Становление детского характера в произведении Д.И. Василенко 'Жизнь и приключения Заморыша'

  • Вид работы:
    Дипломная (ВКР)
  • Предмет:
    Литература
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    61,29 Кб
  • Опубликовано:
    2017-07-23
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Становление детского характера в произведении Д.И. Василенко 'Жизнь и приключения Заморыша'















Становление детского характера в произведении Д.И. Василенко «Жизнь и приключения Заморыша»

Содержание

Введение

Глава 1. Процесс становления детского характера в произведениях русской литературы

§1. Психологические и социальные аспекты

§2. Формирование классической традиции в произведениях XIX века

§3. Тема детства в творчестве Л.Н. Толстого

§4. Социальный аспект детской литературы в творчестве А.И. Куприна

§5. Образ подростка в детской литературе начала ХХ века на примере творчества А.П. Гайдара

Глава 2. Становление детского характера в романе Д.И. Василенко «жизнь и приключения заморыша»

§1. Д.И. Василенко: жизнь и творчество

§2. «Общество трезвости»

§3. «Весна»

§4. «Подлинное скверно»

§5. «В неосвященной школе»

Заключение

Список литературы


Введение

произведение толстой детский гайдар

Традиционно детской литературой принято называть произведения, создаваемые для читателя определенной возрастной категории, а так же описывающие мир детства. Разграничивают так называемую литературу о детях и литературу для детей совершенно не случайно, т.к. многие произведения, написанные для детей, вообще не имеют героев-детей (например те, в которых главными героями являются животные), и, напротив, многие произведения, описывающее детский мир, направлены на взрослого читателя, поднимают глубокие философские и социальные проблемы, требуют совершенно иной интерпретации. В книге «О детях и для детей» В.В. Смирнова пишет: «Он знает только одно: нравится ему или нет, приятно ему или нет, интересно ему или скучно... И вот здесь-то и кроется первопричина исконного противоречия во всякой работе с детьми, во всех областях эстетического воспитания детей, в детской литературе, в детском театре, во всяком искусстве, предназначающемся для детей: «выгодность» художественной формы, как сильно воздействующего средства в деле воспитания, - легкая возможность обмана, подделки»1. Этим и объясняется необходимость разграничения этих двух литератур.

В литературе для детей адресатом является ребенок, тогда как литература о детях, хотя и может быть понята юным читателем, в первую очередь ориентирована на читателя взрослого. Естественно, это влечет за собой и необходимость выбора тех или иных форм выражения, проявляющихся на совершенно разных уровнях восприятия (от сюжетно-композиционного до жанрового).

Писатель, который создает произведение о детях, зачастую ставит перед собой куда более обширные задачи, нежели просто показать мир ребенка. Автор лишь использует его для того, чтобы на новом уровне осветить взрослый мир, показать какие-то его проблемы в новом свете, продемонстрировать становление и развитие характера подобным образом. Обычно к таким работам можно отнести произведения, демонстрирующие развитие той или иной личности, воздействие на которую оказывает различная изменяющаяся среда или воспитание. Примерами могут быть произведения Н.Г. Гарина-Михайловского, В.Г. Короленко, С.Т. Аксакова и многих других авторов романов и повестей похожего типа.

В данном исследовании мы хотим подробнее остановиться на творчестве Д.И. Василенко, отечественного писателя, незаслуженно забытого сейчас, тогда как в свое время на его произведениях было воспитано множество юношей и девушек, книги его пользовались большой популярностью, как среди детей, так и среди взрослых.

Итак, целью нашей работы будет продемонстрировать художественное отображение этапов становления детского характера на примере произведения Д.И. Василенко «Жизнь и приключения Заморыша». Актуальность исследования объясняется возможностью более глубокого осмысления читателем произведений о детях, что поможет давать новые интерпретации подобных произведений при изучении их во время обучения в школе. Также исследование должно наглядно продемонстрировать неоднозначность в определении тех или иных произведений к разряду детской литературы.

Таким образом, объектом исследования стало художественное отображение процесса формирования детского характера в литературном произведении, а предметом - произведение Д.И. Василенко «Жизнь и приключения Заморыша».

В качестве задач работы считаем нужным сформулировать следующие:

1.Сформулировать психологические и социальные аспекты становления детского характера.

2.Дать понятие о появлении классической традиции подобных произведений на примере работ Л.Н. Толстого, А.П. Чехова.

3.Сформировать понимание о творчестве автора исследуемого произведения в литературно-историческом контексте.

4.Выявить в исследуемом произведении этапы формирования детской личности.

5.Дать интерпретацию романа Д.И. Василенко в соответствии с выполненными задачами.

Методами исследования были выбраны: анализ художественных произведений, критической литературы, научных работ по теме исследования.

Работа состоит из введения, теоретической главы, где рассматривается научный аппарат исследования; практической части, где собственно анализируется предмет исследования, заключения и библиографии.

Глава 1. Процесс становления детского характера в произведениях русской литературы

§1. Психологические и социальные аспекты

Проблематика детской литературы напрямую затрагивает вопросы детской психологии и, безусловно, должна быть рассмотрена в этом аспекте. Периоды психологического развития ребенка представляют собой некоторые этапы формирования его личности. Дети разного возраста отличаются друг от друга не только различным количеством опыта, т.е. освоенными в течение жизни умениями и знаниями, но и особенностями психики, восприятием окружающего их мира.

По мнению психологов, важнейшее значение для определения возрастного периода имеет ведущая деятельность, в которой воплощаются характерные именно для этого этапа развития отношения ребенка с другими людьми и окружающим миром в целом, в рамках которой и реализуются важнейшие преобразования в его психике. В качестве этой деятельности выступает сначала игра, а затем обучение. Переход к более трудным видам от более простых разновидностей ведущих деятельностей помогает ребенку расширять свои возможности для накопления нового опыта. Но, одновременно с этим, каждый уникальный период имеет свои особенности в ощущении, восприятии ребенком окружающего мира, что влияет, например, на то, что освоение некоторых знаний и умений оказывается наиболее эффективным в совсем юном возрасте.

Детская психология выделяет следующие возрастные периоды:

·младенческий возраст (от рождения до 1 года);

·ранний детский возраст (от 1 года до 3-х лет);

·дошкольный возраст (от 3-х лет до 7-ми лет);

·младший школьный возраст (от 7-ми лет до 10-11 лет);

·подростковый возраст (от 11-12 лет до 14-15 лет);

·ранний юношеский возраст (от 14-15 до 17-18 лет).

Так или иначе такая классификация психологических ступеней развития напрямую соотносится с классификацией детской литературы, которую традиционно разделяют на литературу для младшего, среднего и старшего возраста. Это согласуется с ранним детским и дошкольным, младшим школьным и подростковым возрастами соответственно. Ранний юношеский возраст детской литературой уже не охватывается.

«Учитывая пластичность нервной системы ребенка, можно внести положительные изменения в его психику. В известной степени причиной пластичности нервной системы является способность ребенка к подражанию, имеющая социальные корни и необъяснимая только с точки зрения физиологических закономерностей2». Таким образом, можно сделать вывод, что в литературе для детей необходимо создавать образы с положительными примерами поведения, как-то произведения К.Д. Ушинского или Л.Н. Толстого. Наиболее ярко необходимость в подобных примерах прослеживается у детей подросткового возраста, у которых под влиянием литературных моделей складываются морально-этические нормы, выражающиеся наглядно в человеческих поступках, а также главенствующие жизненные принципы, в которых данный конкретный индивид видит итог своего существования.

Архиважную задачу выполняет детская литература, отвечая на вопросы, касающиеся понимания ребенком окружающей реальности. Максимально объемное отображение их мы можем наблюдать в трудах Д. Каца. Он переосмысляет характер детской психики и наличия в сознании ребенка таких моментов, которые имеют кардинальные отличия от соответствующих психологических явлений в психике взрослого человека. К ним относятся чувство обиды, переживание, дружба, первооткрытие мира, чувство сострадания, соперничества и многие другие3.

Получение ребенком жизненного опыта - это не просто комплекс процессов по восприятию, пониманию и усвоению некоторой информации. Это целый отдельный вид психологической деятельности, имеющий свои характерные черты. Литература для детей охватывает собой как тончайшие психологические детали, так и воспитание морально-этических и нравственных устоев. На первых порах психологического развития личности ребенка детская литература выполняет важнейшую функцию, т.к. ему необходима информация, положительные установки о человечности. Безусловно также важно для ребенка и понимание о возможности выбора и самоопределения. «Моральные убеждения в этом возрасте формируются, углубляются, делаются более стойкими, и дети, как никогда, нуждаются в опоре со стороны»4.

Литература для детей, таким образом, опирается на психологию детей, а следовательно изображает мир таким, каким его воспринимает ребенок. Так создается особенный язык, который требуется для демонстрации наивно- ассоциативного детского мышления.

Также нельзя не обратить внимание на другое психологическое направление детской литературы, которое связано с крайностью детского восприятия окружающей действительности, однозначностью его оценок. Поскольку детство является этапом формирования человеческой личности, то в этот период мир представляется ребенку строго разделенным на «хорошее» и «плохое». Подобное максималистское восприятие действительности порождает за собой уверенность в существование некоторых нравственных идеалов, стремление к которым становится главной задачей. И здесь мы снова приходим к выводу о существенном различии между литературой для детей и литературой о детях, которое выражено в совершенно разных психологических установках читателей различного возраста.

Итак, критерий объективности в литературе для детей становится следствием особенностей юношеской психологии. Важную роль исполняет некое воспитательное начало, которое реализуется через литературного героя. В литературе же о детях используются совершенно иные приемы для того, чтобы раскрыть человеческую психологию. Для взрослого человека не нужно создавать искусственную обстановку воспитания нравственных идеалов. Он уже давно понимает, что в мире все нельзя разграничить на «черное» и «белое», что бытие никак не укладывается в какие-либо рамки созданных искусственно моральных категорий.

§2. Формирование классической традиции в произведениях XIX века

Необходимость детской литературы в формировании нравственной базы, а также для выполнения воспитательных функций, была подчеркнута довольно давно. Один из отечественных просветителей XVIII века Н.И. Новиков говорил:

«Детские книги должны обучать «чувствовать справедливо», «упражнять» детей «в употреблении чувств», развивать «разум и сердце», а также соответствовать требованиям «образования разума» и «обогащения познания», одновременно являясь занимательными и «приятными», чтобы юные читатели «полюбили свою пользу5». «Детская литература совместно с педагогикой должна выполнять задачу воспитания детей счастливыми людьми и полезными гражданами6».

Безусловно, нельзя не отметить большой вклад в развитие русской литературы, сделанный А.С. Пушкиным. В первой трети XIX века выходят в свет его знаменитые сказки. «Сказка о царе Салтане» (1831) и «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» (1833) являются, как и написанная раньше «Сказка о попе и работнике его Балде», обработанными Пушкиным няниными сказками. Сюжеты двух других произведений - «Сказка о рыбаке и рыбке» (1833) и «О золотом петушке» (1834) - А.С. Пушкин позаимствовал из зарубежной литературы. «Сказка о рыбаке и рыбке» создана по мотивам творчества братьев Гримм, а сказка-поэма «О золотом петушке» основывается на произведении американского автора В. Ирвинга, который в свою очередь опирался на известную восточную легенду.

Участвуя в творческом поединке с Пушкиным, В.А. Жуковский создал

«Сказку о царе Берендее» (основу для которой, к слову сказать, он позаимствовал у Арины Родионовны). Пушкинская традиция была позже поддержана и развита П.П. Ершовым в его сказке «Конек-горбунок», которая нашла множество откликов как среди юных, так и среди взрослых читателей.

Не могли оставить без своего внимания детскую литературу и критики. Так В.Г. Белинский писал: «Есть даже люди, которые считают чтение для детей занятием больше вредным, чем полезным. Это грубое заблуждение, варварский предрассудок. Книга есть жизнь нашего времени. В ней все нуждаются - и старые и молодые, и деловые и ничего не знающие; дети - также7». Наиболее подробное высказывание о детской литературе Белинский озвучивает в рецензии на

«Альманах для детей» П. Фурмана: «Обращаясь к общей идее полезности или бесполезности детских книг, вот что скажем мы, как результат нашего мнения об этом предмете: Мнение, что дети должны читать только то, что читают и взрослые, не лишено основания и справедливости; но требует больших исключений и ограничений. Но нам кажется, что можно дать на этот предмет правило, не допускающее почти никаких исключений и ограничений: книги для детей можно и должно писать, но хорошо и полезно только то сочинение для детей, которое может занимать взрослых людей и нравиться им не как детское сочинение, а как литературное произведение, писанное для всех. И к повестям, рассказам и детским пьесам это относится едва ли еще не более, чем к статьям другого рода8». В.Г. Белинский стал чуть ли не первым, кто высказал мысль о том, что детская литература должна привлекать внимание взрослого читателя, потому что написана она для всех.

