Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на восточном фронте

  • Вид работы:
    Реферат
  • Предмет:
    История
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    31,21 kb
  • Опубликовано:
    2009-01-12
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на восточном фронте

Министерство общего и профессионального образования РФ

Государственный Университет Управления

Институт управления в машиностроительной промышленности

Кафедра истории

Реферат по дисциплине «История» на тему

«Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на Восточном фронте»

Выполнил студент

ИУМаш II-1

Гр. «Промышленная логистика»

Исаев Дмитрий Николаевич

Проверил проф. Петров Виктор Тихонович

«_____»_____________1999 года

Москва, 1999

Содержание
Введение 3
1. Начало 3
2. И пошли караваны 6
3. Битва за Арктику 8
4. Судьба PQ-17 11
5. Сталинград 14
6. Реквием каравану PQ-17 16
7. Союзный долг 19
Заключение 20
Список использованной литературы 22

Введение

Последняя мировая война унесла 50 миллионов жизней по всему миру. Ее подробному рассмотрению и анализу посвящены тысячи, или даже миллионы книг и научных работ. Вот уже 54 года минуло со времени окончания Второй Мировой войны, а все еще остается много нераскрытого и неизвестного, засекреченного документами с грифом «Совершенно секретно». А сколько документов, опровергающих наше устоявшееся понимание распределения сил в то время, уничтожено и навсегда скрыто от человеческих глаз!

За 7 лет сражений, с 1939 по 1946 годы произошло множество событий – громких побед и ужасных поражений. Большинство из них получили подробное рассмотрение в печати или на телевидении. Пирл-Харбор, Брест, Москва,
Прохоровка, Сталинград, Берлин стали вехами истории, отмечающие ее движение вперед. О них было многое сказано. Я же хочу рассмотреть в данном реферате тему, получившую, как ни странно, меньшую огласку. Поставки союзников –
Великобритании и Соединенных Штатов Америки по союзному договору, названному «ленд-лиз»[1] были очень крупной операцией, проходившей с 1941 по 1944 годы. И тем не менее в советской, да и в российской печати очень мало сведений об этом, поэтому, чтобы как-то исправить это, я решил посвятить свой реферат этой интересной теме.

Начало

Так что же это такое – ленд-лиз? Большая Советская Энциклопедия так характеризует это: «Ленд-лиз – поставки союзников СССР в период 1941-1943 гг. Осуществлялись преимущественно морским путем через Баренцево море в
Мурманск и Архангельск в виде конвоев транспортов, сопровождаемых союзными морскими силами». И все. На самом же деле, эти поставки можно назвать одним из самых больших загадок Второй Мировой войны. В начале, ленд-лизом называли поставки США в Великобританию. Но после 22 июня 1941 года американское правительство решило оказывать материальную и военно- техническую помощь в том числе и СССР.

Вопрос о военных поставках был рассмотрен на конференции представителей СССР, США и Великобритании, проходившей в Москве с 29 сентября по 1 октября 1941 года. Делегацию Великобритании возглавлял министр снабжения лорд У. Бивербрук, а делегацию США – А. Гарриман, ведавший в то время поставками по ленд=лизу в Великобританию.

Для того, чтобы приоткрыть завесу тайны, необходимо понять, нужны ли были они тогда СССР? Изменилась ли кардинально обстановка на Восточном фронте при их прекращении? Был ли это акт взаимопомощи, торговая операция или стратегический ход?

Для начала, надо оценить позиции союзников в период 1939-1940 годы, когда, в частности, над Англией нависла угроза войны. После капитуляции
Франции положение Великобритании крайне осложнилось. Вопрос встал о территориальной целостности и независимости страны. Правительство
Великобритании во главе с Черчиллем понимало, что в создавшейся обстановке без эффективной помощи извне — от США и СССР – Великобритания не сможет рассчитывать на победу в войне. Первостепенное значение имела позиция
Советского Союза — единственного государства Европы, способного оказать действенное сопротивление нацистской Германии.

Характерно, что через три дня после капитуляции Франции Черчилль направил первое личное послание главе Советского правительства И. В.
Сталину, в котором подчеркивал необходимость восстановления контактов между
СССР и Великобританией, потому что нынешние претензии Германии на гегемонию в Европе угрожают их общим интересам. Свои надежды на спасение Англия связывала с перспективой вовлечения Советского Союза в войну против гитлеровского рейха.

