся на объекты, находящиеся под крышей и на открытом воздухе. В городе Лортон который находится в США с 2001 года функционирует комплекс Laurel Hill: «смотровые башни и тюремные общежития превратились в офисные помещения и квартиры» [12], «посетители могут наслаждаться арт-пространством Workhouse Arts Center», на территории комплекса проводятся «различные образовательные мероприятия, организовываются выставки и мастер-классы» [66]. Так же примером многофункционального комплекса, находящегося под крышей может служить создание на территории бывшего места заключения библиотеки. Примером может служить культурный центр Antigua Carcel в Испании. Помимо библиотеки на территории комплекса проводятся музыкальные мастер-классы. Несмотря на то, что тюрьма пенитенциарное учреждение, примеров изменения тюрьмы в образовательное заведение крайне мало, в ходе исследования удалось обнаружить лишь музыкальную школу Louviers во Франции, которая в последствие, как и Antigua Carcel была превращена в библиотеку.

Рассмотрим так же варианты создания многофункциональных комплексов, находящихся под открытым небом. Варианты подобного перепрофилирования были обнаружены в странах с климатом, который позволяет парку функционировать круглый год.

Так, в Нигерии, в городе Лагос в 2010 году на руинах тюрьмы Broad Street был открыт парк. «На территории парка находятся магазины, фонтаны, пруды, рестораны, художественная галерея и музей. Есть здесь и амфитеатр, благодаря которому в парке часто звучит живая музыка, проводятся литературные и театральные вечера» [66].

Совсем недавно, в 2013 году в Чили был открыт парк культуры на месте тюрьмы для политзаключенных в городе Вальпараисо. «Тюремные блоки теперь используются в качестве аудиторий для различных мастер-классов, а дворик стал театром и танцевальной студией под открытым небом» [66].

Одним из перспективных направлений перепрофилирования стало создание на месте бывшей тюрьмы пространства для проведения всевозможных общественных и культурных массовых мероприятий. Примером может служить тюрьма Pentridge в Австралии по проекту чилийского архитектора в городе Талька. Проект предполагает создание пространства, напоминающего стадион или амфитеатр, мероприятия будут проходить на «арене», а по кругу будут помещения под кафе, магазины и прочие сопутствующие массовым мероприятиям объекты.

Существует на данный момент единичный пример создания на базе бывшего места заключения «арены» для проведения всевозможных общественных и культурных массовых мероприятий. Последний вариант перепрофилирования, жилое помещение, существует на данный момент только в рамках проекта.

Итак, опыт перепрофилирования бывших тюремных зданий представлен тремя выявленными вариантами перепрофилирования и двумя основными тенденциями - сохранения памяти о тюремной истории или вытеснением ее. Самым популярным и массовым является гостиница. Гостиницы делятся на три категории в зависимости от степени погруженности в прошлое здания: полностью скрывающие, частично показывающие или варьирующие и демонстрирующие. Далее по популярности перепрофилирования идут музеи. Подавляющая часть музеев обращается к прошлому тюрьмы или к околотюремной тематике. Также был обнаружен вариант создания на базе бывших мест заключения - многофункциональных комплексов. В странах с благоприятным климатом они представлены даже парками культуры, а в Западной Европе и США создаются многофункциональные комплексы в стенах и под крышей прежних тюремных зданий.

ГЛАВА 3. ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЮ ТЮРЕМНОГО КОМПЛЕКСА «КРЕСТЫ»

3.1 Топография креативного кластера

Задача параграфа - дать характеристику таким понятиям как креативность, креативный кластер и креативная индустрия. На основе данных понятий проанализировать представленные в нашем городе креативные кластеры и представить предполагаемую структуру креативного кластера «Кресты».

Чтобы дать характеристику креативному кластеру в исследовательских целях необходимо разобраться, что такое «креативность» для изучаемой нами сферы. Согласно философскому энциклопедическому словарю «Креативность - это способность сделать или каким-либо иным способом осуществить нечто новое: новое решение проблемы, новый метод или инструмент, новое производства искусства» [66]. Сходное определение предлагает профессор гарвардского университета Маргарет Боден, который характеризует креативность как «изобретение какого-либо устройства, разработка теории, понимание проблемы, ведущее к ее решению, или создание значимого произведения искусства» [79].

Несмотря на то, что творчество и креативность на первый взгляд синонимы, они имеют разный объем значений. Творчество имеет отношение к вершинам человеческого духа и предполагает «неутилитарные взаимоотношения субъекта и объекта, в результате которой субъект получает духовное наслаждение» [7]. Понятие креативности не является синонимом творчества, а используется для обозначения новаторства при решении утилитарных задач. Доктор философских наук Елена Каверина в своей статье «Игра с целью: феномен креатива» под креативом понимает творчество, имеющее прагматический характер, ориентированное на достижение конкретных обозначенных целей (имиджевых, информационных, репутационных, маркетинговых и др.) и задач (как коммерческих, так и некоммерческих) [17].

В зарубежных исследованиях еще в середине прошлого века обратили внимание на то, что все более актуальными становятся «концепции, подчеркивающие значимость специфических характеристик человека» [6]. и отметили рождение «новой эры - Концептуального века» [49]. Исследователи данного вопроса начали приходить к выводу, что «создание новых или усовершенствование существующих форм, алгоритмов, схем, соответствующих духу времени и позволяющих решать проблемы быстро и легко, стало неотъемлемой и просто необходимой частью нашей жизни» [55,116]. На первый план постепенно стали выходить понятие креативности и креативного мышления. Креативное мышление включает в себя две основные особенности. «Во-первых, оно автономно, т.е. оно не управляется некоторой неподвижной силой или внешним агентом, а полностью самонаправлено. Во-вторых, оно нацелено на создание новой формы - новой в том смысле, что мыслитель не знал о форме прежде, до того, как он стал работать над ней» [55,121].

Подчеркнем, что новаторство в креативности и креативном мышлении понимается как относительное качество. «Для К. Роджерса и А. Маслоу креативность - средство реализации своего потенциала (самоактуализация) и характеризуется такими чертами, как принятие себя и свобода духа» [55,118]. Ведущий британский специалист по городской среде Ч. Лендри вкладывает в понятие креативности «способность создавать продукт, который обладает новизной, является необходимым с точки зрения потребностей общества и при этом соответствует духу времени» [26]. Относительность новаторства подчеркивает и Ч. Лендри: «Сегодняшняя классика - это вчерашняя инновация. Креативность - это ещё и поиск нового применения старым вещам» [26]. Он же сказал, что «креативность представала как процесс выявления скрытых возможностей, как прикладное воображение, опирающееся на интеллект» [26].

Креативность имеет множество разнообразных форм и проявлений. Согласно распространенному мнению, креативность ограничивается техническими изобретениями, разработкой новой продукции и созданием новых фирм. Однако, в экономике наших дней креативность - это масштабная и непрекращающаяся деятельность во многих сферах. Человечество постоянно модифицирует и улучшает всевозможные продукты, процессы и операции. «Кроме того, техническая и экономическая креативность подпитывается взаимодействием с культурной креативностью и художественным творчеством» [68].

