Социальная структура российского общества: итоги восьми лет реформ

  • Вид работы:
    Доклад
  • Предмет:
    Социология
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    60,92 kb
  • Опубликовано:
    2009-01-12
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Социальная структура российского общества: итоги восьми лет реформ

Социальная структура российского общества: итоги восьми лет реформ

Проблемы социальной структуры постоянно привлекают к себе внимание российских социологов. При этом как в силу личных исследовательских интересов и пристрастий, так и в силу объективных возможностей у каждого, кто работал в последние годы над проблемами социальной структуры, оказался свой, неповторимый угол зрения. Не случайно поэтому работы Л. Беляевой, Л. Гордона, 3. Голенковой, Т. Заславской, Е. Игитханян, Н. Лапина, Е. Старикова, М. Черныша, О. Шкаратана и других исследователей в данной сфере очень самобытны. Каждый из них в соответствии с избранными ими критериями стратификации, видит эту структуру по-разному.
Большинство этих исследований объединяет в методологическом плане стремление подойти к проблеме анализа социальной структуры как бы «извне», выделяя те или иные группы с позиций заранее определенных критериев. Ни в коей мере не умаляя значимости такого, ставшего уже классическим в исследованиях социальной структуры подхода, я полагаю, что не меньшее право на существование, особенно в условиях общества трансформационного типа, где объективные критерии текучи и условны, имеет попытка рассмотрения социальной структуры России через призму субъективного подхода - ощущения своего социального статуса самими россиянами.
Однако прежде чем ответить на вопрос, как выглядит социальная структура России при таком подходе, целесообразно взглянуть на социальную структуру западных стран глазами их населения. Только тогда можно будет в полной мере понять российскую специфику. Не вдаваясь в обсуждение методологических аспектов этой проблемы, отмечу лишь, что, судя по данным исследования The International Social Survey Programme «Social Inequality II» (ISSP-1992, проводившегося в 1991-1993 годах в 17 странах Европы и Северной Америки)1), «среднеарифметическая» социальная структура выглядела следующим образом (см. рис. 1)2):

Примем для дальнейшего анализа шкалу, по которой две самые нижние в представленной на рисунке 1 модели (т. е. 9 и 10) статусные позиции соответствуют низшему классу, 7-8 - «нижнему среднему» классу (применительно к России наиболее удачным является предложенный для этих социальных слоев Заславской термин «базовый». слой), 4-6 - собственно среднему классу, а позиции с 1 по 3 - «верхнему среднему» классу (с некоторой натяжкой, опять-таки применительно к условиям России, эти слои в силу ряда причин можно отнести к «околоэлитным»). При такой шкале для 17 обследованных стран «верхний средний» класс составил 7, 5%, средний - 58, 9%, нижний средний - 23, 5%, а низший - 10, 1% населения.
Вариации представленной на рисунке 1 типичной социальной структуры хотя и имели место, в подавляющем большинстве стран были очень невелики. На рисунках 2 3 и З 4 представлена, например, социальная структура западных и восточных земель Германии в 1992 году, т. е. в тот период, когда Восточная Германия, как и современная Россия, уже несколько лет находилась в стадии рыночной трансформации.

Как видим, хотя низ фигуры, представленной на рисунке 3, намного более массивен и сосредоточивает в себе большую часть общества, чем у фигур на рисунках 1 и 2, все же здесь сохраняются характерные «крылья», соответствующие наиболее распространенной средней статусной позиции. В целом эта фигура свидетельствует о наличии социальной структуры того же типа, хотя и несколько иных пропорций. Социальная структура России в 1992 году, несмотря на начало рыночных реформ, также в целом
воспроизводила тогда общий для всех обследованных стран тип социальной структуры (см. рис. 4) 5.