Такая позиция характеризует Уайтхолл, как абсолютно безпринципный орган управления. Западные державы в целях сколачивания единого антисоветского фронта проводили политику уступок германскому фашизму и в сфере собственных интересов. При их попустительстве 12 марта 1938 г. гитлеровская Германия осуществила аншлюс Австрии. А 29 сентября 1938 г. в
Мюнхене главы правительств Великобритании, Франции, Германии и Италии подписали позорное соглашение о расчленении Чехословакии. Когда же война подошла к берегам Англии, Уайтхолл стал выступать с призывами объединиться против общего противника.

За несколько дней до нападения фашистской Германии на СССР в своем послании президенту США Рузвельту от 15 июня 1941 г. Черчилль писал: «Если разразится эта новая война, мы, конечно, окажем русским всемерное поощрение и помощь, исходя из того принципа, что враг, которого нам нужно разбить, — это Гитлер[3]».

В ответном послании Ф. Рузвельт обещал, что, если немцы нападут на
Советский Союз, он немедленно публично поддержит «любое заявление, которое может сделать премьер-министр, приветствуя Россию как союзника».

Угроза, нависшая над Великобританией в результате ее антисоветской политики поощрения агрессора, привела правительство Черчилля к неизбежному выводу о необходимости сотрудничества с Советским Союзом, с чем согласилось и правительство США.

Вообще, отношения союзников с СССР в начальный период войны довольно интересны и неоднозначны. Стремясь уничтожить СССР руками гитлеровцев, они, в то же время, пытались сковать немецкие войска на Восточном фронте, таким образом ослабляя нажим на себя. Известие о нападении гитлеровской Германии на Советский Союз было встречено в Великобритании, как сообщал советский посол И. М. Майский, с чувством огромного облегчения. Министр иностранных дел Великобритании А. Идеи днем 22 июня 1941 г. заявил советскому послу:
«Это начало конца для Гитлера».

Вечером 22 июня 1941 г. премьер-министр Великобритании У. Черчилль выступил по радио. Он заявил, что «любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь... Отсюда следует, что мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем». Вместе с тем Черчилль счел нужным подчеркнуть и в этой речи свою враждебность к
Советскому Союзу. Он сказал: «За последние 25 лет не было более последовательного противника коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем». С одной стороны, это указывало на начало военной помощи СССР. Но 8 июля 1941 г. посол Великобритании был принят И.В.Сталином. Посол вручил послание Черчилля, в котором говорилось:
«Мы сделаем все, чтобы помочь Вам, поскольку это позволят время, географические условия и наши растущие ресурсы». Однако каких-либо практических предложений о развитии советско-английского сотрудничества в письме Черчилля не содержалось. Ни о начале поставок техники, так необходимой в этот период СССР, ни об открытии второго фронта речь не шла.
Стоит задуматься, а чтобы было бы, если Англия и США оказали крупную военную помощь именно тогда? 25% советской авиации было уничтожено за первую неделю войны, не хватало танков, зенитной артиллерии. Именно эти грузы пришли в Россию в 1941-1944 годы. Ответ на это не будет получен никогда.

И пошли караваны

Существовали два пути доставки грузов в Россию. Первый, самый опасный – через арктические воды. Опасный, но и самый короткий, и уже проверенный. Трансиранский маршрут был надежней, зато гораздо длиннее, а несовершенство дорог в Иране надолго задерживало отправку грузов.

Морской путь, лежавший вокруг оккупированной Норвегии, вел из Скапа-
Флоу в Мурманск и Архангельск. Поэтому начало поставок сопровождалось атаками немцами этих городов с целью прервать арктическую артерию. Но после нескольких неудач немецко-фашистское командование отказалось от намерений захватить Мурманск сухопутными войсками. Тем более что захват Мурманска не решал проблемы изоляции СССР на Севере, так как оставался еще крупный порт в Архангельске. Поэтому главные усилия гитлеровского командования были направлены на нарушение внешней коммуникации, а также срыв перевозок между
Мурманском, Архангельском и на Северном морском пути. В то же время 5-му воздушному флоту, в составе которого насчитывалось около 500 самолетов, было приказано разрушить город и порт Мурманск до основания.

Первый массированный налет на Мурманск авиация противника произвела 28 февраля 1942 года, затем 24 марта. Начиная с апреля налеты следовали в среднем через день. В июне авиация бомбила город два-три раза в день.
Старый город с деревянными постройками больше пострадал не от прямых попаданий бомб, а от возникавших пожаров.

Чтобы обеспечить безопасность прибывавших транспортов, советское командование усилило созданный в январе Мурманский дивизионный район ПВО страны и ПВО флота зенитной артиллерией и самолетами-истребителями. Была усилена ПВО Архангельска и организован перехват вражеских самолетов, прорывавшихся на восток. Как только позволила ледовая обстановка, значительную часть судов из состава конвоев стали направлять для разгрузки в Архангельск. Всеми этими мерами были созданы необходимые условия для сравнительно безопасной разгрузки. Однако основная опасность для судов конвоев возникала на переходе в море.

