Общественно-политическое телевещание как фактор политической интеграции мегаполиса

  • Вид работы:
    Магистерская работа
  • Предмет:
    Журналистика
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    335,99 Кб
  • Опубликовано:
    2013-06-28
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Общественно-политическое телевещание как фактор политической интеграции мегаполиса















Общественно-политическое телевещание как фактор политической интеграции мегаполиса

Содержание


Введение

Глава I. Телевидение в контексте социально-политической жизни мегаполиса

.1 Специфика телевидения как средства массовой информации

.2 Интегративная природа телевидения

Глава II. Политический масс-медиа дискурс: область функционирования

.1 Политический медиадискурс в системе масс-медиа

.2 Политический дискурс в контексте социально-политической эпохи

.3 Политический медиадискурс как социально-политический конструкт

.4 Ресурсы телевизионного дискурса

.5 Своеобразие политического теледискурса

Глава III. Интегративная природа политического теледискурса (по материалам отечественного телевидения)

.1 Методика дискурс-анализа телевизионных сообщений

.2 Общественно-значимые темы сквозь призму теледискурса

.3 Жанровая палитра политического теледискурса

.3.1 Информация

.2.2 Комментарий

.3.3 Репортаж

.3.4 Интервью

Заключение

Список литературы

Введение


В целостной структуре СМИ телевидение является наиболее массовым. В силу своих особенностей у него есть возможность охватывать те слои населения, которые остаются за рамками других медиаканалов. Воздействующая сила телевидения заключается в том, что у вещателя есть целый комплекс аудиовизуальных ресурсов, чтобы эффективно работать на укрепление чувства сопричастности аудитории к транслируемой информации.

Общественно-политическое телевещание мегаполиса осуществляет влияние на политические процессы через распространение и разъяснение политической информации, что, в свою очередь, позволяет формировать общественное мнение. Посредством формирования общественного мнения, выработки социальных установок и убеждений телевидение подталкивает гражданина мегаполиса к определённым поступкам. Такая деятельность имеет важные общественно-политические последствия, так как характер информации, адресуемой аудитории, влияет на её отношение к действительности и регулирует ее социальные действия. Это позволяет нам говорить об уникальной возможности телевидения в реализации интегративной функции. При этом важно отметить, что телевидение, обращаясь к широчайшей аудитории, разной по месту проживания, возрасту, социальному статусу, национальности, стилю жизни, культурно-речевым приоритетам, более других средств массовой информации вынуждено вырабатывать стратегии трансляции информации, позволяющие преодолевать объективно существующие в коммуникативном пространстве процессы дезинтеграции.

Актуальность данного исследования состоит в рассмотрении общественно-политического телевидения как уникального феномена, участвующего в политической интеграции граждан мегаполиса, что особенно важно в современной российской ситуации, связанной с активизацией протестных настроений и ростом гражданской активности населения.

Новизна исследования определяется подходом к анализируемому явлению сквозь призму понятия политический теледискурс. Мы рассматриваем политический теледискурс как коммуникативное явление, включенное в общественно-политическую структуру мегаполиса, являющееся комплексным продуктом деятельности телевизионных специалистов и отражающее сложную систему взаимосвязи вербальных и визуальных знаков, по-своему участвующих в процессе смыслообразовния. Мы отмечаем подчеркнуто прагматическую направленность политического теледискурса. Это своеобразный месседж, который может оказывать как интегративный, так и дезинтегративный эффект. Именно поэтому для нас представляется важным изучение единства воздействующих компонентов этого вида дискурса: жанровый рисунок, словесный ряд, интонация, изображение, звук, интершум, образ человека в кадре, особенности монтажа, работа оператора и др.

Объектом настоящего исследования является участие общественно-политического телевещания в комплексном процессе политической интеграции общества.

Предмет исследования - содержание и выразительные ресурсы политического медиадискурса, реализующего интегративные функции телевидения.

Цель диссертационной работы - изучение стратегий трансляции информации, способных эффективно влиять на процессы политической интеграции общества.

Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд задач:

)         осмыслить специфику выразительных средств телевидения;

)         изучить интегративные ресурсы телевидения;

)         определить область распространения политического теледискурса;

)         провести дискурсный анализ материалов отечественного телевидения.

Мы понимаем телевидение как особый институт, обладающий доступностью, оперативностью, широтой охвата аудитории, который формирует политические ориентации и установки, определяет характер вовлеченности граждан в политический процесс, способствует развитию институтов гражданского общества.

В данном исследовании мы определяем процесс интеграции как гармонизацию и объединение различных социальных, возрастных и национальных групп, ассимиляцию различных культурных кодов, баланс личных и общественных интересов. Специфика телевизионных сообщений позволяет зрителю почувствовать себя частью транслируемых событий, стать их очевидцем. Подобный эффект придает телевизионному сообщению особую достоверность и формирует у аудитории чувство сопричастности к происходящему. Итогом эффективной интегративной политики становится возникновение некого единого политического сообщества, для которого территориальные границы не имеют решающего значения. Объединение участников подобного сообщества происходит не на локальном уровне. Они связаны определенными нравами, ценностями, взглядами, обычаями, склонность к которым и образует некое единство с повышенным уровнем доверия и взаимопонимания всех, кто к нему принадлежит. Одна из задач общественно-политического телевидения - реализация интегративной функций, функции объединения медиа(теле)аудитории вокруг вопросов, представляющих всеобщий интерес. Дезинтеграция - обратный процесс. Это расслоение общества на группы и группировки, которые, в свою очередь, распадаются на отдельных индивидов, преследующих сугубо личные цели.

Методологической и теоретической основой исследования стали труды ведущих российских и зарубежных исследователей в области телевидения, таких как С. Г. Азарян, Н. Больц, Р. А. Борецкий, Д. Брайант, П. Бурдье, Я. Н. Засурский, С. Н. Ильченко, А. А. Князев, Г. В. Кузнецов, , М. Ю. Маркеева, О.Маховская, С.Томпсон и др.

При изучении особенностей политической коммуникации мы опирались на таких авторов, как Н. Ю. Беляева, И. Н. Блохин, А. В. Груша, С. Г. Кара-Мурза, Н. Ф. Пономарев, Г. Г. Почепцов, А. М. Цуладзе и др.

Теоретическим осмыслением понятия «дискурс», важного для нашего исследования, занимались такие российские ученые, как В. З. Демьянков, Е. В. Ерофеева, В. И. Карасик, О. Ф. Русакова. Среди зарубежных исследователей, особый интерес для нас представляли труды Т. А. ван Дейка, Э. Лакау и др. Изучением особенностей политического медиадискурса занимались такие исследователи, как М. Р. Желтухина, Т. И. Попова, Г. Я. Солганик, В. Н. Степанов.

Становление современного политического дискурса - это область научных интересов таких ученых, как В. И.Кравченко, О. Н. Паршина, А. П. Чудинов, Е. И. Шейгал.

Жанры политического дискурса рассматриваются в работах Е. Р.Бакумовой, О. В. Гайковой, Н. А. Купиной, А. К. Михальская и др. Определить границы телевизионного дискурса нам помогли труды Б. М. Березина,В. В. Егорова, Н. Б. Кирилловой, М. М. Назарова. Важное значение для нас имела теория коммуникационного процесса Г. Лассуэлла, которую рассматривают многие исследователи теории коммуникации: Д. П. Гавра, С. А. Левина, Г. Г. Почепцов и др. Также существенное значение для данной работы имела теория М. Маклюэна «the medium is the message», которая легла в основу многих отечественных и зарубежных исследований. Особый интерес представляла теория симулякров Ж. Бодрийяра.

Эмпирическую базу исследования составили выпуски информационно-аналитических программ Первого канала, телеканала Россия 1, НТВ за телевизионный сезон 2012 - 2013 гг. Отдельный интерес представляли некоторые выпуски 2011 г., материалы президентской избирательной кампании 2012 года, материалы программ «Центральное телевидение» (НТВ), телефильмов «Анатомия протеста», «Анатомия протеста-2» (НТВ). Кроме телепрактики важными для нас стали и материалы «Новой газеты» и газеты «КоммерсантЪ», сайт и форум Первого канала, отдельные страницы сайта «Живой журнал».

Как любой комплексный феномен массовая коммуникация вряд ли может быть описана и объяснена лишь одним возможным (или некоторым универсальным) способом.

Анализ теоретического и эмпирического материала в данной диссертации базируется на совокупности принципов и методов, применяемых в журналистике, политологии и смежных науках: социологии, политической психологии, связях с общественностью и политической коммуникации. Теоретические методы, используемые в работе, призваны раскрыть сущность изучаемых явлений, выявить закономерные связи и отношения. При определении научной проблематики исследования были использованы такие методы, как анализ, синтез, дедукция, индукция и др.

В качестве главного метода анализа эмпирического материала, мы используем дискурс-анализ, который представляется нам наиболее эффективной методологией в рамках исследования политического текста. Мы объясняем это уникальной прагматической направленностью политического телевизионного дискурса, материалы которого составляют эмпирическую основу нашего исследования. Мы рассматриваем политический теледискурс как комплексное коммуникативное воздействие с интегративной или дезинтегративной направленностью. Если бы мы изучали материалы печатных СМИ, то, в первую очередь, мы бы рассматривали речевое воплощение интегративных и дезинтегративных стратегий. На телевидении важную роль играют и другие структурные компоненты: видеоряд, звук, интершум, появление в кадре, операторская работа, приемы монтажа, образ ведущего, особенности дизайнерского оформления программы. Опираясь на высказывание М. Маклюэна «the medium is message», мы придаем значение каждому описанному выше явлению и осмысляем их интегративные и дезинтегративные возможности, которые способны оказать мощное воздействие на общество.

Для обоснования этого положения, мы провели медиаисследование в форме опроса жителей г. Санкт-Петербурга в возрасте от 18 до 65 лет. Нас интересовали следующие факторы:

)         степень заинтересованности аудитории в общественно-политической информации;

)         выбор источника для получения этой информации;

)         уровень доверия к этому источнику информации;

)         предпочтения в выборе способа подачи информации;

)         использование интернет-порталов в качестве альтернативного источника получения информации.

Всего было опрошено 150 респондентов из разных сфер: студенты факультета журналистики, факультета философии, экономического и филологического факультетов СПбГУ, сотрудники рекламной компании, представители бизнес-сообщества, журналисты телеканала 100 ТВ и Пятого канала и др. Результаты исследования обработаны, осмыслены и представлены в данной работе в виде графиков и диаграмм.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в сборниках «Средства массовой информации в современном мире: молодые исследователи: материалы XI международной конференции студентов и аспирантов (5−7 марта 2012 года); «Средства массовой информации в современном мире. Молодые исследователи: материалы XII международной конференции студентов и аспирантов (11-13 марта 2013 года).

Результаты данного исследования были представлены на заседании секции «Журналистика о проблемах науки: от популяризации к просвещению» в рамках XI международной конференции студентов и аспирантов «СМИ в современном мире: молодые исследователи» 5 марта 2012 года; на научно-практическом семинаре «Современный российский медиаполис» (из цикла мероприятий, реализуемых в рамках темы «Разработка теоретической модели функционирования медиасферы современного мегаполиса» тематического плана фундаментальных НИР СПбГУ) 20 июня 2012 года; на заседании секции «Вечные проблемы русской литературы в журналистике XXI века» в рамках XII международной конференции студентов и аспирантов СПбГУ «СМИ в современном мире: молодые исследователи» 11 марта 2013 года.

Диссертационное исследование состоит из Введения, трех глав, Заключения, Списка литературы и Приложения.

 

          Глава I. Телевидение в контексте социально-политической жизни мегаполиса


1.1 Специфика телевидения как средства массовой информации

Немецкий исследователь Норберт Больц сравнивает телевидение с погодой: за него «не с кого спросить, в основном оно плохое, и все им интересуются». Для преобладающей части жителей мегаполиса просмотр телевизора тесно связан с проведением свободного времени. Как утверждает Н. Б. Кириллова, «российское общество на рубеже веков - это по преимуществу общество смотрящих телевизор и символически обменивающихся мнениями о просмотренном». Телепросмотр замещает активную общественно-политическую жизнь и, как отмечает Н. Б. Кириллова, «протезирует и многие другие формы гражданского участия, социальной солидарности, создавая целые сферы чисто визуальной чужой жизни, виртуально-телевизионной реальности, которая завораживает зрителей своей как бы доступностью». В. Егоров определяет телевидение как «создание и массовое распространение аудиовизуальной информации в определенной системе взаимодействия с аудиторией. Под аудиовизуальной информацией понимается любое предоставление в распоряжение населения или отдельных лиц средствами телевизионной техники знаков, сигналов, изображений, звуков или иных сообщений, не носящих характер частной корреспонденции. В понятие “телевидение” входят трансляция, передача или прием знаков, сигналов, надписей, изображений, звуков или сведений любого рода посредством проводной связи, оптических систем, радиотехники или иных электромагнитных систем. Все это делает телевидение одним из важнейших средств массовой информации».

Телевидение обладает мощной воздействующей силой, так как выполняет не только функцию информации и коммуникации. Ведущий исследователь в области телевидения С. Н. Ильченко утверждает, что «телевидение есть информационный демиург, способный решить как локальные, так и глобальные с точки зрения социально-политического и социально-экономического дискурса задачи». Телевидение может быть исследовано на нескольких уровнях. Первый - технологический, когда для анализа мы используем схему Г. Лассуэла: кто сообщает - что сообщается - по какому каналу - кому. Отметим, что для нашего исследования подобный подход не является полным. Мы будем рассматривать телевидение, включенное в многоуровневый социально-политический контекст, потому что в «рамках технологического подхода телевидение исследуется как производственно-творческий организм, работающий в автономном режиме, как бы сказали философы, “вещь в себе”».

Для нас важен тот факт, что телевидение всегда движется вместе с обществом, оно неотрывно с ним связано и «на конкретных этапах обнаруживает разные приоритеты своей программной деятельности. Чтобы их понять и обозначить, необходимо указать конкретно-исторические и социальные детерминанты самого телевидения. Вот когда ТВ из “вещи в себе” станет “вещью для нас”, мы и сможем ответить не только на вопросы, что и как происходит в ТВ, но и почему это происходит».

В XXI веке телевидение окончательно утвердилось как главный источник информации, средство развлечения и способ организации массового досуга. Даже несмотря на появление все новых и новых каналов получения информации, телевидение остается самым влиятельным СМИ. «Телевидение берет валом, напором, бесчисленными повторами и сменой ярких “картинок”. Калейдоскоп “картинок” гипнотизирует зрителя, завораживает его. Телевизионный гипноз позволяет отключить сознание, снять барьеры для восприятия информации, сделать человека более внушаемым, навязать ему “повестку дня”». Теленовости превращаются в глазах жителя мегаполиса в единственный источник информации, причем обязательный к просмотру.

Неудивительно, что телевидение можно назвать одной из самых привлекательных площадок для воплощения политических интересов. Являясь столь мощным и действенным инструментом влияния на общество, оно просто не может быть свободно от политической зависимости. Как отмечают московские исследователи, «в силу уникальной изобразительной природы, мощи психологического воздействия на массовое сознание, беспрецедентного по масштабу охвата аудитории телевидение, прежде всего, изначально было и остается политически детерминированным институтом».

В рамках нашего исследования мы понимаем общественно-политическое телевидение мегаполиса как особый институт, обладающий доступностью, оперативностью, широтой охвата аудитории, который формирует политические ориентации и установки, определяет характер вовлеченности граждан в политический процесс. Можно утверждать, что телевидение не просто информирует, а также популяризирует определенные идеи, взгляды, учения, политические программы и тем самым участвует в социальном управлении. Современная политическая роль телевидения обусловлена, в первую очередь, тем, что оно является относительно самостоятельной отраслью по производству, интерпретации и оценке информации.

Нельзя забывать про то, что к политической составляющей, определяющий характер современного телевидения, добавилась еще и коммерческая. На первый взгляд, освободившись от финансовых отношений с государством, телевидение стало в высшей степени демократичным СМИ. У него появилась ресурсы для ограничения массового политического манипулирования и возможность учитывать интересы и потребности аудитории. Я. Н. Засурский объясняет, что «на деле власть, а за ней мощные корпоративные группы и объединения отнюдь не уходят от влияния на ТВ. Они не могут себе позволить отказаться от столь эффективного инструмента социального управления, необходимости постоянно поддерживать на должном уровне лояльность граждан, особенно когда последние выступают в роли электората. Именно когда наступает ответственная для власти пора (предвыборная борьба, избирательная кампания, выборная страда и пр.), политическая ангажированность телевидения проявляется особенно наглядно. В пору межвыборного затишья политическая составляющая уступает первенство коммерческой доминанте, деятельность ТВ подчиняется законам бизнеса, рынка, рейтинга - извлечению прибыли. Однако на стратегическом уровне за политикой всегда остается последнее слово».

Телевидение XXI века - это самое популярное средство массовой информации, мощность воздействия которого не перестает поражать исследователей. Это многофункциональная машина, которая участвует в сложнейших и многогранных процессах духовной жизни общества. Именно поэтому телевидение немыслимо без мифотворчества. Мифологично даже само слово «телевидение», которое означает «видеть на расстоянии».

В одном из интервью режиссер Стенли Кубрик сказал: «Краски реального мира человек признает реальными только после того, как увидит на экране». Мы обратимся к одному из наиболее популярных концептов постмодернистски ориентированной философской мысли - симулякру (от лат. simulacrum - образ, подобие). Ж. Бодрийяр объясняет симулякры как результат процесса симуляции, под действием которой происходит замена реальности знаками реального. Как отмечает С. Г. Азарян, в результате «симулякр оказывается принципиально не соотносимым с реальностью напрямую, если вообще соотносимым с чем-либо кроме других симулякров». Симулякры широко используются в коммуникативных процессах современного общества, особенно в сфере медиа. В работе «Телевидение как парадигма аудиовизуальной культуры современного российского общества» С. Г. Азарян, ссылаясь на Ж. Бодрийяра, пишет о том, что телевизионный образ проходит ряд последовательных стадий, для того, чтобы стать законченным «чистым симулякром»:

)         он является отражением базовой реальности;

)         он маскирует и искажает базовую реальность;

)         он маскирует отсутствие базовой реальности;

)         он не имеет отношения к какой-либо реальности;

)         он является собственным чистым симулкяром.

Результатом этого становится формирование особого телемира симулякров, которые никак не соотносимы с реальностью, но воспринимаются телезрителями как реальные.