Подобное взаимодействие определяется как креативные индустрии, обозначающие такой вид «предпринимательской деятельности, при которой экономическая ценность продукции неразрывно связана с ее существованием в качестве элемента культуры» [37]. Креативные или культурные индустрии по мнению Л.М. Мосоловой - «Культурные индустрии - сфера производства текстов культуры (объектов, артефактов, событий, произведений массовой культуры), основным содержанием и целью которых является создание и тиражирование социокультурных смыслов и значений» [31]. В отечественной культурологии содержание этой сферы понимается предельно широко. Так, А. Я. Флиер выделяет культурные индустрии, связанные с производством обще- ства (производство социального порядка, социальных идей и принципов, идеологии и др.), производством «человека культурного» (мировоззрение, потребность в социальной солидарности и построенной на ее основе идентичности, нормы поведения и языки коммуникации), производством культурных артефактов (от развития языка и художественного производства до организации пространства и территорий) и производством знаний о культуре (от философии до публицистики, посвященной значимым социокультурным событиям) [64]. Становится очевидным, если рассмотреть это на примере появления новых индустрий: компьютерная графика, цифровая музыка, анимация, 3D моделирование и многое другое. Примеры из опыта Хельсинки, а также Манчестера и других традиционно-индустриальных городов показывают, что в современном городе ключевым фактором оздоровления городской экономики становятся креативная экономика и «креативные индустрии, благодаря которым у городов появляются новые возможности для развития» [28].

Следующее понятие, которое в исследовательских целях нам необходимо раскрыть - это кластер. Современная экономическая и культурная ситуация сегодня во многом характеризуется региональным развитием и степенью интеграции новейших разработок в национальную систему в целом. В исследованиях региональной экономики кластер рассматривается «как приоритет для развития территориальной конкурентоспособности» [61]. Понятие кластера «может рассматриваться как элемент региональной экономики целиком, региональной инновационной системы и как часть национальной инновационной системы» [61]. М. Портер выделяет кластер как основу региональной конкурентоспособности. По Портеру кластер - это «группа географически соседствующих взаимосвязанных компаний и связанных с ними организаций, действующих в определенной сфере и характеризующихся общностью деятельности и взаимодополняющих друг друга» [45]. Кластеры принято классифицировать по различным их критериям. Первый это инновационный кластер, который «создается для производства инновационного продукта, услуги или технологии, позволяющей создать инновацию» [61]. Расширяя границы инновационного кластера, возникает понятие межотраслевого инновационного кластера «объединение различных организаций (промышленных компаний, высших учебных заведений, технопарков и бизнес-инкубаторов, научно-исследовательских центров и лабораторий, банковских и небанковских кредитных организаций, инвестиционно-инновационных компаний, венчурных фондов, бизнес-ангелов, органов государственного управления, общественных организаций и т.д.» [87]

Еще одним типом является региональный инновационный кластер. Региональный инновационный кластер - это «группа предприятий различных видов деятельности, конкурирующих за продукцию, факторы производства и рынки, расположенных на территории одного региона и отличающихся повышенной инновационностью (новые продукты, технологии, бизнес-процессы) и тесным взаимодействием с источниками знаний» [7]. То есть кластер - это совокупность различных институций (компаний, фирм, учреждений), расположенных по соседству и обеспечивающих эффективное решение некоей индустриальной задачи (по производству продукции или повышению конкурентноспособности, инвестиционной привлекательности и т.д. ).

Креативный кластер - это тоже соседство институций, объединенных типом деятельности (в сфере креативных индустрий), обеспечивающих трансформацию городской среды. Понятие креативного кластера было введено в 2006 году Саймоном Эвансом, который определяет креативный кластер как «сообщество творчески-ориентированных предпринимателей, которые взаимодействуют на замкнутой территории» [87]. Реально действующие креативные кластеры объединяют различные виды творческих индустрий не только в области искусства, но и в области медиа, IT технологий и бизнеса. В кластер могут входить как коммерческие, так и некоммерческие предприятия, учреждения культуры, научные и художественные центры.

Идею креативных кластеров активно продвигает Британский совет, организация, призванная развивать сотрудничество в области образования и культуры между Великобританией и другими странами. По мнению этой организации, креативный кластер это - «некое онлайн- или офлайн-пространство, которое соединяет представителей творческих профессий (дизайнеров, архитекторов, художников, музыкантов, режиссеров) и предпринимателей из сферы искусства. Такие пространства позволяют работать, общаться с единомышленниками, находить нужные контакты и развивать их» [80].

Креативные кластеры в основном это молодёжно ориентированные пространства, которые в некотором смысле оппозиционны как традиционным респектабельным культурным центрам типа музеев и театров, так и не менее респектабельным бизнес-центрам крупных компаний. В креативных кластерах приветствуется демократичное неформальное поведение и общение, внешний облик, в них много молодежи, часто используется формат «лофта», т.е. обживается заброшенное, запущенное пространство, и эта запущенность эстетически обыграна.

В креативном кластере должна существовать грамотная арендная политика, чтобы была возможность привлечь молодых и творческих резидентов. Если экономические условия будут слишком жесткими, то существует опасность превращения кластера в традиционный бизнес центр или торгово-развлекательный комплекс. В Москве существует центр дизайна Artplay. Это крупный бизнес-центр с десятками тысяч кв. метров на бывшей территории завода, упакованный в пиаровскую обертку креативного кластера. Дизайн-студии и другие творческие направления занимают примерно 5% площади, остальное - шоу-румы магазинов мебели и стройматериалов. Такой вариант псевдокреативного кластера иллюстрирует, как коммерция победила творчество. Важнейшим отличием креативного кластера от торгово-развлекательного комплекса является сильный творческий и концептуальный компонент.

Среди самых известных креативных кластеров в России можно выделить: проект «Этажи» в Петербурге, галерея «Смена» в Казани, «Красный Октябрь», культурные центры «Гараж», «Винзавод», дизайн-завод «Флакон» в Москве.

В Санкт-Петербурге существует несколько креативных кластеров. В исследовательских целях рассмотрим некоторые из них. Ярким примером креативного кластера может служить проект «ЭТАЖИ». Это «многофункциональное арт-пространство на 5 этажах. «У нас можно посмотреть на искусство на выставках, купить его в галереях, повеселиться на открытиях, поучиться на лекциях и воркшопах, поесть в Кофейне Зеленая Комната, переночевать в хостеле, провести время с ребенком на Детском времени и даже завести четвероногого друга на акции Хочу Домой» [17]. Этот проект подходит в качестве примера по многим причинам. Первое это многофункциональное пространство, при проектировании образовательной программы для «Крестов» мы так же стремимся к многофункциональности. Второе, проект «ЭТАЖИ» тяготеет к искусству, к производству. К подобному будет стремиться и проект «Кресты». Необходимо подчеркнуть и образовательную составляющую кдастера. В «ЭТАЖАХ» уже много лет практикуется проведение всевозможных фестивалей, лекций и воркшопов.

Также в Санкт-Петербурге существует креативный кластер «ТКАЧИ». Кластер включает в себя «магазины, шоу-румы, офисные и лекционные помещения, публичное пространство Tkachi Open Space, ресторанный цех "ТКАЧИ"» [40]. На первом этаже кластера располагается набирающее популярность в последние годы пространство для прохождения квестов «Клаустрофобия». На втором этаже располагается школа английского языка «Hop&Scotch» и музыкальная студия «Factory Music School». Помимо постоянных образовательных программ в «ТКАЧАХ» присутствует резидент, отвечающий за проведение мастер классов «OM PROJECT». Также в кластере присутствуют креативные студии «The Verge of Design» и «STEM», специализирующиеся на создании и разработке новых креативных решений. Если рассматривать креативные студии более узко, то можно обнаружить в данном кластере компанию «WOOWFAMILY», «которая занимается ритейлом одежды современных дизайнеров и образованием в индустрии моды, известная, прежде всего, своими успешными проектами: магазины одежды Russian Room и WANT Store» [40]. В кластере присутствуют резиденты, относящиеся к индустрии красоты и ухода за телом, прической и т.д.. Кластер располагается в бывшем здании прядильно-ткацкой фабрики им. Петра Анисимова по адресу: Наб. Обводного канала, 60. Необходимо заметить, что «ЭТАЖИ» также располагаются в бывшем фабричном помещении.