Конвои, идущие в Советский Союз, были основными объектами нападения многочисленных сил, сосредоточенных в Северной Норвегии. Немецкий историк адмирал К. Ассман пишет:

«Сложилось положение, которое нельзя еще было предвидеть в 1940 г.; окупилась оккупация Норвегии: без норвежских морских опорных пунктов и воздушных баз только подводные лодки имели бы возможность с успехом атаковать на этом пути конвои с военными грузами». Одновременно гитлеровское командование хотело решить и другую задачу — прикрыть свой слабый северный стратегический фланг от возможной высадки десанта.

Первый караван пришел в Россию 5 ноября 1941 года, загруженный 50 английскими истребителями, 250 американскими танками, а также продуктами продовольствия, медикаментами, теплой одеждой и другими товарами. Состав каравана насчитывал 10 транспортов и несколько кораблей ближнего и дальнего прикрытия. С него и начинается история морских поставок. Караван был назван
PQ-1[4] и должен был вернуться в Исландию под литерами QP-1, груженый товарами, поставлявшиеся союзникам (в основном, полезные ископаемые и древесина).

Битва за Арктику

Англичане и американцы были удовлетворены передислокацией немецких крупных кораблей из портов Франции и Германии в Северную Норвегию, так как это облегчало им обеспечение своих коммуникаций и решение других задач в
Атлантике и Средиземном море. «Мы и наши американские союзники,— писал У.
Черчилль,— были очень рады, что к напряжению подводной войны в самый ее смертоносный период не прибавился такой фактор, как рейды крупных быстроходных германских военных кораблей». Их беспокоило лишь одно — как бы не выпустить немецкие корабли из Северной Норвегии на просторы Атлантики.

Молодой Северный флот СССР по своим силам и боевым возможностям не полностью соответствовал тем задачам, которые поставила перед ним война.
Государственный Комитет Обороны стремился усилить Северный флот переводом кораблей с Тихого океана (1 лидер и 2 эскадренных миноносца), поступившими от промышленности (10 подводных лодок и 10 сторожевых катеров), купленными у союзников (10 тральщиков). Однако это только восполняло потери. В то же время авиацию флота удалось увеличить почти втрое. Директивой Ставки
Верховного Главнокомандования с мая 1942 г. на время операции по обеспечению конвоев Северному флоту оперативно подчинялась авиация
Карельского фронта и Архангельского военного округа, а также часть бомбардировочной авиации резерва Главнокомандования.

На обеспечение двух очередных конвоев (приходящего в СССР и уходящего в Англию) Северный флот проводил операцию, в которой участвовали почти все силы флота и приданная авиация. Союзники увеличили силы охранения конвоев.
Но даже при таких обстоятельствах морской путь севернее Нордкапа стал опасным. Этим воспользовались руководящие круги Великобритании, чтобы заморозить и даже сорвать перевозки. В начале апреля первый морской лорд
Дадли Паунд[5] предупредил кабинет министров: «Географические условия в
Арктике благоприятствуют противнику настолько, что потери в конвоях могут свободно достичь размеров, при которых проводка их станет экономически невыгодным предприятием...». Через месяц Черчилль писал Сталину, что
«проход каждого конвоя стал серьезной морской операцией».

Но советское правительство настаивало на отправке конвоев из Исландии, где скопилось свыше 100 судов, загруженных вооружением и материалами.
Англичане согласились продолжать отправку конвоев, заявив при этом:
«Операция будет оправдана, если половина доберется до места». У. Черчилль просил расширить меры по обеспечению конвоев. Несмотря на ограниченные силы нашего Северного флота и занятость авиации на сухопутных участках фронта такие меры были приняты. Эскадренные миноносцы и сторожевые корабли усиливали непосредственное охранение конвоев; подводные лодки развертывались на пути движения крупных вражеских кораблей; бомбардировочная авиация наносила удары по аэродромам и базам, истребители осуществляли ПВО конвоев при подходе к берегу и в местах стоянок судов; малые корабли поддерживали прибрежные воды безопасными от мин и подводных лодок. Чтобы ускорить разгрузку, дополнительно были построены причалы и склады, созданы разгрузочные команды из личного состава флота и населения.
Стоит согласиться, что такие беспрецендентные шаги советское командование могло проводить только в одном случае – значение ввозимых грузов для положения на фронте было очень велико.