Этот мир основан на самом себе, функционирует по своим, особенным законам. Западные исследователи используют понятие «coach potatoe» (овощ на диване) - идеальный потребитель симулякров. Это крайне пассивный телезритель, который безвольно воспринимает все, что преподносит им величественное телевидение. Создатели программ (и все, кто за ними стоит), определяют горизонты реальности, осуществляют предварительный выбор, принимают решение за телезрителя. Это объясняется тем, что у слишком занятого жителя мегаполиса абсолютно нет времени на проверку новости: возникает мир упрощенных причинно-следственных связей.

Телевидение можно назвать фабрикой по производству реальности, потому что нередко только изображение на экране и есть то самое событие, о котором нужно узнать. Как отмечает Н. Больц, «реакция на телевидение состоит не в том, что человек занимает позицию “за” или “против”, а в том, что он либо выключает телевизор, либо переходит на другой канал». Получается, что в таком мире претензия журналистов на просвещение публики тоже является симулякром. Когда гаснет экран, она становится главным журналистским обманом.

С. Г. Азарян утверждает: «Современная аудиовизуальная культура - это эра тотальной симуляции, обнаруживающая симуляционный характер всех современных социальных и культурных феноменов: власть лишь симулирует власть, при этом столь же симулятивно и сопротивление ей, что же касается информации, то она не производит никакого смысла, а лишь “разыгрывает его”, поскольку подменяет коммуникации симуляцией общения, что и порождает специфику мироощущения современного массмедированного состояния общества и общественного сознания. В результате, окунаясь в пространство телевидения, люди имеют дело не с реальностью, а с гипперреалностью, воспринимаемой гораздо реальнее, чем сама реальность».

Телевидение искусно препарирует окружающую действительность, создавая свою реальность симулякра. Подобная особенность делает это СМИ мощнейшим инструментом создания и разрушения политических мифов. Телевидение старается сделать своего зрителя «многослойным»: лишить его возможности адекватно прослеживать взаимосвязь событий, создать в его голове своеобразную мешанину из стереотипов. Такой человек охотнее воспринимает информацию, пропущенную через телеэкран, придает ей особое значение. Ссылаясь на У. Эко, можно говорить о том, что у телеобразов есть «“платоническая сила”, которая преображает частные идеи в общие, и поэтому посредством визуальных коммуникаций легче проводить и стратегию убеждения, сомнительную в ином случае». Стержнем любого телесюжета является событие, и, для того чтобы превратиться в телеобраз, оно должно обладать рядом отличительных признаков.

Исследователи Джемисон и Кэмпбелл выделили 5 основных признаков значимого для СМИ события:

.         Наличие главного героя, вокруг которого развивается сюжет. Зритель подсознательно идентифицирует себя с героем телесюжета, переживает вместе с ним различные перипетии. Эмоциональная вовлеченность зрителя облегчает усвоение заложенной в сюжете информации.

.         Драматургия события: конфликт интересов, который может сопровождаться открытым насилием. Телевидение так устроено, что чем сильнее конфликт, чем жарче страсти, тем больше времени оно уделяет такого рода событиям. Подобная установка может иметь далеко идущие последствия. У телезрителя порой формируется ошибочное представление о том, что сцены насилия, которые он видит на экране, являются нормой.

.         Событие должно содержать активное действие, чтобы приковывать внимание телезрителя. Действие является своего рода крючком, на который подсаживают зрителя, чтобы донести до него какую-либо информацию. Особенность телевидения такова, что оно вынуждено иллюстрировать, показывать даже самые отвлеченные понятия. На телевидении нужна картинка.

.         Новизна события и возможность отклонения от общепринятых норм.

.         Возможность привязки события к темам, которые в данный момент активно разрабатываются СМИ, т. е. актуальность события.

Выделенные западными исследователями признаки значимого для СМИ события подтверждают, что пространство, формируемое современными СМИ, является пространством мифологическим. Довольно часто телевидение не просто информирует о событии, а превращает его в миф.

Телевидение выполняет различные функции: информационную, культурно-просветительскую, образовательную, организаторскую и др. Для нас наибольший интерес представляет интегративная функция телевидения, не столь широко исследованная учеными, как другие.

Интегративная природа телевидения очевидна: человек может быть абсолютно равнодушен к событиям, происходящим в мире и стране, но стоит ему увидеть на экране кадры в режиме реального времени, как он моментально становится очевидцем происшествия. Особенно большую роль здесь играет форма подачи материала. Качественная картинка уже сама по себе обладает мощными интегративными свойствами, и, соединяясь с текстом, техническими приемами, авторитетным ведущим в кадре, любой сюжет становится сокрушительной интегрирующей единицей, имеющей практически обязательное воздействие на своего зрителя.

В данном исследовании мы, как уже отмечалось выше, определяем процесс интеграции как гармонизацию и объединение различных социальных групп, ассимиляцию различных культурных компонентов, примирение различных моральных норм. Дезинтеграция - обратный процесс расслоения общества на группы и группировки, которые, в свою очередь, распадаются на отдельных индивидов, преследующих личные, а не общественные цели. Специфика телевизионных сообщений позволяет зрителю почувствовать себя частью транслируемых событий, стать их очевидцем. Телевидение способно объединять абсолютно разные структуры: в этом его уникальная интегративная специфика. Как пишет Ирина Полуэхтова, автор и разработчик исследования «Телевидение глазами телезрителей», «аудитория телевидения все больше дифференцируется по вкусам, предпочтениям, стилям жизни и потребления, и собирать всех в рамках одного канала становится все труднее. Внутри аудитории произошел кардинальный разрыв - в ней сосуществуют по крайней мере два поколения зрителей (условная граница между ними проходит примерно в возрасте 30 лет). Это результат не только роста телевизионного разнообразия, но и глубоких социокультурных изменений российского общества, в том числе связанных с развитием новых медиа технологий». Два поколения зрителей сформировались в отдельные, самостоятельные аудитории, обладающие разными ценностями, требованиями, особенностями восприятия, эстетическими установками, культурным фоном. Зрители младше 30 лет требуют постоянной смены впечатлений: их психоэмоциональные механизмы восприятия позволяют оценивать увиденное без тщательного погружения в детали. Н. Б. Кириллова отмечает такое характерное для современного зрительского восприятия явление, как «зэппинг» - постоянное переключение с канала на канал. Автор пишет, что «некоторые психологи полагают, что первоначально вызванный желанием “убежать” от рекламы “зэппинг” стал приобретать характер болезни. Телезритель не в состоянии долгое время сосредотачиваться на чем-то одном и бессознательно “прыгает” с канала на канал. Сознание телезрителя подверженному зэппингу, напоминает уже не многослойный пирог, а калейдоскоп в котором постоянно меняются разные картинки. Cовременный телезритель не обладает способностью к цельному восприятию того, что он видит. Он выхватывает отдельные куски, которые складываются в пеструю мозаику фактов, мнений, образов и.т.д.». В результате проведенного нами медиаисследования, мы выяснили, что для 62 % опрошенных, чей возраст составлял от 18 до 45 лет, предпочтителен развлекательный характер получаемой информации. Мы спросили у 150 респондентов, стали бы для них информационно-аналитические программы интереснее, если бы выходили в развлекательном формате (см. раздел Приложение).

Результаты представим в виде диаграммы:

Рис.1. Стали бы информационно-аналитические программы интереснее для Вас, если бы они выходили в развлекательном формате?

Старшее поколение телезрителей обладает иными законами восприятия, другими эстетическими установками, требованиями, запросами. Наше медиаисследование показало высокую степень доверия к транслируемой информации именно у зрителей в возрасте после 30 лет. В приведенных ниже диаграммах мы отмечаем взаимосвязь канала получения информации и уровня доверия к нему.

Рис.2. Из какого источника вы предпочитаете получать информацию?

Рис.3.Доверяете ли вы этому источнику информации?

Телеаудитория предстает перед нами как крайне разнохарактерная структура, обладающая такими социально-демографическими характеристиками, как пол, возраст, социальное положение, род занятий, образование и пр. Необходимо учитывать и территориальный фактор. Процесс интеграции на телевидении непосредственно связан с объединением интересов этих структур.

         

          1.2 Интегративная природа телевидения


В рамках данного исследования необходимо обратить внимание на интегративные функции журналистики, а далее рассмотреть особенности этого феномена на телевидении. В одной из своих статей И. Н. Блохин ссылается на С. Г. Корконосенко, одного из ведущих теоретиков журналистики, который отмечает, что такая функция, как интеграция составных элементов общества «приобретает все большее значение по мере того, как в современном мире набирает силу тенденция к объединению не только в пределах государств, но и в межнациональном пространстве».

И. Н. Блохин выделяет различные виды функции интеграции: «Во-первых, в культурном смысле журналистика создает согласованность между культурными стандартами, нормами, образцами поведения. Во-вторых, в нормативном смысле журналистика внедряет культурные стандарты в поведение людей институционально путем регулирования общественного мнения. В-третьих, в коммуникативном смысле журналистика является субъектом обмена культурными смыслами, символами и значениями в интегрируемом обществе. В-четвертых, в функциональном смысле журналистика является фактором социальной дифференциации и одновременно ее продуктом, играя свою специфическую роль в мире “органической” солидарности».

Рассматривая журналистику как относительно автономный институт, мы можем задуматься над целями интеграции. Как пишет И. Н. Блохин, без ответа на этот вопрос «журналистика превращается либо в морализаторство, либо становится инструментом в руках сил, подменяющих лозунгом интеграции свои цели экономического и геополитического доминирования. Без понимания целей интеграции и общество перестает быть единым целым».

Развитая система СМИ позволяет видеть в них эффективный механизм реального включения граждан в политический процесс. Подобная система участия граждан в политическом процессе только зарождается в современной России. И уже «во многих материалах СМИ проявляются общественно значимые качества журналистики, такие как ее ориентир на выполнение коммуникативных, организаторских, идеологических и других функций, на принцип объективности, содействие не раздорам между субъектами политики и экономики, а их интеграции в интересах достижения общественного согласия».

Чтобы публичная политика была эффективной, выполняла функцию организации и обеспечения общественного диалога, необходимо взаимодействие всех ее субъектов. Стоит отметить, что в данном случае журналистика тоже становится субъектом политического процесса. Следовательно, к субъектам публичной политики мы отнесем граждан, СМИ и политиков.

В данном случае А. В. Груша разделяет политиков на «публичных» де-юре, избранных народом, и «публичных» де-факто, назначенных высшими инстанциями. Они участвуют в информационном обмене достаточно активно. Получается, что роль прессы в процессе интеграции связана со многими ее функциями. Как отмечает А.В. Груша, в первую очередь, это коммуникативная функция: «способность связывать, соединять всех участников диалога, быть его движущим механизмом», а во-вторых, «с участием СМИ в таком обсуждении как равноправного партнера».

Необходимо заметить, что субъекты политического процесса, субъекты информационного процесса и электорат обладают разными возможностями, разным потенциалом участия. Первые принимают решения, и это право было дано им избирателями, СМИ информируют и обращают внимание на актуальные проблемы, а гражданам остается наблюдать, реагировать и обсуждать.

А. В. Груша справедливо отмечает: «Информационный обмен, реальная практика взаимодействия, взаимовлияния, в которой и осуществляется поиск лучших стратегий общественного развития, условий политического согласия, должен быть непрерывным».

Итоги концепции политической интеграции можно рассматривать в нескольких вариантах. Во-первых, в создании самостоятельного политического целого в определенных территориальных границах, во-вторых, в возникновении политического сообщества, не имеющего четкой привязки к территории. Участники политического сообщества по второму типу связаны общей культурой, обычаями, ценностями, эстетическими канонами. Внутри такого единства исследователи наблюдают повышенный уровень доверия и взаимопонимания между всеми, кто ощущает сопричастность к такому образованию.

Подобную точку зрения разработал и развивал К. Дойч, называя ее «коммуникативной интеграцией» между политически действующими лицами. Он указывал на то, что информация должна циркулировать, омывать политическую, управляющую структуру, пронизывать ее сетью своих каналов. Для того чтобы органы власти функционировали эффективно, они должны быть информированы и сами обладать возможностью информирования. Эта коммуникация обязательно должна быть двусторонней: от власти к гражданам и наоборот.

Действительно ли телевидение выполняет заявленные функции, а именно информирует о том, что происходит в мире? Исследователь Норберт Больц советует осторожно подходить к получаемой с помощью телевидения информации. Новости, заявляет он, «показывают не то, что происходит, а то, что другие считают важным. Масс-медиа следят не за событиями, а за тем, как другие следят за событиями».

Телевидение, как одно из средств массовой информации, является наиболее массовым из СМИ, охватывая и те слои населения, которые остаются за рамками влияния других медиаканалов. Эта способность телевидения объясняется его спецификой как средства создания, передачи и восприятия информации. Во-первых, эта специфика заключается в способности электромагнитных колебаний, несущих телевизионный сигнал, «проникать в любую точку пространства в зоне действия передатчика».

Многие исследователи считают, что именно телевидение способно поддерживать нормальное функционирование общества, на которое влияет. Даже факт регулярного просмотра программы разными людьми уже говорит об определенной сплоченности, но значительная сила телевидения заключается в том, что у вещателя есть возможность работать на укрепление чувства сопричастности к чему-либо. И хорошо, если это будет выявление ценностей на любом уровне (национальном, региональном и пр.), обсуждение путей решения общих проблем и опасных тенденций. Ведь, по сути, телевизионные программы могут заставить каждого зрителя чувствовать себя сопричастным к чему угодно, желать быть частью этого единства.

Н. Больц отвергает идею равноправного общественного диалога, который строится на равноправном участии субъектов политического процесса, субъектов информационного процесса и электората. Он пишет, что «по положению, которое телезритель занимает перед экраном, можно разделить два вида отношения к воспринимаемому: lean back, то есть, откинувшись назад, и seat forward, то есть, наклонившись вперед».

Сейчас большинство телезрителей больше не хотят пассивно перерабатывать информацию. Они хотят активно вторгаться в медиареальность, участвовать в создании новостей, жить в едином медиасообществе.

Как утверждает Н. Больц, «одна из базовых истин серьезной медийной науки состоит в том, что масс-медиа в принципе не могут быть интерактивными. Но стремление к активному использованию медиа сегодня столь сильно, что вынуждает технологов и руководителей программ создавать устойчивую видимость интерактивности. Попытка всерьез учесть пожелание сотни телезрителей приведет канал в состояние хаоса». В связи с этим, исследователь говорит о принципе multiple choice - выбирать из предложенных альтернатив - не формировать свою собственную.

Получается, что формирование определенного политического сообщества как успешный итог политической интеграции оказывается кому-то выгодным. Более того, тот, кто в этом заинтересован, может успешно влиять на формирование такого политического единства, выстраивая его, исходя из собственных интересов. Многие исследователи говорят об ослабевании интегративной функции телевидения под влиянием коммерциализации, ориентации на зарубежные образцы и пр.

В рамках нашего исследования нам хотелось бы понять, каковы истинные цели политической интеграции, реализуемой с помощью телевидения. Г. В. Кузнецов пишет, что «для журналиста, осознанно реализующего интегративную функцию телевидения, первейшим качеством можно назвать умение объединять в подходе к материалу потребности общества с заботами отдельного человека у телевизора».

Телевидение становится доступным для самой широкой аудитории благодаря такому свойству, как экранность, то есть передача информации посредством движущегося изображения, сопровождаемого звуком. Так обеспечивается нравственно-чувственное восприятие экранных образов. Характер подаваемой информации усиливает персонификация, которая уже давно утвердилась во всем мире как принцип вещания, сущностное отличие телевизионной журналистики от других. Еще одним важным свойством телевидения можно назвать симультанность - одновременность события и его отображения.

Симультанность, как пишет А. А Князев, присутствует в телевизионных передачах не постоянно, однако имеет большое значение для психологии зрительского восприятия, как бы напоминая о достоверности действия, происходящего на экране.

Созданный эффект присутствия зрителя на месте событий придает телевизионному сообщению особую достоверность, документальность, реалистичность.

Многие исследователи утверждают, что визуально-образная информация воспринимается субъектом как более объективная, чем та, что передается другими методами. Так, В. В. Миронов утверждает, что «на уровне обыденного сознания не всегда удается осознать тот факт, что информационные фрагменты, которые мы своими глазами видим на телеэкране и которые уже в силу этого (ведь мы не читаем текст, который всегда воспринимается как написанный кем-то) выглядят как единственно объективные, на самом деле являются такими же скомпонованными, как и газетные статьи». Обывателю сложно понять: то, что он видит на экране, может быть не столь объективным, как ему кажется. Телематериалы могут быть построены таким образом, чтобы донести определенную информацию, выгодную для создателя программы. Получается, что формирование определенного сообщества, как успешный итог интеграции, оказывается кому-то выгодным.

Первейшим качеством для журналиста, осознанно реализующего интегративную функцию телевидения, можно назвать умение объединять в подходе к материалу потребности общества с заботами отдельного человека у телевизора. Журналист способен создать эффект присутствия зрителя на месте событий, что придает телевизионному сообщению особую достоверность, реалистичность. Вездесущность телевизионного сообщения позволяет зрителю почувствовать себя частью этого единства.

Созданный эффект присутствия зрителя на месте событий придает телевизионному сообщению особую достоверность, документальность, реалистичность. Немецкий исследователь Норберт Больц считает, что «масс-медиа обеспечивают социальную координацию моральных перспектив. Ведь такие медиумы взаимодействия, как деньги и власть, морально нейтральны. Поэтому масс-медиа дают приют бездомному моральному суждению. В результате, они обеспечивают общество не только информацией, которая раздражает и возбуждает, но и моралью, которая стабилизирует и успокаивает».

А в каком положении оказывается частный человек, воспринимающий реалии государства через призму телевизора? Действительно ли он чувствует себя защищенным? Чувствует ли он уверенность в собственном будущем? Чувствует ли он себя частью единого сообщества, способного противостоять социальным и экономическим проблемам? Сегодня телевидение снова стало черно-белым, - пишет обозреватель «Новой газеты» Слава Тарощина и сравнивает нынешние программы ТВ с установочными статьями газеты «Правда». Однако сидящим по ту сторону экрана сейчас дают больше свободы. У зрителя остается ощущение искусственного выбора. Мы уже отмечали эффект multiple choice - выбирать из предложенных альтернатив, не формировать свою собственную версию. С. Тарощина комментирует это так: «Если тебя возмущает идиотизм властей, значит, ты за Навального. Третьего не дано».