В самом центре Санкт-Петербурга располагается креативный кластер «ТАЙГА», устроители которого характеризуют себя как «сообщество молодых профессионалов, объединенных идеей свободного и полезного труда.» [39]. Кластер включает в себя: шоу-румы, архитектурную студию, креативную «лабораторию» «CYLAND» и студию дизайна «FORMA Industrial Design», студию звука-записи, в кластере присутствует образовательный проект «K. Room», целью которого является «повысить уровень владения иностранным языком» [39]. Можно посетить мастер-класс по дизайну Нины Штеренберг, и арт-пространство «Tundra». «ТАЙГА», которое располагается в доме гофинтенданта Петра I П.И. Мошкова на Дворцовой набережной 20.

При анализе креативных кластеров нашего города и в ходе исследования не было выявлено проблемы, с которой может столкнуться креативный кластер «Кресты», проблема негативного отношения к месту расположения кластера. Ни один из творческих кластеров не имеет столь сложного в отношении культурной памяти пространства.

Представляется, что будущий кластер должен включать в себя два вида пространств. Первый - пространства, которые должны служить сохранению памяти места, это, прежде всего, музеи и пространственные объекты, сохраняющие исторический облик. Второй тип - это полностью модернизированные пространства, предназначенные для размещения резидентов креативного кластера.

Попробуем представить себе в общем виде структуру креативного кластера, учитывая опыт перепрофилирования бывших тюремных комплексов. Одной из составляющих может стать гостиничная зона. Это может быть гостиница с полной реорганизацией пространства, скрывающая травматическую память места, гостиница в тюремном стиле, хостел для школьников и студентов. Так же при грамотной арендной политике, возможно создание общежития для резидентов и работников креативного кластера. Гостиничная зона может размещаться непосредственно в самих крестообразных зданиях. Для гостиничной зоны класса люкс возможно использование одного из этажей для корпусов надзирателей. Планировка данных корпусов предполагала проживание не только самих работников тюрьмы, но и их семей, следовательно, помещения там более просторные.

Другой компонент кластера будет выполнять музейную функцию. Идея музея не является новой, музей «Крестов» существует уже с начала 2000-х годов, но на данный момент закрыт. Однако, в освободившихся «Крестах» возможно размещение нескольких музеев. Мечтой автора настоящей работы является создание музея рядовой застройки Петербурга, благодаря которой возникли сплошные фасады петербургских проспектов и улиц, возведены кварталы жилых зданий. Представляется важным обратить внимании на архитекторов второго и третьего ряда, о которых не упоминают учебники, но без них петербургские панорамы были бы вряд ли возможны. В аннотации к упомянутой выставке отмечено: «Целостный архитектурный ландшафт города формировался на протяжении трех столетий, благодаря жесткой градостроительной дисциплине. <…> Особое внимание градостроителей на протяжении нескольких веков уделялось силуэту Петербурга, тщательно продумывались высотные нормы, соотношение рядовой застройки и доминантных сооружений города» [33]. Повод к теме дает творчество А.И. Томишко, который помимо строительства тюрьмы «Кресты» и уездных тюрем по всей империи занимался строительством богаделен и училищ в Санкт-Петербурге, например, Волоковская богадельня (1880-1881), Училище фельдшериц и лекарских помощниц (1884-1885) и Александро-Мариинское училище для слепых (1890). Музейный комплекс может частично расположиться в одном из флигелей крестов, демонстрируя быт заключенных, которые находились в тюрьме на разных этапах функционирования комплекса. Так же музеи могут размещаться в административном здании тюремной больницы или в здании кухни и пекарни.

Функционирование музейного комплекса предполагает наличие выставочных и экспозиционных залов, помещений для фондов музея, для работы сотрудников, входной зоны с кассами, туалетами, местами продажи книг и сувенирной продукции. Экспозиционные и выставочные залы могут расположиться рядом, а могут находиться в разных зонах комплекса, тогда экскурсия получит пространственное развитие. К тому же соединение исторического пространственного артефакта и современного модернизированного пространства придаст будущему креативному кластеру особую интригу.

Следующая часть - это помещения, предназначение для сдачи в аренду резидентам креативного кластера под студии, магазины, мастерские, творческие или исследовательские центры, офисы компаний и т.д. Данная зона может разместиться в корпусах надзирателей, которые выходят окнами на Неву.

Зона под кафе и рестораны будет централизованной, т.к. подобные заведения будут располагаться в небольших, отдельно стоящих зданиях, например, в здании бани, примыкающей к одному из крестов.

Поскольку на территории «Крестов» находится несколько корпусов, не являющихся объектами охраны, здесь целесообразно предусмотреть размещение арт-галереи или арт-пространства. Функционирование данного пространства позволит организовывать на базе комплекса временные выставки по аналогии с Санкт-Петербургским музеем современного искусства «Эрарта». В этих же корпусах может расположиться конференц-зона с системой трансформируемых залов.

При условии снесения очистных сооружений и зоны для прогулки заключенных в крестах может появиться собственная парковка для резидентов и посетителей. Снесение очистных сооружений небольшой части красно-каменного забора позволит создать зеленый сквер с видом на Неву. Забор, который сейчас видит каждый, первоначально был чугунной оградой в стиле «модерн». В случае реконструкции ограды, кресты будут более приближены к раннему облику, а зеленая зона превратит это место в более привлекательное для посетителей. В целом уличная зона может быть организованна как проект «Новая Голландия» с дополнительными небольшими зданиями с кофейнями, закусочными, садиками и небольшими магазинчиками.

Креативный кластер - это, прежде всего, молодые креативные люди, которые способны наполнить пространство творческой атмосферой. Для привлечения подобных людей необходимо выстроить в кластере грамотную арендную политику. Доход, который будут приносить коммерческие пространства (гостиницы, магазины, бутики и прочие) должен компенсировать низкую арендную плату для представителей творческих индустрий. По приблизительным подсчетам экспертов, доля коммерческих площадок к креативной составляющей должна составить один к трем, с перевесом в пользу креативных пространств.

Местоположение комплекса должно стать составляющей его коммерческой состоятельности. Тюрьма находится на границе исторического центра Санкт-Петербурга и современной застройки. Также «Кресты» выходят прямо на основную водную магистраль города, реку Неву. Так же кластер может стать коммерчески привлекательным в связи с его непосредственной близостью к станции метро «Площадь Ленина» (650 м, 8 мин пешком). Привлекательным для резидентов из других городов России может стать возможность проживания в гостинице или хостеле креативного кластера.

Санкт-Петербург уже имеет опыт создания креативных кластеров в бывших индустриальных зданиях и, исходя из сегодняшнего вектора развития Санкт-Петербурга, можно предположить, что именно появление креативного кластера является наиболее предпочтительным на данный момент. Город сегодня - это крайне сложная система межличностных и межкультурных взаимоотношений. У каждого члена данной системы есть свои потребности, стремления и желания. Несмотря на то, что город разрастается достаточно быстро, места для проведения досуга и развития творческого потенциал по-прежнему востребованы. Помимо этого, креативный кластер в «Крестах» должен отвечать функциям сохранения памяти места и функцию реабилитация места, т.к. прошлое кластера связано с травматическими событиями.