Н.Г. Чернышевский также оставил ряд интересных наблюдений относительно детской литературы. В своем труде «Александр Сергеевич Пушкин, его жизнь и сочинения» он отмечает важнейшую психологическую особенность детства - желание поскорее стать взрослым: «Кто потрудится перенестись мыслию к собственному детству и отрочеству, тот, верно, вспомнит, как в то время хотелось ему казаться большим и как отталкивало его одно название детский. Нам случалось видеть детей, особенно в поре перехода к отрочеству, которые именно поэтому не читали хороших книг, тогда как с жадностию бросались на книги сомнительного достоинства, лишь бы на них не стояло: для детей9».

Из всего вышесказанного мы делаем вывод, что прения относительно места детской литературы, об ее самостоятельности, продолжались на протяжении всего девятнадцатого века. И это вполне объяснимо, ведь на то время среди детской литературы было настолько мало действительно стоящих произведений искусства, что многие с легкостью относили ее к разряду второстепенной. Молодые читатели впитывали в себя множество книг сомнительного содержания, что, безусловно, вызывало беспокойство у представителей русского культурного сообщества. Многие из них считали, что в XIX веке такое явление как детская литература в принципе отсутствовало в России. При том, что как нам известно, к тому моменту она не просто существовала, но и имела несколько столетий своей самостоятельной истории. Стоит только вспомнить о богатой традиции устного народного творчества в нашей стране: песни, былины, сказки и т.п.

Но действительно расцвела детская литература в России именно в ХIX веке, когда и пополнилась сотнями художественных произведений, значение которых переоценить просто не возможно.

Доказать это можно просто перечислив произведения того времени, которые мы относим к детским. В наш краткий список вошли только имена писателей т.н. первого ряда, но не стоит забывать и о тех, чьи произведения имели огромную популярность в свое время. В этот список входят произведения как для детей, так и о детях, т.к. разграничения принципов классификации по этим двум разрядам меняются в соответствии с веянием времени, и мы не считаем нужным уделять этому внимание: А.С. Пушкин «Сказка о царе Салтане...», «Сказка о попе и работнике его Балде», «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях», «Сказка о золотом петушке», «Сказка о рыбаке и рыбке»,

«Сказка о медведихе»; В.А. Жуковский «Война мышей и лягушек», «Светлана» и др.; П.П. Ершов «Конек-горбунок»; Басни И.А. Крылова; С.Т. Аксаков «Аленький цветочек», «Детские годы Багрова-внука»; В.Ф. Одоевский «Мороз Иванович», «Городок в табакерке», «Индийская сказка о четырех глухих» и др.; А. Погорельский «Черная Курица, или Подземные жители»; В.И. Даль «Девочка Снегурочка», «О дятле», «У тебя у самого свой ум», «Лучший певчий»; М.Л. Михайлов «Лесные хоромы», «Два Мороза»; рассказы Марко Вовчка; «Бежин луг» И.С. Тургенева; В.М. Гаршин «Лягушка-путешественница»; К.Д. Ушинский «Детский мир», «Родное слово»; Л.Н. Толстой «Русская книга для чтения»; А.И. Куприн «В недрах земли» и др.; А.П. Чехов «Каштанка»,

«Белолобый»; Д.Н. Мамин-Сибиряк «Емеля охотник», «Аленушкины сказки»; Н.Г. Гарин-Михайловский «Детство Тёмы», «Корейские сказки», В.Г. Короленко «Дети подземелья» (сокращенный вариант В дурном обществе) и др.

Можно ли усомниться в самостоятельности детской литературы того периода, читая эти фамилии? Могут ли возникнуть вопросы о состоянии ее расцвета в это время? Произведения именно этих авторов составляют «золотой фонд» детской литературы. В одно время с писателями такого масштаба трудились и менее известные литераторы, рассказы и повести которых пользовались у детей также огромной популярностью: С. Караскевич, О. Петерсен, Н. Поздняков, М. Пожарова, В. Авенариус, М. Алтаев, Е. Болабанова, Н. Вагнер, А. Измайлов, Н. Каразин, Г. Полилов (Северцев), В. Светлов, П. Соловьева, Е. Чебышева-Дмитриева, Л. Вер-Чистякова, М. Бородатова, Н. Телешов, В. Харузина, М. Цебрикова и др.

Но, безусловно, важнейшее место среди плеяды авторов занимают писатели второй половины XIX века, проявившие себя как мастера реалистической повести. И в первую очередь речь идет, конечно, о Л.Н. Толстом. Одним из первых он показал в детской литературе героя-ребенка, у которого сформирован новый, незамутненный взгляд на окружающий мир. Детский мир самостоятелен и индивидуален, он кардинально отличается от внутреннего мира взрослого человека. События, которые не имеют значения с точки зрения сформировавшегося человека, приобретают колоссальное значение для ребенка. И наоборот, оказываются вне поля зрения юноши события, важные для взрослого.

Тем символичнее тот факт, что именно «Детство» (1852) - это первое большое произведение Толстого. Именно этой повестью он заявил о себе, именно так ознаменовал свою дальнейшую славу.

Именно «Детство» Толстого может служить прекрасным примером произведения, в котором детская тематика становится объединяющим элементом между взрослой и детской литературой. И именно с этого времени, с середины XIX века, эта тематика постоянно пронизывает творчество отечественных писателей. Так к ней обращались и И.А. Гончаров, и М.Е. Салтыков-Щедрин.


§3. Тема детства в творчестве Л.Н. Толстого

Л.Н. Толстой является наглядным примером различных подходов к пониманию темы детства в литературе. Естественно, это литература о детях и литература для детей. «Детство», «Отрочество», «Юность» - являются, как мы выяснили раньше, классическими произведениями о детях, к каковым мы относим и предмет нашего исследования. Поэтому нам необходимо более подробно остановиться на анализе одного из этих классических произведений, чтобы в дальнейшем иметь базу для анализа произведения, являющегося предметом нашего исследования.

Безусловно, нам необходимо отметить и произведения автора для детей, такие как «Азбука», «Новая азбука», «Книги для чтения» и повесть «Кавказский пленник». Именно на примере произведений Толстого мы можем проследить стилистические, композиционные и прочие отличия этих двух разных направлений детской литературы, что безусловно поможет нам максимально точно проанализировать предмет нашей исследовательской работы.

Важно отметить, что Л.Н. Толстой является первым писателем, который попытался создать тот самый уникальный язык детских произведений. Он совершил тщательнейший лексический анализ, который основывался на уровне психологического развития ребенка. Безусловно, автор учитывает и возраст предполагаемого читателя. И, как итог, мы видим, что Толстым учитываются три основных аспекта детской литературы, которые принципиально отличают ее от взрослой: психологический, композиционный, языковой. И, в довершении ко всему сказанному, произведения Толстого выполняют и педагогическую функцию, учитывая особенности сознания ребенка, то есть исключая прямые назидания.

Один из исследователей творчества Толстого, знаменитый педагог Д.Д. Семенов, вот как говорил о его рассказах: «Что за выразительность и образность языка, что за сила, сжатость, простота и вместе с тем изящество речи... В каждой мысли, в каждом рассказце есть и мораль... притом она не бросается в глаза, не надоедает детям, а скрыта в художественном образе, а потому так и просится в душу ребенку и глубоко западает в ней10».

В произведениях Толстого о детях, в отличие от произведений для детей, главным образом задействован психологический метод. Так в «Детстве» даны и подробные характеристики героев, и детальный анализ детских переживаний, и ощущений. Это необходимо писателю для того, чтобы аргументировать с психологической точки зрения поступки формирующейся личности, а также те модели, по которым это происходит.

Главный герой повести Толстого «Детство», Николенька, задает себе самые обычные для ребенка его возраста вопросы, чем дает автору и читателю возможность посмотреть глазами ребенка на окружающий мир. Очевидно, что персонажи произведений Толстого для детей даже близко не стоят по степени своей «выпуклости» с героями этой повести, да и не должны, потому что в произведениях решаются принципиально разные задачи по своей сути.

«Когда я писал «Детство», то мне казалось, что до меня никто еще так не почувствовал и не изобразил всю прелесть и поэзию детства11», - признавался Л.Н. Толстой.

В этой повести писатель демонстрирует нам возникающие у ребенка ощущения от познания окружающего мира. Всю прелесть, выраженную в свежести чувств и эмоций. Причем эмоций как положительных, так и негативных. Любой опыт оставляет неизгладимое впечатление в памяти и сознание ребенка. Толстой пытается ответить на главный вопрос, с которым читатель берет в руки книгу о детях: какая же связь между формированием личности в тот период и тем положением, в котором он находится сейчас? Почему он сложился как человек, как личность именно таким?

Толстой подходит к решению этой задачи с присущей ему изобретательностью. Жизнь в «Детстве» не является обобщенно-примитивной, выстроенной по заложенной программе. Напротив, все ее неожиданные перипетии, в том числе ужасы и трагедии, свойственные ей, показаны детально и без прикрас. Для достоверности повествования образы лирического героя и автора делаются аутентичными.

Так, например, перед героями произведения предстает мама: «...одной рукой она придерживала чайник, другою - кран самовара, из которого вода текла через верх чайника на поднос. Но хотя она смотрела пристально, она не замечала этого, не замечала и того, что мы вошли12». К портрету не приложены никакие оценочные характеристики, потому что и без них читается глубокое несчастье матери героя. В произведениях для детей портрет был бы дан совершенно иначе, более однозначно и прямолинейно.

Другое важное отличие литературы о детях - это значение психологической детали. В «Детстве» примером таковой можно считать, например, яростные движения пальцев приказчика Якова, которые демонстрировали несогласие с тем, что говорил отец, но Яков молчаливо и с почтением выслушивал это. С помощью подобных деталей у Толстого получается выразить огромное множество мелких подробностей и полутонов восприятия героями реальности. Скрытая ярость, невозможность высказывать собственное мнение, несогласие - все это возрастает в своих размерах, потому что мы видим это глазами ребенка. Он становится свидетелем подобного первый раз, а за ним и читатели будто вновь переживают это впервые, вспоминая ощущения и эмоции, которые сгладились со временем.

В «Детстве» у Толстого получается передать ощущения от первого столкновения с различными жизненными ситуациями, что в свою очередь порождает отклик и у взрослого читателя. И это становится замечательным способом разрушить границы между автором и читателем, поставив их на один уровень, а не разграничивая, как это традиционно делается в литературе для детей.

Основа всей трилогии Толстого - формирование личности юноши, отношения его с окружающим миром, поиски своего места в нем, определение целей и путей для их достижения. Подчеркивая это, мы вновь обращаем внимание на большое значение этих произведений для нашего исследования.

В главе повести «Ивины» мы встречаемся с изображением дружбы, детской симпатии к Сереже Ивину. Однако, уже в «Юности» описана разрозненность в этой семье. Ивина, которая страдает от горя, вызывает у Николеньки сострадание и даже в некотором смысле любовь. Зато негативное впечатление производят на него сын и отец семейства. Высокомерные, холодные, надменные - они вызывают отторжение у Иртеньева: «Я встал и поклонился ему, но Ивин, у которого было три звезды на зеленом фраке, не только не ответил на мой поклон, но почти не взглянул на меня, так что я вдруг почувствовал, что я не человек, а какая-то не стоящая внимания вещь - кресло или окошко, или ежели человек, то такой, который нисколько не отличается от кресла или окошка13». Все это помогает главному герою ощутить, что таким же образом, как он относится к людям ниже себя по происхождению, относятся и к нему те, кто стоит на более высокой ступени социальной лестницы. Так перед Николенькой открывается мир аристократический. Перед ним открывается и его внутренняя тяга к этому миру.

Уже в «Юности», когда герой становится старше, перед ним возникает новая проблема - корысти. Ему внушается мысль о том, что он является наследником князя, что моментально губит искренность и прозрачность его чувств к нему. «Мне казалось, что и старый швейцар, который отворил мне дверь, и лакей, который снял с меня шинель, и три дамы и два господина, которых я нашел в гостиной, и в особенности сам князь Иван Иванович, который в штатском сюртуке сидел на диване, - мне казалось, что все смотрели на меня как на наследника, и вследствие этого недоброжелательно14». Изначально корыстолюбие претит юному герою, но факт того, что в обществе это является нормой, не дает ему уйти от мысли, что он находится рядом с князем лишь из-за наследства. Подозрения, падающие на него, глубоко ранят и тревожат Иртеньева, он очень сильно переживает этот этап своей жизни.

Чем лучше Николенька узнает людей, окружающих его, тем дальше он от них отдаляется. И в поисках понимания он начинает близко общаться со студентами-разночинцами. Но и здесь Толстой ярко демонстрирует неоднозначность привязанностей и чувств героя, ведь Иртеньеву неприятны манеры студентов, особенности их общения между собой и внешнего вида.

«Несмотря, однако, на эту, в то время для меня непреодолимо-отталкивающую внешность, я, предчувствуя что-то хорошее и этих людях и завидуя тому веселому товариществу, которое соединяло их, испытывал к ним влеченье и желал сблизиться с ними, как это ни было для меня трудно15».