Сетка вещания заставляет мыслить зрителя в черно-белом формате, воспринимать реальность через призму того, что ему диктуют. Многие медиаисследователи отмечают сходство образа В. Путина в СМИ с Л. И. Брежневым, который теперь олицетворяет собой стабильность и гармоничное развитие общества, а никак не «знак тухлого застоя». В эксклюзивном интервью программе «Центральное телевидение» В. Путин говорит о том, что «даже несмотря на их (оппозиционеров) хамоватое поведение» он смотрит на них спокойно». Так же спокойны телевизионщики, «шьющие» дела оппозиционерам программа за программой. В нашумевшем фильме «Анатомия протеста-2», созданном на НТВ, оппозиционера Сергея Удальцова чуть ли не обвиняют в государственной измене. Проморолик на телеканале представляет программу следующим образом: «Захват власти в Калининграде, теракты в Москве и что-нибудь к юбилею президента. Ближайшие планы и тайные переговоры оппозиции с зарубежными заказчиками российских протестов. Кто берёт, сколько и за что?». Большую часть фильма занимают снятые скрытой камерой встречи Удальцова и его помощников с главой комитета по обороне и безопасности парламента Грузии Гиви Таргамадзе и консулом Грузии в Молдавии Михаилом Иашвили. Речь на встрече идет о финансировании протестных акций зарубежными спонсорами. Создатели фильма утверждают, что для захвата власти Удальцов предполагал даже использовать боевиков-националистов. Драматургия программы выстроена по принципу пирамиды: напряжение сидящего перед экраном зрителя растет с каждой минутой. Скорее всего, после просмотра обыватель даже и не задаст себе вопрос: откуда у журналистов такая запись? А конец программы и вовсе призывает оставить все сомнения при себе, чтобы поверить в абсолютную истинность увиденного: «Если фигуранты видеозаписи захотят обвинить нас в публикации фальшивки, мы можем обнародовать полную версию, без “купюр”. Впрочем, что-то нам подсказывает, что желающих подвергнуть сомнению подлинность этих материалов не найдется. Нам сложно судить, наговорил ли Удальцов на встрече с грузинскими кураторами себе на уголовное дело, есть ли в его действиях признаки государственной измены? Надеемся, что надлежащую правовую оценку дадут компетентные органы».

С каждой эфирной минутой идет жесткий прессинг: у обывателя не должно быть сомнений в выборе позиции. Компоновка видеоряда, форсирование звука, точность и выразительность речи, однонаправленность оценок - все подчинено этому. Норберт Больц предлагает нам считать, что масс-медиа лучше всего рассматривать как учреждение сферы услуг. Зритель должен чувствовать, что его хорошо обслужили. А если он этого не чувствует? Один из возможных ответов: реакция на телевидение состоит не в том, что человек занимает позицию «белое» или «черное», «за» или «против», а в том, что он либо выключает телевизор, либо остается в мифическом мире, в котором ему предлагается жить.

Из-за отсутствия в эфире многополярной картины мира, ориентироваться в которой помогли бы разъясняющие, познавательно-просветительские сюжеты, телевизионная аудитория сплачивается сегодня в своем невежестве, в наивном доверии и страхе. Получается, что текущий процесс интеграции общества подчиняется личным интересам конкретного индивида или группы. Современная интеграция преследует цель объединения общества вокруг только одной определенной идеи, не допуская разнообразия смыслов и оттенков. Для зрителя возникает мир упрощенных или редуцированных причинно-следственных связей. У кого в суете дней есть время на проверку новости? Большинство видит мир в его примитивной окраске: либо ослепительно белый, либо чернее черного. Однако западные исследователи сходятся во мнении, что настало время говорить: не я увидел это по телевизору, а я увидел это с помощью телевизора. Вероятно, за этим «увидел» - более широкий смысл, чем просто указание на визуальное восприятие: осознал, понял, осмыслил.

Глава II. Политический масс-медиа дискурс: область функционирования

         

          2.1 Политический медиадискурс в системе масс-медиа


Рассматривая общественно-политическое телевещание как сложный многоуровневый феномен, действующий неотрывно от социально-политического контекста, мы считаем, что необходимо обратиться к таким понятиям, как политический дискурс, масс-медийный дискурс и политический медиадискурс.

Один из ведущих исследователей в области дискурсологии Т. ван Дейк пишет о том, что дискурс «в широком смысле слова является сложным единством языковой формы, значения и действия, которое могло бы быть наилучшим образом охарактеризовано с помощью понятия коммуникативного события или коммуникативного акта». Ученый замечает принципиальную для нас особенность: дискурс «не ограничивается рамками текста или самого диалога. Анализ разговора с особой очевидностью подтверждает это: говорящий и слушающий, их личностные и социальные характеристики, другие аспекты социальной ситуации, несомненно относятся к данному событию». Мы делаем значимый для нас вывод: дискурс не ограничен рамками только текста, он включает также социально-политический контекст, процессы порождения и интерпретации речи. При анализе дискурса необходимо учитывать социальные, культурные характеристики коммуникантов, условия речевого общения, возможные интерпретации сказанного. Мы считаем, что необходимо учитывать еще и социально-политическую обстановку создания дискурса, политические установки и личные качества автора, специфику аудитории.

Е. В. Ерофеева и А. Н. Кудлаева изучают взаимосвязь понятий «дискурс» и «текст», которая имеет значение для нашего исследования. В особенности они исследуют социокультурные и ситуативные факторы, которые влияют на коммуникацию. Авторы отмечают, что «в совокупности все факторы относятся к экстралингвистическим. Эти экстралингвистические факторы, как уже отмечалось выше, могут быть подразделены на широкие и узкие. К широким относятся те, которые характеризуют коммуникативную ситуацию в целом: весь культурно-исторический контекст, конкретные условия протекания коммуникации, социальный статус и социальные роли коммуникантов и пр. Узкие экстралингвистические факторы ограничиваются невербальными средствами общения, которые используются в тексте как знаковые единицы: мимика, жесты, конкретные предметы. С нашей точки зрения, в текст в качестве его составляющих могут быть включены только узкие экстралингвистические факторы, тогда как в структуру дискурса включаются наряду с ними и широкие экстралингвистические факторы». Это важно учитывать при анализе общественно-политических сообщений на телевидении, которые всегда создаются с определенной целью, способной оказать воздействие на аудиторию.

.2 Политический дискурс в контексте социально-политической эпохи

Политический дискурс является сложным объектом исследования, «поскольку лежит на пересечении разных дисциплин: политологии, социальной психологии, лингвистики и связан с анализом формы, задач и содержания дискурса, употребляемого в определенных («политических») ситуациях». По мнению исследователей А. Н. Баранова и Е. Г. Казакевича, политический дискурс образует «совокупность всех речевых актов, используемых в политических дискуссиях, а также правил публичной политики, освещенных традицией и проверенных опытом». Общественное предназначение политического дискурса - внушить адресатам необходимость «политически правильных» действий и оценок.

Политический дискурс, как считает Б. Н. Базылев, «может рассматриваться как вариант фатической речи в том плане, что частные цели политического дискурса подчинены начальному контактному импульсу, а информативная задача высказывания становится вторичной. Для того чтобы быть “правильно” (адекватно замыслу) понятым реципиентами, автор текста должен апеллировать к коллективным знаниям и представлениям. Если же речь идет о тексте в политической сфере, то, вероятно, должна иметь место апелляция к когнитивной базе, поскольку политики и политические обозреватели адресуются ко всему населению страны, а не к какой-то его части».

В данном исследовании мы будем использовать в качестве рабочего определения то, которое дает О. Н. Паршина: политический дискурс - это «речевая деятельность политических субъектов в сфере институциональной коммуникации».

В политическом дискурсе подчеркивается его институциональность: ведь общение происходит не между конкретными людьми, а между представителями социальных институтов (правительства, парламента, общественной организации и пр.) и представителями другого социального института или электората.

Западные исследователи выделяют следующие функции политического дискурса:

1)       персуазивную (убеждение);

2)       информативную;

)         аргументативную;

)         персуазивно-функциональную(создание убедительной картины лучшего устройства мира);

)         контролирующую (манипуляция сознанием и мобилизация к действию), интерпретационная функция(создание «языковой реальности» поля политики);

)         функция социальной идентификации.

Основной функцией политического дискурса мы считаем его использование в качестве инструмента политической власти. Отечественные исследователи относят к этому борьбу за власть, овладение властью, ее сохранение, осуществление, стабилизацию или перераспределение. Эту функцию исследователи также называют регулятивной. Она определяет основную цель политического дискурса: не описать, а убедить, пробудив в адресате намерения, дать почву для убеждения и побудить к действию.

В. З. Демьянков указывает, что «предназначение политического дискурса - внушить адресатам необходимость политически правильных действий и оценок». В этом отношении политический дискурс можно рассматривать как инструмент политической власти, оказывающий влияние на борьбу за власть, овладение властью, ее сохранение, осуществление и пр.

В рамках инструментальной функции языка политики Е.И. Шейгал выделяет восемь функций:

1)       функция социального контроля (создание предпосылок для унификации поведения, мыслей, чувств и желаний большого числа индивидов, то есть манипуляция общественным сознанием);

2)       функция легимитизации власти (объяснение и оправдание решений относительно распределения власти и общественных ресурсов);

)         функция воспроизводства власти (укрепление приверженности системе, в частности через ритуальное использование символов);

)         функция ориентации (через формулирование целей и проблем, формирование картины политической реальности в сознании социума);

)         функция социальной солидарности (интеграция в рамках всего социума или отдельных социальных групп);

)         функция социальной дифференциации (отчуждение социальных групп);

)         агональная функция (инициирование и разрешение социального конфликта, выражение несогласия и протеста против действий властей);

)         акциональная функция (проведение политики через мобилизацию или «наркотизацию» населения: мобилизация состоит в активизации и организации сторонников, тогда как под “наркотизацией” понимается процесс умиротворения и отвлечения внимания, усыпление бдительности).

Важной в реализации инструментальной функции языка политики является стимуляция зрителя к совершению действий, которая может реализовываться как в форме прямого обращения, так и в создании соответствующего эмоционального настроя (надежды, страха, гордости за страну, чувство единения и.т.д.).

Перед политиком в современном обществе стоит непростая задача - принятые решения должны быть привлекательны для медиа. Становится очевидным, что политическая система и система масс-медиа взаимосвязаны и обуславливают друг друга.

Мы можем говорить, что политический дискурс обладает множеством сходных черт с дискурсом масс-медиа. Это дает нам возможность выдвинуть гипотезу о том, что эти два дискурса пересекаются в некоторой области своего применения. В настоящее время медиа становятся мощным инструментам в руках политиков, так как политическая коммуникация практически всегда опосредована масс-медиа дискурсом. В масс-медийном дискурсе журналисты становятся посредниками между политиками и их электоратом (массовой аудиторией). Важно отметить тот факт, что политические структуры, происходящие в них процессы закрыты от широкой аудитории. СМИ становятся практически единственной площадкой для общения политиков с массовой аудитории.

Немецкий медиаисследователь Н. Больц отмечает: «Раньше власть держалась на тайне, сегодня политика определяется отношением к медиа. На место харизматичного вождя приходит политик как медиазвезда. Политики, конечно, всегда актерствовали, сегодня же они фактически превратились в нечто вроде киноартистов. Они актерствуют не только в парламенте, но и прежде всего в медиа. Место политического действия занимает электронный имидж. Успешный политик - это, по сути, не политический функционер, а звезда в том смысле, в каком это понимается в индустрии развлечений. Это можно назвать политеймент: политика как единство новости, рекламы и развлечения». Политика, не без участия телевидения, все больше становится виртуальной, медиатизированной. В первую очередь, представители политических структур реализуют себя через медиаобразы. Власть и сейчас держится в тайне, то, что получает среднестатистический телезритель, не более чем миф.

Мы вновь скажем о мифотворчестве как о принципиально важном моменте нашего исследования. Нельзя обойти стороной мифологическую составляющую масс-медиа дискурса, которую выделяют как западные, так и отечественные исследователи.

Автор книги «Политическая мифология» А. Цуладзе пишет о мифотворческой особенности телевидения следующее: «Телевидение - не просто посредник между мифотворцами и зрителями. Это особая среда, обладающая рядом уникальных свойств, которые превращают его не просто в канал доставки мифов, но и в фабрику по их производству». Удивительно, но политический и масс-медийный дискурс обладают рядом схожих черт.

Мифотворческая - одна из них, к ней мы еще вернемся в настоящем исследовании. А пока - промежуточный вывод: политический медиадискурс возникает в области пересечения политического дискурса и масс-медийного. Это в будущем позволит нам выделить в общем понятии дискурс масс-медиа более конкретное - политический теледискурс.

.3 Политический медиадискурс как социально-политический конструкт

         

К. В. Никитина определяет политический медиадискурс следующим образом: «Политический дискурс СМИ - сложное коммуникативное явление, имеющее своей целью борьбу за власть посредством формирования общественного мнения, включающее текст как вербализованный результат речи, контекст - ситуативный и социокультурный, а также специальные языковые средства, отвечающие целям и задачам дискурса». В XXI веке политический дискурс практически неотделим от медиадискурса. Сегодня авторитетным политиком можно назвать лишь того, кого часто показывают по телевидению, упоминают в газетах и других медиа. Многие сюжеты становятся важными в информационной картине дня только благодаря комментариям политических экспертов.

«В ходе ежедневного информационно-развлекательного “массажа” телевидение, словно в калейдоскопе, перетряхивает различные “горячие темы”, затрагивает чувствительные точки, само прикосновение к которым, их упоминание служат важным средством и механизмом интеграции социума».

Э. В. Чепкина замечает, что «логика взаимодействия политических персон со СМИ часто приводит к тому, что заявление политика может иметь первой целью именно возможность его публикации или сообщения о нем на телевидении, радио, в новостных лентах. С одной стороны, СМИ -традиционное поле реализации публичной политики, и в идеале журналистика может быть для общества и политиков одной из площадок для самопознания, где журналисты и аудитория публично задают политикам вечные вопросы о свободе, демократии, толерантности <...>. С другой стороны благодаря масс-медиа политика стала во многом восприниматься как шоу, зрители которого - все мы».

В современных исследованиях концепт политического медиадискурса представлен в двух основных направлениях:

1)       политический медиадискурс есть медийный формат конструирования политических смыслов;

2)       политический медиадискурс - это нормативно закрепленные процедуры создания текста, используемые СМИ при описании и трактовке политической действительности.

Для нас принимает исключительное значение широкий взгляд на политический медиадискурс. Здесь можно обратится к такой науке, как политическая философия, и выделить два направления, занимающихся изучением феномена политического медадискурса:

1)       постмодернистская парадигма художественности;

2)       критический дискурс анализ.

Для нас представляет наибольший интерес постмодернистский взгляд на теорию политического медиадискурса. Такие исследователи, как Э. Лаклау, Ш. Муфф, Я. Торфинг рассматривают политический медиадискурс как социальнокультурный конструкт, обращают внимание на функцию конструирования реальности.

В качестве функций политического медиадискурса О. Ф. Русакова предлагает рассматривать следующие:

1)       установление общественной повестки дня;

2)       оценочная фильтрация и отбор фактов политической жизни с позиции определенной модели информационно-политических и идейных предпочтений;

)         структурирование отобранной информации по шкалам актуальности, социальной значимости и силы эмоционального эффекта;

)         дизайн политической медиа-реальности.

Некоторые исследователи отмечают, что политический медиадискурс можно рассматривать как проявление ментального насилия, направленного на унификацию общественного сознания.

Значимость изучения политического медиадискурса объясняется глобальным характером процесса медиатизации политики. Западные исследователи говорят о возникновения такого понятия, как медиадемократия, когда политическая общественность организуется соответственно постановочным принципам масс-медиа. В таком случае политически воспринимаемым может быть только то, что появилось в СМИ. Н. Больц пишет, что политический процесс сегодня «перекрывается инсталляциями медиа. Даже самый краткий путь политика вымощен интервью и заявлениями. И это уже никто не назовет помехой». В контексте ракурса медиадемократии О. Ф. Русакова предлагает следующее определение политического медиадискурса: это «медиатизированный способ коммуникации между властными политическими институтами и общественностью, который в условиях развития гражданского общества превращается в медиацентрированную демократию».

Получается, что политический дискурс масс-медиа является коммуникативным явлением со строго определенной целью. Любой продукт политического медиадискурса предполагает «осуществление власти», которое выражается в воздействии на восприятие мира определенным (другим) человеком. Цель политического медиадискурса - борьба за власть, приход к власти, осуществление и сохранение власти. С помощью воздействия на общественное мнение политический медиадискурс позволяет представителям власти добиться поставленной цели. Политика в упрощении есть борьба за власть - ее завоевание и удержание, концентрированное проявление интересов социальных групп (партий, объединений и пр.) и отдельных личностей. И столь действенный инструмент влияния на общество, как ТВ, «по определению не может быть свободен от политической зависимости, где прямо или опосредованно присутствует интерес власти».

Одним из первых идею о том, что СМИ определяют приоритеты общественности, начал развивать американский социолог и журналист Уолтер Липпман, говоривший о «картинках событий», которые журналисты как интерпретаторы социальной реальности внедряют в головы читателей. По мнению исследователя Н. Ф. Пономарева, «медиатексты воспринимаются аудиторией как зеркальное отражение действительности». СМИ порождают символическую среду, специфический социальный контекст обитания, который существенно влияет на поведение индивидов, маскируясь под реальность повседневной жизни.

Многие исследователи считают, что приоритетным направлением трансформации политической системы современной России является изменение способа взаимодействия институтов власти и средств массовой информации.

Одним из важных параметров политической коммуникации, который способен обеспечить адаптивность и стабильность политической системы, М. Ю. Маркеева считает открытость. С ней соглашается А. В. Груша и замечает, что «открытость политики требует эффективных механизмов, обеспечивающих такую открытость для всего общества». Исследователь отмечает, что для успешного функционирования политической системы по правилам «открытости» необходима коммуникация диалогического типа. В ней «СМИ являются не только средством связи между политиками и гражданами, но и инициирующим субъектом - формирующим “повестку дня”, артикулирующим интересы разных участников политического процесса, анализирующих ситуацию, организующих обсуждение актуальных проблем, экспертирующих тактику деятельности органов власти».

Полноценность общегражданского диалога, формирующего демократический тип отношений между властью и обществом, обеспечивается возможностями СМИ. А. В. Груша пишет, что в полиэтнической, многонациональной стране с богатой культурой, такой, как Россия «решение задачи интегрирующего диалога обеспечивается средствами массовой информации». Стоит обратить внимание на феномен «публичной политики», исследуемый такими учеными, как Ю. Н. Беляева, И. Ковтуненко, Н. А. Шматко и другими. А. В. Груша пишет, что «публичная политика определяется как специфическая форма коммуникации субъектов политического процесса - обмен мнениями между субъектами политического процесса с целью лучшими аргументами убедить в правильности выбранных решений, или переубедиться, приняв доводы других». Субъектами публичной политики выступают граждане, СМИ и политики (как избранные народом, так и назначенные государством).