Характерная для фигуры на рисунке 4 «утяжеленность» нижней части напоминает модель социальной структуры восточных земель Германии и была присуща в тот период всем постсоциалистическим странам, входившим в исследование, а ее «угловатость» отражала начавшуюся резкую ломку социальных статусов, которая не всегда адекватно преломлялась в сознании людей. Однако в целом сам по себе тип социальной структуры соответствовал «нормальному». При этом в верхний средний класс в тот момент себя зачисляли 2, 8% населения, в средний - 48, 8%, в нижний средний - 30, 4%, а в низший - 18, 0% россиян.
Как же повлияли реформы на модель социальной структуры России? Как видно из рисунка 5, изменения эти были более чем значительны - изменился сам ее тип. «Крылья», в которых концентрировался средний класс, как бы опустились, и те слои населения, которые относили себя раньше к среднему классу, перешли в состав низших слоев. В результате основной характерной особенностью вновь возникшего типа социальной структуры стала «приниженность» социальных статусов основной массы россиян6.
Российское общество оказалось обществом смещенных вниз статусных позиций7:
немногочисленные представители «верхнего среднего слоя», фактически являющиеся «околоэлитными» кругами, которые к тому же и по своим ценностям и стандартам жизни ориентируются именно на элиту, и небольшой средний класс при сосредоточении основной массы населения в двух низших классах общества («базовом» и «низшем»). Именно в этом, а не только в различной численности основных классов общества заключается одно из основных отличий социальной структуры России от социальной структуры западноевропейских и североамериканских стран.
В то же время базовый класс был разделен мною на две группы, в соответствии с рядом факторов. Это и многочисленность базового слоя, и полученные в ходе панельного исследования в рамках работы по гранту ИНТАС «Перестройка государства всеобщего благосостояния: сравнение Востока и Запада. 1995-1998 годы» [2] данные о неоднородности этого слоя, распадающегося на среднеобеспеченных и малообеспеченных, и выявленная тенденция «размывания» малообеспеченных с попаданием значительной их части в состав бедных. Одна из этих групп, весьма условно названная мною «среднеобеспеченные» и составлявшая летом 1998 года, судя по некоторым косвенным данным, около 1/3 базового слоя, хотя и с некоторыми оговорками, может рассматриваться как российский аналог «нижних слоев среднего класса» западных стран. Вторая - группа малообеспеченных, примыкающая с учетом общности тенденций в изменении их положения к бедным. В целом, учитывая особенности образа жизни малообеспеченных, можно сказать, что сегодня в России есть три массовые группы бедных - малообеспеченные, бедные и нищие (причем под «нищими» я подразумеваю не профессиональное нищенство, а определенный уровень и образ жизни не входящих в состав «социального дна» россиян), характеризующиеся разной глубиной бедности.
О том, что за годы реформ в России произошло не просто обеднение, а массовое перемещение в число бедных и малообеспеченных основной массы населения, свидетельствует и выбор россиян при ответе на задававшийся им в общероссийском исследовании РНИСиНП «Граждане России: кем они себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить?» в июне 1998 года вопрос о том, как они представляют себе модель нашего общества и где они видят свое место в нем. Для получения ответа на этот вопрос использовался графический тест, где респондентам предлагалось выбрать одну из фигур, отражающую, с их точки зрения, модель социальной структуры российского общества, и указать на ней в любой клетке свое место (см. рис. 6).

При всей нейтральности каждая из использованных моделей говорила о многом, так как позволяла зафиксировать подсознательные представления россиян о масштабах существующей социальной дифференциации, сравнительной численности групп, различающихся по их статусу, степени несправедливости устройства современного российского общества и т. д. При этом предполагалось, что подавляющая масса населения выберет вторую, пирамидальную модель.
Однако реальность оказалась несколько иной. Действительно, пирамидальную модель, где по мере нарастания бедности численность соответствующих слоев становится все больше, выбрало свыше половины населения - 55, 6%. Причем чем старше были люди, тем с большей частотой они выбирали этот образ (в группе 56-65-летних ее выбрали более 60% при 48, 2% в группе 16-25-летних). В то же время почти 1/3 предпочла первую модель, где общество разделено на 2 практически никак не связанные между собой части - элиту, определенным образом структурированную внутри себя, и остальное население также со своей собственной структурой. Выбор значительной частью населения, прежде всего относительно молодых возрастов, модели общества, где элита полностью оторвана от остальных слоев населения, свидетельствует, на мой взгляд, об усилении отчуждения основных слоев общества от его «верхушки».
Что касается третьей и четвертой модели, то они предполагали наличие в обществе достаточно большего среднего класса. При этом третья модель, наиболее популярная в возрастных группах до 35 лет, допускала глубокую социальную дифференциацию, а четвертая свидетельствовала о достаточно сильной социальной однородности. Россияне не допускают даже мысли о том, что современное российское общество можно рассматривать в виде относительно однородного (только 0, 4% выбрали четвертую модель), и весьма скептически настроены к версии о наличии массового среднего класса (третья модель даже до августовского кризиса получила всего 11.3% поддержки).

Распределение россиян по статусным позициям в выбранных ими моделях российского общества (в %)

Статусные позиции

Похожие работы на - Социальная структура российского общества: итоги восьми лет реформ

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!