Первый удар разнородными силами противник нанес по конвою PQ-15, который вышел 26 апреля из Исландии в составе 25 транспортов. Из его состава было потоплено 3 транспорта. Навстречу ему из Советского Союза на
Запад шел конвой QP-11 в составе 13 судов. 1 мая он был атакован подводными лодками и эсминцами. В результате из состава его охранения был потоплен крейсер «Эдинбург», перевозивший золота на 100 млн. долларов[6].

Очередной конвой PQ-16 вышел из Исландии 20 мая, имея в своем составе
34 транспорта, в том числе 5 советских. В течение шести дней он подвергался атакам самолетов и подводных лодок и потерял 7 судов. С 26 мая по 2 июня
Северный флот провел операцию по обеспечению этого конвоя, в которой приняли участие 67 различных боевых кораблей и вспомогательных судов.
Авиация флота за это время на разведку, прикрытие конвоя и удары по аэродромам произвела свыше 2 тыс. самолето-вылетов. В зоне Северного флота конвой потерь не имел.

Британское адмиралтейство считало проводку этого конвоя значительным военным успехом. Первый лорд адмиралтейства прислал в Советский Союз телеграмму: «Мы поздравляем весь личный состав с его великолепным подвигом в боевом конвоировании PQ-16 по пути в Северную часть России, несмотря на опасность атак противника с моря и воздуха. Желательно, чтобы это сообщение было доведено до командира конвоя, офицеров и рядового состава торгового флота союзных стран и всех лиц, имеющих к этому непосредственное отношение».

В июне гитлеровское командование тщательно подготовило большую операцию по уничтожению очередного конвоя. Оно считало, что союзники увеличат поставки, чтобы помочь СССР, когда на советско-германском фронте началось большое наступление немецко-фашистских войск. Стремясь к полному уничтожению большого конвоя, они учитывали чувствительность англичан к потерям и надеялись, что это окажет влияние на ход войны на море в целом.

Судьба PQ-17

27 июня из Исландии вышел конвой PQ-17 в составе 35 транспортов, 2 танкеров и 24 кораблей непосредственного охранения. Одновременно из
Архангельска и Мурманска вышел конвой QP-13 в составе 35 транспортов и 21 корабля охранения. На суда конвоя PQ-17 было погружено 297 самолетов, 495 танков, 4246 грузовых автомашин и тягачей, 156 тыс. т других грузов. Общая стоимость всех грузов оценивалась в 700 млн. долларов.

Суммарная стоимость всех остальных конвоев, после и до PQ-17 составляет около 80% от стоимости одного этого каравана. Караван должен был прийти в два морских порта – Мурманск и Архангельск, но истинной его целью был Сталинград.

Для обеспечения безопасности конвоя от нападения надводных кораблей были выделены отряды ближнего прикрытия («крейсерские силы прикрытия») из 4 крейсеров и 3 эскадренных миноносцев и силы дальнего оперативного прикрытия
(2 линейных корабля, авианосец, 3 крейсера, 14 эсминцев). На выходах из баз и шхер Северной Норвегии находилось 14 подводных лодок (в том числе 5 советских). В составе конвоя было лишь два корабля ПВО и не было конвойных авианосцев. На аэродромах Кольского полуострова советское командование сосредоточило 287 боевых самолетов.

В целом для обеспечения конвоев были развернуты превосходящие силы против крупных надводных кораблей, достаточные для противолодочной обороны и слабые — для их воздушного прикрытия. Только на восточном участке пути конвои могли рассчитывать на прикрытие советскими истребителями. Но и этими силами можно было обеспечить переход конвоев с минимальными потерями при условии, если бы они были нацелены только на достижение безопасности конвоев. Но британское адмиралтейство преследовало и другую цель. Оно не могло примириться с тем, что Германия имеет самый быстроходный и самый мощный в мире линейный корабль «Тирпитц», и стремилось уничтожить его.
Потопление «Тирпитца» имело бы «несравненно большее значение для ведения войны, чем безопасность любого конвоя[7]», это оказало бы большое влияние на дальнейший ход войны. Британским адмиралтейством владела навязчивая идея
— втянуть крупные корабли Германии в бой с силами прикрытия. Чтобы заманить корабли противника подальше от его баз, предлагалось даже повернуть конвой
PQ-17 на обратный курс. «Фактически,— пишет английский историк Д. Ирвинг,— операция по проводке конвоя должна была превратиться в постановку ловушки для «Тирпитца» с приманкой, состоявшей из более тридцати тяжело нагруженных судов...».
С 1 июля в течение четырех суток подводные лодки, бомбардировщики и торпедоносцы преследовали конвой, но все атаки успешно отражались. Первый транспорт был потоплен подводной лодкой 4 июля. В тот же день 4 транспорта получили повреждения от попадания авиационных торпед. Были все основания надеяться, что организованность и стойкость принесут успех и конвой дойдет до портов назначения. Но британское адмиралтейство, узнав о том, что крупные немецкие корабли вышли в море, вечером 4 июля приказало «ввиду угрозы надводных кораблей» конвою рассеяться и судам самостоятельно следовать в советские порты, а крейсерам прикрытия и кораблям непосредственного охранения на полной скорости отойти на запад, на соединение с линейными силами.