Н. А. Шматко считает публичной политикой «симбиоз политического действия, научной рефлексии и акта масс-медийной коммуникации». По большому счету она осуществляется в порядке интервенции в сферу политики экспертов, аналитиков, специалистов в области социальных наук, «интеллектуалов», публицистов и журналистов. Учитывая все вышесказанное, мы не можем не согласиться с А. В. Груша, заявляющим, что публичная политика способна через активный информационный обмен между властью и обществом играть роль консолидирующей коммуникации.

Политический медиадискурс обладает мощной воздействующей силой и может управлять общественным мнением в необходимом для актора русле. В. И. Карасик отмечает тот факт, что воздействие происходит комплексно: на культурологическом, социальном и психологическом уровне. «Воздействие на культурологическом уровне осуществляется всем контекстом культуры, в котором находится человек, в том числе системой значений слов в языке. Воздействие на социальном уровне представляет собой влияние на человека как представителя той или иной общности, группы и осуществляется целенаправленным выбором средств воздействия - авторитетом, манипуляциями, аргументацией, силой. Воздействие на психологическом уровне представляет собой личностное, индивидуальное влияние на человека и осуществляется как эмпатия и переход в область личностных смыслов».

Обращаясь к исследованиям в области психологии, отметим важную составляющую комплексного процесса воздействия на массовую аудиторию: сознательная личность растворяется в общественном массовом мнении. Оно становится средством завоевания и удержания власти. Воздействие масс-медиа объясняется прежде всего тем, что ни у кого нет времени на проверку новости. Современный житель мегаполиса находится в зависимости от потребляемой информации. «За популярностью телепросмотра стоит не просто иллюзия бесплатного доступа к коммуникации (по сравнению со все дорожающей печатной продукцией), относительная гарантированность этого доступа, причем максимально синхронного с транслируемыми событиями (газеты немного запаздывают, журналы выходят нерегулярно, доставляют и те и другие из рук вон плохо), или впечатляющая подробность, суггестивность телесообщения по сравнению с радиопередачей. Телевидение создает мир, который в данном случае дублирует формы организации социальной жизни, либо компенсирует отсутствующие институты гражданского общества. Доверие к масс-медиа (все еще высокое!) - оборотная сторона отчужденности реципиентов от происходящего, выражение их зрительского участия в социальной действительности».

Телевидение замещает активную политическую жизнь просмотром теленовостей, создает потрясающую виртуальную реальность, которая поистине завораживает, создает иллюзии присутствия. Сидя на диване перед телевизором, каждый может ощутить себя очень значимым, сопереживающим или улыбающимся большой стране. Н. Б. Кириллова пишет, что «разыгрывая различные ситуации, инсценируя сюжетные коллизии, ТВ воспроизводит весь круг представлений и ценностей, значимых сегодня для сообщества россиян в целом, выступает своего рода “живым календарем” ритуалов социального единства и сопричастности. Телевидение в нынешних условиях самим характером апелляции к массе создает целостность, вне данного систематически повторяющегося акта коммуникации не существующую.

В этом смысле оно нивелирует социальные и культурные, статусные и образовательные различия, создавая из разных индивидов однотипное “зрительское сообщество”, состоящее из зрителей, переживающих “общность” с другими себе подобными, а именно в том, что все они - зрители».

Здесь важен факт практически бесконечного доверия телезрителей к тому, что они видят на экране. Согласно проведенному нами медиаисследованию, 70 % процентов телезрителей доверяют транслируемой информации. Та информация, которую представляет политический медиадискурс, субъективно окрашена, что не вызывает сомнений. Субъективность текстов политического дискурса СМИ выражается в наличии авторского комментария, воздействующая направленность которого очевидна.

Подведем итог: политический медиадискурс сочетает в себе черты политического дискурса и массмейдийного; использует ресурсы масс-медийного дискурса; субъективирован.

Нам представляется необходимым сопоставить политический медиадискурс с телевизионным дискурсом, выявить их общие характеристики и условия протекания.

          2.4 Ресурсы телевизионного дискурса


Телевизионный дискурс занимает особое место в системе информационного воздействия на общественную жизнь мегаполиса. М. Е.Фролов отмечает, что «выступая в качестве междисциплинарной категории, телевизионный дискурс предстает не только в виде некоторого набора языковых и визуальных знаков, но и как социокультурный феномен».

Такие исследователи, как Н. В. Витт и Н. А. Мелехова выделяют главную особенность теледискурса: он выступает как комплексный знак, продукт деятельности режиссера, оператора, ведущего, монтажера, и других специалистов. Таким образом, можно говорить о том, что теледискурс создает корпоративный автор.

М. Е. Фролов пишет, что теледискурс является специфическим дискурсом, так как отражает «сложную семиотическую структуру взаимосвязи вербальных и авербальных (визуальных) средств в едином комплексе, погруженном в конкретное социальное пространство».

Это высказывание указывает на уникальную интегративную специфику телевизионного дискурса. Любое телевизионное произведение представляет собой коммуникативное единство визуальных, графических, аудиовизуальных и знаковых систем. Б. М. Березин, исследователь в области теории коммуникации, пишет о том, что телевизионная коммуникация оказывает мощное влияние на аудиторию, потому что складывается из «непрерывного потока насыщенных аудиовизуальных образов». Ученый отмечает, что «телезрителю (в том числе и исследователю телевидения) часто трудно выявить элементы иррациональности телепоказа, обнаружить логические нестыковки или, наоборот, антигуманную в целом, запрограммированную авторами логику различных фрагментов насыщенного эффектными, работающими на чувственность, образами телевизионного аудиовизуального текста». Деятельность телевидения имеет важное общественно-политическое последствие, так как характер информации, адресуемый аудитории, определяет ее отношение к действительности и направление социальных действий.

Н. А. Мелехова в своем исследовании предлагает опираться на теорию анализа медиадискурса и говорит о том, что телевизионный дискурс имеет те же системные черты и признаки, что и дискурс масс-медиа. Теорией масс-медиа дискурса занимаются такие ученые, как М. Р. Желтухина, В. И. Карасик, Н. Б. Кириллова, А. В. Олянич, Е. И. Шейгал.

В определении М. Р. Желтухиной отмечены значимые для нашего исследования характеристики масс-медиа дискурса. Исследователь определяет интересующий нас термин как «связный, вербальный или невербальный, устный или письменный текст в совокупности с прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами, выраженный средствами массовой коммуникации, взятый в событийном аспекте, представляющий собой действие, участвующий в социокультурном взаимодействии и отражающий механизм сознания коммуникантов<...>. Масс-медиальный дискурс носит опосредованный характер, то есть между адресантом и адресатом есть дистанция - пространственная и/или временная». Автор отмечает социокультурные, прагматические, временные и другие факторы, которые указывают на важную особенность проводимого нами анализа. При анализе телевизионных продуктов мы будем учитывать не только тексты самих сообщений, но и экстралингвистические факторы. Необходимо отметить, что не последнюю роль в анализе медиасообщений будут занимать собственно телевизионные характеристики: драматургия видеоряда, музыкальное сопровождение или его отсутствие, приемы монтажа, операторская работа. Обращая внимание на данные характеристики, мы указываем на важнейшую особенность телевизионного дискурса, которую отмечает Н. А. Мелехова: в телевизионном дискурсе «помимо явной коммуникативной интенции говорящего, присутствует еще и независимое от коммуникатов высказывание самого медиума». При этом, как отмечает Б. Гройс, «субъект сообщения редко осознает это высказывание медиума и никогда не может его контролировать».

          2.5 Своеобразие политического теледискурса


Многие отечественные исследователи утверждают, что телевизионный дискурс подчиняет трактовку политических событий своим изобразительно-выразительным ресурсам. С одной стороны, такая тенденция имеет положительный эффект: можно говорить о публичном обсуждении важных политических и социальных вопросов. Можно говорить и о негативной стороне взаимодействия телевизионного дискурса и политического: порой важные проблемы упрощаются, излишне персонифицируются и пр.

Для данной работы принципиально сужение понятия политический медиадискурс, так как для нас больший исследовательский интерес представляет то, как политический дискурс реализуется на телевидении. Мы предлагаем использовать в качестве рабочего понятия определение политический теледискурс, которое мало изучено отечественными медиаисследователями.

Мы рассматриваем политический теледискурс как коммуникативное явление, включенное в общественно-политическую структуру мегаполиса, являющееся комплексным продуктом деятельности телевизионных специалистов и отражающее сложную систему взаимосвязи вербальных и визуальных знаков, по-своему участвующих в процессе смыслообразовния. Политический теледискурс обладает невероятной воздействующей силой.

С. Г. Кара-Мурза отмечает, что «телевидение определенно приняло манипулятивную семантику и риторику - язык, стиль, эстетику, темп и построение программ». Одна из задач политического теледискурса -воздействие на общественное мнение. Выразительные ресурсы телевидения направлены на формирование мнения зрителя как в интегративном, так и в дезинтегративном направлении. Политический теледискурс является комплексным знаком, который отражает взаимодействие вербальных и авербальных средств в процессе воздействия на жителя мегаполиса в конкретном социально-институциональном пространстве.

Глава III. Интегративная природа политического теледискурса (по материалам отечественного телевидения)

         

          3.1 Методика дискурс-анализа телевизионных сообщений


В данной главе мы представим анализ материалов отечественного общественно-политического телевидения, рассмотрим особенности реализации интегративных стратегий в телевизионных материалах, особенности реакции медиа на общественно-значимые темы. Мы будем рассматривать материалы Первого канала, телеканала Россия 1 и НТВ. Кратко обозначим особенности исследуемых нами программ:

1. Первый канал

«Воскресное время». Ведущие Петр Толстой, Ирада Зейналова.

Аналитическая программа Первого канала, выходящая в эфир каждое воскресенье с начала сентября по начало июля, кроме праздников в 21:00 с хронометражем в один час. Рубрик не имеет. Состоит из двух частей по полчаса каждая, разделённых рекламным блоком. Производится Дирекцией информационных программ ОАО «Первый канал».

2. Телеканал Россия 1.

«Вести недели» Ведущий Дмитрий Киселев.

Еженедельная итоговая информационная программа, выходящая в эфир по воскресеньям в 20.00, с хронометражем от часа 10 минут до часа 30 минут (ранее был один час). Программа не имеет рубрик, но внутри выпуска могут показывать фрагменты программы «Специальный корреспондент».

.Телеканал НТВ.

«Сегодня. Итоговая программа».

Еженедельная информационно-публицистическая программа. Ее концепцию в нескольких словах можно определить как «репортерский взгляд на главные события недели». Подводя итоги, корреспонденты программы стремятся не только не упустить всех деталей и обозначить различные точки зрения на проблему, но и найти в теме оригинальный поворот, ответвление, которого не было других информационных сообщениях НТВ. В каждом выпуске присутствует несколько сюжетов расширенного хронометража: это специальные репортажи, тематически связанные с событиями уходящей недели.

. Анатомия протеста 1,2 - документальные фильмы производства дирекции правового вещания телекомпании НТВ, посвящённые действиям протестного движения в России в 2011- 2012 годах. Фильмы были показаны в рамках программы «ЧП. Расследование» 15 марта (первый фильм) и 5 октября 2012 года (второй фильм). Оба фильма вызвали большой общественный резонанс.

. Центральное телевидение с Вадимом Такменевым (НТВ) - первое информационное шоу, сочетающее в себе практически все известные телевизионные жанры. В эпизодах программы представлено многообразие реальной жизни, яркий калейдоскоп политических, общественных и культурных событий, сенсации и курьезы прошедшей недели, при этом, безусловно, присутствует фирменный жанр НТВ - репортаж и life story. Эксклюзивность создается благодаря не только оригинальности темы, но и личности авторов репортажей.

В каждой из вышеописанных передач практикуется своя, отличная от других манера подачи политической информации.

На примере данных информационно-аналитических передач мы сможем подробно рассмотреть степень влияния СМИ на повестку дня и различные интегративные стратегии.

Как любой комплексный феномен массовая коммуникация вряд ли может быть описана и объяснена лишь одним возможным (или некоторым универсальным) способом.

Для анализа эмпирического материала мы воспользуемся методом дискурс-анализа. Мы предполагаем, что дискурс-анализ - это наиболее эффективная методология в рамках исследования политического текста. Говоря о политическом теледискурсе, мы указываем на то, что для своей реализации указанный тип дискурса предполагает наличие относительно устойчивого набора практик производства, трансляции и интерпретации массовой информации. Аудиовизуальные СМИ одновременно являются и технологическими каналами коммуникации, и информационными акторами, которые не просто регистрируют происходящие события и поступающие сообщения, но и просеивают их на основе собственных критериев и привносят в медиатексты редакционные оценки и мнения.

Контекст восприятия и оценки определенной публикации непредсказуемым для автора образом создается конкретным СМИ, редактор которого специфическим образом и по своему произволу форматирует конкретную публикацию или выступление.

В распоряжении исследователей множество способов, приемов и методов изучения политических сообщений. Наиболее активно используемым считается контент-анализ, большинство исследований в области телевидения выполнены с помощью этого метода. Как пишет Л. Р. Низамова, главное в контент-анализе - «обнаружение количественных закономерностей содержания сообщения. Количественные параметры выявляются через “расчленение” текста и его “макросмысла”, выделение в тексте первичных “единиц наблюдения”, наделенных лишь “микросмыслом”. При этом во многом теряется целостное значение сообщения». Исследователь предлагает смягчить недостатки традиционного контент-анализе дискурсным прочтением текстов, в том числе и телепрограмм.

Методика дискурс-анализа телевизионных сообщений предполагает изучение не только текста, но и аудио- и видео ряда исследуемых программ. При исследовании телевизионных сюжетов необходимо прослеживать взаимосвязь текста и изображения, чтобы было понятно, каким образом вербальный текст соответствует представленным визуальным образам. Мы будем учитывать также уникальный социально-политический контекст выступления на телевидении, рассматривать особенности аудитории, на которую рассчитано воздействие, а также способы подачи материала. Интерпретация видеоматериала носит очень субъективный характер. С. А. Ерофеев и Л. Р. Низамова отмечают, что «подходы к анализу визуализации в рамках исследования массовой коммуникации по-прежнему развиты в относительно меньшей степени, чем изучение языка и подходы, базирующиеся на лингвистике». Авторы ссылаются на зарубежного исследователя К. Ньюболда, который предлагает различать следующие группы элементов «языка» визуальных образов:

)         технические - ракурс видеокамеры, направление ее движения, продолжительность съемки, освещение, специальные эффекты, кадрирование и др.;

)         символические - цвет, звуковые эффекты и музыка, костюмы, объекты, «звезды», исполнение, декорация и художественное оформление, место действия.

Таким образом, мы определяем следующие параметры «картинки», которые будут представлять для нас исследовательский интерес:

)         характер видеоматериала, который зависит от жанра, в котором реализуется телевизионное сообщение (устная видеоинформация, репортаж, «без комментариев», дискуссия в студии, интервью, прямые включения);

)         использование графики (фотографии, карты, портреты и пр.);

)         дистанция между телекамерой и изображаемым объектом (крупный, средний, общий план).

Если какие-то дополнительные технические параметры будут иметь определяющее влияние на конструирование смысла, мы будем отмечать и их проявления. Здесь речь идет в основном о некоторых монтажных приемах, которыми видеоматериал наполняется уже непосредственно после съемки (ускорение, замедление видео, приемы смены кадров).
 Л. Р. Низамова отмечает, что «сложность анализа визуальных образов объясняется среди прочего и тем, что технические и символические средства работают не изолированно, а в тесной связи друг с другом. Кроме того, только в сочетании со звуковым рядом зрительный материал создает значение, воспринимаемое аудиторией». Перед исследователем стоит непростая задача: необходимо умение выявить скрытые в тексте конструкции, интерпретировать их с учетом сложных социально-политических факторов и с учетом особенности зрителя.

Таким образом, исследование телевизионного материала рекомендуется проводить комплексно: нельзя рассматривать отдельный сюжет вне контекста. Как отмечают многие исследователи, наше восприятие новостей зависит от размещения в сетке вещания, а восприятие конкретного сюжета зависит от размещения в структуре программы.

Рассмотрение конкретных телевизионных медиатекстов вне дискурсивного пространства позволит изучить лишь особенности внутренней, лексико-грамматической организации. Комплексный анализ позволит рассмотреть правила образования определённых смыслов и специфику эффективности конкретных массовых сообщений.

В данном исследовании нас интересуют не столько тематические, структурные и лексические выборы, осуществляемые коммуникантами, а их социокультурная и политическая обусловленность.

Таким образом, аспект, в котором мы рассматриваем журналистскую практику, должен получать развитие в вопросах: «почему стала возможной именно такая её модификация?» и «к каким социальным, культурным, политическим и прочим последствиям она приводит?».

Мы предлагаем четкую схему анализа общественно-политических сюжетов, которая включает в себя:

)         определение цели, которой мотивировано создание сюжета;

)         изучение проблематики сюжета;

)         характер подачи информации;

)         рассмотрение сюжета в структуре новостного выпуска;

)         изучение особенностей визуального ряда;

)         предполагаемая целевая аудитория.

Таким образом, нами будет осуществлен: целевой анализ, предметно-тематический анализ, когнитивный анализ, коммуникационный и контекстный анализ политического медиадискурса.

         

          3.2 Общественно-значимые темы сквозь призму теледискурса


Современная политическая роль телевидения обусловлена, в первую очередь, тем, что оно является относительно самостоятельной отраслью по производству, интерпретации и оценке информации.

Можно утверждать, что телевидение не просто информирует, а так же популяризирует определённые идеи, взгляды, учения, политические программы и тем самым участвуют в социальном управлении. В этом отношении можно говорить, что телевидение популяризирует для массового читателя политическую информацию. При этом, под популяризацией мы понимаем изложение в общепонятной, доступной для широкого круга людей форме какого-либо научного, политического или иного вопроса; распространение, пропаганду среди широких масс политических идей, взглядов, лозунгов.

Атмосферу сегодняшнего дня исследователь О. Маховская называет «телеманией, состоянием тихой паники, наводненной телевизионными образами, нежными и ускользающими симулякрами».