3.2 Основные направления образовательной деятельности, направленные на сохранение памяти места

Задача настоящего параграфа - сформировать предложения по структуре образовательной деятельности креативного кластера «Кресты», которая стратегически может быть представлена двумя направлениями - нацеленной на сохранение «памяти места» и не связанная с памятью места, но с возможностями креативного кластера. Настоящий параграф посвящен первому направлению.

Образовательная деятельность - это «процесс педагогически организованной социализации, осуществляемой в интересах личности и общества» [48]. В структуре педагогической деятельности принято выделять несколько компонентов. Исходный/начальный компонент педагогической деятельности заключается в том, что педагог должен понимать основные тенденции общественного развития и требования, которые на данный момент предъявляются к человеку. В обыденном понимании, педагог должен знать, какого человека он должен воспитать для общества. Второй компонент педагогической деятельности - информационный, т.е. передача в обобщенном и адаптированных виде научных, производственных и художественных знаний, накопленных человечеством. Третий компонент - это педагогические навыки, мастерство, интуиция и талант педагога. И четвертый компонент - это нравственная, этическая и эстетическая культура личности, осуществляющей педагогическую деятельность [43]. Иную структуру педагогической деятельности предлагает профессор Н.В. Кузьмина. В качестве компонентов педагогической деятельности она рассматривает: гностический, проектировочно-целевой, конструктивный, организационный и коммуникативный [55]. Гностический компонент - это знания педагога по предмету и способах педагогической коммуникации. Проектировочный компонент включает в себя представление педагога о целях и задачах обучения и о способах их достижения. Конструктивный компонент - это особенности конструирования педагогической деятельности, основывающиеся на ближайших целях обучения, например, цель урока или цикла учебных занятий. Коммуникативный компонент - это специфика и особенности коммуникации педагога с учащимся. Организационный компонент представляет собой систему умений педагога организовывать педагогический процесс. Наиболее подходящей для предполагаемой деятельности в рамках креативного кластера представляется классификация, предложенная В.П. Симоновым и Л.Ф. Спириным. Согласно их классификации « в каждой педагогической системе всегда есть девять основных компонентов: цель деятельности, субъект педагогической деятельности (тот, кто управляет системой), субъекто-объект деятельности (тот, кем управляют: ребенок, ученик, студент), взаимоотношения "субъект - субъекто-объект", содержание деятельности, способы деятельности, педагогические средства, организационные формы, результат деятельности» [50]. Несмотря на то, что все эти компоненты находятся во взаимосвязи и во взаимодействии, на данном этапе проектирования педагогической деятельности в крестах необходимо разобрать такие компоненты как «субъекто-объект деятельности», организационные формы и содержание деятельности. Проще говоря, в данном исследовании необходимо определить, кто является субьектом педагогической деятельности (школьники, студенты, взрослы или все вместе), в какой форме будет организованна педагогическая деятельности и высказать предположения о том, каково будет содержание этой деятельности.

Согласно законодательству Российской Федерации, образовательная деятельность может осуществляться государственными и негосударственными образовательными организациями, в первую очередь, образовательными учреждениями. «Это учреждение, которое осуществляет образовательный процесс, то есть реализует одну или несколько образовательных программ и (или) обеспечивает содержание и воспитание обучающихся, воспитанников» [58]. Образовательные учреждения могут быть: государственными, муниципальными и частными. Законом об образовании образовательные учреждения разделены по нескольким типам: «дошкольные; общеобразовательные (начального общего, основного общего, среднего (полного) общего образования); учреждения начального профессионального, среднего профессионального, высшего профессионального и послевузовского профессионального образования; учреждения дополнительного образования взрослых; дополнительного образования детей; специальные (коррекционные) для обучающихся, воспитанников с ограниченными возможностями здоровья; учреждения для детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (законных представителей); другие учреждения, осуществляющие образовательный процесс» [58]. В качестве резидентов будущего креативного кластера могут выступать учреждения дополнительного образования взрослых и детей и другие учреждения, осуществляющие образовательный процесс. Представляется, что, главным образом, могут реализовываться дополнительные образовательные программы [44].

Важными видами образовательной деятельности для сохранения «памяти места» станут такие виды как: познавательная, практическая, учебная, просветительская и воспитательная. Познавательная деятельность - «это сознательная деятельность, направленная на познание окружающей действительности с помощью таких психических процессов, как восприятие, мышление, память, внимание, речь» [62]. Практическая деятельность «направлена на преобразование окружающего мира в соответствии с поставленными человеком целями» [42]. Учебная деятельность - «это совместная деятельность, в которой один из ее участников приобретает опыт (основной компонент), а другие создают благоприятные условия для этого, т. е. осуществляют всю сумму подготовительных компонентов усвоения» [9]. Просветительская деятельность - это «прогрессирующая социально необходимая деятельность, целью осуществления которой является широкое распространение различного типа информации, имеющей приоритетное значение при установленном уровне развития общества» [22]. Воспитательная деятельность - это «вид социальной деятельности, направленный на передачу от поколения к поколению накопленных человечеством культуры и опыта, создание условий для личностного развития человека» [74].

Образовательная деятельность, которая возможна на базе креативного кластера делится, как уже было указанно в прошлой главе, на два основных направления. Первое нацелено на популяризацию истории комплекса и на сохранение «памяти места», связанной, в том числе, и с трудными вопросами истории, с феноменом тюрьмы и тюремной субкультуры. Второе направление - это деятельность, нацеленная на современные технологии и креативные практики, которые впрямую не связаны с историческим прошлым места.

Наличие таких площадок как музейный комплекс и конференц-зона дает нам большую свободу в отношении форм образовательной деятельности. Формы образовательной деятельности подразумевают под собой определенное строение учебных занятий и организацию учебной деятельности педагога и учащегося. Существует огромное разнообразие форм образовательной деятельности: урок, лекция, семинар, лабораторный практикум, учебная экскурсия, групповая или индивидуальная консультация и множество других форм.

Попробуем представить возможное содержание образовательных программ, совокупность тем, которые могут быть раскрыты в экскурсиях и лекциях, конференциях и научно-популярных медиа-программах. Важно отметить, что предварительный анализ этих тем стоит вести параллельно с реставрационными работами и созданием кластера. Этот материал поможет и на этапе создания музейной составляющей комплекса, и в рекламной кампании по привлечению будущих резидентов креативного кластера, и при позиционировании креативного пространства в художественном и интеллектуальном пространстве Санкт-Петербурга.

Тема архитектурной истории комплекса является наиболее очевидной и, во-многом, уже разработанной, поскольку проекты перепрофилирования включали подготовку исторической справки, которая хранится в КГИОП. Подробно данная тема была уже рассмотрена во второй главе данной работы.