В действительности немецкие надводные корабли очень быстро вернулись в свои базы. «Лютцов» в сопровождении 3 эскадренных миноносцев на выходе из шхер, в густом тумане, наскочил на подводную скалу и вернулся обратно.
Эскадра во главе с «Тирпитцем» и «Адмиралом Шеером» вышла в море и в 18 часов 5 июля севернее острова Ингей была обнаружена и атакована советской подводной лодкой К-21 под командованием капитана 2 ранга Н. А. Лунина.
Донесение об этом, посланное командованию Северным флотом, было перехвачено и расшифровано гитлеровцами. Считая, что их замысел раскрыт, и не желая рисковать крупными надводными кораблями, гитлеровское командование приказало эскадре возвратиться в шхеры.

Рассыпавшиеся во все стороны небольшие группы и одиночные суда конвоя оказались беззащитными и стали жертвами атак самолетов и подводных лодок.
На поиски и прикрытие транспортов были направлены почти все корабли и авиация Северного флота. Но уже ничто не могло исправить рокового решения британского адмиралтейства. С того момента, как конвой распался, он потерял
21 транспорт. Только 11 судам удалось дойти до советских портов. 24 потопленных судна конвоя общим тоннажем около 143 тыс.т унесли с собой на дно 3350 автомашин, 430 танков, 210 бомбардировщиков и около 100 тыс. т общих грузов. Это был самый сокрушительный разгром конвоя во второй мировой войне.

Разгромом конвоя PQ-17 противник достиг значительно большего, чем потопление вооружения и грузов, предназначенных для Советского Союза. Этот случай дал повод союзникам задержать отправку следующих 4—5 конвоев. Их прибытие в июле — ноябре могло бы оказать некоторое влияние на оснащенность
Советской Армии в ходе зимнего контрнаступления 1942-43 г. Черчилль в послании к Сталину от 18 июля заявил: «Мы не считаем правильным рисковать нашим флотом метрополии к востоку от острова Медвежий...» В ответном послании от 23 июля Сталин резко критиковал несостоятельность доводов премьер-министра Великобритании. Выявившиеся разногласия были несколько смягчены предложением Черчилля послать очередной конвой в СССР в сентябре
1942 г.

Сталинград

Уже в ходе оборонительного сражения, развернувшегося в междуречье
Волги и Дона, советское командование приступило к разработке плана разгрома врага. Основная цель предстоящей зимней кампании 1942-43 г. состояла в том, чтобы вырвать стратегическую инициативу из рук противника, нанести ему тяжелое поражение и тем самым добиться решительного перелома в ходе войны.
При этом главный удар Красная Армия должна была нанести на Юго-Западном направлении по одной из самых крупных и самых активных вражеских группировок — группе армий «Б». Ее разгром привел бы к крушению всего южного крыла фронта противника.

Для достижения этой цели были созданы все предпосылки. К ноябрю 1942 г. соотношение сил стало почти равным, то есть улучшилось. в пользу советских войск. В составе действующих фронтов и отдельных армий было 385 стрелковых, мотострелковых и кавалерийских дивизии, 5 механизированных и 10 танковых корпусов, 145 стрелковых, мотострелковых и лыжных бригад, 89 отдельных танковых и механизированных бригад, 21 укрепленный район. В резерве Ставки (включая войска Московской зоны обороны) имелось 33 стрелковые дивизии, 17 стрелковых и мотострелковых бригад, 11 танковых корпусов и 1 механизированный корпус, 21 отдельная танковая и механизированная бригада. В действующей армии в этот период насчитывалось 6
124 тыс. человек, 72 500 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 1724 боевые установки (БМ-8, БМ-13) полевой реактивной артиллерии, 6014 танков и самоходно-артиллерийских установок, 3088 боевых самолетов (без По-2).
Германское командование держало на советско-германском фронте 258 дивизий и
16 бригад, в том числе 66 дивизий и 13 бригад сателлитов. С учетом войск сателлитов у противника было 6 270 тыс. солдат и офицеров, 70 980 орудий и минометов, 6600 танков и штурмовых орудий и 3500 боевых самолетов.