Но контакт с ними, понимание их простоты, поэтичности, удали, честности все-таки еще больше противопоставляет светский мир и Николеньку: «Так что же такое была та высота, с которой я смотрел на них? Мое знакомство с князем Иваном Ивановичем? Выговор французского языка? дрожки? голандская рубашка? ногти? Да уж не вздор ли все это? - начинало мне глухо приходить иногда в голову под влиянием чувства зависти к товариществу и добродушному, молодому веселью, которое я видел перед собой16».

Процесс становления личности в трилогии Толстого остается незаконченным. Но лишь потому, что и само произведение незакончено. Как известно, «Юность» не была дописана Л.Н. Толстым до конца, и опубликовал он лишь ее первую половину, вероятно, собираясь продолжить после. В том числе это хорошо прослеживается и из заметок писателя: «К Юности. Пробует ученой, помещичьей, светской, гражданской деятельности и наконец военной. Это удается ему, потому что она ничего не требует, или потому, что, потеряв всю энергию, по всякой дорожке он может идти, ничего на ней уж не делает, но зато и не свихнется17».

«При некоторой незавершенности трилогии, повести, входящие в ее состав, представляют собой целостное художественное произведение, отмеченное не только единством героя, но и единством своей проблематики. Противоречивость Николеньки Иртеньева не лишает его значительной внутренней целеустремленности. Он не хочет покорно подчиняться условиям и находит в себе силы противопоставить свое отношение к жизни общепринятым нормам18», - отмечает М.Б. Храпченко.

Ощущение чистоты и незамутненности проходит через все повествование о жизни Николеньки Иртеньева. Чувства высоких нравственных требований проходят вместе с ним весь путь его исканий: места в жизни, призвания.

На примере данной трилогии можно проследить основное психологическое и мотивационное направление литературы о детях:

·вскрыть причинно-следственную связь между событиями детства и организацией личности в зрелости;

·обновить и пробудить ясность чувств сопереживания, первой любви, первооткрытие мира и т.д.;

·использовать прием первого столкновения - «взгляда впервые», разрушающего шелуху многих ложных представлений и ложных связей, которые взрослый человек воспринимает уже как данность, не задумываясь об их происхождении;

·обратить внимание на непреходящие ценности, показать диалектику развития нравственного чувства19.

Достигается это все с помощью препарирования чувств и детализации противоречий, рождающихся под воздействием поистине новаторского способа осмысления жизни. Помимо этого, на примере повестей этого цикла, ярко видны принципиальные отличия в языковых и стилистических пластах произведения, нежели в произведениях для детей Толстого. Так на уровне синтаксиса - это большое количество осложнений (деепричастные и причастные обороты), на уровне композиции - более глубокое повествование и важность психологической детали в нем.

Все сделанные нами наблюдения дают возможность прийти к заключению о том, что разграничение литературы о детях и литературы для детей происходят абсолютно по всем уровням анализа текста. Также мы можем четко сформулировать основные черты литературы о детях, которую нам предстоит разбирать в практической части нашего исследования. Тема детства у Толстого становится философской, психологической. Он становится создателем образца литературы подобного типа. В педагогических работах Толстой озвучивает принципы создания детских произведений.

Это и позволяет нам совершенно объективно считать Л.Н. Толстого одним из первых авторов, проникшихся идей важности детской литературы, поставивших ее на одну ступень с литературой для взрослых. Повести

«Детство», «Отрочество», «Юность» стали основополагающими для развития темы детства в русской литературе и оказали важнейшее влияние на становление подобной темы у В.Г. Короленко, Д.В. Григоровича, Д.Н. Мамина-Сибиряка, А.П. Чехова и А.И. Куприна.

§4. Социальный аспект детской литературы в творчестве А.И. Куприна

Конец XIX - начало XX века - это период наиболее интересный для рассмотрения детской литературы в социальном аспекте. Тематика, которую усиленно скрывали в литературе для детей, в литературе о детях этого времени звучит особенно мощно. А.П. Чехов и Н.Г. Гарин-Михайловский, Д.В. Григорович, В.Г. Короленко и А.И. Куприн - вот только краткий список авторов, которые затронули тему «униженных и оскорбленных» детей.

Важно понимать, что современники эту литературу как детскую не инициализируют, относя ее ко взрослой по принципу затрагиваемой в произведениях острой проблематики.

Традиционно в подобной литературе поднимается две основные темы: ребенок в гимназии, не имеющих там никаких прав не получающий никаких знаний, а целыми днями занимающийся бесполезной зубрежкой (тут необходимо вспомнить большое количество чеховских юных героев, «противостоящих» древним языкам). И, конечно, тема детей из низших сословий лишенных детства, которые с самого раннего возраста вынуждены зарабатывать себе на жизнь, заниматься каторжным трудом.

Обе проблемы стоят в обществе настолько остро, что никак не могут пройти мимо литераторов, и часто находят в их произведениях резкое решение. В.Г. Короленко так пишет о гимназическом формальном воспитании в своем произведении «Истории моего современника»: «... в моей памяти этот маленький эпизод остался на всю жизнь. Бессмысленный окрик автомата случайно упал в душу, в первый еще раз раскрывшуюся навстречу вопросам о несовершенствах жизни и разнеженную мечтой о чем-то лучшем...

Впоследствии, в минуты невольных уединении... в памяти среди многих важных эпизодов... неизменно вставала и эта картина: длинный коридор, мальчик, прижавшийся в углублении дверей, с первыми движениями разумной мечты о жизни, и огромная мундиро-автоматическая фигура со своею несложною формулой:

Вып-порю мерзавца!..20»

Сходные эмоции можно прочитать и в статье публициста Н.Я. Абрамовича: «Ребенок, переодетый из домашней курточки в ученическую блузу, оказывается маленьким солдатом или маленьким чиновником. У нас пока царит над душой детей фельдфебель, и печальные следы непосильной борьбы детской души с грубой силой фельдфебеля - всюду перед нами... Где учат его (ребенка) благоговению перед грубой силой и тщательно закрывают живой мир истинной человечности? Где получает он первое представление о казенной сухости жизни и об отталкивающей скуке занятий? Ответ: по преимуществу, конечно, в казенной школе... Если ребенок от природы наделен не вялой пассивностью натуры, а живой волей, несгибающейся индивидуальностью и инстинктом свободы, то ему придется совсем плохо в школьном мире. Между ним и школьной бюрократией возгорится борьба, на которую уйдет много драгоценных сил детской души. И редко-редко такая борьба кончится счастливо для ребенка... Обыкновенно это кончается иначе: или затравленный ребенок школой выбрасывается, или же он смиряется, теряет волю и превращается в безличность...21»

В связи с этим можно говорить о том, что гимназическое воспитание было поводом для обсуждения и писателей, и педагогов, и публицистов. Поэтому вовсе не странно, что и А.И. Куприн вспоминает собственное детство, проведенное в стенах пансиона, в очерке «Памяти Чехова»: «Бывало, в раннем детстве, вернешься после долгих летних каникул в пансион. Все серо, казарменно, пахнет свежей масляной краской и мастикой, товарищи грубы, начальство недоброжелательно. Пока день, еще крепишься кое-как, хотя сердце нет-нет - и сожмется внезапно от тоски. Но когда наступает вечер, и возня в полутемной спальне уляжется, - о, какая нестерпимая скорбь, какое отчаяние овладевает маленькой душой22».

Становится очевидно насколько эта тема является для Куприна личной. Не залечила жизнь шрам, оставленный с детства сначала годами пансиона, а затем и кадетского училища. Все это, безусловно, повлияло на развитие одной из важнейших тем его творчества: школа и ребенок. Его произведения «На переломе» и «Храбрые беглецы» являются вершиной ее развития.

Обеспокоенность будущим и настоящим детей не могла не привести А.И. Куприна в детскую литературу. Он становится автором множества рассказов, в которых постоянно напоминает о том, какая трагическая судьба выпала на долю его маленьких героев: «И встали в его воображении все эти беспомощные, детские фигуры, мерзнущие на чердаках, дрожащие в промозглых подвалах, бегущие на улицах с назойливым «Христа ради» за прохожими... девочки, едва научившиеся говорить и уже составляющие предмет гнусной торговли, малолетние преступники, воришки и пьяницы...23».

Куприн, безусловно, писал свои произведениях о детях для взрослых, надеясь вызвать в них гнев и возмущение. Подобные произведения с явным протестом против поднимающихся проблем появляются в творчестве Куприна регулярно, начиная с 1889 и до 1899 года. И, естественно, всякие попытки сделать из подобной литературы что-то несерьезное вызывали у автора негодование, что, впрочем, как мы уже упоминали ранее, было вполне распространенным явлением для того времени. Так С. Черный осмеял подобные попытки детских авторов в своем стихотворении «Сиропчик» (1910 г.):

Дама, качаясь на ветке, Пикала:

«Милые детки!

Солнышко чмокнуло кустик. Птичка оправила бюстик

И, обнимая ромашку, Кушает манную кашку... Дети в оконные рамы Хмуро уставясь глазами, Полны недетской печали Даме в молчаньи внимали. Вдруг зазвенел голосочек:

«Сколько напиликала строчек24?»

Куприн очень тонко понимает различие между литературой о детях и литературой для детей, и поэтому смело заявляет о том, что и литература для детей может читаться взрослыми с интересом, имея целью разбудить в них то детское, что давно забыто. Эту мысль, в частности, он озвучивает в статье о Саше Черном: «Так же, как Чехов, Саша Черный необычайно мил, прост, весел, трогателен и бесконечно увлекателен, когда он пишет для детей или о детях. Его произведения последнего рода читаются и воспринимаются с одинаковым наслаждением как взрослыми, так и детьми25».

Рассказ А.И. Куприна «В недрах земли» - яркий пример социальной детской прозы, жанра, популярность которого на стыке веков трудно переоценить. На наш взгляд это произведение наиболее показательно для демонстрации всех основных социальных аспектов в детской литературе того времени.

«В недрах земли», как и многие произведения этого автора, стал квинтэссенцией личных переживаний и наблюдений. В частности, известно о его посещении Донбасских угольных шахт в качестве корреспондента газеты. В разном объеме это отразилось в его повести «Молох» и очерке «В главной шахте».

Вполне очевидно, что главным образом Куприна интересует жизнь и быт детей, работающих в шахтах. Им приходится куда тяжелее, чем взрослым. И вовсе не удивительно, что ему приходит образ шахты-Молоха, который сначала проглатывает, пережевывает, а потом переваривает детей.

Писатель отмечает одну из самых важных особенностей детской психологии - заинтересованность техникой, инженерией, которая сидит в каждом мальчике с рождения. Герой произведения, Васька Ломакин, искренне и неподдельно интересуется тем, как устроен механизм клетки, которая поднимает и опускает рабочих в шахту, как нужно управлять сложной системой рычагов и т.п. Невольно и сам читатель проникается этой заинтересованностью.

Шахта изображена как ужасное чудовище в произведении. Ваську, героя очерка, безумно страшат глаза директора шахты, которые смотрят на него с безразличием, смотрят даже не на него, а сквозь, только подчеркивая ничтожность Ломакина. Конфликт обостряется тем, что Васька попадает на шахту из деревни, где он родился и жил. Мир чистой природы с которым нераздельно связана деревня, противопоставляется с миром шахты. Сам рассказ начинается с оппозиции описаний этих двух миров: «…там и сям дрожат, переливаясь и вспыхивая разноцветными огнями, брильянты крупной росы26...»

это описание противопоставлено контрастному описанию мрачной и мерзкой шахты, грязь которой только лучше заметна в свете утреннего солнца. И весь сумрак самой шахты передается людям, работающим в ней. Грубость и дикость новой семьи Ломакина является следствием каторжного труда, который составляет основу бессмысленного существования шахтеров: «Обыкновенный деловой разговор, товарищеская шутка переходили в страшный взрыв ненависти. Только что мирно беседовавшие люди бешено вскакивали в места, лица бледнели, руки судорожно стискивали рукоятку ножа или молотка, из дрожащих опененных губ вылетали вместе с брызгами слюны ужасные ругательства27...».

Описание подобных сцен в детской литературе - редкость. Но А.И. Куприн не постеснялся оставить их в своем повествовании, заявив о том, что в этом мире существуют дети, которые «…все поголовно напиваются по воскресеньям до бесчувствия, играют на деньги в карты и не выпускают папиросы изо рта28...».

Рядом с Васькой Ломакиным оказывается маргинальный персонаж - Грек. Несмотря на всю свою озлобленность и грубость, он начинает проявлять по отношению к маленькому герою нечто похожее на заботу. И это незамедлительно пробуждает в Ваське детскую благодарность, которая ищет возможность проявится во внешнем мире. Но тот мир, в котором живет Ломакин, не поощряет проявления чувств. Наоборот, их скрывают как можно глубже за внешней стеной грубости. Проблема формирования детского характера не стоит на первых ролях в этом рассказе, но безусловно проходит сквозь весь рассказ Куприна.

Портрет Васьки Ломакина не психологизирован, однако, в нем нарочито подчеркиваются некоторые черты, воспринимаемые как юным, так и взрослым читателем: «смешно вздернутый нос...», «совершенно черное от угольной пыли лицо...», на котором очень ярко выделяются «доверчивые и наивные» голубые глаза29. Внешность специально создается как отражение внутреннего мира юноши: бедная, серая, заурядная.