Более широкая тема архитектуры Петербурга конца XIX - начала ХХ века также может быть раскрыта на материалах архитектурного ансамбля тюрьмы. Исторический центр Санкт-Петербурга является объектом охраны ЮНЕСКО в качестве «выдающегося примера конструкции, архитектурного или технологического ансамбля, или ландшафта, которые иллюстрируют значимый период человеческой истории» [77]. Город гордится своими монументальными сооружениями, архитектурными ансамблями и завораживающей панорамой. Над величественными зданиями работали такие мастера как К.И Росси, Б.Ф. А.Н. Растрелли, А.Н. Бенуа, О. Монферан, А.Н. Воронихин, Д. Кваренги, Д. Трезини Самыми яркими и запоминающимся сооружениями в любом городе Европы становятся, как правило, дворцы и организации» [56]. Комплекс «Кресты», возведенный на берегу Невы, является частью общей панорамы Петербурга.

Мечтой автора настоящей работы является создание музея рядовой застройки Петербурга, благодаря которой возникли сплошные фасады петербургских проспектов и улиц, возведены кварталы жилых зданий. Представляется важным обратить внимание на архитекторов второго и третьего ряда, о которых не упоминают учебники, но без них петербургские панорамы были бы вряд ли возможны. В аннотации к упомянутой выставке отмечено: «Целостный архитектурный ландшафт города формировался на протяжении трех столетий, благодаря жесткой градостроительной дисциплине. <…> Особое внимание градостроителей на протяжении нескольких веков уделялось силуэту Петербурга, тщательно продумывались высотные нормы, соотношение рядовой застройки и доминантных сооружений города» [33]. Повод к теме дает творчество А.И. Томишко, который помимо строительства тюрьмы «Кресты» и уездных тюрем по всей империи занимался строительством богаделен и училищ Санкт-Петербурге, например, Волоковская богадельня (1880-1881), Училище фельдшериц и лекарских помощниц (1884-1885) и Александро-Мариинском училище для слепых (1890).

Тема истории пенитенциарной системы и шире феномена наказания в культуре актуальная на месте бывшего тюремного комплекса. Важно показать, что наказания (в т.ч. общественные наказания) составляют такую же неотъемлемую часть культуры, как и система образования, поведения и другие более респектабельные темы. Сегодня тема наказаний представлена многочисленными выставками-шоу, посвященными средневековым орудиям пыток, эксплуатирующим интерес публики к страшному и скандальному. Было бы целесообразно придать теме наказания культурологический ракурс, оттолкнувшись от идей Мишеля Фуко в его работе «Надзирать и наказывать».

Память места подсказывает еще одну важную в культурологическом отношении тему - историю повседневности и антропологию экстремального опыта. Посетители музеев-тюрем, в т.ч. Петропавловской крепости или лондонского Тауэра интересуются не только героическими личностями, но и аскетизмом тюремного быта, который составляет выразительный контраст современному комфорту, также всегда интерес вызывают многочисленные ухищрения, к которым прибегали заключенные, чтобы скрасить унылость существования. Т.е. тему тюремной повседневности обойти невозможно.

Как отмечают Лысак и… «Хотим мы того или нет, тюремная субкультура является частью современной культуры и оказывает на нее определенное влияние» [25]. Вряд ли стоит просвещать школьников относительно особенностей субкультуры, но разъяснять, что многие жаргонные выражения в языке, позы и поведенческие паттерны пришли оттуда - стоит.

В последнее время особую актуальность приобрела тема, которую можно обозначить так: тюрьма и художественное творчество. Тюрьма как художественный образ нередко привлекала поэтов и художников. Напомню серию гравюр «Тюрьмы» Дж. Пиранези, «Прогулку заключенных» Ван Гога и послужившую образцом гравюру «Острог» Г. Доре, знаменитое стихотворение «Узник» А.С. Пушкина или поэму «Мцыри» М.Ю. Лермонтова. Фильм «Джентельмены удачи» (1971 сценарий Г. Данелия, режиссер А. Серый) любим российскими зрителями, лидер проката в 1994 -1995 «Побег из Шоушенка» (1994, реж. Фрэнком Дарабонт) был номинирован на Оскара. Образ тюрьмы использует скандально известная акционистская група Pussy Riot. Список произведений, в которых тюрьма является образом, метафорой, символом можно продолжать, очевидно, что это тема - достойная исследования и репрезентации.

Другой поворот темы тюрьмы и художественного творчества связан с творчеством заключенных, в первой главе уже упоминалось, что существуют целые музеи «тюремного творчества» и не только у нас в стране, например, в тюрьме Фридтмант в Австралии. В мировой практике существует даже целый конкурс тюремных работ, на суд жюри присылают работы со всех уголков земли.

Занятия творчеством рассматриваются сегодня как один из механизмов социальной реабилитации и используются в пенитенциарной системе. Так, молодая мексиканская художница Наоми Ринкон-Гальярдоя, при поддержке университета города Мехико, реализовала программу «Понедельники», она заключалась в преподавании живописи в 2 тюрьмах Мексики. И вот какие выводы она сделала после завершения курса «Первое: я думаю, что думаю, что искусство может служить связующим звеном между двумя совершенно разными сторонами. Второе: это то, что, как ни старайся разрушить авторитарные отношения заключенный - охранник, они все равно присутствуют. Как ни старайся, ты не можешь вобрать в себя этих людей, познать и охватить. Они ускользают, остаются загадкой. Все, что я только что рассказала тебе, - только моя попытка что-то понять, а не установленная правда. Что-то из этого опыта мне никогда не откроется. Еще я поняла, что преступность - не обособленная проблема, а продукт общества. Мы полностью изгоняем людей, которые совершили преступление. Система избавляется от продуктов деятельности своего организма. Это маргинальные элементы нашего общества, это неприятно, запрещено, вне закона, уродливо, дерьмо, но если не смотреть на это, избегать, то становишься заодно с системой. И даже если мы не можем позитивно все изменить, все равно - отворачиваться от этого нельзя» [47].

Конечно, следует развивать традиционные формы лекций и экскурсий. Историко-архитектурные темы, а также сюжеты, связанные с историей наказаний, могут быть предложены школьникам, изучающим историю России второй половины XIX - XX веков, обществознание.

Подробнее остановимся на форме интерактивного занятия, которое может быть предложено как дополнение к программе 11 класса по обществознанию, раздел «Право». Такую игру можно рассматривать в рамках внеурочной общественно-полезной деятельности.

Формы образовательной деятельности.

Несмотря на то, что данное исследование ориентируется на создание на базе «Крестов» креативного кластера, тюрьма остается памятником культуры, что позволяет использовать в качестве формы образовательной деятельности такую, достаточно традиционную форму как экскурсию.

Согласно Российской педагогической энциклопедии экскурсия - это «(от лат. excursio - поездка, прогулка), форма организации учебно-воспитательного процесса, позволяющая проводить наблюдения и изучение различных предметов и явлений в естественных условиях или в музеях, на выставках и прочем. Экскурсия способствует зарождению и развитию у учащихся интереса к знаниям, мотивации учения, расширяет кругозор школьников, учит рассматривать факты и явления окружающей жизни во взаимосвязи, сравнивать их между собой, делать обобщения и выводы и т. д.» [48].

С целью сохранения истории комплекса возможно проведение экскурсии Кресты, история тюрьмы», экскурсия будет проходить по всей территории комплекса. Для наглядности в кластере необходимо будет сохранить и воссоздать, в отдельных ее частях, атмосферу тюрьмы на протяжении всей ее истории. Тюрьма имела в своей истории 3 этапа: Имперская, СССР, Россия, и все эти 3 этапа необходимо осветить. Экскурсия должна наглядно показывать, как история нашей страны отражается на тюремной системе и на «Крестах», в частности. Так же экскурсия должна отражать историю комплекса в именах, связанных с ним. Такая экскурсия подойдет для 11 класса, т.к. именно в 11 классе подробно разбирается период с 1917 года по предмету «История России». Подобную экскурсию можно рассматривать как внеурочную научно-познавательную деятельность.