Из этих данных видно, что враг уже не имел былого превосходства в боевой технике и вооружении. Они подтверждают также, что существовавшее в первые дни войны почти двойное превосходство противника в людях тоже было ликвидировано. Теперь силы сторон стали примерно равны.

Поздней осенью 1942 г. воюющие стороны занимали на советско-германском фронте следующее положение. От Баренцева моря до Ладожского озера оборонялись 20-я немецкая армия и часть финских войск. Им противостояли
Карельский фронт и 7-я Отдельная армия. К югу от Ладожского озера до района
Холма находились остальные финские войска и немецкая группа армий «Север».
Перед ними действовали Ленинградский, Волховский и Северо-Западный фронты.
От района Холма до Ливны оборонялась одна из сильных вражеских группировок
— группа армий «Центр», скованная войсками Калининского, Западного и частью сил Брянского фронтов. От Ливны до района западнее Астрахани действовала наиболее сильная группа армий «Б», против которой оборонялись остальные силы Брянского фронта, Воронежский, Юго-Западньгй, Донской и Сталинградский фронты. На Северном Кавказе находилась группа армий «А», остановленная в предгорьях Главного Кавказского хребта войсками Закавказского фронта.

Соотношение сил сторон к концу 1942 года
|Силы и средства |Советские |Войска |Соотношение |
| |Войска |противника |сил |
|Люди |1 015 300 |1 011 500 |1 : 1 |
|Танки, штурмовые и | | | |
|самоходные орудия[8] |979 |675 |1,4 : 1 |
|Орудия и минометы |13 535 |10 290 |1,3 : 1 |
|Боевые самолеты |1 350 |1 216 |1,1 : 1 |

Таким образом, на стороне советских войск уже имелся перевес, хотя и незначительный. На фоне приведенных цифр, заметно что в случае прихода каравана полностью (или с незначительными потерями), перевес советских войск над немецкими достигал бы 2-х, а то и 3-х раз. Со всем уважением к союзникам, возникает вопрос, как можно объяснить приказ о расформировании конвоя? Вот он дословно: «КОМАНДИРУ ЭСКОРТА, КОМАНДУЮЩЕМУ ФЛОТОМ МЕТРОПОЛИИ
– ОТ АДМИРАЛТЕЙСТВА. ВВИДУ УГРОЗЫ СО СТОРОНЫ НАДВОДНЫХ КОРАБЛЕЙ ПРОТИВНИКА
НЕОБХОДИМО РАССРЕДОТОЧИТЬСЯ...». То есть бросить караван. После войны английский историк Ирвинг напишет о том, что, в принципе, весь этот караван был ловушкой для германского флота. И, действительно, в эскорте каравана шли корабли, превосходящие по вооружению ударную группировку немецкого флота. Но как тогда можно объяснить приказ первого лорда Адмиралтейства
Дадли Паунда? Возможно, объяснение кроется в следующем. Сперва предполагалось использовать PQ-17 как ловушку для линейных сил противника.
Об этом и пишет Ирвинг. Но союзники понимали, что в случае крупной победы советских войск под Сталинградом это будет коренным переломом войны на
Востоке. Советские войска перейдут в решительное контрнаступление. А для того, чтобы не прослыть трусами, союзникам требовалось открытие второго фронта во Франции или на Балканах. Необходимо было потянуть время, задержать и советские и германские войска под Сталинградом. С другой стороны, надо было сделать так, чтобы победителем там оказалась Красная
Армия. Поэтому союзники так спланировали конвой, чтобы уже на начальном этапе он понес большие потери. Как уже говорилось он был отвратительно защищен от атак с воздуха, а в зоне конвоирования каравана союзниками, большинство атак немцев проводилось именно оттуда.

В принципе, можно поставить под сомнение даже тот факт, что ангичане вообще пытались уничтожить линейные корабли немцев. Ведь флагман германского флота «Тирпитц» внушал английскому «Домашнему флоту[9]» панический ужас из-за однотипного «Тирпитцу» «Бисмарка», потопленного анличанами 27 мая 1941 года. Вот художественное описание этого сражения.

«В глубоком Датском проливе, что огибает Исландию с севера, в канале между минным полем и кромкой пакового льда, на английском крейсере
«Суффолк» работал радар. Экраны локаторов заранее отметили приближение гитлеровского флагмана. «Суффолк» по радиопеленгу наводил на цель корабли флота метрополии. Они подошли и вцепились в «Бисмарк» клыками своих орудий.

Огонь был открыт противниками почти одновременно с колоссальной дистанции. «Бисмарку» удалось сразу же поразить «Хууд»; броня линейного крейсера, принесенная в жертву скорости, пропустила через себя немецкий снаряд, и он лопнул внутри погребов. Адский взрыв потряс один из лучших кораблей британского флота — из 1 400 человек команды в живых остались только трое.