Все это Куприн пишет лишь для того, чтобы подготовить читателя к кульминационному эпизоду повествования - обвалу шахты. Напряженность и трагичность обстановки, когда мальчик остается один на один со смертью, помогает максимально раскрыть истинный характер Васьки. В центре этой критической ситуации лишь один персонаж - маленький мальчик. И жизнь или смерть Грека зависит только от него. Сюжет подводится к тому, что читатель понял: что же стало с мальчиком Васькой за полгода, которые он провел в шахте.

Такие испытания характерны для творчества Куприна. И тем сдержаннее на этом фоне выглядит концовка произведения: «...взгляд, которым эти два человека обмениваются, связывает их на всю жизнь крепкими и нежными узами30...».

Исходя из всего вышесказанного мы можем сделать вывод о том, что в творчестве А.И. Куприна присутствуют все характерные для литературы о детях черты. Таким образом, мы вполне можем считать писателя достойным продолжателем традиций Л.Н. Толстого, А.П. Чехова, В.Г. Короленко. В то же время надо отметить, что наличие беллетристических составляющих в творчестве Куприна делает его одновременно интересным и для взрослых, и для юных читателей.

§5. Образ подростка в детской литературе начала ХХ века на примере творчества А.П. Гайдара

Изучая все тщательнее мир детства, особенности характера, причинно- следственные связи, объясняющие поступки, которые совершает ребенок, раскрывая подробнее его внутренний мир, писатели ХХ века раскрывают этот образ все шире, углубляя его со всех сторон. Именно в этот период на первый план в литературе выходит образ самостоятельной личности ребенка, героя- идеолога. В связи с чем это происходит? В первую очередь это безусловно связано с политической ситуацией в стране. Новый литературный герой призван был помочь юному читателю пережить трудное время войны и революции.

Именно такие цели и преследует А.П. Гайдар, создавая свою знаменитую повесть «Тимур и его команда». «Его новая повесть, как и кинофильм, должна помочь советским ребятам найти своё место в тяжёлую военную пору31». Это не первое произведение Гайдара о детях: «Чук и Гек», «На графских развалинах»,

«Судьба барабанщика». Но это произведение принципиально отличается от остальных появлением в нем героя-подростка, который способен на самопожертвование. Как раз такой и герой был и необходим юным читателям в тот непростой период. И результаты даже превзошли ожидания: после печати этой повести в стране зародилось массовое движение «тимуровцев», а главный герой стал иконой мужества.

Тимур - истинный боец и настоящий друг, который тайно защищает вместе со своими товарищами дома, отмеченные красной звездой. Повесть можно считать в некотором роде автобиографичной, ведь Гайдар сам прошел подобный Тимуру путь. Как известно, в 13 лет он познакомился с революцией, а к 17 уже носил звание подполковника. По мнению Гайдара возраст 12-14 лет является переломным в формировании личности ребенка, потому что именно в этот период юноша впервые сталкивается с самостоятельной жизнью. Именно поэтому писателя и интересует психология и внутренний мир ребенка именно этого возраста, в этот период ему предстоит выбрать: по какому пути в жизни он будет идти. И все герои повести встают перед этим выбором, и, что самое главное, совершают его осознано. Часть героев выбирает путь сподвижничества семьям красноармейцев, оставшихся без мужчин, ушедших на фронт (Тимур и его команда), а часть выбирает путь воровства, как более простой и приносящий материальную прибыли (Квакин и его шайка).

Вновь считаем необходимым обратить внимание на то, что Гайдар почти не описывает внешность героев, уделяя особое внимание их психологии, тем или иных событиям, повлиявшим на формирование их характера. Поэтому мы отмечаем отступление Гайдаром от традиции Достоевского, в которой важное место уделялось семье и взаимоотношением в ней, как важным и влияющим на становление личности ребенка. Автор опирается только на социально- политическую обстановку того времени, поэтому его подход к ребенку принципиально иной. Подросток отныне сам принимает решения и отвечает за этот выбор. Так, например, это видно в эпизоде когда Тимур крадет у дяди мотоцикл: «Рита! - горько сказал он, становясь на колено и целуя собаку в морду. - Ты не сердись! Я не мог поступить иначе32». Так на первый план выходит уже не взаимодействие ребенка и взрослого, а детей между собой. Старшие остаются в жизни, но уже только в качестве положительно образца, советчика и помощника.

Таким образом рождается главное противостояние повести: Тимур Гараев против Мишки Квакина.

На этом фоне для Гайдара становится ключевым противопоставление именно поступков этих героев: Тимур вместе со своими друзьями помогает обществу, тайно и бескорыстно. Квакин же со своей бандой целыми днями лазает по чужим садам, ворует там яблоки, совершенно не стесняясь этого и не скрывая. Даже сам факт того, что у Тимура - «команда», а у Квакина - «шайка», ставит их в оппозицию. «Команда» объединяется на почве сходных идеологических и моральных ценностей. В то же время и «шайка» едина в своих стремлениях: им хочется просто получать от жизни удовольствия и ничего не делать.

Однако, герои повествования имеют и общие черты. Оба самостоятельны, сильны духом. Они даже оба пронизаны уважением друг к другу, как к сопернику.

Сильный характер Тимура, его «взрослость» видны не только в поступках, но и в речи героя. Он сдержан даже в общении со своими товарищами, никогда не дает волю своим эмоциям. Так же ведет себя и его антипод Квакин, поэтому их диалог скорее похож на беседу двух старых товарищей, чем оппонентов:

«Легко помахивая сорванной веткой, Тимур шел Квакину наперерез. Заметив это, Квакин остановился. Плоское лицо его не показывало ни удивления, ни испуга.

Здорово, комиссар! - склонив голову набок, негромко сказал он. - Куда так торопишься?

Здорово, атаман! - в тон ему ответил Тимур. - К тебе навстречу33».

Это лишний раз подтверждает и реакция Ольги, которая видела этот разговор со стороны: ей показалось, что Тимур и Квакин - друзья. Они оба - романтики. Но Тимур уже почти совсем взрослая, сформировавшаяся личность, тогда как Квакин пока еще просто подросток, который хочет победить в детском соперничестве. Он в первую очередь даже не до конца понимает какие поступки являются верными, а какие нет. И это подтверждает один из его разговоров со своей правой рукой, Фигурой:

«− Слушай, это ты в тот сад лазил, где живет девчонка, у которой отца убили?

Ну, я.

… ты мне хоть и друг, Фигура, но никак на человека не похож ты, а скорей вот на этого толстого и поганого черта34».

Квакин точно знает, что Фигура поступил, как подлец, но не может признать этого, хотя и полностью согласен с Тимуром. И это одновременно доказывает и наличие благородных черт в личности Квакина, и незрелость его характера.

Гайдар оценивает своих героев по тому, как они проявляют себя в обществе. Поэтому весь смысл оппозиции этих двух персонажей раскрывается в конце произведения словами Ольги: ««Ты о людях всегда думал, и они тебе отплатят тем же35». Такие люди, как Тимур, основа любого общества, они никогда не останутся одни.

Завершая анализ произведения Гайдара, мы обращаем внимание на то, что он с успехом продолжил многие традиции, заложенные авторами XIX века. Но одновременно с этим А.П. Гайдар выступает и в роли новатора: герой-подросток теперь не просто мальчик, теперь он самостоятельная личность, которая может выступать в роли опоры и защиты обездоленных. Он больше не преодолевает обстоятельства жизни, теперь он их просто не замечает, ведь у него есть цель: не думая о себе, он ведет за собой других. Герой Гайдара несет ответственность перед другими, у него появляется чувство долга.

Таким образом, проследив эволюцию произведений детской литературы от XIX века до начала ХХ, мы можем приступить к анализу романа Д.И. Василенко

«Жизнь и приключения Заморыша», а так же отследить в нем этапы формирования детского характера, события, с которыми они были связаны, обстоятельствами, которые вызвали те или иные изменения в личности главных героев, взаимодействие этих героев с окружающим миром, людьми и т.п.

Глава 2. Становление детского характера в романе Д.И. Василенко «жизнь и приключения заморыша»

§1. Д.И. Василенко: жизнь и творчество

Иван Дмитриевич Василенко родился 20 января 1895 года в селе Макеевка бывшего Таганрогского округа Всевеликого Войска Донского (ныне город Макеевка) в семье волостного писаря. В 1902 году его семейство переехало в Таганрог. В 1912 году Иван Василенко стал учителем в сельской школе, окончив четырехклассное городское училище. Далее поступил в Белгородский педагогический институт, но довольно быстро был исключен за организацию марксистского кружка, поэтому дальнейший путь Василенко в педагогическом направлении был закрыт, и писатель работал счетоводом земельном банке Таганрога. После пришествия советской власти И.Д. Василенко стал заведующим отдела труда в ревкоме, позднее руководителем отдела народного образования, занимался преподавательской деятельностью.

Во период Великой Отечественной войны активно писал в военные газеты. Его единственный сын Фёдор, бывший лётчиком-истребителем, погиб под Конотопом в воздушном сражении.

Писателем И.Д. Василенко стал в тридцать девять лет, когда под тяжестью болезни оказался прикован к постели. Как писателя Василенко заметил знаменитый литератор В.В. Вересаев. В годы войны его посетил тяжело больной и немолодой учитель и показал свою первую книгу, написанную для детей в 1937 году. Вересаев прочитал произведение и так отреагировал на творчество Василенко: «Передо мной... талантливый, совершенно сложившийся писатель, со своим языком, с великолепной выдумкой, с живыми образами». Этапа обучения у писателя И. Василенко не было: первые же написанные им книги сразу ушли в печать.

Основные произведения писателя, изданные в Москве: «Волшебная шкатулка» («Детгиз», 1941), «План жизни» («Мол.гвардия», 1948), «Мои друзья» (повести и рассказы) («Сов. писатель», 1946), «Детство актера - Артемка в цирке» («Правда», 1952), «Приказ командира» («Детизд», 1953), «Волшебная шкатулка» (повести и рассказы) («Моск. рабочий», 1953), «Избранное» («Сов. Писатель», 1956), «Золотые туфельки» («Детизд», 1958), «Избранные произведения для детей и юношества» («Детизд», 1960), «Жизнь и приключения Заморыша» («Детгиз», М., 1962) и др.

Изданы в Ростове и других областных издательствах: «Случай со шкатулкой», повесть (Ростиздат, 1938); «Суворовцы» (Ростиздат, 1945);

«Необыкновенные происшествия», фант.рассказы (Ростиздат, 1946); «Мои друзья» («Краснод. кн. из-во», 1948); «Рассказы» (Душанбе, 1966) и др.

Издавался в ростовских альманахах и в целом ряде журналов - «Пионер»,

«Молодая гвардия» и др. Вступил а Союз писателей в 1944 году.

Большинство его повестей и рассказов, которые были написаны за тридцать лет творческой деятельности, многократно переиздавались в различных издательствах и пользовались большой популярностью как у детей, так и у взрослых. Большая часть произведений переведена на английский, немецкий, румынский, французский, польский, болгарский, чешский языки. За повесть «Звездочка» (1948) - о жизни учащихся ремесленного училища - И.Д. Василенко был награжден Сталинской премией третьей степени (1950). По произведениям «Волшебная шкатулка», «Артемка в цирке», «Звездочка» были сняты фильмы.

Писатель прожил в Таганроге шестьдесят пять лет, то есть практически всю свою жизнь. Творческая деятельность Василенко находится в неразрывной связи с этим городом. Василенко был прекрасно знаком с историей Таганрога, судьбами большинства горожан. В произведениях писателя нашли отражения местный колорит, родные места, памятные встречи, легенды и факты. В его рассказах и повестях легко узнаются достопримечательности города: театр, гимназия, каменная лестница, море и т.п. Море присутствовало почти в каждом его произведении, в том числе и рассматриваемом нами.

Умер писатель 26 мая 1966 года. Похоронили его на Старом городском кладбище Таганрога, рядом с захоронением его жены, умершей в 1944 году. На надгробии написано: «Детскому писателю - лауреату Государственной премии, автору повестей «Артёмка в цирке», «Звёздочка», «Волшебная шкатулка»,

«Жизнь и приключения Заморыша» и др. - от благодарных таганрожцев».

И.Д. Василенко награжден орденом «Знак Почёта» и медалями.

В память о писателе в его родном городе, в доме, где когда-то жил писатель вместе со всей своей большой семьей с 1923 по 1966 годы, открыт дом-музей Василенко. Именем писателя назвали Детскую библиотеку в Таганроге (филиал Таганрогской городской публичной библиотеки имени А.П. Чехова). В мае 2010 года рядом с домом писателя открыли памятник герою произведения Василенко Артемке.