Так же помимо экскурсии посвящённой общему знакомству с комплексом, возможно проведение узко специализированной экскурсии, посвященной именно архитектурной составляющей комплекса. Такая экскурсия может подойти для школьников, которые обучаются в общеобразовательных школах художественно-эстетического профиля, для школьников, которые дополнительно обучаются в художественных школах, посещают художественные кружки, инженерные курсы, архитектурные курсы, для тех, кто планируют поступать в архитектурные или инженерные университеты и просто ребят, интересующихся искусством и архитектурой.

Аудиогиды и QR-коды можно запланировать в различных точках пространства - не только на пути экскурсионного маршрута, но и в зонах дизайн-студий, фирм, конвенционном комплексе. Система дополненной реальности позволит воспроизвести историческую информацию в любой, в т.ч. абсолютно модернизированной зоне кластера. А также позволит включить ее по необходимости в экскурсионный или образовательный маршрут.

Следующая форма образовательной деятельности, которая может быть уместной на базе «Крестов» это игровая форма. Игра - «один из видов деятельности, значимость которой заключается не в результатах, а в самом процессе» [19,176]. Наиболее подходящим форматом игры станет сюжетная - игра, «в которой ребенок воспроизводит сюжеты из реальной жизни людей, рассказов, сказок и т. п.» [19, 176]. Примером может стать игра «Суд», во время участия которой каждый может поучаствовать в заседании суда. В конференц-зале или каком-то отдельном помещении, можно установить трибуну, отгородить зону для присяжных, свидетелей, обвиняемых и обвинителей. Такой интерактивный спектакль подразумевает под собой, что каждый его участник играет свою роль. Допустим судьи, обвинителя, адвоката или свидетеля. Такая форма подготовит старших школьников, студентов или просто людей, не сталкивавшихся с судебной системой, покажет, как себя вести, чего ожидать, и чего не стоит говорить и делать в зале суда. Подобная практика для школьников существует на базе «Государственный Музей Политической Истории России» [20].

Еще одной актуальной на сегодняшний день формой организации образовательной деятельности может стать квест. Согласно определению, квест «обозначает игру, требующую от игрока решения умственных задач для продвижения по сюжету» [53]. Рассмотрим на примере. Участникам будет выдана карта «Крестов», на ней будут отмечены пункты, к примеру, «место, где работали заключенные». Вопрос к этому пункту может быть примерно таким «Опишите, какие предметы изготавливали заключенные в «Крестах»». На станции, на которую ребята должны добраться самостоятельно, буду стоять станки, на которых заключенные действительно изготавливали множество разнообразных вещей. На карте также может быть отмечен пункт «Портрет женщины» и, добравшись до этого портрета, школьники должны будут определить, чей это портрет, и как он связан с «Крестами». (Портрет Анны Ахматовой). Подобный квест можно проводить после прослушивания небольшой лекции о «Крестах» или раздачи сопутствующего материала, прочтя который, школьники смогут самостоятельно ответить на вопрос. Учувствовать в квесте лучше всего целым классом, разделившись на 2-3 группы. Его прохождение позволит сплотить школьников для решения общей задачи. Такой вариант внеурочной деятельности хорошо подойдет для классов, в которых наблюдаются проблемы внутри коллектива. Задача педагога сформировать команды так, чтобы ребята, между которыми наблюдается конфликт попали в одну команду и могли взаимодействовать, решая общую задачу. Также можно предусмотреть квесты для индивидуального самостоятельного знакомства с пространством комплекса, учитывая, что в креативный кластер можно прийти с различными целями - в офис, в шоу-рум, на выставку. Возможность пройти квест самостоятельно или с родителями, друзьями провести досуг познавательно.

Следующая форма образовательной деятельности - это мастер-классы - это «современная форма проведения обучающего тренинга-семинара для отработки практических навыков по различным методикам и технологиям с целью повышения профессионального уровня и обмена передовым опытом участников, расширения кругозора и приобщения к новейшим областям знания» [4]. Примером могут служить мастер-классы для учителей и студентов педагогических специальностей. Тюрьма, пытки, казни и прочие темные страницы истории - это то, что школьники должны знать, но преподносить такие вещи, необходимо аккуратно. Поэтому на базе кластера возможно проведение мастер-классов или конкурсов педагогического мастерства для учителей истории, МХК, обществознания, которые будут направленны на то, чтобы помочь учителям грамотно преподносить трудные вопросы истории культуры.

Основной целевой аудиторией, на которую будет направленна образовательная деятельность, станут старшие школьники, студенты ВУЗов, творчески ориентированная молодёжь, люди интересующиеся историей и, конечно, посетители, которые будут заинтересованы в деятельности того или иного элемента кластера.

Медиа-объекты с образовательной составляющей. Для школьников, как и для других посетителей кластера, стоит предусмотреть разработку информационной продукции различного свойства. Это могут быть информационные брошюры, аудиогиды, QR-коды, система дополненной реальности, а также медиапрограммы, демонстрирующиеся на экранах в различных пространствах кластера, в т.ч. популярные фильмы или интерактивные игры, которые позволят посетителям скоротать время (ожидая начала мероприятия или выполнения заказа).

В брошюре можно дать общую информацию по истории комплекса, сообщить интересные факты, используя изобразительный материал и инфографику.

По всей территории кластера возможно размещение экранов, на которых периодически будут транслироваться информационные заметки о комплексе, а в специально отведенном помещении, несколько раз в день, в свободном режиме будет показываться документальный фильм, посвящённый истории «Крестов».

Таким образом, на территории креативного кластера кресты появится образовательное пространство, которое даст возможность познакомиться с историей тюремного комплекса «Кресты», его архитектурной составляющей, с таким феноменом как тюрьма и тюремная субкультура. Реализация всевозможных образовательных форм, поможет раскрыть культурный потенциал комплекса с множества ракурсов. Комплекс станет своего рода образцом того, как один культурный объект связывает воедино, множество сфер общественной и культурной деятельности.

.3 Образовательный проект «Найди себя»

Задача настоящего параграфа - на основе уже имеющегося в Санкт-Петербурге опыта создания профориентационных программ, описать предложения по созданию образовательной программы данного вида в креативном кластере «Кресты».

Представляется, что для нового креативного кластера следует предложить оригинальный образовательный продукт, который мог бы привлечь посетителей, способствовать поддержке интеллектуально-творческой атмосферы и быть разработанным с учетом возможностей и специфики креативного кластера.

Среди обилия образовательных предложений наименее разработанной является сфера профориентации, на что и направлена предлагаемая программа. Имеющиеся предложения представляют в большинстве своем традиционную форму бесед и лекций, встреч в рамках дней открытых дверей, экскурсий на предприятия и производства. Общая особенность всех этих программ - они, прежде всего, информируют о профессии (и об образовании в профессиональной сфере), в лучшем случае, дают что-то увидеть. Не задействованной остается возможность попробовать себя в той или иной сфере, узнать «кухню» профессии.

К наиболее оригинальным проектам такого рода относятся образовательный город профессий для детей «КидБург» и «Школа музейных профессий» на базе детского центра «Новая ферма» в Петергофе. Главная особенность этих предложений - это возможность не только узнать о той или иной профессии, но и попробовать стать на время её представителем.