Немцы немедля перенесли огонь на новейший линкор англичан «Дюк-оф-
Уэллс», и, сильно дымя, тот беспомощно отвернул в сторону. «Бисмарк» же имел два прямых попадания. Один из снарядов вскрыл в его носу обширные нефтехранилища, и теперь длинный жирный хвост тянулся по морю. Турбины в
138000 лошадиных сил, прокатывая гребные валы винтов, сейчас уносили
«Бисмарк» от преследования курсом на зюйд.

Подоспели британские крейсера и всадили в него первую торпеду.
Огрызаясь огнем, «Бисмарк» уходил на Брест, и стрелки тахометров в его рубках указывали полное количество оборотов. К вечеру англичане опять настигли линкор, снарядами они разворотили ему надстройки... Карта боя рисует поразительную дугу: обогнув Исландию и Британские острова, «Бисмарк» лежал теперь на курсе, прямом как стрела, — на Брест, только на Брест (уже дымилась его крупповская шкура, которую надо было спасать).

А берлинские фанфары завывали на весь мир: радио Геббельса трубило о легкой победе над «Хуудом», о той страшной угрозе, которая нависла теперь над Атлантикой — этой главной военной артерией англичан. И тогда Британское адмиралтейство бросило против «Бисмарка» самые значительные свои корабли.
От баз метрополии отошли линкоры «Кинг Георг V» и «Родней», авианосец
«Викториуз», крейсера, эсминцы, подводные лодки. От Гибралтара устремился в битву линейный крейсер «Ринаун», от берегов Африки спешил линкор
«Рамилиуз», летели в океан авианосец «Арк Ройял», крейсер «Шеффилд» и дивизионы эсминцев.

Англичане хотели спасти престиж своего флота. Но они сами не заметили, что, бросая почти весь свой флот против одного линкора, они невольно теряли этот престиж. Самолеты-торпедоносцы, поднятые с палуб авиаматок, нанесли по
«Бисмарку» удар, и удачный: наконец-то линкор захромал, гася свою предельную скорость. Дождевые шквалы забушевали над Атлантикой, и на рассвете 25 мая британские крейсера потеряли «Бисмарк». Дальнейшие поиски его и погоня за ним быстро истощили топливные цистерны британских кораблей.

«Принц Эйген» пропал за пеленою дождевой мглы. Вся ярость травли обрушилась на «Бисмарк». Британские торпедоносцы в спешке свалили боевой груз на свой же крейсер «Шеффилд», который с большим искусством увернулся от попаданий. Наконец одна из торпед заклинила рули на «Бисмарке»; при сильном шторме линкор развернуло лагом к волне, и турбины бешено выли от усилий котельных установок. Экраны локаторов на «Бисмарке» отмечали появление британских эсминцев еще за 10 миль — и огонь башен линкора отгонял их прочь.

Насосы британских кораблей уже дохлебывали последние тонны горючего, когда «Бисмарк» сумел вторично оторваться от погони. Брест был уже недалек: казалось, еще немного, и спасение придет. Но над волнами пролетела косая тень британского «Норфолка» — эфир вздрогнул от призывов крейсера: «Он здесь, он тут, я его вижу...» И горизонт снова ожил. Башни линкоров дрогнули, орудия безжалостно и точно нащупывали цель.

На дистанцию в 50 кабельтовых к «Бисмарку» подскочил «Родней», и частыми залпами — в упор! — англичане лихо расстреляли его орудийные башни.
Главная посудина Гитлера (искромсанная, пылающая, недвижимая) погибала, еще продолжая работать машинами, но орудия ее уже молчали. При погружении в воду раскаленные докрасна надстройки линкора окутались клубами шипящего пара, и это шипение скоро перешло в резкий протяжный свист. А в задраенной боевой рубке тонул обгорелый труп адмирала Лютьенса. Это произошло 27 мая в
11 часов утра в Атлантическом океане, всего в 400 милях от оккупированного немцами Бреста...[10]»

Союзный долг

В начале сентября из Исландии вышел конвой PQ-18 в составе 40 транспортов. В отличие от предыдущих конвоев, кроме непосредственного охранения, он имел мощное ближнее прикрытие, состоявшее из крейсера и 16 эсминцев, способное отразить атаку крупных кораблей. Впервые в конвой был включен авианосец, на борту которого имелось 12 истребителей и 3 противолодочных самолета. Как и раньше, советский флот осуществил специальную операцию. Командующий ВВС Северного флота располагал более чем
300 боевыми самолетами. Кроме того, на аэродромы в районе Кольского залива прибыли из Англии 24 торпедоносца.