Огромный угловой одноэтажный особняк, так же, как и соседний с ним справа, разделенные старинными воротами, в 1873-1890 гг. принадлежали генерал-майору Летуновскому и его наследникам. В 1898 г. домовладение числится за Щукиной, в 1906-1916 гг. - за Н.И. Бардашевым. В 1923 году дом был реквизирован советской властью и передан И.Д. Василенко (в то время работающему в Горсовпрофе). Здесь жили, кроме самого Василенко, его сына и жены, еще и его мама с папой, а также сестра и племянник. В 1930 г. К ним переехала еще одна сестра Василенко с мужем и сыном. Две комнаты в углу дома занимала семья учителя Косьмина.

Далее мы переходим непосредственно к анализу романа Д.И. Василенко

«Жизнь и приключения Заморыша».

Роман состоит из четырех повестей: «Общество трезвости», «Весна»,

«Подлинное скверно», «В неосвященной школе». Последовательно проанализируем каждую из них, чтобы как можно подробнее рассмотреть художественные образы, которые использует автор для демонстрации формирования детского характера в своем произведении.

§2.«Общество трезвости»

«Когда я родился, то принялся громко кричать. Меня спеленали и положили около матери. Я еще немного покричал и затих36», - такими словами начинается первая повесть о жизни и приключениях Мити Мимоходенко. Подобно Толстому, Василенко начинает описывать мир ребенка в деталях с самого начала повествования. Пусть этот мир пока состоит лишь из звуков или их отсутствия, но это крайне важно, потому что является первым знакомством с окружающей действительностью, первым взглядом на нее детскими глазами. Кроме этого, необходимо отметить появление в первых ж строках матери героя, как важнейшей в этом возрасте составляющей мира.

Постепенно мир расширяется для героя от размеров шкатулки, в которой он лежал на печи, до деревни, в которой и жила его семья: «Подрастая, я узнавал и многое другое, например то, что мы живем в деревне, а деревня - такое место, где живут мужики37». Василенко сразу же описывает деревню с социальной точки зрения: «Мужики - это люди, которые сеют пшеницу и жито. Пшеницу, когда ее обмолотят, они отвозят в мешках в город и там сдают на хлебную ссыпку греку-живодеру Мелиареси, а сами едят хлеб житный38». Автор сразу же обращает внимание читателя на социальное неравенство, которое еще неосознанно, но все-таки отмечает Митька Мимоходенко. Далее он продолжает эту тему, разделяя обитателей города на «компании»: «Кроме нас и мужиков, в деревне еще жили пан Шаблинский, доктор, батюшка с дьяконами и псаломщиками, фельдшер, урядник и учитель. Они хлеб ели пшеничный, махорку не курили, мужикам говорили «ты» и землю не пахали. Но между собой тоже различались. Доктор и батюшка были в одной компании, учитель и фельдшер - в другой, а к нам в гости ходил только псаломщик39». Герой романа является сыном писаря, к слову сказать, как и Д.И. Василенко, что соответствует автобиографичности произведений этой направленности, о которой мы говорили выше.

Ощутить же и себя, а не только окружающих, частью этой социальной системы Мите доводится в эпизоде, когда его старшая сестра Маша повела их с братом играть с панычем в горелки. Наивные дети предполагают, что ничего не сможет им помешать провести время с таким же, как они, ребенком, однако, суровая реальность встретила их на пороге дома пана Шаблинского: «Писаревы дети?! Пришли играть с Коко́ ?! Николя́ , я еще раз спрашиваю вас: что

происходит вокруг нас40?»

С таким жизненным опытом Митя переезжает вместе с семьей в город. Здесь читатель знакомится с еще одним детским персонажем произведения

девочкой Зойкой, ровесницей Мити. Из всей внешности ее описаны только рыжие волосы, будто для того, чтобы специально выделить ее среди других, показать, что она особенная. И, действительно, Зойка разительно отличается от Мити своим жизненным опытом, хотя, и является его ровесницей. Это становится наглядно видно в эпизоде на базаре: «Барыня покопалась в серебряной сумочке и бросила к ногам девочки две копейки. Девчонка оглядела барыню зелеными глазами и дерзко усмехнулась:

Жалко, мадам, что при мне мелочи нету, а то б я вам сдачи дала. - Да ногой с грязной пяткой и отшвырнула монету.

У барыни лицо стало красное, как бурак.

Степан, - сказала она, - стегани эту сволочь!..

Кучер поднял кнут, но девчонка не испугалась. Она еще ближе подошла к кучеру и, как змея, прошипела:

Только попробуй! Я тебе всю бороду выщипаю!..

И кучер ударил не ее, а лошадь и повез свою барыню из толпы. Люди смеялись и говорили:

Ну и Зойка! Саму мадам Медведеву отбрила41!..»

Совсем не таким смелым и дерзким выглядит Митин отец, возглавивший по приезду в город чайную читальню общества трезвости. Он расшаркивается перед попечителями и прочими, стоящими выше по статусу, посетителями чайной. «Танцует», - говорит об этом мама героя, с одной стороны подтрунивая над мужем, а с другой стараясь как-то смягчить и сгладить эти унижения в глазах детей.

Д.И. Василенко мастерски создает картину восприятия ребенком окружающего мира на первых порах его жизни: социальные неравенства уже видны, даже очевидны взрослому читателю, но ребенком пока еще не воспринимаются остро, он находится как бы в состоянии наблюдения, познания, сбора информации. Поэтому все эти ситуации описываются с юмором, в них подчеркивается комическое, демонстрируя тот уровень восприятия действительности, на котором находится в данный период развития Митя.

Но Заморыш постепенно взрослеет, мир вокруг него во всех направлениях, как в физических масштабах: от деревни до города, так и в количестве людей, составляющих круг общения: от семьи до посетителей чайной читальни:

«Каждый день происходило что-нибудь новое: то ввалится пьяный, буянит, ругается, и мы с Витей бежим в полицейский участок за городовым; то придет фокусник и начнет глотать огонь и разбитое стекло; то появится новый босяк, такой занятный, что все бы слушал и слушал, как он рассказывает о своих скитаниях42». Так в памяти у Мити остался один из посетителей, давший опосредовано ему напутствие на дальнейшую взрослую жизнь: «Считай, как знаешь, - ответил тот ему. - Ежели человек, который у всех учится, есть колдун, значит, и я колдун. А по-моему, нет глупей того человека, будь он даже профессор, который только других учит, а сам ни у кого не учится43».

Но все же одним из самых главных персонажей, не имеющих отношения к семье Заморыша, безусловно становится Зойка. В следующую свою встречу с Митей она спасает его от старшего мальчика, который пытался надрать ему уши, тем самым давая начало бескорыстной и чистой детской дружбе: «Нет, - ответила девчонка. - Я тут одному нос расквасила: пусть не нападает на маленьких44». Девочка привлекает Митю своей смелостью, непосредственностью, жизнелюбием, даже не смотря на то, что часто подтрунивает над ним, называет заморышем и цыганенком. Василенко хочет подчеркнуть, что именно эти человеческие качества в незамутненном взгляде ребенка играют пассионарную роль, заставляют тянуться к демонстрирующему их человеку.

Еще одним важнейшим человеком в формировании личности героя становится половой Петр: «Вдруг со скамьи в углу поднялся человек, широкоплечий, высокий, и не спеша подошел к Пугайрыбке. Громила, посвистывая, продолжал разглядывать обломки. Человек нагнулся, взял его за воротник и приподнял. Ты что? - повернул к нему голову Пугайрыбка.

Не отвечая, человек повел его к выходу.

Какой-то оборванец, очнувшись, распахнул дверь. Человек нагнул Пугайрыбку и коленом двинул в зад.

Нн-гав! - вырвалось у громилы из груди, и он ткнулся носом в снег.

Все ожидали, что Пугайрыбка, никогда не знавший отпора, вернется и схватится со смельчаком. Но он не вернулся. И вообще больше в чайную никогда не заглядывал. А тот, кто так его проучил, спокойно прошел в свой угол45». Сила, смелость, благородство Петра привлекают абсолютно всех членов семьи Мимоходенко. Но главное, что подкупает Митю, это то, что взрослый Петр никогда не отказывает ему в общении. Для ребенка в таком возрасте это очень важно, когда взрослый уделяет ему время, относится без снисходительности, общается, как с равным: «О чем бы я Петра ни спрашивал, он всегда мне отвечал. И за это я его любил. Конечно, не только за это, а еще за то, что он не танцевал перед Протопоповым и барынями и никого на свете не боялся.

И все мы Петра полюбили. На базаре жить было страшно: ночью кругом ни души, кричи не кричи - никто тебя не услышит. А с тех пор как у нас поселился Петр, мы больше никого не боялись, даже самого Пугайрыбку, и спали спокойно».

В противовес Зойке в повествовании появляется другая девочка, Дэзи. Она из обеспеченной семьи попечителей чайной читальни, тоже ровесница Мити и Зойки. Дэзи тоже видится Заморышу в ярком свете, представляется ангелом, однако, ее описание у Василенко состоит лишь из подробностей и деталей одежды, без изображения внешних черт. Автор противопоставляет свет аристократического общества и свет внутренний, естественный, но все-таки делает акцент на том, что Дэзи еще ребенок, с детским и наивным пониманием мира: «А почему ты такой худой? Тебе не дают хлеба, да? Мама тоже не ест хлеба, чтобы сохранить талию. А где тебе елку поставят? А шпага у тебя есть? У Шурика шпага еще деревянная, но он сказал, что все равно будет из-за меня драться на шпагах с самим капитаном Протопоповым. А почему у вас так много столов? А шоколад «Пок» ты любишь? А какие у тебя коньки? «Снегурочки»? У меня «снегурочки» и еще… как их? Вот забыла…46» - эти строчки ясно дают понять, что Дэзи еще совсем ничего не знает о жизни, отгораживаемая от нее «заботой» родителей.

Связующим звеном между Митей, Зойкой, Петром и Дэзи становится книга «Каштанка» А.П. Чехова, который был земляком Д.И. Василенко. Впервые ее приносит в чайную читальню Петр, купив ее на базаре, чтобы порадовать загрустившего Митю. Несколько вечеров подряд они с интересом читают

«Каштанку» вместе, Заморыш с нетерпением ждет нового дня, чтобы узнать продолжение книги. В итоге Петр дарит книгу Мите, чем вызывает в нем еще большую любовь и привязанность. Книга как бы становится символом этих чувств, ведь когда Зойка болеет, Митя регулярно ходит к ней домой, чтобы уже самому читать «Каштанку» неграмотной Зойке: «Оттого, что книжку эту мне читал Петр, а потом я сам ее перечитывал два раза, я больше уже не запинался и читал так, точно знал каждую строчку наизусть. Сначала Зойка смотрела на меня сердито и недоверчиво, потом совсем забыла обо мне и слушала, расширив свои зеленые глаза и полуоткрыв рот47».

И еще позже именно эту книгу добродушный Митя решил подарить Дэзи, свою главную ценность он захотел презентовать той девочке, которой не переставая восхищался с первой встречи: «Зачем я взял книжку, зачем?! Сколько раз я с упреком задавал себе этот вопрос. А затем, что еще тогда, когда мне ее дал Петр, я решил ее подарить Дэзи. Да, я решил ей подарить именно книжку, потому что лучше этой книжки я ничего не знал и ничего у меня не было48».

Таким образом, Василенко делает из книги Чехова о детях символ, связующий в его произведениях и детей, и взрослых. Символ, воплощающий все самое лучше и искреннее, что может быть в ребенке, в человеке.

Впервые в чайной читальне Митя сталкивается и с разговорами о революции. Он еще не все до конца понимает, но уже совсем не так наивно по- детски воспринимает эти разговоры: «Что такое революция, я не знал, но мне в этом не хотелось признаться. Витька сам объяснил:

Это чтоб не было царя и чтоб всем людям одинаково хорошо жилось на свете, понял? - Он сделал страшные глаза и зашипел на меня: - Только скажи кому-нибудь, что они эту книжку читали, только скажи!

Но я уже и сам понимал, что говорить нельзя: разве купчиха Медведева или Прохоров, который нас с Витькой обругал хамским отродьем, захотят, чтобы все люди жили одинаково! Мне только было непонятно, почему и от отца надо скрывать: неужели отец тоже не хочет, чтоб все люди жили хорошо49?»

Пока революция связана в сознании ребенка со словом тайна. Нельзя говорить о том, что читают разночинцы в чайной читальне, нельзя выдавать бунтовщика, который прячется на чердаке от жандармов. Но все-таки это уже не просто детская игра, где-то внутри Мити Мимоходенко начинает просыпаться солидарность с идеями рабочего класса, пока еще бессознательная: «Они шли не как попало, а в ногу, и пели жалобно и сердито, будто и плакали, и кому-то грозили. Я чувствовал, что от этого пения мне становилось трудно дышать, а в горле все щекотало и щекотало. И тут один мужчина поднял над головой красный флаг50».

После очередных наказаний за провинности, Заморыша начинают посещать мысли о том, не убежать ли из дома. Он мечтает, как его пример у себя Зойка и ее бабушка, как он будет охотиться, чтобы добывать пропитание. Впервые у мальчика появляются мечты о свободе и независимости, своей собственной, не той пролетарской о которой непонятно говорили в чайной читальне, а именно своей. Но все еще горяча в Мите любовь к маме, еще не готов он стать полностью самостоятельным и оторваться от семьи: «К вечеру, когда уши гореть перестали, верх взяло другое чувство - жалость к маме. Как она будет горевать, если я убегу из дому51!»