Многие исследователи утверждают, реальность телевидения - это реальность симулякра. С. Г. Азарян пишет, что «телевидение выступает как симулякр, являясь и атрибутом дискурса власти, и средством для рекламы. Причем, в отличие от других элементов аудиовизуальной культуры, в телевидении симулякр отражает особенности восприятия человеком визуального образа. Пропущенный сквозь призму телеэкрана, он становится чем-то несоизмеримо большим по отношению к стоящей за ним сущности». Как только телезритель оказывается вовлеченным в «экранную реальность», он тут же становится свидетелем, очевидцем происшествия. Экран манит, экран притягивает. Большинство современных телеканалов, особенно на федеральном уровне, оснащены по последнему слову техники. Хорошая оптика дает крайне реалистичную, сочную картинку. Стоит зрителю увидеть документальные кадры - он практически моментально начинает верить в реальность происходящего. Ведущему или корреспонденту остается лишь добавить правильный текст. Как замечает С. Г. Азарян, «получая готовый образ в определенном смысловом контексте, мы начинаем верить в реальность происходящего, причем единичное событие легко с помощью волнующей картинки выдать за общезначимое, точнее за симулякр общезначимого». Возвращаясь к вопросу о тех, кто стоит за целями современной интеграции и дезинтеграции общества, представляется необходимым сослаться на У. Эко: «у телеобразов есть “платоническая сила”, которая преображает частные идеи в общие, и поэтому посредством визуальных коммуникаций легче проводить и стратегию убеждения, сомнительную в ином случае». Как пишет О. Маховская, «сложность разборок с телевидением состоит в том, что у него нет принципов и абсолютных Истин. Оно легко меняет ракурсы, интерпретации, интонации, кокетничает и веселиться как ему взбредется».

Телематериалы могут быть построены особым образом, чтобы донести определенную информацию, выгодную для создателя программы. Мы утверждаем, что формирование определенного сообщества, как успешный итог интеграции, оказывается кому-то выгодным.

Специфика телевизионных сообщений позволяет зрителю почувствовать себя частью транслируемых событий, стать очевидцем. Подобный эффект придает телевизионному сообщению особую достоверность, реалистичность. Немецкий исследователь Норберт Больц считает, что «масс-медиа обеспечивают социальную координацию моральных перспектив. Ведь такие медиумы взаимодействия, как деньги и власть, морально нейтральны. Поэтому масс-медиа дают приют бездомному моральному суждению. В результате они обеспечивают общество не только информацией, которая раздражает и возбуждает, но и моралью, которая стабилизирует и успокаивает».

При выборе телесюжетов для анализа мы руководствовались статистическими данными РБК Daily, ВЦИОМ и РИА Новости, которые показали, какие события зрители сочли наиболее важными в 2012 и 2013 годах. Проанализировав статистику, мы выделили те события, которые стали наиболее значимыми для телезрителей в сезоне 2012/2013. Так же мы воспользовались данными фонда «Общественное мнение», который изучает реакцию аудитории на информационные сообщения. Результаты исследования размещены в открытом доступе на сайте www.fom.ru. По следам изученной статистики мы составили свой список событий, освещение которых вызвало у телезрителей особый интерес.

Такими оказались следующие события (расположены без привязки к хронологическим рамкам):

)         выборы президента России 4 марта;

)         протестное движение в России 2011-2013;

)         наводнение в Крымске;

)         указ Д. Медведева о создании общественного телевидения ;

)         визит В. Путина во Владивосток - «полет надежды»;

)         теракты в Бостоне;

)         закон «Димы Яковлева» («закон подлецов»);

)         продление майских праздников;

)         неэффективность образования в российских ВУЗах.

         

          3.3 Жанровая палитра политического теледискурса


Для того, чтобы структурировать наше исследование, мы обратимся к жанрам политического телевизионного дискурса и посмотрим, как зависит освещение того или иного общественно-политического события от жанра, в котором оно реализуется. В настоящем исследовании мы не будем подробно останавливаться на самом определении жанра публицистики, а возьмем в качестве рабочего то, которое предлагает А. А. Алекберова в статье «Понятие и система телевизионных жанров»: «Жанр публицистики - это продукт творчества, готовящийся на основе собранных из повседневной жизни реальных фактов, с использованием определенных творческих методов, с учетом информационных потребностей общества в данный момент и распространяющийся посредством имеющихся каналов массовой коммуникации (печати, радио, телевидения, Интернета)» .

Жанровая структура имеет для общественно-политического телевидения важное прикладное значение. Попытки разработать классификации телевизионных жанров принадлежат таким исследователям, как Р. А. Борецкий, С. Н. Ильченко, Л. В. Цвик и др.

Современные российские медиаисследователи предлагают разделение телевизионных жанров на три группы:

)         жанры информационной публицистики (видеосюжет, отчет, выступление, интервью, репортаж);

)         жанры аналитической публицистики ( комментарий, обзор, беседа);

)         жанры художественной публицистики ( очерк, зарисовку, портрет).

Если говорить о политическом дискурсе, то интерес исследователей прикован лишь к отдельным жанрам. Жанры политического дискурса изучают такие исследователи, как Е. Р. Бакумова, О. В. Гайкова, Н. А. Купина А. К. Михальская, Е. И. Шейгал.

По мнению Е.И. Шейгал, жанры можно дифференцировать следующим образом:

)         по параметру институциональности/официальности (от максимальной неформальности общения до максимальной институциональности);

)         по субъектно-адресатным отношениям;

)         по вариантам политических социолектов;

)         по событийной локализации;

)         по степени центральности или маргинальности того или иного жанра в поле политического дискурса;

)         по характеру ведущей интенции.

Исследователь уделяет внимание отнесенности жанра к тому или иному событию политической жизни, которое может быть циклическим (ежегодное выступление президента, выборы, съезд партии и пр.), календарным (встреча с избирателями, проверка, заседание парламента) или спонтанным. Нельзя недооценивать то, каким образом в том или ином жанре реализуется основная цель политической коммуникации - борьба за власть.

В данной связи Е. И. Шейгал разграничивает:

)         ритуальные/ эпидейктические жанры (инауругационная речь, юбилейная речь, традиционное радиообращение), в которых доминирует фатика интеграции;

)         ориентационные жанры, представляющие собой тексты информационно-прескриптивного характера (партийная программа, конституция, послание президента о положении в стране , отчетный доклад, указ, соглашение);

)         агональные жанры (лозунг, рекламная речь, предвыборные дебаты, парламентские дебаты).

Эта классификация является результатом работы над большим объемом отечественного и зарубежного политического дискурса, однако без учета области применения политического дискурса. Многие исследователи отмечают специфические особенности телевидения как площадки для реализации политического дискурса. Влияние телевидения достигло таких масштабов, что имеет смысл говорить о том, что политический дискурс может изменяться под воздействием этого медиа. Те, кто стоит за трансляцией политического дискурса с помощью телевидения, возможно, и не осознают мощность всех его ресурсов. А. В. Кукаркин замечает: «Однако еще важнее понять, что власть над телевидением становится одной из важнейших политических проблем нашей эпохи. Возьмем, к примеру, телевизионные новости дня. Разве они не превращаются на наших глазах в единственный источник информации все возрастающего числа граждан? Разве они не становятся своеобразной устной газетой, единственной и обязательной? Обладая силой внушения, притягательной силой множеств доброкачественных передач, можно построить необычайную машину управления человеческими душами, которая даже и не снилась Фаусту».

Действительно, нельзя недооценивать «ведущую» роль новостей на современном телевидении. Согласно данным ВЦИОМ, представленным в открытом доступе, они составляют «смысловой» стержень телевизионного мира. 74% опрошенных смотрят их каждый день, причем 88% этого контингента - несколько раз.

Мы будем рассматривать отдельные материалы информационно-аналитических программ Первого канала, телеканала Россия 1, НТВ. Для нас наибольший интерес представляет то, каким образом реализуется интегративная природа политического дискурса на телевидении и каким образом это зависит от жанра выступления.

         

          3.3.1 Информация

Выпуск программы Воскресное время от 4.12.2011 начинается с материала, посвященному голосованию на выборах президента России. Материал представляет собой так называемую «устную информацию». Ведущий Петр Толстой читает закадровый текст, который перекрывается снятым заранее видеорядом. В телевизионных кругах такой материал называют «БЗ» («без закадра») и определяют как видео или графику без записанного закадрового текста, его в этом случае читает ведущий непосредственно в студии. «Бэзэшка» относится к числу так называемых «коротких форматов».

В данном материале мы можем говорить об усилении роли ведущего программы. Внешность Петра Толстого вселяет в аудиторию чувство успокоения и надежности в аудиторию. Принято считать, что зрители склонны доверять в политическом анализе и отборе новостей мужчинам среднего возраста. Мы специально обратились к материалам форума Первого канала, где зрители могут делиться своим мнением о передачах и ведущих. Приведем несколько сообщений, сохранив орфографию и пунктуацию авторов:

ALIINA от 10.07.2009, 22:31: «Профессионал, хороший ведущий новостей. Подобные ведущие внушают доверие, хотя бы просто своим видом и уверенностью изложения событий. Понравилось интервью с ним в какой-то передаче, осталось впечатление, что он неглуп и достоин фамилии своего предка».

TEQUILA Sunrise от 01.01.2006, 15:52:

«Всегда с удовольствием смотрю Воскресное время с Толстым. Дело в том, что я интересуюсь политикой, так вот, у него я учусь. Он умеет изложить свою мысль в этом плане. Причём, он довольно-таки остроумный ведущий. Профессионал, как ни крути. И вид у него солидный. Он спокойный ведущий, не суетной».

Валевская от 4.10.2007 , 23:00:

«Я тоже считаю, что информационно-аналитические программы должны вести люди, серьезные, выдержанные, спокойные, внушающие доверие всем своим видом. Жанне Агалаковой я очень симпатизировала в качестве ведущей информационных выпусков, но в качестве корреспондента она меня разочаровала. Никогда не здоровается и не прощается с ведущими, тараторит и сбивается, спотыкается. Внешне тоже стала выглядеть намного хуже. В итоговой аналитической программе Первого он смотрится как никто другой - на своем месте: колоритный, крупный, симпатичный, мужественный, внешне похожий на своего гениального предка. Очень образованный, эрудированный, обладающий хорошей грамотной речью».

Ведущий новостей играет для зрителя роль «доверенного лица», главного поставщика этой прекрасной визуально-телевизионной реальности, которая моментально завораживает своей доступностью, иллюзией присутствия. Образ ведущего становится важной смысловой и интегративной единицей телевизионного сюжета. Зритель сперва соотносит ведущего со своими представлениями об авторитетном человеке. Как замечают психологи, на уровне восприятия телезритель - ведущий, оценка ведется в первую очередь по внешним параметрам. Для среднестатистического телезрителя ведущий, обладающий физической привлекательностью, стильно одетый, хорош и по другим показателям, в частности, интеллектуальным. Получается, что привлекательная внешность ведущего становится основой в доверительных отношениях с телезрителем. В современной новостной практике предпочтительны мужчины, чей облик ассоциируется с богатым жизненным опытом, серьезностью и основательностью. Успешно подобранный имидж ведущего может наделить самый незначительной материал, такой, как рассматриваемая нами устная информация, гораздо большей воздействующей силой на общество, нежели отсутствие благоприятного облика. Опираясь на исследования в области психологии, можно выделить следующие стили общения ведущего с аудиторией:

)         стиль «я - центрация»: ведущий ориентируется на свою личность, демонстрирует формальное отношение к событиям;

)         стиль «другой - центрация» : ведущий демонстрирует озабоченность проблемами аудитории;

)         стиль «я - другой - интеграция»: ведущий демонстрирует свою причастность к «проблемам отдельного человека».

Стиль «я - другой - интеграция» является самым воспринимаемым психологией зрителя. Ведущие современного телевидения уходят от образов официальных, деловых, равнодушных. Моделируются образы личностно-вовлеченные. Порой это даже ведет к тому, что телезритель начинает воспринимать ведущего частью своей семьи. Об этом пишет Н. Б. Кириллова, отмечая, что «телевизор тесно связан с домом и бытом, домашним, общим досугом семьи. Более того, можно сказать, что домашнее, семейное время (“своя, личная жизнь”), для преобладающей части россиян - это и есть телевизор, а телепросмотр равнозначен семье, дому и досугу (“своей, личной жизни”). То есть российское общество на рубеже веков - это по преимуществу общество смотрящих телевизор и символически обменивающихся мнениями о просмотренном». В связи с этим, в сознании телезрителя ведущий становится тем, кто создает чуть ли не особый смысл передаваемых сообщений. Поэтому его роль в интеграции общества с помощью телевизионных сообщений представляется значимой. На упомянутом нами форуме сотни сообщений о Петре Толстом, все они выражают бесконечное восхищение и доверие к этому журналисту. Лишь отдельные сообщения, их 5 - 7 на весь объем высказываний, выражают другую точку зрения:

          Злючка-С-Приветом от 18.03.2012, 22:43:

«Воскресное время - апофеоз лизоблюдства и необъективности. Наигранность интонаций осветителей событий и самого ведущего доводят до тошноты. Толстой явно пытается копировать стиль так называемых телекиллеров a la Сергей Доренко, но получается скорее жалко, чем устрашающе. Вообще, такая объективная вещь, как новости, на отечественном телевидении превратились в форменный балаган. Первый канал в этом плане - клинический случай. Телеведущие и корреспонденты кичатся своей пристрастностью. Зрителю навязывается точка зрения Хозяев, и это уже не скрывают абсолютно. Зритель превратился в эдакую “утку по-пекински”, которую держат в сверхограниченном пространстве и пичкают не пойми чем. Нас в не самой мягкой форме подготавливают к неизбежному финалу под названием “Демократическая Россия”, а именно - ксенофобия и абсолютная продажность всего и вся. Для этого достаточно лишь нарушить хрупкое равновесие общественного мнения, что успешно проделывают современные СМИ».

Вернемся к нашему сюжету. Петр Толстой рассказывает о том, как выполняют процедуру голосования за президента первые лица государства. Интонационно он подчеркивает следующее:

«Президентская чета появилась у школы 1118 на улице Довженко в 10 утра. С соблюдением всех обычных формальностей они предъявили паспорта и расписались за получение бюллетеней». Автор сюжета пытается показать единство народа с его президентом. Телезритель должен почувствовать, что глава государства является таким же обычным человеком, а вместе они образуют целостное сообщество. Синхроны политиков в сюжете тоже призваны показать связь с народными проблемами. Например, Сергей Миронов подтверждает, что явка на выборах довольно высокая, из-за этого он даже опоздал - пробки. Этой фразой он обращает внимание на то, что ехал со всеми, в общем потоке людей.

«Владимир Жириновский тоже голосовал рано утром в одной из школ на западе Москвы. После голосования он пообщался с директором школы и пообещал ей вернуться, чтобы провести урок истории России».

Не случайно акцент сделан именно на эту дисциплину. Урок истории России поможет школьникам лишний раз понять, насколько многонациональна, богата, разнообразна наша страна.

«По словам главы партии “Правое дело”, несмотря на пасмурную погоду в стране сегодня - праздник». Основная задача данного сюжета - убедить пассивно сидящего перед телевизором зрителя в том, что если он встанет с дивана и «сделает свой выбор», он присоединится к тысячам других, ликующих и танцующих во имя лучшей жизни, которая последует за принятым решением.

«Своим долгом участие в голосовании считают многие знаменитые артисты певцы и музыканты. Например, Лариса Долина сказала журналистам, что пришла голосовать не только как гражданка России, но и как мама, и бабушка. “Я думаю, что и мой голос тоже сегодня что-то значит, поэтому я голосую, и я призываю тех, у кого есть дети и внуки, тоже прийти на участок, потому что это важно не только для нас и для нашего будущего -для наших детей”, - заявила певица».

Этой частью сюжета редакторская команда призывает сделать что-то для своих детей, заставить зрителей почувствовать себя единой командой творцов будущего. Значимость подобного события неоспорима, даже принимает космический масштаб: «Российские космонавты Антон Шкаплеров и Анатолий Иванишин исполнили свой гражданский долг с орбиты: они проголосовали с борта МКС через доверенное лицо, для чего был специально организован закрытый сеанс связи. Такая традиция голосования установилась еще в 80-е годы на орбитальной станции “Мир”».

Особого внимания в процессе дискурс-анализа требуют представленные цитаты, которые должны показать, что позиция наиболее значима для автора материала. В этом сюжете предпочтения журналиста не прослеживаются, что говорит о профессионализме автора текста. Аудитория предстает как некое сплоченное единство, в которое входит представители разных профессий, обладатели разных социальных статусов, однако все они объединяются одной целью. Как и одним праздничным настроением, что делает их еще ближе. Не это ли яркий пример того, как реализуются интегративные функции телевидения: объединяя абсолютно разных людей в некое единство, преследующее одну и ту же цель.

Н. Больц отмечает, что «видеокамеры настолько глубоко проникают в реальность, что передаваемые картинки несут в себе след медиума, как своего рода электронный водяной знак.

Политический процесс перекрывается инсталляциями медиа. Даже самый краткий путь политика вымощен интервью и заявлениями». Это высказывание подтверждает подобранный к сюжету видеоряд. Камера следует за политиками всюду.

Мы не зря обратили внимание на столь, казалось бы, незначительный жанр, как устная информация. Он не содержит в себе глубокой аналитики, сопоставления разных точек зрения, не отличается сложной, напряженной драматургией. Тем не менее не стоит недооценивать подобные сюжеты в структуре новостных выпусков. Хочется отметить, что устные информации повторяются из одного выпуска в другой. Такая повторяемость имеет значение для рядового зрителя как подтверждение того, что передаваемая информация организована так, как организован мир. Как отмечает Н. Б. Кириллова «повторяемость - это ядерная нормативная характеристика социального поведения и системы ожиданий массового зрителя. С ней связана и другая установка телезрителей в сегодняшней России - “ностальгическая”. Прошлым для массового сознания современных россиян выступает то, что утрачено и невозможно в настоящем, но ожидание чего раз за разом возвращается в виде томления по недоступному (отсюда и тяга к старому кино). Подобное повторение своего “отсутствия” здесь и сейчас (равно как и в недостижимом прошлом) дает индивиду ощущение принадлежному к “мы”, единому в потере».

         

          3.2.2 Комментарий

Исследователи Г. В. Кузнецов и В. Л. Цвик относят комментарий к жанрам аналитической публицистики. Они определяют данное понятие как «одну из форм оперативного аналитического материала, разъясняющего смысл актуального общественно-политического события, документа и пр.». Отношение комментария к аналитической публицистике неслучайно. Выступающий в кадре практически всегда преследует просветительскую цель. Он выявляет, прежде всего, причинно-следственные связи между событиями, анализирует социально-политический контекст события, говорит о возможных последствиях произошедшего. Комментарий на телевидении -

это разновидность выступления в кадре. В структуре современного вещания комментарии включены в новостные выпуски не как самостоятельные единицы, а в составе информационно-аналитических материалов. Для нашего исследования представляет интерес тот факт, что основу подобного выступления составляет открытая авторская оценка. Комментарий персонифицирован, что играет немалую роль при его восприятии адресатами. И от чего будет зависеть успех выступления - от глубины анализа или от внешнего облика эксперта, - как правило, предугадать очень сложно.