Город профессий «КидБург» позиционируется как место, где ребенок может «осознать свои склонности к будущей профессии и поверить в свои силы и способности. Формат игры делает получение новых знаний и навыков для ребенка увлекательным и захватывающим, ведь в процессе игры можно самому проследить связь между получением знаний, их применением и достигнутым результатом» [36]. По своей структуре «КидБург» представляет собой множество элементов - игровых станций, на площадке которых функционирует та или иная профессия. В проекте присутствуют все базовые профессии современного общества. Собственно, пространство «КидБурга» напоминает город и моделирует городскую жизнь. Каждый пришедший в «КидБург» ребенок имеет возможность попробовать себя в любой представленной профессии. Несмотря на то, что проект ориентирован на достаточно широкую возрастную аудиторию дети от 1,5 до 14 лет, в основном «КидБург» посещают младшие школьники, для которых игровая форма проекта является наиболее подходящей к их возрастной категории.

Музейный центр «Новая ферма» в ГМЗ «Петергоф» предлагает «игровые сказочные занятия для самых маленьких, а также творческие мастерские в интерактивных экспозициях Музейного центра, парках и музеях Петергофа» [10]. для детей от трех до шести лет; «интересные и полезные занятия для целых классов в интерактивных экспозициях Музейного центра» для младших школьников (1-4 класс) и более сложные образовательные программы для учащихся 5-11 классов. Наибольший интерес для данной работы вызывает образовательная программа «Школа музейных профессий», которая реализуется сегодня абонементные занятия для школьников разных возрастов: «Музейная азбука» для младших школьников и «Музейные мастерские» для основной школы. На занятиях школьники (преимущественно старшие), могут познакомиться с профессиями, которые представлены в рамках музея. Программа «Школа музейных профессий» представляет новый формат знакомства с музеем через труд музейщиков, через особенности профессий, благодаря которым современный музей существует. «Музей - это посредник между современным человеком и историческими и художественными памятниками, между зрителем и научным знанием, благодаря которому формируются коллекции и экспозиции. Уникальность программы заключается в том, что здесь посредник становится главным героем» [34]. Мир музейных профессий представляет собой мир профессий вообще. Программа старается показать, что в музее работают не только историки, искусствоведы и смотрители, но и архитекторы, инженеры, программисты, биологи. «В музее трудятся рабочие различных специальностей - плотники, столяры, маляры, слесари, водители. Работает служба безопасности, юристы, экономисты, специалисты по связям с общественностью, журналисты. Работа музея невозможна без библиотек и архива. Современный музей использует новейшие информационные технологии, активно развивается музейный дизайн» [34]. Учитывая особенности такого музея заповедника как Петергоф, с его уникальной системой фонтанов и парками, важная роль отводится специалистам по ландшафтной архитектуре, садоводам, зоологам и, конечно, фонтанщикам.

Главной идеей программы является понимание музея как современного предприятия, даже индустрии, в которой задействовано огромное многообразие видов деятельности, применяются результаты практически всех наук, используются многочисленные навыки и умения.

Однако, и «Кидбург», и «Школа музейных профессий» лишь имитируют участие в профессиональной деятельности - в Кидбурге в игровой форме, в Петергофе - в имитационной. Представляется, что следующий шаг - это возможность понаблюдать и принять участие в реальной работе.

Идея образовательной программы с рабочим названием «Найди себя» - полноценно использовать возможности креативного кластера и его резидентов, представителей творческих индустрий. «Творческие индустрии - это деятельность, в основе которой лежит индивидуальное творческое начало, навык или талант, и которая несет в себе потенциал создания добавленной стоимости и рабочих мест путем производства и эксплуатации интеллектуальной собственности» [15].

Дизайн-студии, архитектурные бюро, творческие мастерские, рекламные агентства, фотостудии, студии звукозаписи, мастерские по созданию предметов мебели и интерьера, медиа студии, редакции, кулинарная студия, IT-компании и другие предполагаемые резиденты кластера резиденты могут стать площадками профориентации. Формой привлечения к проекту могут быть льготные суммы аренды или другие бонусы для арендаторов - этот вопрос требует дальнейшей проработки.

Конечно, участники профориентационной программы не могут впустить гостей на 100% в свою деятельность, это должна быть адаптированная форма участия, возможно специальная разработка, но, тем не менее, для профориентации задействованы реальные площадки, реальная рабочая атмосфера и настоящие представители профессий.

Что собственно будет представлять собой проект «Найди себя»? Поскольку современные подростки и молодёжь в условиях сегодняшнего информационного потока очень часто теряются в том, чем они могут заниматься в будущем, возникает необходимость помочь молодым людям определиться в их дальнейшей профессии. Почему важно создание именно практического симулятора, а не предоставление информации о профессии в формате лекции или конференции? Сегодняшняя система образования ставит подрастающее поколения в условия, когда большое количество информации, которую они получают, им негде применить на практике и нет возможности понять получается ли у них та или иная сфера деятельности. Собственно, данный проект и будет нацелен на то, чтобы постараться компенсировать данный пробел в современном образовании.

Необходимо охарактеризовать целевую аудиторию образовательного проекта. В целом данный проект будет направлен на помощь школьникам в определении будущей профессии, а также - на знакомство с современными творческими индустриями. Во-первых, это школьники 9-11 классов, которые еще не определились с местом дальнейшего обучения и работы. В случае с 9 классом это школьники, которые выбирают, получать ли полное общее школьное образование или поступать в колледж. Так же многие ученики 9 класса выбирают обучение в 10-11 классе с определенным профилем (техническим, гуманитарным, естественно-научным, эстетическим), и школьникам необходимо сделать выбор. В случае с 10-11 классами, школьники должны определиться, в какой вуз и на какое направление они хотят поступать, вопрос профориентации стоит для них наиболее остро.

Еще одна категория целевой аудитории проекта - это студенты, которые учатся на таких обширных направлениях как культурология, дизайн, реклама, на творческих специальностях. Для них проект может быть местом знакомства с уже выбранной профессией, местом практики и даже местом дальнейшего трудоустройства. И, конечно, данный проект доступен взрослым, которым хочется попробовать себя в чем-то новом.

По структуре данный проект будет представлять собой гибкую и ситуативную модель, включающую отдельные мастерские или студии, которые станут базами практических занятий и участия в работе. Мы можем предположить существование нескольких форм, которые позволят наиболее эффективно работать с разными сегментами аудитории, индивидуальными посетителями и группами.

Первая форма - это форма разового визита, рассчитанного на посещение одной или нескольких мастерских. Он может быть предложен как индивидуальным посетителям, так и группам школьников. Разновидностью разового посещения может быть традиционная форма профориентационной экскурсии с целью наглядно познакомиться с некоторыми представленными в кластере направлениями, но стоит стремиться именно к включению в деятельность.

Вторая форма - это комплексная программа, включающая несколько (например, 5) визитов в одну или несколько творческих мастерских. Допустим школьникам, интересующемуся современными технологиями, можно предложить посещение дизайн-студии, IT-студии, фотомастерской, гейм-студии (предположим, что такие будут в будущем кластере). Идеально, если на базе кластера будут еще и образовательные центры, предлагающие, например, курсы дизайна, компьютерной грамотности и программирования, 3D-моделирования и т.д. Но и при их отсутствии - эта форма реализуема. Комплексные программы могут быть предложены готовым «пакетом», или посетитель может сам набрать себе «пакет» предложенных вариантов, создав собственную профориентационную программу.