Так что совершенно не случайно именно в это время в город приезжает цирк. Д.И. Василенко делает цирк ярким и красочным символом свободы и независимости, привлекающим детей своими огнями и чудесами, предела которым нет на арене. Цирк заставляет верить, что предела этому не может быть и в жизни, заставляет стремиться к этому свету: «И я увидел то, что увидела и Каштанка, когда выскочила из чемодана мистера Жоржа: ослепительный свет и всюду лица, лица, лица». В цирке Митя снова видит Зойку, видит ее в первом ряду для высокопоставленных господ и барынь. Этим искусным приемом Василенко в очередной раз подчеркивает символичность этой цирковой свободы (не зря Зойка впоследствии станет акробаткой в цирке), безграничность возможностей окружающего мира, в который героям произведения еще только предстоит попасть.

Извините, доктор.

Но доктор не рассердился.

Ничего, ничего. - И вытер руки наволочкой. За это мне он очень понравился.

Когда доктор уходил, отец положил ему в руку серебряный рубль. Но доктор рубль вернул отцу обратно и сказал:

Нет, не надо. Заплатите только извозчику.

С тех пор доктор приезжал к нам через день, и отец каждый раз выносил извозчику по полтиннику. А о докторе говорил:

Чудный, чудный человек! Святой!

Отец всегда так: об одном он говорит: «Чудный! Святой!» - а о другом:

«Подлец! Мерзавец!» А часто бывало, что об одном и том же человеке он сегодня говорит - «святой», а завтра - «мерзавец». Но наш доктор, как потом я понял, был и не святой, и не мерзавец, а самый обыкновенный доктор, рубль же он не взял потому, что был доктором для бедных и ему мещанская управа платила жалованье. Лет пять спустя, когда заболел я, его опять позвали к нам. Тогда он уже в мещанской больнице не служил и рубль положил в карман52».

Таким образом, герой романа начинает понимать неоднозначность мира. Первый раз сталкивается с тем, что мир не делится на «черное» и «белое». Сегодня человек может быть святым, а завтра мерзавцем. Сегодня он может лечить тебя бесплатно, а завтра брать за это деньги. Мир неоднозначен, так же, как и люди в нем.

Заканчивается первая повесть бегством Мити из семьи. Первый этап становления личности ребенка завершен, маленький мир чайной читальне стал мал для Заморыша. Большая, яркая и насыщенная событиями жизнь ждет маленького героя. Одновременно с Митей из семьи убегает и его подружка Зойка. Точнее не убегает, а уезжает вместе с цирком: «Нету Зойки, нету, - забормотала она. - Увезли нашу Зоичку, увезли… Цирк увез, чтоб он сгорел, проклятый!..

Зачем? - не понял я. Бабка рассердилась:

«Зачем, зачем»? Не знаешь, что ли? В акробатки пошла, в попрыгуночки.

Будут ей теперь ручки-ножки выкручивать53».

Так, подгоняемый страхом перед наказанием дома, а так же бессознательным желанием к приключениям, Заморыш оказывается в порту, где встречает Петра, с котором они и отправляются на турецком пароходе в море, в большую жизнь.

В Крыму, куда привозит Петра и Митю пароход, для героя начинается почти самостоятельная жизнь. Он начинает самостоятельно зарабатывать деньги, чтобы хоть как-то помогать Петру, который взял на себя заботу о мальчике, собираясь в дальнейшем отправить его обратно домой к родителям. Значение связи, которая устанавливается между двумя героями, безгранично. Вспоминая произведения Куприна, мы обращаем внимание на то, как важен положительный пример для ребенка в лице взрослого. При этом Петр остается ему другом и самым дорогим человеком в дали от дома.

Там же, в Крыму, Митя впервые знакомится с царем. Царь очевидно противопоставляется рабочим, собиравшимся в чайной читальне, и читавшим революционную литературу. Для того, чтобы картина мира глазами ребенка была создана честно, автор просто обязан показать и противостоящую революционерам-рабочим силу: «- Петр, почему он в крови? Его убили?

Да, - сказал Петр.

Кто же его убил?

Царь.

Я, конечно, и раньше знал, что царь может любого человека и казнить и помиловать, но чтоб царь ходил ночью по дворам и убивал тех, кто его укоряет,

этому я не поверил. Значит, Петр опять сказал так, что его надо понимать по- разному54».

Митя уже самостоятельно делает правильные выводы о необходимости рассматривать суждения и события с нескольких сторон, с разных позиций. В нем зарождается подобие критического мышления.

Царь в глазах мальчика предстает вновь не в лучшем свете. Только что Митя услышал от Петра, что самодержец «убил» учителя, а теперь мг уже и сам наблюдать равнодушие и высокомерность его, а так же безразличность к простому народу, что доказывает эпизод на мостовой с матерью, просившей помиловать ее единственного сына, участвовавшего в мужицких погромах и отправленного за этого на каторгу. «Но ведь царь видел, что она хочет ему что- то сказать. Она на коленях стояла перед ним. Разве он не может приказать, чтобы ее привели к нему?

Может и не может.

Почему не может?! - крикнул я. - Почему?

Потому что он царь, - ответил Петр55».

Мальчик уже не задает вопроса: «что это значит?» Он уже вполне самостоятельно может понимать неоднозначные высказывания взрослых.

Далее в повествовании вновь возникает образ цирка. Петр и Митя отправляются в Симферополь, чтобы заработать в этом цирке денег, так как хозяином является старый товарищ Петра. Но в цирке путешественники находят не только друга Петра, но и… Зойку: «- Зойка!.. - крикнул я и, не помня себя от радости, бросился к девочке.

Заморышек… Так это и вправду ты? - растерянно проговорила она. - Ой, да каким же ветром тебя занесло сюда56?..».

Искреннюю любовь и радость детей от встречи рисует нам Д.И. Василенко. Последний раз видел Митя свою подругу в цирке, когда их пути во взрослый мир разошлись. И вновь встречаются они именно в этом месте в том же самом цирке, в который водил Заморыша отец. Встречаются уже совершенно другими людьми, повзрослевшими, набравшимися опыта, но не утратившими главного: взаимной любви, дружбы, привязанности.

Как «Каштанка» Чехова связала их в начале повествования, сейчас их связывает арена цирка, на которой они выступают вместе: Зойка, Митя, а затем и Петр. Но счастье героев длится не долго. Радость встречи с Зойкой сменяется горечью разлуки с Петром, которого арестовывают за побег с каторги. В мире все устроено неоднозначно, счастье не может быть постоянным, горе не может длиться вечно.

Приходит время и расставания с Зойкой, ведь деньги на дорогу домой собраны. Директор цирка вместе с юной акробаткой провожают Митю на вокзал, наказывая его попутчикам-жуликам довезти его до самого дома: «Ты ж не забудь перевести мальчика в Синельникове на ростовский поезд. Вот тебе, голубчик, двугривенный, выпьешь за мое здоровье. Да не просто вытури в Синельникове из вагона, а сам доведи до ростовского поезда, а то как бы хлопчик не заехал к чертовой матери57…».

Приключения и жизнь Мити берут новый виток, он прощается со всеми своими друзьями и возвращается в семью. И это на данном этапе формирования его личности правильный путь: дорога к родной матери, а не чертовой. Так и заканчивается первая повесть романа, «Общество трезвости»: «С этого дня пошла новая жизнь58».

§3. «Весна»

Вторая повесть в романе называется «Весна». Такое название она получила в том числе в связи с тем, что в ней описывается весенний период взросления главного героя. Митя Мимоходенко поступает в городское четырехклассное училище. Если первую часть можно было сравнить с произведениями и целями, ставящимися в них Л.Н. Толстым, то вторая уже поднимает так называемую «гимназическую тему» в детской литературе, о которой мы говорили в контексте творчества А.И. Куприна.

На то, чтобы учиться в гимназии, денег у семьи Мимоходенко не хватает. Поэтому в след за своим старшим братом Заморыш отправляется грызть гранит науки в четырехклассное городское училище.

Так же, как и у Куприна, у Василенко учебное заведение предстает в самом сумрачном свете. Преподаватели изображены безразличными скучающими людьми, которые не выполняют своих прямых функций, а только издеваются над учениками. За склонение по-церковнославянски (вспомним встречи Чеховских героев с древними языками) слова «раб», которое Заморыш выполнил абсолютно правильно, он получает тройку с минусом, потому что выполнял задание «без должной любви к предмету», а минус получает в «назидание».

Есть, конечно, и искренне преданные своей профессии учителя, такие как историк, Алексей Васильевич. Но та среда, в которой им приходится находится, то воспитание, которые дают остальные детям, засасывает этих преподавателей, сводя их труд на нет, а самих их превращая в живых мумий: «Э-э… Алексей Васильевич, это, кажется, мой урок?

Алексей Васильевич, в свою очередь, смотрит на него с недоумением, потом спохватывается, кладет под мышку журнал с кипой брошюр и газет и быстро уходит59».

Любые разговоры на отстраненные темы пресекаются, как например диалог с математиком Артемом Павловичем о космосе, который заканчивается оскорблениями в адрес учеников за наличие собственного мнения. Да, собственное мнение и его высказывание совсем не поощряются.

Особой статьей стоят в школе урока закона божьего. Пожалуй ни один из уроков так не пронизан гнусным лицемерием и враньем, как этот. Еще не войдя в класс батюшка показывает свое истинное лицо, отказываясь платить по счету извозчику. Он торгуется, убеждая возницу в том, что с духовного отца брать деньги грешно, всячески указывает на свое высокое положение. Говорит о том, что попытка взять у святого отца деньги за проезд - это преступление не только против святой церкви, но и против господа Бога. Прекрасный нравственный и духовный образец для детей. Интересно отметить, что в класс он заходит ругая Толстого за его убеждения. Василенко не случайно использует такой художественный прием, будто указывая на то, что «вероотступник» Толстой сделал для воспитания и формирования детей куда больше, чем святой отец.

Батюшка, преподающий закон божий, который должен по идее воспитывать в детях любовь, прощение, понимание, стараться им что-то объяснить, только и делает что называет учеников дураками. На все вопросы он вместо ответа отвечает оскорблением и заученной фразой о том, что «верить надо, а не вопросы задавать». Интересная интерпретация преподавания этого предмета! А нужен ли вообще такой учитель, чтобы верить?

Дети впервые начинают задумываться о существовании Бога, им действительно сейчас нужен человек, который мог бы помочь в их сомнениях, дать пищу для размышлений. Но святой отец попросту не знает, как отвечать на неудобные детские вопросы, да и не хочет знать, потому что цели научить детей он себе не ставит. Главная задача, чтобы этих вопросов наоборот не было: «Когда прозвенел звонок, батюшка погрозил мне пальцем и сказал:

Это все пошло от твоих глупых рассуждений о солнце. Весь класс, дурак, взбудоражил60!»

Митя понимает, что все это обучение является формальностью, что оно не готовит к будущему. Не обучает какой-то полезной профессии для будущего, потому что судьба детей, попавших в это училище предопределена заранее. Ученики - это дети лавочников, ремесленников, извозчиков, рабочих и конторщиков. Они изучают и алгебру, и геометрию, и историю, но по окончании училища ничего не умеют, не знают куда пойти в жизни дальше. Остается идти или в писцы, потому что писать их все-таки научили, или в счетоводы, потому что считать они тоже умеют. В очень редких случаях они имеют возможность сдать экзамен на должность учителя и отправиться в деревню, чтобы обучать детишек грамоте.

Но большинство детей это и не волнует, потому что так жили их предки, так заведено: всяк сверчок знай свой шесток. Однако, Митю волнует пренебрежение от гимназистов, которые ходят в форме и с золотыми пуговичками. Но еще больше его волнует, что обучающиеся в городском училище не пара девочкам из женской гимназии, ведь там учится Дэзи.

Больше трех лет минуло с тех пор, как он подарил ей «Каштанку» на новогоднем балу, она стала еще красивее, взрослее. И Митя вырос с тех пор, теперь симпатия к девочке уже вполне осознана. Так же, как и явно осознается невозможность совместного будущего из-за разницы в социальном положении.

Но училище приносит не только разочарования, но и настоящую дружбу. У героя появляется друг - Илька. Он сын кузнеца, живущего на окраине города. Илька - здоровенный малый, который когда-то спас его от нападок хулиганов (так же, как и Зойка когда-то защитила его). Попадая в Илькину семью на обед, Заморыш сталкивается добротой и лаской его матери, уважением, с которым она, да и вся семья, относится к труду, который совершает рабочий на их кузнице:

«Кушай, Гаврюша, - сказала она. - Рабочий человек должен много есть. Шутка ли, целый день махать таким молотом61».

Митя не совсем понимает такого отношения, потому что считает, что Илькин отец сам хозяин, на него ведь работают. Но товарищ быстро объясняет ему природу вещей: его отец сам двадцать один год проработал на металлургическом заводе, так что не просто солидарен с трудящимися, а глубоко понимает и сочувствует им. Илька даже обижается, когда Митя называет его отца «хозяином».