Отметим, что комментарий на общественно-политическую тему вряд ли может быть осуществлен без желания не только информировать, но и сформировать у адресата положительное или отрицательное отношение к чему-либо, повлиять на образ мыслей, мировоззрение. Функция воздействия всегда присутствует в политическом теледискурсе. Этим определяется и интегративная/дезинтегративная функция комментария.

Одна из целей комментатора - создать определенный эмоциональный настрой, вызвать определенное настроение адресата. Рассмотрим комментарий Владимира Путина телеканалу Россия 1 в рамках прямой телеконференции «Разговор с Владимиром Путиным» от 15 декабря 2011 г. После прямого эфира многие телеканалы использовали вырезанный фрагмент продолжительностью 45 секунд как составляющую единицу сюжетов о протестном движении.

В. Путин [улыбаясь, взгляд наверх, средний план. - Прим.автора]:

«Говорить откровенно, я когда увидел на экране чё-то такое вот у некоторых на груди. Честно я вам скажу [с ухмылкой смотрит на ведущего. -Прим. автора]. Неприлично, но тем не менее я решил, что это пропаганда борьбы со СПИДом. Что это такие, пардон [взмахивает руками. - Прим. автора], контрацептивы повесили! Зачем развернули только непонятно? [поднимает бровь. - Прим. автора]. Но потом присмотрелся, вроде нет [презрительная ухмылка. - Прим. автора]. Но в принципе, первая мысль была такая, что хорошо это... Народ борется за здоровый образ жизни. И доктор Рошаль наверняка это поддержит [не скрывает ухмылки. - Прим. автора]. Для молодежи это особенно актуально! [Поучительно поднимает палец вверх, камера отъезжает на общий план, слышны аплодисменты в студии. - Прим. автора.]».

Ведущий Э. Мацкявичюс: «Кстати, партия “Справедливая Россия” практически целиком надела эти...».

В. Путин: «Ну молодцы!».

[крупный план улыбающегося врача Л. Рошаля. - Прим. автора.].

Этот комментарий, не совсем типичный для телепрактики, имеет для нас большое значение. Он иллюстрирует то, как актор политического теледискурса использует стратегию формирования эмоционального настроя адресата. Современный человек живет в состоянии вечного выбора, он всегда вынужден определяться, согласен ли он с мнением или фактом, поддерживает он что-то или против. В мире телевизионной коммуникации на этот выбор человеку дается ровно столько, сколько отведено в эфире тому или иному сообщению, в среднем от 3 до 7 минут.

Как нам представляется, целью представленного выше комментария было «разряжение обстановки», направленное на среднестатистическую аудиторию. Этим объясняется и употребление просторечного оборота «чё-то такое вот».

Протестное движение в России, начавшееся после выборов в Государственную Думу VI созыва 4 декабря 2011 года, имело мощный общественный резонанс. Оно продолжалось и во время президентской кампании 2012 года, став для общества мощнейшим интегратором большого процента населения, недовольных политической ситуации в стране. Этот комментарий появился в эфире 15 декабря 2011 года, спустя 11 дней после начала массовых протестных выступлений. 10 декабря 2011 года прошел самый массовый митинг в Москве на Болотной площади, который, по некоторым данным, стал самым крупным за последнее десятилетия. Практикующие журналисты охотно делились в своих блогах и на страницах газет впечатлениями от происходящего. Корреспондент «Ъ» Арина Бородина в номере от 12.12.2011, который, кстати, с трудом можно найти в Сети, описала следующую ситуацию: «10 декабря корреспондент “Ъ” большую часть митинга провела на пятачке у Болотной площади, где разместились не только милицейские автозаки, служебные машины полиции, но и телевизионные тарелки главных каналов страны. Самое широкое представительство было у ВГТРК, видимо, по количеству теле- и радиоканалов, - почти пять машин. Рядом соседствовали тарелки РЕН ТВ, Звезды, чуть поодаль, через дорогу стояли машины НТВ, “Первого канала”, “ТВ Центра”. А на балконах в знаменитом доме на Серафимовича по периметру разместились сразу несколько съемочных групп, снимавших панорамные виды Болотной площади, заполненной десятками тысяч собравшихся. К середине митинга, там, правда, уже осталась только одна камера».

Стоит отметить, что за 5 дней до этого, ни «Первый канал», ни телеканал Россия 1 никак не освещали прошедшие массовые акции протеста на Чистых прудах. Лишь вскользь о ситуации было сказано на РЕН ТВ и НТВ. По словам многих журналистов и политических аналитиков, запрет на освещение событий исходил из Кремля, пресс-служба которого данную ситуацию никак не комментировала.

декабря практически все федеральные каналы дали в эфир обширные сюжеты о происходивших митингах. Но, к слову, эти сюжеты не были столь масштабными, как вышедшие в эфир весной 2012 репортажи об акциях в поддержку многотысячным населением кандидата в президенты В. Путина. В репортажах 10 декабря называлась цифра от 25 до 40 тыс. митингующих, цифры занижались. Подробнее об освещении митингов на Болотной мы скажем в следующем разделе, где будем рассматривать репортаж как жанр политического теледискурса. Приведенная выше информация необходима нам для понимания, почему именно такой комментарий был дан В. Путиным и насколько он оказался успешным в сложившейся социально-политической ситуации.

Основная цель этого комментария - объединение аудитории вокруг концепта стабильности политической ситуации в России, который лейтмотивом проходит сквозь многие сюжеты на общественно-политические темы.

В. Путин попытался сделать это, выразив презрение к митингующим: об этом говорят его небрежная мимика, жесты, поза, тон разговора. Использование просторечной лексики тоже указывает на негативное отношение к ситуации. Можно предположить, что подобный комментарий оказал воздействие только на тех зрителей, которые не пользуются интернетом. Вся блогосфера, форумы, сайты телеканалов, где под каждым сюжетом есть форма «комментария», пестрела оживленными дискуссиями по поводу этого высказывания В. Путина. Вот лишь некоторые комментарии с сайта www.mk.ru. Орфография и пунктуация авторов сохранены:

Русак от 15 декабря 2011, 13:15:

«В этих словах про контрацептивы и проглядывается его истинное отношение к людям, которые голосовали против ЕдРа. Хамство не к лицу человеку, претендующему на пост президента».

Неизвестный пользователь от 15 декабря 2011, 3:23:

«П. на встрече выглядит откровенно бледно: уровень троечника, отвечающего у доски. Много букв и воды. Низачет».

Евгений от 15 декабря 2011, 15:14:

«Удручает уровень умственного развития нынешнего премьер-министра, а, скорее всего, будущего президента РФ… В струе его выступления, он не принял голубые барабаны на митинге 12 декабря своих поклонников за ночные горшки? Кстати. Россия, видимо, единственная страна в мире, которая не считает День Конституции национальным праздником. Очень и весьма показательно».

Неизвестный польцователь от 16 декабря 2011 в 11:01:

«“Отлично” премьер реагирует на мнение народа. Голова (большая и умная) больше ничем не занята, как думает только об этом. Наверное, проблему с этим вопросом. Вот потом и верь обещаниям предвыборным президентским... ЗА КОГО ГОЛОСОВАТЬ БУДЕМ??? Если у данного кандидата голова занята проблемами лечения СПИДа. Серьезнее господин необходимо относиться к мнению народа российского, только тогда обречен на успех».

Лингвисты отмечают, что рассматриваемая нами тактика интеграции тесно связана с тактикой обращения к эмоциям. Так, О.Н. Паршина, отмечает, что «в политической коммуникации большое место в арсенале средств воздействия на массы занимает внушение, эмоция, образ».

          3.3.3 Репортаж

Репортаж - один из наиболее распространенных и действенных жанров тележурналистики. Сам термин происходит от французского слова reportage и английского report - сообщать.

Этот жанр в любом виде журналистики является самым оперативным. Как пишет Г. В. Кузнецов, «в репортаже на первый план выходит личностное восприятие события, явления, отбор фактов автором репортажа, что не противоречит объективности этого информационного жанра». Репортаж носит описательный характер, однако реализация этой функции на телевидении значительно упрощается. Телекамеры становятся глазами репортера, а его задачей - раскрыть для телезрителя глубинные смыслы транслируемого события, показать причинно-следственные связи, пояснить происходящее. Репортаж выполняет социально-интегративную функцию: журналист в большинстве случаев выступает свидетелем, а иногда участником отражаемого действия, что позволяет зрителю почувствовать с ним ситуативную идентичность. По данным сайта «Яндекс.Видео» за период с 10.12.2011 по настоящее время всего существует 645 репортажей, затрагивающих тему протестного движения в России. Из них 98 сюжетов были показаны на Первом канале, сайт телеканала Россия 1 выдает лишь 9 материалов, НТВ - 58. Итого 165 материалов. Остальные 480 репортажей разбросаны по таким сайтам, как YouTube, Vimeo, RuTube и др. Они насчитывают миллионы просмотров. Под каждым роликом есть форма для обсуждения. Один из популярных сайтов «Мобильный репортер» позволяет любому желающему попробовать себя в роли журналиста и разместить снятый на камеру мобильного телефона, планшета или на любое другое портативное устройство ролик о событиях. Материалы обычно размещаются практически в режиме реального времени.

По способу трансляции различается прямой репортаж и фиксированный. Первый транслируется непосредственно в момент совершения действия, технически осуществляется с помощью специальной передвижной телевизионной станции. В эфире чаще всего встречаются фиксированные репортажи, тем не менее позволяющие зрителю ощутить себя частью события ничуть не меньше, чем при показе прямого репортажа. Специалисты монтажа пользуются различными техниками и приемами, чтобы «склеить» сюжет, сделать его динамичным и наделить мощными воздействующими характеристиками. Н. Больц пишет, что «формула “отбора перед камерой”: все происходящее проверяется на предмет того, можно ли из этого сделать story». Все, о чем рассказывает какой-либо материал, представляет собой связывание, соединение. Репортер выступает в качестве посредника между происходящим событием и телезрителем, поэтому степень доверия к нему играет немаловажную роль. На сайте Мнения.ру идет оживленная дискуссия, поводом которой стало выступление заместителя министра связи и массовых коммуникаций РФ Алексея Волина на факультете журналистики МГУ в рамках ежегодной научно-практической конференции на тему «Журналистика в 2012 году: социальная миссия и профессия».

По словам А.Волина, «любой журналист должен твердо помнить: у него нет задачи сделать мир лучше, нести свет истинного учения, повести человечество правильной дорогой. Задача журналиста - зарабатывать деньги тем, кто их нанял, а сделать это можно только став интересными зрителям, слушателям, читателям». Чиновник не постеснялся дать рекомендации и преподавателям МГУ: «Надо учить студентов тому, что, выйдя за стены этой аудитории, они пойдут работать на дядю, и дядя будет говорить им, что писать, что не писать и как писать о тех или иных вещах. И дядя имеет на это право, потому что он им платит».

Возвращаемся в своем исследовании к ситуации с освещением митингов на Болотной площади. Из всего разнообразия вышедших в эфир сюжетов для нас представляются одними из самых интересных материалы вечернего эфира 10 декабря, потому что это было первое информационное появление репортажей о протестах в эфире, несмотря на то, что они начались 4 декабря. Нам удалось найти лишь 3 интересующих нас материала. Это репортаж программы «Сегодня» на НТВ в 16:00, 19:00 и материалы Первого канала в 18:00, 21:00. Репортаж телеканала Россия 1 невозможно найти на сайте телеканала.

Мы будем исследовать акценты, которые расставляют репортеры, анализировать материалы с точки зрения реализации воздействующей и интегративных функций.

Репортажи начинаются одинаково. С обеспокоенных ведущих в студии. В сетке выпуска - стоят на первом месте, речь ведущих начинается сразу после вступительной звуковой заставки. Заметим, что их подводка играет немалую роль в интерпретации сюжета зрителем.

Алексей Пивоваров, ведущий НТВ, начинает эфир словами: «В Москве состоялся, возможно, самый массовый митинг за прошедшее десятилетие. На Болотную площадь пришли десятки тысяч человек, несогласных с результатами парламентских выборов». В то время как ведущий произносит второе предложение, видеоряд сменяется кадрами, которые показывают достаточно большое количество людей. На первый взгляд, едва ли возможно говорить о том, что собравшихся десятки тысяч. У зрителя, правда, не среднестатистического, создается впечатление, что цифры занижены. Однако масштаб происходящего все равно очевиден. Зритель находится в растерянности, звуковое оформление программы, интонация ведущих направлены на то, чтобы сидящий перед экраном, почувствовал неприязнь к собравшейся толпе. Транслируемые кадры никак не соотносятся с обычно используемым интегративным конструктом «единение», мы рассмотрим его подробнее в следующем параграфе, в котором будем анализировать практически такой же митинг, только в поддержку кандидата в президенты. В данном случае, одной из коммуникативных задач журналистов является создание ощущения того, что подобное «единение», носит совсем не интегративный характер и должно рассматриваться как дезинтеграция стабильного российского общества.

Ведущий выпуска в 18:00 на Первом канале начинает эфир так: «В Москве сегодня состоялся митинг протестующих против нарушений на парламентских выборах. На Болотной площади в центре столицы собрались, по данным организаторов, 40 тысяч человек. Полиция, в свою очередь, насчитала 20 тысяч. Из них около тысячи - журналисты». А Екатерина Андреева в 21:00 и вовсе отказывается от цифр: «10 декабря в ряде регионов России прошли митинги под общим лозунгом «За честные выборы», их участники протестовали против нарушения в ходе голосования за депутатов Государственной Думы. Самая массовая акция состоялась в Москве. На санкционированный столичными властями многотысячный митинг собрались сторонники самых разных политических сил».

По разным оценкам, митинг на Болотной площади собрал от 50 до 150 тыс. человек. Масштаб происходящего был очевиден благодаря съемкам очевидцев, выложенным на сайте YouTube. По данным сайта, насчитывается 8 440 видео о митинге 10 декабря. Возникает вопрос об этической правомерности подобных действий съемочной группы. Если обращаться к идеалам, то событие должно быть неприкосновенно. Его можно показывать, можно замечать детали, но нельзя изменять его, представляя аудитории. Уникальность записи на пленку заключается в том, что она осуществляется в режиме реального времени. На деле, событие «ложится под нож» режиссеров, операторов, специалистов монтажа. Все они искусно убирают из материала лишнее, выделяют значимые детали, помогают зрителю сориентироваться в безумном информационном потоке. Общественно-политическое телевидение транслирует такие концепты как «единение», «народность», «целостность», «сила», «величие», «единство страны», «стабильность». Одной из интегративных стратегий является апелляция к ценностным установкам адресата, которые определяются ключевыми словами, указанными в предыдущем предложении. Телезрителя пытаются заставить считать общественно-политическую ситуацию в стране стабильной. Журналистам непросто освещать митинг: с одной стороны, есть картинка, которая неприкосновенна и сама по себе является фактом свершившихся событий. С другой стороны, установка - не допустить пропаганды концепта «распада». На помощь приходят технические средства. С помощью монтажа с изображением можно сделать практически что угодно. В сюжете НТВ планы, которые показывают собравшуюся толпу, длятся несколько секунд, когда по телевизионным стандартам панорамные планы могут иметь продолжительность до 7 секунд. Автор сюжета на НТВ постоянно использует выражение «часть толпы», что подтверждается видеорядом. В сюжете показывают те «части толпы», которые стоят где-то в стороне и не столь многочисленны как остальные собравшиеся.

Некоторые исследователи используют термин «смоделированная ситуация». С точки зрения этики - это серьезное журналистское преступление, которое, похоже, происходит в новостях каждый день. Да, нельзя сказать, что журналист вторгается в ход события, но его интерпретация может заставить зрителя воспринимать событие не совсем адекватно.

Особый акцент в репортажах сделан на миролюбивость собравшихся. Это отсылка новостной группы к концепту «стабильности российского общества», несмотря на протестные выступления. Отсылки к этому индикатору не были бы столь удачными, если авторы сюжетов не использовали синхроны- мини-интервью с участниками митинга.

Участник 1, м., 60-70 лет, образ интеллигента, 40 сек.:

«Все то, что происходило меня очень порадовало как наблюдателя. Я здесь как наблюдатель и смотрю на происходящее с точки зрения соблюдения прав и свобод человека. Люди, которые пришли сюда вели себя прекрасно, дружелюбно, миролюбиво, никаких эксцессов не происходило, и, надеюсь, не произойдет. Поэтому не остается ничего, как только поздравить доблестную московскую милицию с блестящей организацией такого трудного события».

В структуре репортажа не бывает случайных элементов. Каждое изобразительное, звуковое явление, появление в кадре всегда должно иметь свою цель. В данном случае воздействующую функцию выполняет использование интервьюируемым элементов экспрессивной и стандартной лексики. Используя выражение «доблестная милиция» участник митинга апеллирует к ностальгической установке в сознании телезрителя.

Н.Б. Кириллова отмечает, что «прошлым для массового сознания современных россиян выступает то, что утрачено и невозможно в настоящем, но ожидание чего раз за разом возвращается в виде томления по недоступному (отсюда тяга к старому кино). Подобное повторение своего “отсутствия” здесь и сейчас (равно как и в недостижимом прошлом) дает индивиду ощущение принадлежному к “мы”, единому в потере». Здесь у телезрителя есть возможность почувствовать возвращение ощущения «моя милиция меня бережет». В сюжете НТВ репортер описывает ситуацию, когда митингующие в толпе начали зажигать огненные факелы, однако, как утверждает ведущий, «милиции не пришлось вмешиваться, потому что митингующие сами остановили все это». Показана быстрая смена кадров, где собравшиеся тушат огонь и отчетливо слышен голос мужчины в толпе, говорящего: «Простите!». Показательны и синхроны других участников митинга:

Участник 2, ж. средних лет, скромно одета, 10 сек.:

«Мы никакой революции не совершаем, сюда пришли люди выразить свое недовольство отношением, свое мнение могут иметь все».

Участник 3, м. средних лет, держится невозмутимо, 10 сек.:

«Я сюда пришел для того, чтобы посмотреть, кто еще придет! Оказалось, я не один! Здорово».

Участники 4 и 5, м. 18-20 л., неуверенно, 6 сек:

«Выборы были неправильные, нужно переголосовывать и побольше наблюдателей на участках».

Участник 6, м. 30-40 л., равнодушно, 6 сек:

«Ну наверное просто все уже достало, сколько можно обманывать и считать людей просто за быдло [на последнем слове звук тише. - Прим. автора]».