Третья форма - «профриентационные каникулы» - адресована группам школьником, в том числе и из других городов. Это вариант комплексной программы, рассчитанной на несколько дней подряд. Для групп школьников из других городов программа может быть дополнена экскурсиями и посещениями театров, при этом проживание возможно в хостеле креативного комплекса. Таким образом, для школьников из регионов и Ленинградской области кластер станет возможностью за короткое время познакомиться с разнообразными творческими сферами деятельности, вузами и другими учебными заведениями Санкт-Петербурга. Для университетов нашего города это станет дополнительной возможностью работы с абитуриентами, информирования их о вступительных испытаниях, т.к. многие творческие направления включают при поступлении дополнительные испытания.

Профориентационные каникулы могут быть общего характера, т.е. набором разнородных площадок. А могут быть специализированные. Допустим, если в стенах кластера будет размещаться архитектурная студия, музей «Рядовой застройки Санкт-Петербурга», то возможен вариант «Архитектурных каникул». Цель данной подпрограммы - создать «гнездо» для интересующейся архитектурой и историй Петербурга молодежи, в котором можно развиваться, общаться, делится мнениями, вести дискуссию и т.д

Данные каникулы будут созданы в основном для старших школьников и студентов исторически, архитектурных, культурологических, искусствоведческих и инженерных факультетов из разных городов России и зарубежья. Такая форма обучения может напоминать пенсионные поездки художников и архитекторов, но на новый лад.

Создание подобных «каникул» поможет будущим архитекторам воочию увидеть и систематизировать для себя архитектурное пространство Петербурга, познакомиться с архитектурными стилями, в которых работали их предшественники. Для инженеров - познакомиться с вариантами планировки и разнообразием форм, отталкиваясь от которых они смогут работать в дальнейшем. Историки подробно познакомятся с историей города, а культурологи познакомятся с различными видами социокультурной деятельности.

Для управления такой программой требуется небольшой коллектив, задачи которого - грамотное администрирование. А именно: привлечение резидентов кластера в программу, привлечение посетителей, организация «коротких» и «длительных» программ, образовательных маршрутов, привлечение университетских лекторов и т.д. Представляется, что такая работа - хорошее приложение сил культурологов.

Таким образом, образовательная программа с рабочим названием «Найди себя», ориентированная на молодежную аудиторию и старшеклассников, может стать важным моментом привлекательности будущего креативного кластера. Предложение предполагает современную креативную форму организации образовательной программы - гибкую, модульную, учитывающую интересы аудитории и возможности профориентационной базы. Важным представляется возможность привлечения к проекту культурологов - как для детальной разработки проекта, так и для его реализации.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Исследование посвящено обоснованию целесообразности перепрофилирования тюремного комплекса «Кресты» в креативный кластер.

В первой главе показано, как сформировались представления о тюрьме как феномене культуры, рассмотрены идеи Мишеля Фуко о дисциплинарной власти и о генеалогии системы наказаний, благодаря которым тюрьма и практики тюремного заключения были открыты как явления культуры, а также проанализированы концепции культурной травмы и экстремального опыта, в рамках которых сегодня формируется культурологический взгляд на феномен тюрьмы.

Во второй главе рассмотрены основные этапы истории тюремного комплекса «Кресты»: период проектирования и строительства в рамках судебной реформы; период функционирования в качестве образцового для своего времени пенитенциарного учреждения, устроенного в соответствии с новейшими на тот момент представлениями о гуманизме в отношении заключенных, о формах и методах исправления; период резкой смены состава заключенных после 1917 года, изменений цели наказания и нарушения санитарно-гигиенических норм; послевоенный период и современный период, когда здания комплекса признаны памятниками культуры. История «Крестов» рассмотрена в социальном и политическом контексте, а сам ансамбль охарактеризован как часть культурного наследия.

Анализ мирового опыта по перепрофилированию бывших тюремных комплексов, демонстрирует две основные тенденции - к сохранению памяти о тюремной истории или вытеснению ее. Среди наиболее популярных вариантов перепрофилирования бывших тюремных зданий - гостиницы, которые могут быть устроены как полностью скрывающие, частично показывающие или варьирующие и демонстрирующие «память места». Также популярным вариантом перепрофилирования являются музеи, которые демонстрируют травматическую или героическую историю. Существует практика создания на базе бывших мест заключения многофункциональных комплексов, включающих торговые, развлекательные, досуговые, офисные зоны. На основании анализа мирового опыта идея перепрофилирования после реставрации тюремного комплекса «Кресты» в креативный кластер показана как обоснованная, имеющая аналоги и перспективная. Высказано предположение, что такое перепрофилирование должно соблюсти баланс между сохранением исторической памяти места и модернизацией.

В третьей главе данного исследования дается характеристика понятиям креативности, креативному кластеру и креативным индустриям. Предложено создание в будущем креативном кластере нескольких базовых зон: музейной, гостиничной, зоны резидентов кластера (студии, магазины, мастерские, творческие или исследовательские центры, офисы компаний и прочее), зоны кафе и ресторанов, конференции-комплекса, парковой зоны. Предложены «привязки» к конкретным зданиям комплекса.

Помимо традиционных форм образовательной деятельности креативный кластер может стать базой уникальной профориентационной и досуговой программы в области креативных индустрий (рабочее название «Найди себя»), ориентированной на молодежную аудиторию и старшеклассников. Такая программа, в свою очередь, может стать важным моментом привлекательности будущего креативного кластера. Предложение предполагает современную креативную форму организации образовательной программы - гибкую, модульную, учитывающую интересы аудитории и возможности профориентационной базы. Важной представляется возможность привлечения к проекту культурологов - как для детальной разработки проекта, так и для его реализации.

Так же в ходе исследования было выявлено, что подобного крупномасштабного проекта перепрофилирования бывшего места заключения в креативный кластер с весомой образовательной составляющей, на данный момент в мире не существует, это значит, что «Кресты» могут стать инновационным и абсолютно уникальным проектом. Анализируя современные тенденции, можно сказать, что будущий креативный кластер впитает в себя современные «креативные» технологии реорганизации городской среды.

Данный проект, может стать очень удачной площадкой, для культурологических исследований и местом будущего трудоустройства культурологов, обучающихся в вузах России и зарубежья. Благодаря образовательной составляющей креативный кластер «Кресты» станут подходящим местом работы для студентов, обучающихся в педагогических университетах по программе мировая художественная культура.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1)Автономова, Н.С. Познание и перевод. Опыты философии языка / Н.С. Автономова, - М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2008. - 704 с.

)Александер, Дж. Культурная травма и коллективная идентичность // Социологический журнал. 2012, - N 3. - С. 5 - 40.

)Ассман, Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности / Пер. с нем. М. М. Сокольской. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - 368 с.

)Багадирова, С.К. Б 14 Материалы к курсу «Спортивная психология». Учебное пособие. - М.: Директ-Медиа, 2014. - 247 с.

)Беспятова, Н.К. Программа педагога дополнительного образования. От разработки до реализации - М.: Айрис - пресс, 2003. - 176 с.

)Боровинская, Д.Н. Зарубежный опыт исследований креативности в XX В. "[Электронный ресурс] // Вестн. Том.гос. ун-та. 2011. №348. URL: #"center">Размещено на Аllbеst.ru

Похожие работы на - Реставрация и приспособление комплекса тюрьмы 'Кресты' под общественную функцию

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!