Чайную читальню тем временем продолжают посещать разные интересные люди. Там Митя встречается с быстро разбогатевшим купцом Алехой Пузатым, которого еще совсем недавно все звали не иначе, как Алешкой. Этот Алеха и предлагает Мите разбогатеть таким же образом, продавая на базаре картинки с русскими генералами. В этом эпизоде важным моментом становятся размышления героя о том, соглашаться ли на предложение купца или нет. Митя не хочет разбогатеть, деньги нужны ему только для того, что отправиться в Сибирь и спасти своего друга Петра из каторги. Поэтому он приходит к мысли, что соглашаться нужно, иначе может быть поздно. Д.И. Василенко подчеркивает в этом эпизоде сразу несколько важных качеств героя, говорящих о нем, как о взрослом человеке: во-первых, он не забыл о своем друге Петре, с которым столько времени провел вместе, он помнит и хочет его спасти. Во-вторых, Заморыш ценит людей больше, чем деньги (даже не смотря на то, что он из бедной семьи).

Правда с картинками генералов торговля у героя не заладилась: в то время наши войска терпели одну неудачу за другой в войне с Японией, поэтому полководцы, руководившие войсками были у народа не в почете. Но Митя не оставляет попыток заработать и на следующий день идет торговать открытками с цесаревичем Алексеем. Торговля идет успешно: барыни с умилением покупают по нескольку открыток за один раз. Но через некоторое время появляются рабочие, которые прямо называют цесаревича «кровососом». На базаре собирается толпа, поднимаются крики, события обретают масштаб митинга. Появляется городовой и уже хочет увести с собой Митю за оскорбления царя, но тот самый рабочий, который и заварил всю кашу спасает его. Вновь царь становится в глазах ребенка причиной несчастий и проблем, а честный и искренний рабочий класс символом спасения, доброты и взаимовыручки.

Далее Митя за свои способности к пению попадает в греческую церковь. И здесь ребенок встречается с очередными странностями окружающей его действительности. Монахи, которые по идее должны вести аскетичный образ жизни, утопают в разнообразных яствах и алкоголе: «Не житье там, а малина, - продолжал рассказывать тряпичник. - Кто видел хоть одного из ихнего брата, чтоб он худой был? Все откормлены, как гуси к Рождеству. Им мало того, что русская земля родит, им подавай еще разные маслины да апельсины. Каждую субботу пароход привозит подарочки из греческого государства62».

И это рядовые монахи. Чего говорить о главе прихода, который ведет дела с городским жуликом, делит вечером деньги, которые утром прихожане сдавали на храм. Самого Митю пригласили в церковь петь вовсе не для того, чтобы приобщить паству к вере, а просто потому, что его чудный голос сбегутся слушать куда большее прихожан, и, разнеженные его прекрасном пением молитв дадут больше денег в копилку. Митя, подслушивая и подсматривая за «черными» делами черных монахов церкви, пускается в поиски неких сокровищ, замурованных где-то в монастыре старым пиратом, а в итоге натыкается на тайник с ворованными у людей главой прихода богатствами.

Прекрасно резюмирует все состояние духовенства в то время анекдот, рассказанный Заморышу его отцом: «Я им поставил графинчик для приличия, а они весь вылакали, - пожаловался отец и тут же рассказал, как за столом на чьих- то именинах спросили у дьяка: «Отец дьякон, вам что налить - водочки или винца?» - а дьякон ответил: «И пива63».

Корыстные отношения в среде церкви касаются и самого Мити: он впервые получает в школе пятерку за обещание регулярно ходить на спевку в хор. Несоответствие реальности его представлениям о жизни проявляются в каждом новом эпизоде: «Вот уж не думал, чтоб он так относился к ученику, на которого наложил эпитимию64!»

Не случайно, отрицая эти противоестественные реалии, однажды утром Митя отправляется не в церковь на службу, а к своему другу Ильке. Где все не так ярко и богато, но, где все честно и искренне. Где у него есть духовная близость с людьми, которые не говорят о духе вслух, где все это проявляется не в словах, а чувствуется на кончиках пальцев.

Но в этот раз его посещает там чувство одиночества. Илька не захотел посвящать его в свои тайны, слишком взрослые для Заморыша. Дела, которые ему знать еще слишком рано. Митя начинает остро ощущать себя лишним везде в этом мире, что является неотъемлемой часть формирования характера, потому что становится первой ступенью для начал поисков себя, для самоопределения. Он привык всегда соотносить себя с кем-то из родственников (начиная с матери в самом начале жизни, затем с Петром и т.д.), а вот сейчас оказывается, что старший брат не воспринимает его всерьез в силу разницы в учебных успехах, Илька просто не доверяет полностью. Митя с горечью вспоминает о Зойке, с которой он мог чувствовать себя спокойно и доверить все свои переживания. И ноги сами его ведут в знакомую будку, чтобы проведать бабку - единственное связующее звено с подругой детства. И там он находит утешение, ведь Зойка написала бабке письмо, в котором упомянула Митю: «…И чтоб он никогда меня не забывал, а я его буду помнить вечно65». И это вдохновляет его, придя домой он принимает первое самостоятельное взрослое решение, отказавшись петь в церкви. Твердо настаивая на своем, он удивляет, но убеждает отца, который даже не стал его ругать. Спокойствие пронизывает героя, спокойствие, вызванное уверенностью в своем поступке.

Вся это необходимость к самоопределению порождает в детском сознании логичные мысли о том, что же я могу и что же умею. Митю приводят они к неутешительному заключению: «Скажу здесь кстати, что всю жизнь я чувствовал себя каким-то неполноценным: мог на сцене играть Гамлета, мог речи с трибуны говорить, мог в сельской школе обучить грамоте шестьдесят мальчиков и девочек, а вот сделать простой молоток или построить плохонький, но настоящий, не игрушечный дом я так никогда и не научился. И мне часто бывало обидно, что все, чем я пользовался в жизни, - пища, одежда, жилище, телефон, автомобиль, даже бумага и чернила - сделано руками других. Обидно и завидно66».

Мите хочется приносить какую-то реальную пользу, чтобы результат его работы был материальным, ощущаемым, чтобы его можно было видеть. Поэтому его сильно расстраивает отсутствие умений что-либо делать своими руками.

Политические события тоже не могут пройти мимо героя и оставить свой след в формировании его характера: «На другой день уже и газеты напечатали. Везде только и было разговора, что о потоплении нашего флота. И все ругали министров и генералов67».

Поражения на полях сражений вызвало бурю негодования в обществе, подтолкнуло зреющее недовольство царским режимом. Говорить об этом стали больше и громче, даже школьный учитель посвятил весь урок рассказу о Великой французской революции, хотя это был и совсем не соответствующий программе урок. Дети, затаив дыхание, слушали историка даже после звонка, и это был уже не тот детский интерес просто к чему-то запрещенному, как в первой повести, это были уже зародыши идеологического противостояния в головах и сердцах нового поколения. И еще сильнее пробуждается этот идеологический протест, когда из школы пропадет их историк, тот самый, что рассказывал о революции. Дети прекрасно понимают за что и куда пропал преподаватель и в знак протеста покидают урок, который ведет заменяющий учитель. В маленьких героях формируется воля и самостоятельность к суждениям, все то, что отказывались в них воспитывать во время обучения. Все это в результате способствует окончательному выбору стороны, на которой оказываются ребята, и в том числе Митя. Его последняя встреча с царем оказываются определяющей:

«Хлопнула дверь, и в учительской все стихло. Мы немного подождали, потом подставили Ильке плечи. Илька влез в окно и выбросил нам фуражки. Но, прежде чем убежать, мы прокрались в зал, вырезали перочинным ножом из золоченой рамы портрет царя и отнесли его во двор, в мусорный ящик68».

Именно этот, определяющий для дальнейшего повествования выбор, сближает Митю и Ильку. Теперь Илька может доверять своему товарищу, поэтому раскрывает тайну происходящих на кузнеце отца событий, о которых не хотел говорить раньше: там печатаются агитационные листовки и производится оружие для революционеров! Вот это открытие! За короткий период времени Митя узнал вде тайны, подсматривая через дыру в потолке: одну в греческом монастыре, о тайных делах настоятеля, другую здесь, на кузнице. Но за первую тайну ему вовсе не было стыдно, потому что он узнал что-то грязное и мерзкое. Сейчас же он испытал чувство стыда, потому что ощутил себя названным гостем в делах дорогих ему людей. Но смятение быстро проходит, когда пойманного на крыше, его допрашивают и убеждаются в том, что он вовсе не шпион. Мало того, он может быть полезен общему делу! Сбылась та самая детская мечта, о которой мы писали выше: Заморыш нашел свое место.

Заканчивается вторая повесть романа столкновением демонстрации рабочих, разбрасывающих агитационные листовки, идущих под знаменем

«Долой царизм!» с казаками, пытающимися разогнать демонстрацию. В первых рядах рабочей демонстрации Митя видит Ильку, его отца, бабушку Зойки и… саму Зойку. Оказавшись между надвигающимися друг на друга митингующими и казаками, Митька окончательно делает свой собственный взрослый выбор, вставая в один ряд с товарищами, которые становятся теперь не просто друзьями детства, а товарищами, объединенными одной идей. Так Митя Мимоходенко проходит очередной этап формирования своей личности.

§4. «Подлинное скверно»

В третьей повести романа герой предстает перед нами уже не мальчиком, а практически взрослым семнадцатилетним юношей, окончившим училище и стоящем на пороге выбора своей дальнейшей судьбы: «…И вот стою я, юноша семнадцати без малого лет, в училище, где прошли годы моего детства и отрочества, вдыхаю ладанный дым кадильницы, смотрю на лоснящееся, торжественно-самодовольное лицо Михаила Семеновича, под руководством которого все эти одетые в форменные сюртуки педагоги готовили нас к жизни, и, не вникая в медовую проповедь батюшки, думаю, к чему же теперь приложить свои руки, ничего не умеющие делать, кроме как писать канцелярские отношения каллиграфическим почерком, и свои знания, в которых не нуждается ни одна канцелярия69».

И, действительно, как мы уже упоминали в своем исследовании выше, выбора, как такового, у Мити не было. Еще до получения им аттестата отец уже подготовил для него место в мировом суде. Съемщиком копий. Дмитрий Мимоходенко не испытывал большого желания заниматься канцелярской работой, потому что не видел в ней абсолютно ничего хорошего (а мы помним его непреодолимую тягу к общественно полезному труду). Но и сидеть на шее у родителя было тоже невозможно. Поэтому Заморыш принимает решение принять предложение отца, а позже сдавать экзамен на соискание должности учителя, чтобы таки отправиться в деревню учить детишек грамоте.

Работа является чистой формальностью, к которой никто не относится серьезно, главное соблюдать установленный порядок: «Дойдя в переписывании до слова «апелляция», я спросил:

Как же правильно писать? В том деле «апелляция» писалась с двумя «л», но с одним «п», а в этом с двумя «п», но с одним «л».

Севастьян Петрович вздохнул и со своей конфузливой улыбкой сказал:

Кто ж его знает? Так и из сената бумаги приходят: в одной два «л», в другой два «п». Где как написано, так и переписывайте: на то и копия70».

Начальство почти не скрываясь ворует у подчиненных часть так называемых «братских» - денег из общей копилки, которые в конце месяца все работники канцелярии делят между собой. Пользуясь высоким положением, начальник не только обворовывает подчиненных, но и заставляет их выполнять совсем не их обязанностями, например, бегать в лавку за обедом писаря Тимошку.

Но и в этом темном и прогнившем месте находится человек, который вызывают симпатию нашего героя, тянущегося ко всему светлому и чистому. Севастьян Петрович, непосредственный начальник Мити, оказался тем человеком, кто не потерял душу в этом заведении, и наш герой это сразу почувствовал. Но Севастьян Петрович уже стар и вынужден «держать язык за зубами», чтобы не вызывать недовольства начальством. Он является предметом насмешек коллег, но относится к этому равнодушно и только усмехается в свою кустистую бороду. Человек это незлобный и не способный отвечать злом на зло, мягкость и деликатность его души подкупили Митю, вызвали в нем сочувствие и любовь к старику. Именно поэтому один из важнейших в жизни каждого человека вопросов Заморыш адресует именно ему: «Севастьян Петрович, вот вы перечитали сотни книг, скажите, в чем же смысл жизни? - с болью в голосе спросил я. - Зачем мы живем? Зачем вы, прожив такую большую жизнь, исписали в суде пуды бумаги?

Севастьян Петрович вскинул голову, в его маленьких добрых глазах я увидел испуг.

Ты… ты меня про это не спрашивай, - прошептал он побелевшими губами. - Я про это не знаю… Я про это знать не хочу71…»

Ответа Митя не получил, но догадался обо всем сам. Старик, перечитавший такое количество книг, отвлекает ими себя от навязчивой мысли о том, зачем он потратил большую часть своей жизни на переписывание никому не нужных бумажек и копирование решений несправедливых и неправедных судий.