Подводя итоги освещения одного из самых массовых митингов в репортажах федеральных каналов, мы считаем необходимым отметить несоответствие транслируемых образов общественно-политической ситуации. В репортажах на федеральных каналах делался упор на миролюбивость граждан, адекватность правоохранительных органов, свободу выражения мыслей, данную правительством, разрешившим митинг. Ни один канал не показал реальные требования митингующих, скромно обходясь общими планами плакатов «За честные выборы!». Информационный и эмоциональный посыл телевизионных репортажей - интеграция общества вокруг концепта стабильности, несмотря на беспорядки и более чем сто тысяч митингующих.

Наше восприятие конкретного сюжета в структуре новостного выпуска зависит от его размещения в сетке программы. Медиаисследователи называют подобную тактику «стратегией смысловых рядов». Под смысловым рядом можно понимать группу новостей, объединенную единым эмоциональным фоном. Как правило, в новостях негативные ряды не перемешивают с позитивными. Негативные блоки содержат в себе несколько материалов, рассказывающих о каких-либо катастрофах, бедствиях, происшествиях, террористических актах и др. После подобного блока, сюжеты, несущие в себе нейтральную или позитивную информацию, воспринимаются зрителем как «очень позитивные».

Обратимся к выпуску программы «Время» от 18 февраля 2012 года. Сетка выпуска:

1)  прощание с певицей У. Хьюстон;

)         сюжет о достижениях российских ученых;

)         массовые митинги в поддержку В. Путина и «стабильного развития страны»;

)         В. Жириновский контролирует использование просроченных продуктов в супермаркете;

)         Г. Зюганов пытается разрешить проблемы обманутых дольщиков;

)         С. Миронов собирает подписи за «честные выборы»;

)         М. Прохоров предлагает методы борьбы с коррупцией;

)         нестабильная ситуация в Латвии

10) мошенничество в Италии;

) юбилей директора Большого театра. Поздравили Д. Медведев и В. Путин.

После первого блока негативной информации идет большой сюжет (хронометраж около 5 минут) о массовых митингах в поддержку Владимира Путина. Зритель еще не успел осмыслить полученную негативную информацию (как правило, сюжеты смонтированы очень качественно, используются различные драматургические приемы, которые еще больше усиливают трагический смысл), и на него тотчас падает объемный сюжет о положительном кандидате в президенты. Так как мы говорим о телевидении, значительную воздействующую силу имеет изображение. Видеоряд такого сюжета: крупные планы плакатов с лозунгами «За Путина!», «Нам есть что защищать», «Путин - наш президент!», «За стабильность, за достойную жизнь, за развитие». Создатели сюжета показывают разные города России, на центральных площадях которых собрались люди, чтобы поддержать своего кандидата. Пришли «целыми семьями», в одном из городов (Кострома) была поставлена фотофигура Путина в полный рост, к которой «выстроилась очередь». Авторы сюжета делают акцент на цифрах: «В Новосибирске вместо 2,5 тысяч пришли 10 тысяч, в Иваново вместо 2 тысяч пришли 6 тысяч». Лейтмотивом проходит концепт «стабильность», с которым, вероятно, уставший избиратель и должен ассоциировать будущее в стране под руководством кандидата Путина. Авторы используют большое количество синхронов как известных людей, так и среднестатистических граждан -

участников марша.

Стоит отметить, что даже нас, исследователей, старающихся воспринимать информацию независимо, потряс этот сюжет своей масштабностью. Семья из Хабаровска с надрывом кричит с экрана: «Мы за долгое время вышли из всяких долгов! Путин тот человек, который поможет нам реализовать задуманное».

Пропаганда идеи «стабильность» удалась. После просмотра данного сюжета растет уровень доверия к кандидату В. Путина у простого телезрителя, ведь кажется, что если такое большое количество людей оказывают поддержку кандидату («многие вышли несмотря на суровый мороз»), то он априори не может быть плохим.

Менее убедительно выглядят сюжеты других кандидатов, которые, казалось бы, тоже совершают добрые дела. Но у них нет такого весомого аргумента, как поддержка народа, размахивающего плакатами с признаниями в любви. После блока информации об оставшихся кандидатах - вновь негативный блок, а после него - положительный сюжет о юбилее директора Большого театра А. Иксакова. И чтобы зритель не расслаблялся: «Поздравили юбиляра с праздником Д. Медведев и В. Путин». Тонкий намек на то, что жизнь с новым кандидатом будет не только стабильная, но еще и культурно-обогащенная.

Метод «искажения информации» считается одним из самых эффективных на телевидении, так как позволяет одному кандидату иметь превосходство над другими и вызывать большее доверие. Для достижения своей цели кандидату важно утаить от реципиента какую-либо информацию, которая может сделать пропаганду неэффективной. Реципиенту будет сложно понять реальное положение вещей и сделать правильный выбор. Как итог -

более эффективное воздействие на телезрителя. Как правило, замалчивание информации широко используется в монологической речи и недискуссионных передачах, в которых у выступающего нет оппонента, соответственно никто не может указать на обман. Как мы видим, новости -

идеальная площадка для применения подобного метода. Сравним материалы Первого канала и НТВ от 29.02.2012, вышедшие в эфир в вечерних выпусках. Сюжеты посвящены программным заявлениям В. Путина. Первое, на что обращаешь внимание, - хронометраж. На Первом канале отведено 10(!) минут эфирного времени, на НТВ лишь минута. Сюжет на Первом канале позиционируется как «разговор о самых насущных проблемах». Ведущая Екатерина Андреева делает подводку к сюжету, говоря о том, что «вопросы кандидату были острыми и откровенными, такими же были и ответы». Кандидат выглядит очень представительно, он выступает на большой площадке, вокруг него опять большое скопление народа. Речь насыщена стандартизированными выражениями: «важнее всего осознание российской государственности», «поставленные цели вполне реальны», «в России укрепляется развитие гражданского общества», «уровень жизни регионов пока еще не дотягивает до столиц». Кандидат не приводит никаких конкретных цифр и не указывает на реальные проблемы. Он говорит о «доверии к власти, которая способна изменить жизнь граждан к лучшему». Сюжет действительно большой, особенно для новостей - 10 минут, это почти половина выпуска, этот сюжет окружается материалами с негативным посылом, структура выпуска выглядит таким образом:

1)       скандал в Минске;

2)       российские граждане похищены в Нигерии;

)         программное выступление В.Путина;

)         мошенничество с открепительными заявлениями.

В минутном сюжете НТВ делается упор на то, о чем почти не говорят на Первом канале. Речь идет о выступлениях оппозиции и отношении к ним В. Путина. Он заявляет: «Оппозиционеры должны уважать мнение большинства», «меньшинство не имеет права навязывать свою точку зрения». Кандидат в президенты называет приемы оппозиции «грязными механизмами». Авторы сюжета пытаются тонко намекнуть, что выражение интересов, отличных от партии большинства, не приветствуется. Путин заявляет, что провокаторы способны «даже на убийство, чтобы очернить власть». «Я эту методику знаю, - говорит кандидат, - Уже десять лет, как ее пытаются применить прежде всего те, кто за границей сидит. Даже ищут так называемую сакральную жертву из числа каких-нибудь известных людей. Сами грохнут, извините, а потом будут власти обвинять».

Метод «сопровождаемого репортажа» неотъемлемо связан с описанными выше стратегиями, используемыми в новостях. Исследователь Д. Жмуров предлагает понимать под сопровождающим репортажем «новостной ролик, который идет “в связке” с другим репортажем (ключевым)». Они могут быть не связаны тематически, но их очередность способна оказать влияние на зрителя.

Выделяют два вида сопровождающих репортажей:

1)           репортажи-подтверждения;

2)       терапевтические репортажи.

Цель первых - привести дополнительные аргументы к сказанному в ключевом сюжете, подтвердить сказанное, добавить уверенности.

Обратимся к выпуску программы «Время» от 02.03.2012. Центральный сюжет (хронометраж 8 минут) - встреча В. Путина с главными редакторами иностранных изданий. На встрече обсуждались международные проблемы и позиция российской стороны в отношении развития международной политики. Путин говорит о росте российской экономики, которая «помогает стабильно решать существующие проблемы», как внутриполитические, так и внешнеполитические. Кандидат в президенты говорит о том, что российские политики способны решать международные проблемы дипломатически, в отличие от западных. Вслед за этим сюжетом идут два ролика, подтверждающие слова премьера:

1)                Япония отказалась от термина «незаконная оккупация» в отношении Южных Курил;

2)       вопрос о восстановлении отношений с Грузией.

Смысл обоих сюжетов в том, что эти проблемы удалось решить путем конструктивных переговоров, на которые способно только нынешнее руководство страны.

Другой вид сопровождающих репортажей - терапевтические репортажи. Суть подобных репортажей - в «терапевтическом уходе» за «больным» зрителем. Сначала ему предлагаются материалы с явно негативной окраской. Как правило, это зрелищные репортажи о бедствиях населения, террористических актах и пр. Затем впечатлительному зрителю предлагается сопроводительный репортаж, как правило, освещающий деятельность человека, исполняющего роль психотерапевта, который успокаивает зрителя, дает ощущение безопасности. На телеканале НТВ довольно сложно найти подобную стратегию, а вот на Первом канале -практически в каждом выпуске:

1)       борьба с террористами в Дагестане;

2)       гибель студента И. Агафонова от рук спортсмена Расула Мурзаева;

)         В. Путин пообещал поддержать развитие отечественного спорта;

)         В. Путин провел заседание посвященное защите окружающей среды.

В этих сюжетах, уже по традиции, используются слова «стабильность», «развитие», «борьба с терроризмом», «забота о гражданах», «безопасность». Этот метод широко использовался в новостях в период избирательной кампании президента 2012, правда, стоит отметить, что только по отношению к одному кандидату В. Путину.

          3.3.4 Интервью

В широком понимании интервью - это жанр, который представляет собой разговор журналиста с социально-значимой личностью на какую-либо актуальную тему. Г. В. Кузнецов пишет, что в этом жанре «основным изобразительно-выразительным средством выступает слово, живая человеческая речь». Именно эта особенность делает этот жанр значимым для телевидения, «поскольку коммуникативный процесс, выраженный преимущественно речью с дополнением мимики и пантомимики, представляет собой одну из основ телевидения как социальной системы, впрямую соответствуя природе экрана». Информация, которую получает телезритель, обладает мощными интегративными свойствами. В силу уникальной аудиовизуальной природы, интервью на телевидении обладает зрелищностью. Поэтому интегративная роль интервью - объединение вокруг всего многообразия месседжей, которые телевидение посылает аудитории. Это и речь в многообразии интонационных, эмоциональных окрасок; мимика, жесты, поведение собеседников; окружающая обстановка, включающая зрителей в студии, интерьер, внешний вид собеседников.

Интервью является одной из наиболее популярных жанровых форм и во всех видах политического дискурса. А. К. Михальская отмечает, что «политическое интервью - это высококонвенциональный (социально “условный”), публичный речевой жанр с жестким распределением речевых ролей непосредственных участников, в котором журналист раскрывает или стремится раскрыть значимые для общества черты политика, в том числе и “опасные”, тогда как последний, отвечая на вопросы журналиста, стремится убедить общество в своей “востребованности”». Не стоит рассматривать политическое интервью как исключительно агональный жанр, где между собеседниками происходит что-то похожее на схватку. Политик не всегда защищается, интервьюер не всегда обвиняет. Как пишет О.Н. Паршина, «степень агональности политического интервью зависит от установки ведущего и от типа его языковой личности».

Как жанр политического медиадискурса телеинтервью отличается большим разнообразием. Неизменным остается лишь специфический отличительный принцип интервью, который отмечает Е. И. Голанова: «“вопросно-ответная структура” и типовая композиция (зачин - основная часть-концовка)». Т. И. Попова отмечает смещение акцентов с предмета разговора на самого собеседника в содержательном изменении структуры этого жанра. Исследователь пишет, что «современные телеинтервью, характеризующиеся “лично-биографическим эксгибиционизмом” участников и усилением роли ведущего, отражают основные тенденции развития современной журналистики и информационно-коммуникативного общества в целом».

Одна из самых заметных программ в жанре интервью на отечественном телевидении - программа «Познер» на Первом канале. На сайте телеканала она описывается следующим образом: «“Познер” - это программа-интервью. Владимир Познер задает вопросы политикам, общественным деятелям, деятелям культуры, искусства, науки, спорта. Беседа может быть, как привязана к актуальным событиям недели, так и не связана с последними событиями. Обязательным условием каждого выпуска ведущий считает рубрику “vox populi” (глас народа). Вопросы гостю программы задают случайные люди на улице (место проведения опроса специально не анонсируется) или посетители сайта Первого канала».

В эфире у Познера - представители разных структур. За телесезон 2012-2013 собеседниками журналиста стали дирижер Валерий Гергиев, политик Ирина Яровая, главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев, Председатель комитета ГД РФ по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина, писатель Людмила Улицкая, врач Леонид Рошаль, протоирей Дмитрий Смирнов, спортсмен Виталий Кличко, режиссер Олег Табаков и многие другие. Владимир Познер всегда строит разговор с учетом текущей социально-политической обстановки. Ведущий говорит о проблемах общества с каждым гостем, какую бы сферу он ни представлял. Это лишний раз подтверждает уникальную интегративную специфику этой программы. Представители различных общественных структур объединяются вокруг того месседж, который им посылает общественно-политическая обстановка. Благодаря многогранному анализу конкретных фактов текущей политической жизни, формируются ценностные ориентиры общественного сознания. Воздействующий потенциал таких информационных сообщений, как пишет М. Е. Фролов, «направлен либо на формирование внутреннего ментального образа социально-политической ситуации в мире, стране, регионе, городе у адресата как у члена социума, либо на выработку у адресата степени его вовлеченности в коммуникативно-информативную интеракцию с масс-медиа, чтобы добиться изменения ассоциативных представлений у получателя о референте». Когда мы говорим о таком жанре, как интервью, необходимо отметить роль ведущего.

М. Е. Фролов  утверждает, что «основным источником формирования ментального образа (картины мира) и изменений ассоциативных представлений о референте у получателя (адресата) является медиадискурс, а его автор как ведущий программы выступает непосредственно в роли главного каузатора (источника, первопричины и проводника) формирования картины мира и изменения ассоциативных представлений адресата/аудитории».

В программе «Познер» собеседник имеет равные права с ведущим, а иногда и выходит на первый план. Широкое обсуждение в интернет-пространстве вызвал эфир от 21 апреля 2013 года. Гость в студии - Ирина Яровая, депутат Государственной Думы V и VI созывов от партии «Единая Россия». Заданные темы для обсуждения были тесно связаны с общественно-политическими проблемами текущего времени. Главный акцент этого эфира был сделан на личность Ирины Яровой, а в ходе дискуссии сместился и на личность ведущего.

В интернет-сообществе популярен такой - термин, как «троллинг», пока что недостаточно изученный в отечественной науке. Ссылаясь на электронный ресурс Школа жизни, мы определяем «троллинг» как процесс деятельности «троллей». Если говорить об интернет терминологии, то «“тролль” - человек, который размещает грубые или провокационные сообщения в Интернете, например, в дискуссионных форумах, мешает обсуждению или оскорбляет его участников». Существует и связь со Скандинавским фольклором, в котором тролли предстают в качестве уродливых, злых существ, которые только причиняют вред. Особенно подчеркивалась неприязнь троллей к тем, кто пытался нарушить их покой.

Одной из целей троллинга является привлечение внимания к собственной персоне. Для того чтобы почувствовать свою значимость, тролль пускает в ход любые средства. В блогосфере обычно отзываются о троллях как о людях, страдающих комплексом неполноценности, разочарованных, уставших от повседневной рутины. В любом случае троллинг как коммуникативная стратегия подразумевает речевую агрессию, в каком бы из видов дискурса он ни реализовывался бы. Зачастую троллинг используется как отвлечение внимания от острых тем и перевод какого-либо дискуссионного обсуждения в перепалку, переход на личности, использование слухов, клеветы и пр. На телевидении не так много жанров, которые могли бы стать подходящей площадкой для реализации троллинга. Возможно, это связано с дезинтегративным характером этого явления, который противоречит самой природе телевещания. Тем удивителен тот факт, что мы обнаружили такое явление, как «троллинг» в передаче «Познер», где ведущий является опытным журналистом и мастером интервью. Приведем лишь некоторые примеры из интервью.

И. Яровая: «Владимир Владимирович, вы знаете, я каждый раз, когда слышу подобные рассуждения, когда нас сравнивают с другими странами, пытаются говорить, что так плохо как сейчас в России не было никогда, и это желание и ощущение никогда не оправдывается. Владимир Владимирович, дело в том, что если вы возьмете статистику. А статистика - вещь упрямая. То на сегодняшний день вы в соотнесении с теми видами преступлений, которые совершаются в других странах, вы увидите, что с точки зрения насилия в нашем обществе не такая сложная ситуация как в тех же США. Не надо преувеличивать, понимаете?».

В. Познер: «Я ничего не преувеличиваю. Я хочу вас спросить: это ощущение незащищенности - оно неправильное?».

И. Яровая: «Владимир Владимирович, чем чаще ведущий Первого канала будет говорить о том, что, якобы, у всех есть какое-то ощущение, тем больше вы будете…».

В. Познер: «То есть вы мне говорите, что я якобы? То есть уже вы меня обвиняете в неточности».

И. Яровая: «Владимир Владимирович, я хочу сказать о том, что от того, что произносится в СМИ, во многом создается ощущение человека».

Пример иллюстрирует то, каким образом Яровая уходит от ответа, переключаясь на личность ведущего, обвиняя его в неточности, переводит дискуссию в другое русло. Ведущий и интервьюируемый сидят друг напротив друга, их разделяет достаточно большое пространство. Из невербальных средств остается интонация, мимика, жесты и работа оператора, который лишь меняет планы: общий (в кадре все пространство студии), средний (человек в кадре по пояс), крупный (человек в кадре по плечи). Яровая говорит жестко, практически бескомпромиссно. Ее ничуть не смущает то, что она уходит от разговора и фактически становится троллем. Вот один из комментариев на странице программы на сайте Первого канала:

Ариадна, Дания, Копенагаен от 17:04 28/04/2013:

«Всем, кроме восхищающихся Яровой, я думаю, очевидно, что она сознательно троллила, с тем и пришла на интервью. Причем троллила не только Чайковским и Настоящим человеком, но и вообще каждым открыванием рта, звучно или беззвучно :-), мимикой. Оказывается, все жители России чувствуют себя защищенными, полиция - преданная защитница граждан, суды честные и беспристрастные, а что такое коррупция - она сама не ведает, но раз создали такой комитет, да ее поставили возглавлять его, значит, где-то есть еще у нас порой. Вот все ее мысли -думаю, что и соглашаться с ними можно, только тролля».