Гитлеровское командование использовало против конвоя 17 подводных лодок, 337 самолетов (в том числе 92 торпедоносца и 133 пикирующих бомбардировщика). 12 сентября первыми начали атаки подводные лодки. На другой день массированные атаки торпедоносцев и пикировщиков принесли успех немецким летчикам — было потоплено 8 судов. Атаки продолжались до 18 сентября и не принесли успеха противнику. Американский историк С. Морисон писал; «18 сентября конвой был обнаружен противником при входе в Белое море и безрезультатно атакован самолетами, летящими на средней высоте. В течение дня конвой подвергался атаке двенадцати самолетов «Хейнкель-111», в результате чего было торпедировано и потоплено еще одно судно. Несмотря на уход авианосцев и других средств ПВО, действия германских самолетов не были такими дерзкими, как прежде. А четыре русских эскадренных миноносца -
«Гремящий», «Сокрушительный», «Куйбышев», «Урицкий», присоединившихся к конвою 17 и 18 сентября, еще больше отбили у них. охоту к атаке».

Англичане не без основания считали, что операция проведена удовлетворительно. Из состава конвоя немцам удалось потопить 13 транспортов
(10 — авиацией и 3 — подводными лодками) и 3 транспорта из встречного конвоя QP-14. В то же время немецкий флот и авиация получили должный отпор: были потоплены 4 подводные лодки и сбит 41 самолет. Кроме того, советская авиация уничтожила более 20 самолетов при ударах по аэродромам. Стало очевидно, что при усилении охранения противник не сможет прервать путь в северные порты СССР. Однако союзники, несмотря на приближение полярной ночи и уменьшение численности немецкой авиации, отказались посылать конвои, мотивируя занятостью кораблей к подготовке десантной операции в Северную
Африку. 22 сентября Черчилль сообщил Рузвельту, что наступило время сказать, что конвой PQ-19 отправлен не будет и что до января конвои в
Советский Союз вообще не будут направляться.

Заключение

Вот на этом и заканчивается союзная помощь СССР. И время подвести итоги. Позиция союзников остается неясной по сей день. Были ли караваны приманкой для гитлеровского флота или чем-либо еще могут сказать только чиновники Уайтхолла. Для нашей же страны, в любом случае, будь приказ о расформировании PQ-17 ошибкой английского командования или заранее спланированной операцией, стоил, без сомнения, многие тысячи жизней. 50 миллионов унесла война и 30 млн. приходится на Россию. Можно ли было спасти многих, приди помощь вовремя? Да, считаю я. Особенно в первые месяцы войны, нашим солдатам так не хватало техники. Когда на пожертвования колхозов, церквей страна строила несколько лишних танков, 1 союзный транспорт – это
10 эшелонов с оружием. Прекращение потсавок после 1942 года было вполне логичным мероприятием – нашим войскам техника требовалась в меньшей степени, а вот союзники, высадившись в Нормандии, гораздо острее нуждались в ней. Именно поэтому в нашей печати тема конвоев занимает такое место. Идя на поводу своих политических амбиций, Великобритания и США позволили умереть тысячам, а, быть может, и миллионам бойцов в первый год войны. И это не забудется никогда.

Список использованной литературы

1. Басов А.В. Советский флот на защите социализма. М., 1985, с.223
2. Горшков С.Г. Морская мощь государства. М., 1979, с. 416
3. Ирвинг Д. Разгром каравана PQ-17. М., 1971, с. 381
4. Курасов В.В. Великая Отечественная война Советского союза 1941-1945.

Краткая история. М., 1970, с. 630
5. Кынин Г.П. Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945. Документы и материалы. М., 1983, т. 1-2
6. Пикуль В.С. Реквием каравану PQ-17. М., 1997, с. 587
-----------------------
[1] Ленд-лиз (англ. «Lend-lease») – аренда, ссуда
[2] Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны, т.
1, док. 49
[3] Черчилль У. Мемуары, том 2, стр. 119-120
[4] В анлийском морском штабе управлением караванами ведал офицер P.Q.
Edwards.
[5] Должность первого лорда Адмиралтейства аналогична нашему начальнику морского штаба
[6] После войны «Эдинбург» был поднят британскими водолазами
[7] Ирвинг Д. Разгром каравана PQ-17. М., 1971, с. 50.
[8] Учтены только средние и тяжелые танки
[9] Home Fleet (англ.) – флот королевской метрополии, куда входили сильнейшие корабли английского флота
[10] Пикуль В. Реквием каравану PQ-17. М., 1997, с. 14-15

Похожие работы на - Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на восточном фронте

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!