Всего этого было достаточно для того, чтобы как можно скорее бежать из этого заведения, чтобы не тратить свою жизнь так же, как потратил ее Севастьян Петрович. К тому же, после долгой разлуки на одном из судебных заседаний Митя встречает законспирированного Ильку, который сообщает, что после демонстрации все остались живы, скрываются, но продолжают заниматься делом революции. Более того, Заморыш может быть полезен, отправившись учительствовать в сельскую школу, как и собирался.

Митя окончательно перестает из Толстовско-Купринских персонажей, в персонажа Гайдара, мы начинаем наблюдать новый этап становления детского характера, формирование героя-идеолога. О чем и пойдет речь в последней повести романа.

§5. «В неосвященной школе»

В последней части романа описывается жизнь Мити Мимоходенко в деревне, где он работает учителем и помогает своим друзьям-революционерам агитационной деятельности.

Здесь мы видим уже вполне самостоятельного молодого человека, который строит свою жизнь на основе уже сложившихся морально-этических норм, имеет твердый нравственный фундамент, который формировался на протяжении всего повествования.

Мы отмечаем, что в последней повести Митя уже не созерцает мир, не пытается его познать, а выступает в роли героя-идеолога, который пытается его изменить в соответствии со своими жизненными принципами.

Становится это понятно уже по его отношению к учительству. Инспектор из города наставляет его двумя указаниями: «вести себя строго и спрятаться за доску». Но Митя сразу начинает вести себя в школе по-своему, разделяя класс на два уровня, чтобы более продуктивно вести занятия со всеми ребятами. Инспектору, дававшему ему указания, абсолютно наплевать, что уже умеющая читать и писать часть ребят будет впустую тратить время с младшей группой, да еще и мешать им в силу отсутствия соответствующих уровню знаний заданий.

«Все должны обучаться по установленным государственным программам. До свидания, господин Мимоходенко, до свидания72».

Но Митю такое положение вещей не устраивает, он отправляется в соседнюю деревню для того, чтобы набраться опыта у молодого, но чуть более опытного учителя. Он внимательно наблюдает и впитывает, как губка (вспомним слова босяка из первой части, который напутствовал Митю учиться у всех, у кого можно чему-то научиться). И вот он уже начинает видеть «невидимые ниточки», которые протянуты ото всех учеников к учителю, видит продуктивную работу всего класса, не смотря на то, что в нем находятся ученики целых трех уровней.

В этой же школе он знакомиться с батюшкой, который должен преподавать в его школе закон божий. Знакомый запах водки встречает его прежде, чем сам священник входит в класс. Ничем не отличался этот святой отец от того, который когда-то отказывался отвечать на неудобные вопросы самого Мити.

Увидев у ребятишек тетради из гнилой бумаги, Митя не остается равнодушным и отправляется к лавочнику, продающему этот товар. Разговор предсказуемо заканчивается руганью, но это не останавливает молодого учителя. Это человек не только слов, но и дела. Митя доносит свою жалобу до урядника, то есть до представителя власти. Но и тот остается равнодушным, ведь лавочник никакого закона не нарушает, а «не хочешь, так и не покупай».

Все эти действия не просто являются проявлением честной души юного учителя, но и являются частью пропаганды, которую с помощью Мити в этой деревне ведут революционеры. В повествовании вновь появляется Илька, под покровом ночи появляющийся в доме учителя, его отец, оказывающийся переодетым лавочником, специально продающий плохой товар, чтобы вызвать недовольство у мужиков собой, а так же властью, которая его покрывает. Илька советует Мите действовать смелее и никого не бояться, потому что «инспектора бояться, так лучше и на свете не жить».

Так же с помощью Илькиной подсказки Митя организует кооператив в школе. Теперь тетрадки закупаются для школы в городе по оптовой цене правлением кооператива, чем учитель убивает сразу трех зайцев: и тетрадки стоят дешевле, и качество бумаги хорошее, и лавочник скомпрометирован отсутствием спроса.

Но, конечно, находятся в деле революции для Мити и дела поважнее. Он становится редактором газеты «Путь рабочего». Теперь он должен обрабатывать статьи корреспондентов, проверять и исправлять полученные для нее материалы. Вот о каком труде уже давно мечтал Заморыш! Вот та польза для людей, которую он хотел приносить!

Передавать материалы Мите было поручено почтаркой, которой

«совершенно случайно» оказывается Зойка! Митя не сразу узнает ее, но все так же любит ее, теперь правда это уже можно смело называть чистой любовью, которая выросла из дружбы, юноши к девушке: «…Я тебя сразу узнала. А ты меня нет.

Так это потому, что я каким был заморышем, таким и остался, а ты, ты расцвела, красавицей стала. Как в сказке73».

Работа предстояла непростая и опасная, но Митю вдохновляла полезность этого дела, а также возможность работать с самыми родными себе людьми: Илькой, Зойкой. Из заметок Митя узнавал настоящие, не выдуманные трагедии из человеческой жизни, написанные безграмотно, но содержащие в себе столько человеческой боли и слез. И главным для Мити стало не исправление ошибок, а правильность передачи сути вопроса, сохранением того содержания, которое необходимо донести до читателя. До раннего утра перечитывал он письма с мест, чтобы верно подобрать ключ к обработке писем для дальнейшего помещения их в газету. И погружаясь в эти заметки, Митька и сам все больше начинал разбираться в окружающих его политических событиях, познакомился с трудами Ленина: «Сколько книг я перечитал, сколько газет, журналов, брошюр, а как они делаются, понятия не имел. И теперь передо мной происходило рождение газеты. Пусть маленькой, но настоящей74».

Но и об обязанностях учителя Митя не забывал. Больше того, вместе с созданным кооперативом, на сэкономленные от покупок тетрадей деньги, было принято решение организовать в школе настоящую елку с подарками и маскарадом. Для деревенских детей это был поистине большой праздник: «Что и говорить, елка была нарядная! Но, присмотревшись, я увидел, что все - и миниатюрные терема, и фонарики, и разноперые птички, и медвежата, и забавные человечки, и многое, многое другое - было самодельное. Оказалось, Зойка сумела заинтересовать украшением елки не только детей, но и молодежь». Труды Мити и его друзей принесли плоды, и к началу весны среди крестьянского народа начались волнения, а на самом большом местном заводе, металлургическом, вспыхнула забастовка. Заморыш радовался и гордился, потому что ощущал свой вклад в общее дело. Газета выпускалась регулярно, даже чаще, чем раньше, и Митя уже не просто редактировал, но и сам написал в нее пару статей. Но, как и в предыдущих повестях этого романа, Д.И. Василенко сменяет моменты радости и вдохновения минутами разлуки, которая неизбежно наступает, как и в реальной жизни.

Кто-то из провокаторов выследил одного из участников передачи газеты в город, и его схватили жандармы. Обо всем этом Митя с друзьями узнал посреди ночи и в спешке они вынуждены были проститься, чтобы Зойка и остальные успели сбежать из деревни: «Митенька, - прильнула ко мне Зойка, - опять мы расстаемся. Но ничего, ничего, все будет хорошо. Помнишь, как я наказывала тебе превзойти все точки с запятыми? Теперь вот тебе мой наказ: учись! Все науки превзойди! Ох, как нужны будут ученые люди свободному народу75!»

Роман завершается двумя предложениями, которые как бы описывают всю человеческую жизнь, дают короткую схему всей жизни и приключениям Заморыша, которые мы наблюдали на протяжении всего повествования: «Все во мне ликовало. И в то же время мне было невыразимо грустно»76. Мы считаем важным заметить, что именно эти строки в конце романа лишний раз свидетельствуют о том, что перед нами взрослый, самостоятельный, сформированный человек, прошедший для этого длинный и трудный путь, не смотря на свои восемнадцать лет.

Заключение

В настоящей дипломной работе нами было рассмотрено художественное отображение этапов становления детского характера в произведении Д.И. Василенко «Жизнь и приключения Заморыша».

В процессе исследования мы пришли к выводам о том, что детская литература является основой для формирования человеческого мировоззрения. Детская литература делится на собственно литературу для детей и литературу о детях. Формирование классической традиции произошло в ХIХ веке, и мы связываем этот этап с именем великого русского классика Л.Н. Толстого. Продолжателей традиции было огромное количество, так как необходимость развития этого направления литературы признавалась русским сообществом: и просветителями, и педагогами, и писателями, и критиками.

Новаторами, развивающими литературу о детях, выступили такие авторы, как А.И. Куприн и А.П. Гайдар. Куприн затронул важнейшую тему обучения ребенка в гимназии, раскрыв ее в огромном количестве произведений, создававшихся на протяжении десяти лет.

Гайдар же в своем произведении «Тимур и его команда» одним из первых создает детский образ героя-идеолога, необходимость которого диктуется не столько отсутствием оного в литературе, сколько политической ситуацией в стране, когда детям и подросткам просто необходим положительный пример с точки зрения морали и нравственности.

Целью практической части нашего исследования была демонстрация художественного отображения этапов становления детского характера на примере произведения Д.И. Василенко «Жизнь и приключения Заморыша».

Поэтапно проанализировав роман Василенко, мы пришли к следующим выводам:

·в романе «Жизнь и приключения Заморыша» показано формирование характера главного героя Мити Мимоходенко;

·роман разделен на четыре повести, каждая из которых охватывает какой-то значительный этап становления личности героя;

·первая часть, «Общество трезвости», продолжает своей формой и содержанием традиции Л.Н. Толстого, заложенные в трилогии

«Детство», «Отрочество», «Юность» и описывает наивное восприятие ребенком окружающего мира. Автор использует прием

«первовзгляда», т.е. старается изобразить реальность максимально объективно за счет детской незамутненности сознания;

·вторая и третьи повести, «Весна» и «Подлинное скверно», по художественным особенностям близки к творчеству А.И. Куприна. В первую очередь мы заключаем об этом по поднимаемой в этих частях тематике;

·заключительная повесть, «В неосвященной школе», является логическим откликом на обозначенную в своем творчестве А.П. Гайдаром необходимость создания в детской литературе образа героя-идеолога;

·в целом произведение Д.И. Василенко представляет собой замечательный пример так называемой литературы о детях, в котором сохранены и развиты классические традиции данного направления литературы;

·в произведении выявлены соответствующие стилистические, сюжетные, композиционные особенности, которые характеризуют роман, как прекрасно демонстрирующий с художественной точки зрения этапы формирования детского характера.

Также в заключении считаем нужным отметить, что в современной детской литературе, с нашей точки зрения, существует пробел с произведениями подобной направленности и уровня исполнения. Что, безусловно, умаляет значение литературы в целом, и детской литературы в частности, для формирования личности ребенка в школе.

Для устранения существующей проблемы мы считаем важным предложить возобновление изучения незаслуженно забытых авторов начала XX века в школьной программе (в рамках обязательного изучения и внеклассного чтения). Мы считаем, что подобные меры будут полезными для воспитания молодого поколения в атмосфере осознания важности полученного в юном возрасте опыта для всей оставшейся жизни.

Список литературы

1.Абрамович Н.Я. Школа и ребенок // Воспитание и обучение. 1906 г.

2.Бабушкина А.П. История русской детской литературы. М., 1948 г.

3.Белинский В.Г. Полн.собр.соч.: В 13 т. М., 1953-1959 гг.

4.Булгаков В. Л.Н.Толстой в последний год его жизни. М., 1960 г.

5.Василенко И.Д., Жизнь и приключения Заморыша

6.Гайдар А.П., Тимур и его команда

7.Емец Д.А. Произведения для детей и о детях в творчестве русских писателей второй половины XIX века

8.Короленко В.Г. История моего современника. М., 1953 г.

9.Куприн А.И. Собр.соч.в 6-ти томах. М., 1957 г.

10.Куприн А.И. Поэт-одиночка // Журнал журналов. 1915. № 7 11.Новиков Н.И. О воспитании и наставлении детей для

распространения общеполезных знаний и всеобщего благополучия // Новиков Н.И. Изб. педагогич. соч., М., 1959 г.

12.Октябрьская О.С., Пути развития русской детской литературы XX века (1920-2000-е гг.) - М., 2012 г.

13.Прейер Б. Душа ребенка СПб., 1891 г. 14.Семенов Д.Д. Избр. пед. соч. М., 1953 г. 15.Смирнова В.В. О детях и для детей. М., 1967 г.

16.Толстой Л.Н. Полн.собр.сочинений (юбилейное): В 90 т. М., 1928- 1958 г.

17.Черный С. Стихи. Библиотека поэта. Л., I960 г. 18.Чернышевский Н.Г. Полн.собр.соч. в 8 т. М., 1947 г. 19.Храпченко М.Б. Лев Толстой как художник. М., 1965 г.

20.Handbuch der Psycholoigie, hrsg. von David und Rosa Katz. Basel- Stuttg., 1960; Katz D. Studien zur experimentellen Psychologie. Basel, 1953 г.

Похожие работы на - Становление детского характера в произведении Д.И. Василенко 'Жизнь и приключения Заморыша'

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!