В ходе интервью Ирина Яровая обращается к любимому политиками интегративному концепту- «стабильность». Она говорит о том, что в России «серьезная, сильная, современная правовая система», «у граждан России сегодня есть убежденность, что своими действиями они изменят жизнь в своей стране». Она не согласилась с тем, что граждане России испытывают чувство незащищенности. Напротив, обвинила СМИ в распространении этого страха среди населения: «Сегодня при том количестве угроз, которые существуют в любом государстве, не только в России, не нужно преувеличивать и еще больше пугать наших граждан и говорить, что у нас страшнее, чем где бы то ни было. Неправда. Это не так».

По результатам анализа сообщений интернет-пространства, у некоторых зрителей сложилось впечатление, что Владимир Познер пытался скомпрометировать собеседницу. Для большой части аудитории Ирина создала впечатление честного и порядочного человека, а Познер был агрессивно настроен по отношению к ней. Рассмотрим еще один комментарий с сайта Первого канала.

Шевченко Кристина Сергеевна от 21:21 27/04/2013:

«Познер был агрессивен и противен лично мне, неприятность эта возникла еще при предыдущих интервью, видно, что цель любого интервью сводится к одному единственному полить грязью власть. Вопросы были неинтересны, как допрос! А на вопросы все Ирина ответила, просто телезрители еще не привыкли наверно слышать грамотного русского языка».

Стоит отметить, что основная реакция, которую вызвало интервью у аудитории - интерес к столкновению двух личностей, а не вопросы социально политической сферы, волнующие большую часть населения. Интегративная функция не была реализована, проблемы «маленького человека» так и остались за кадром.

Традиция уделять внимание переживаниям «маленького человека» была заложена русской литературой и публицистикой. В классическом понимании «маленький человек» - это человек, обладающий невысоким социальным положением и не наделенный выдающимися способностями. Он не всегда смиренно принимает свой статус, но никому не делает зла. Создавая такой образ, писатели хотели показать читателям, увлеченным яркими романтическими героями и их неординарными судьбами, что переживания обыкновенного человека тоже достойны внимания, сочувствия, поддержки.

В поле нашего зрения - современная медиареальность, в которой ценность частной жизни оказывается, как правило, вне фокуса внимания СМИ, несмотря на то, что одно из важнейших качеств журналиста - умение в подходе к материалу объединять потребности общества с заботами отдельного человека. Однако главными героями сюжетов на телевидении становятся либо сильные мира сего и те, кто им чем-то не угодил, либо люди, «отметившиеся» неординарным поведением.

«Маленькие трагедии» маленьких людей все же мелькают на экранах, но чаще всего смотрятся нелепо из-за неумения журналистов рассказать о них. Так, слишком очевиден контраст между стильной ведущей и брошенными детьми, скрипящими инвалидными колясками в интернатах, о судьбах которых она размышляет. А ее коллега «бросает» небрежный вопрос: «Не закрыть ли к чертовой матери интернаты, куда сбагривают этих детей?». И получает такой же небрежный ответ важного чиновника . Мелькают маленькие люди и в программах «Прямой эфир» Михаила Зеленского (Россия 1) и «Пусть говорят» Андрея Малахова (Первый канал), но в них главное - рейтинговое мелодраматическое шоу, которым зритель может насладиться сполна. Здесь и слезы, и громкие заявления министров, и жаркие дискуссии. Несколько минут сочувствия, и можно снова переключиться на канал, где в новостях скажут, что все хорошо. В результате для зрителя возникает мир упрощенных или редуцированных причинно-следственных связей, в котором не существует проблем «маленького человека», его переживаний и чувств. Есть только те, кого необходимо слушаться, и верить им, что когда-нибудь жизнь станет лучше.

Декан факультета журналистики МГУ Е. Вартанова отмечает, что «что в современной журналистике сама ценность человеческой жизни предстает совершенно девальвированной», и надеется, что «“маленький человек” с его болью, проблемами, страданиями вновь окажется в фокусе внимания СМИ».

Из-за отсутствия в эфире многополярной и многоликой картины мира, ориентироваться в которой помогли бы разъясняющие, познавательно-просветительские сюжеты, телезритель остается один на один со своими частными проблемами и тревогами.

С каждым днем общественно-политическое телевещание мегаполиса все меньше говорит о своей просветительской миссии, все больше борется за покупателя. Западные исследователи давно предлагают рассматривать данное СМИ как сферу услуг, а зрителя как покупателя, которого следует хорошо обслужить. Техническое развитие медиа делает скорость подачи информации важнее содержания. Интегративные стратегии сосредоточены преимущественно на тиражировании образов медийных лиц, представителей власти, светских персон, кому и «передоверено» представлять интересы всего общества. Н. Больц пишет: «Граждане цифрового мира молоды, образованы, честолюбивы. Они работают в университетах, телекоммуникационных фирмах, издательских домах и банках. Они терпимы, разумны, компетентны и нет…, не аполитичны, а “постполитичны”. У этих сетевых граждан есть только одна страсть - свободный поток информации». Происходит своеобразный «эффект Сети», пользователь которой лишь «сканирует» действительность, наблюдает за ней, переходя от файла к файлу.

Заключение


Политический дискурс на телевидении «предстает в виде осмысленных, осознанных на социальном уровне сообщений информационного, аналитического, публицистического характера. Главным образом потому, что СМИ нацелены на социализацию информации, придание ей статуса общественной значимости. СМИ функционируют в заданной государством системе юридических и социальных координат, выполняют традиционно закрепленные за ними функции: информационную, социально-управленческую, культурно просветительскую». Однако проведенное нами медиаисследование показало, что сами стратегии подачи политической информации сегодня не могут конкурировать с развлекательным, досуговым контентом, который представлен на телеэкране. Зрелищность и скорость подачи становятся для аудитории важнейшими характеристиками аудиовизуальной информации. Западные исследователи уже давно предлагают рассматривать телевидение как учреждение сферы услуг, а зрителя как покупателя, которого следует хорошо обслужить. Ж. Бодрийяр отмечал особенность массового восприятия информации, характерную и для современного общества: «Массам преподносят смысл, а они жаждут зрелища. Убедить их в необходимости серьезного подхода к содержанию или хотя бы к коду сообщения не удалось никакими усилиями. Массам вручают послания, а они интересуются лишь знаковостью. Массы - это те, кто ослеплен игрой символов и порабощен стереотипами, это те, кто воспримет все, что угодно, лишь бы это оказалось зрелищным».

Современное общественно-политическое телевещание, обладая множеством воздействующих компонентов, вербальных и авербальных, ежеминутно посылает обществу своеобразный месседж, который может оказывать как интегративный, так и дезинтегративный эффект. Специфика выразительных средств телевидения позволяет преодолевать существующие в обществе процессы дезинтеграции, объединять разнохарактерную аудиторию. Этот процесс происходит не на территориальном уровне. Образуется некое единство нравов, ценностей, взглядов, обычаев с повышенным уровнем доверия и взаимопонимания всех, кто к нему принадлежит.

Мы изучали материалы Первого канала, НТВ и телеканала Россия 1, используя методику дискурс-анализа. Наше исследование доказало, что воплощение интегративных и дезинтегративных стратегий на телевидении осуществляется с помощью таких выразительных компонентов, как видеоряд, звук, интершум, появление в кадре, операторская работа, приемы монтажа, образ ведущего, особенности дизайнерского оформления программы и пр. Проведенный нами анализ дал возможность сделать вывод о том, что на современном общественно-политическом телевидении мегаполиса значимую роль играет экспрессивная компетенция. Основными стратегиями становятся: формирование эмоционального настроя адресата и апелляция к ценностным установкам, мифам, символам.

Изучение материалов Президентской избирательной кампании 2012 г. показало, что в качестве интегративных единиц, общественно-политическое телевидение мегаполиса использует такие концепты, как «единение», «народность», «целостность», «сила», «величие», «единство страны», «стабильность». Практикующим журналистам становится все сложнее освещать события, связанные с ростом протестного движения в стране: с одной стороны, есть изображение, которое неприкосновенно и само по себе является фактом свершившихся событий, с другой стороны, ощутима установка не допустить пропаганды концепта «распада».

Кроме того, мы отмечаем излишнюю персонификацию политического теледискурса, перенесение акцента на представителей властной элиты и обращаем внимание на такое явление, как троллинг, имеющее дезинтегративный характер, которое из блогосферы с ее уже достаточно сформировавшимися навыками навешивания ярлыков, экспансией ненормативной лексики, фетишизацией образа врага, клишированием дразнилок активно проникает в пространство телевещания и подхватывается журналистами. Так, в программе телеканала Россия 1 «К барьеру!» ее постоянный ведущий В. Соловьев, наблюдая за словесной атакой двух журналистов Н. Сванидзе и М. Шевченко (даже профессия не ограничивала их в выборе средств выражения), обратился к ним с вопросом: «И ваша дискуссия показала страшный накал, неприятие чужого мнения, нежелание услышать друг друга. Ведь уровень мерзости и ненависти в нашей стране зашкаливает. Как нам научиться уважать друг друга?». И вместо конструктивных ответов в медиапространство снова «полетели» негативные оценки, чрезмерно форсированные интонации, нападки на собеседника, все дальше уводя зрителей от существа обсуждаемой политической проблемы. Однако интересы телеаудитории могут быть удовлетворены только тогда, когда общественно-значимые проблемы пропускаются сквозь призму личных приоритетов сидящих перед телеэкраном. Иначе современный телезритель оказывается беспомощным и одиноким наблюдателем, который лишь скользит с канала на канал в поисках достойного собеседника.

телевидение политический дискурс

Список литературы

Книги

1.       Азарян С. Г. Телевидение как парадигма аудиовизуальной культуры современного российского общества. Краснодар, 2009.

2.       Баранов А. Н, Караулов Ю. Н. Русская политическая метафора. М.,1994.

3.       Баранов А. Н., Казакевич Е. Г. Парламентские дебаты: традиции и новации. М., 1991.

4.       Беляева Н. Ю. Публичная политика в современной России: субъекты и институты. М., 2006.

5.       Блохин И. Н. Журналистика в мире национальных отношений: политическое функционирование и профессиональное участие. СПб., 2008.

6.       Бодрийяр Ж. В тени молчаливого большинства, или Конец социального. Екатеринбург, 2000.

7.       Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М.,2009.

8.       Больц Н. Азбука медиа. М., 2011.

9.       Борецкий Р. А. Осторожно, телевидение! М.,2002.

10.     Брайант Д., Томсон С. Основы воздействия СМИ. М., 2004.

11.     Бурдье П. О телевидении и журналистике. М., 2002

12.     Вертешин А. И. Влияние политической журналистики на легитимацию власти//Социально-политическое функционирование журналистики: Материалы секции «Журналистика в мире политики»/ Ред.-сост. В. А. Сидоров. СПб., 2005.

13.     Витт Н. В. Речь и эмоции: Учебное пособие к спецкурсу по психологии. М., 1984.

14.     Гавра Д. П. Основы теории коммуникации. СПб., 2011.

15.     Гаврилова М. В. Методы и методики исследования политической коммуникации: учебное пособие. М.,2008.

16.     Гаврилова М.В. Политическая коммуникация ХХ века. М.,2008.

17.     Груша А. В. Формы и методы организации взаимодействия субъектов политики. Пресса и политический диалог. М., 2000.

18.     Дейк ван Т. Язык, познание, коммуникация. М., 2000.

19.     Демьянков В. З. Интерпретация политического дискурса в СМИ // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования/Отв. Ред. М.Н. Володина. М., 2003.

20.     Дмитриев А. В., Латынов В. В. Массовая коммуникация: пределы политического влияния. М., 1999.

21.     Доценко Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. М., 1996.

22.     Душкина М. Р. Психология влияния. СПб., 2004.

23.     Егоров В. В. Телевидение между прошлым и будущим. М., 1999.

24.     Ерофеев С. А., Низамова Л. Р. Постсоветская культурная трансформация: медиа и этничность в Татарстане 1990-х гг. Казань, 2001.

25.     Желтухина М. Р. Тропологическая суггестивность масс-медиального дискурса: о проблеме речевого воздействия тропов в языке СМИ. М., 2003.

26.     Засурский Я. Н, Вартанова Е. Л, Засурский И. И. Средства массовой информации постсоветской России. М., 2002.

27.     Засурский Я. Н. Телерадиоэфир: История и современность. М., 2005.

28.     Зелинский С. А. Информационно-психологическое воздействие на массовое сознание. М.,2008.

29.     Ильченко С. Н. Отечественное телевидение на рубеже столетий. CПб.,2009.

30.     Ильченко С. Н. Телевидение в эпоху интернета. СПб., 2005.

31.     Ишменев Е. В. Политический медиадискурс: теория и национальные модели. Екатеринбург, 2012.

32.     Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием. М., 2000.

33.     Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. М.,2004.

34.     Кириллова Н. Б. Медиакультура: от модерна к постмодерну. М., 2005.

35.     Кириллова Н. Б. Медиасреда российской модернизации. М., 2005.

36.     Клюев Ю. В. Политический дискурс в массовой коммуникации: анализ публичного политического взаимодействия. СПб., 2010.

37.     Князев А. А. Особенности тележурналистики и телерепортажа. Бишкек,2001.

38.     Козина Е. С. СМИ и выборы: ресурс и угроза политического мифотворчеств. М., 2005.

39.     Корконосенко С. Г. Журналистика в мире политики. Исследовательские подходы и практика участия. СПб., 2004.

40.     Кравченко В. И. Власть и коммуникация: проблемы взаимодействия в информационном обществе. СПб.,2003.

41.     Кузнецов Г. В., Цвик В. Л., Юровский А. Я. Телевизионная журналистика. М., 2005.

42.     Кукаркин А. В. По ту сторону расцвета. М.,1974.

43.     Купина Н. А. Тоталитарный язык: Словарь и речевые реакции, Екатеринбург-Пермь, 1995.

44.     Левина С. А. Основы теории коммуникации: учебное пособие. СПб., 2006.

45.     Липпман У. Общественное мнение. М., 2004.

46.     Луман Н. Реальность масс-медиа. М., 2005.

47.     Маклюэн Г. М. Понимание медиа: внешние расширения человека. М., 2003.

48.     Маклюэн Г. М. Война и мир в глобальной деревне. М., 2012.

49.     Марьянчик В. А. Медиа-политический текст: сценарии, нормы, стереотипы. М., 2011.

50.     Маховская О. Телемания. М., 2008.

51.     Мельник Г. С. Масс-медиа: психологические процессы и эффекты. СПб., 1996.

52.     Михалева О. Л. Политический дискурс. Специфика манипулятивного воздействия. М., 2009.

53.     Назаров М. М. Массовая коммуникация в современном мире: методология анализа и практика исследований. М., 2003.

54.     Ноэль-Нойман Э. Общественное мнение. Открытие спирали молчания. М.,1996.

55.     Ольшанский Д. В. Политическая психология М., 2002.

56.     Паршина О. Н., Российская политическая речь. теория и практика. СПб., 2012.

57.     Пономарев Н. Ф. Политическая коммуникативистика. Информационные стратагемы власти. М., 2010.

58.     Пономарев Н. Ф. Политические коммуникации и манипуляции. М., 2007.

59.     Почепцов Г. Г. Теория коммуникации. М., 2001.

60.     Почепцов Г. Г. Коммуникативные технологии двадцатого века. М., 2006.

61.     Реснянская Л. Л. Двусторонняя коммуникация: методика организации общественного диалога. М., 2001.

62.     Рогозина И.В. Функции и структура медиа-картины мира/ Методология современной психолингвистики: сб. статей. М., 2003.

63.     Русакова О. Ф. Современная политическая философия: предмет, концепты, дискурс. Екатеринбург, 2012.

64.     Сидоров В. А. Политическая культура журналиста. СПб., 2010.

65.     Соловьев А. И Политическая коммуникация: к проблеме теоретической идентификации. М., 2002.

66.     Федякин А. В. Формирование позитивного образа государства как задача информационной политики России: история и современные реалии. М., 2006.

67.     Цвик В. Л., Телевизионные новости России. М., 2002.

68.     Цуладзе А. М. Политическая мифология. М., 2003.

69.     Чудинов А. П. Политическая лингвистика. М., 2006.

70.     Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса. М.,2004.

71.     Шестопал Е. Б. Политическая психология. М., 2007.

Диссертации

1.       Березин В. М. Теоретико-методологический анализ телевизионной коммуникации: сущность, структура: Дис...д-ра филол. наук. М., 2003.

2.       Карасева Е. В. Информационная политика органов исполнительной власти современного мегаполиса: особенности ее формирования и реализации: Дис… канд. полит. наук. М., 2004.

3.       Фролов М. Е. Телевизионный дискурс информационно-аналитических программ: На материале программ криминально-правовой тематики НТВ: Дис... канд.филол.наук. М.,2004.

Авторефераты диссертаций

.         Бакумова Е. Р. Ролевая структура политического дискурса: автореф. дис… канд.филол.наук. Волгоград, 2002.

.         Гайкова О. В. Предвыборный дискурс как жанр политической коммуникации:( на материале англ.яз): автореф. дис... канд.филол.наук. Волгоград, 2003.

.         Ильченко С. С. Ценностно-политическое содержание массовой культуры в телевизионном вещании: автореф. дис… канд.полит.наук. Спб.,2009.

.         Маркеева М. Ю. Телевидение в процессе политической коммуникации в современной России: автореф. дис… канд. полит. наук. Тула, 2007.

Электронные ресурсы

.         Авдиенко Д. А. Влияние в процессе политической коммуникации// Санкт-Петербургский политологический журнал.2001. № 3/http: //politjournal.spb.ru

.         Видео-портал RuTube. URL: www.rutube.ru/.

.         Видео-портал Vimeo. URL: www.vimeo.ru.

.         Видео-портал YouTube. URL: www.youtube.com

.         ВЦИОМ. URL: #"669924.files/image004.gif">

Рис. 1. Какого рода информация Вас интересует (отметьте все, интересующие вас темы цифрами, фиксирующими приоритеты этой информации от 1 до 7)?

Рис. 2. Из какого источника Вы предпочитаете получать эту информацию?

Рис. 3. Доверяете ли Вы этому источнику информации?

Рис. 4. Стали бы информационно-аналитические программы интереснее для Вас, если бы они выходили в развлекательном формате?

Рис. 5. Посмотрите два видеоролика (отрывок из программы Н.Сванидзе и из программы Л.Парфенова). Какой формат кажется вам наиболее удачным для информационно-аналитической программы?

Рис. 6. Пользуетесь ли Вы сайтом twitter.com?

Похожие работы на - Общественно-политическое телевещание как фактор политической интеграции мегаполиса

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!