Язык мимики и жестов в корейской культуре

  • Вид работы:
    Курсовая работа (т)
  • Предмет:
    Культурология
  • Язык:
    Русский
    ,
    Формат файла:
    MS Word
    43,89 Кб
  • Опубликовано:
    2015-03-30
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Язык мимики и жестов в корейской культуре

Введение

мимика жест кореец невербальный

На современном этапе развития невербальной семиотики доказано, что речевое общение как способ коммуникации, предназначенный для передачи информацию о каких-либо фактах и данных, не способно в полной мере отражать чувства и настроения говорящего. Так как в эпоху активных межличностных контактов коммуникативный процесс ориентирован на усвоение большого количества информации, передаваемой посредством речи, остается без внимания еще один обширный по способу выражения канал передачи информации - невербальный. В своей книге «Язык телодвижений (как читать мысли по жестам)» Алан Пиз опубликовал результаты исследований, подтверждающих значимость невербальных средств общения в коммуникативном взаимодействии людей.

Альберт Мейерабиан установил, что передача информации происходит за счет вербальных средств (только слов) на 7%, за счет звуковых средств (включая тон голоса, интонацию звука) на 38%, и за счет невербальных средств на 55%. Профессор Бердвиссл проделал аналогичные исследования относительно доли невербальных средств в общении людей. Он установил, что в среднем человек говорит словами только в течение 10-11 минут в день, и что каждое предложение в среднем звучит не более 2,5 секунд. Как и Мейерабиан, он обнаружил, что словесное общение в беседе занимает менее 35%, а более 65% информации передается с помощью невербальных средств общения [32, с. 1].

На основании этих данных, можно сделать вывод, что, несмотря на большую значимость словестного общения при коммуникативном взаимодействии значительную долю информации несут в себе такие невербальные средства как мимика и жесты.

Жесты и мимика являются неотъемлемой частью человеческой коммуникации, причем их возникновение считается более ранним в сравнении с появлением речи. Хотя по сей день ведутся споры об универсальности этих невербальных знаков, тот факт, что они присутствуют у представителей всех культур, дает широкие возможности для их изучения и сопоставления друг с другом.

Актуальность исследования определяется также и тем, что в эпоху бурно развивающейся межкультурной коммуникации между Россией и Республикой Корея неизменно возникает необходимость в изучении наряду с языками данных стран невербальных знаков и символов, стоящих в рамках национальных, культурных и религиозных традиций народа.

В связи с тем, что в данных культурах один и тот же по исполнению жест может заключать в себе как схожие значения, так и диаметрально противоположные, значительно осложняется процесс коммуникации. Невежество в отношении жестов может привести к нежелательным и даже плачевным результатам.

В виду того, что русские и корейцы активно налаживают совместное участие во многих сферах деятельности, особую актуальность приобретает изучение нежелательных, имеющих негативное значение жестов во избежание неблагоприятных последствий.

Проблема исследования исходит из того, что, хотя в настоящее время происходит процесс унификации значений некоторых жестов под влиянием определенных факторов, нужно учитывать, что не все культуры подвергаются такому влиянию. Следовательно, при использовании невербальных средств общения в чужой культуре следует быть предельно осторожным при выборе того или иного неязыкового символа, а также быть осведомленным о специфических, имеющих иное толкование жестах.

Целью данного исследования является сравнительно-сопоставительный анализ языков мимики и жестов представителей русской и корейской культуры.

Исходя из цели, были определены следующие задачи:

1.дать теоретическое обоснование таким понятиям как жест, мимика;

.классифицировать мимическую и жестовую коммуникацию;

.выделить врожденные и приобретенные, культурно обусловленные мимические и жестовые выражения.

.определить функции языка мимики и жестов, выполняемые в процессе коммуникации;

.изучить типовые, применимые в корейской культуре жесты, позы и мимику;

.произвести сравнительно-сопоставительный анализ наиболее часто употребляемых и схожих по выполнению жестов русских и корейцев;

Научная новизна работы. Несмотря на то, что язык телодвижений употребляется людьми на протяжении долгого периода времени, науки, изучающие мимику и жесты, возникли только в 60-е года XX в., что само по себе свидетельствует о широких возможностях для исследователей при выборе темы. В данном исследовании впервые в отечественном корееведении делается попытка описания типовых коммуникативных жестов корейцев в сопоставлении их со сходными жестами в русской культуре, анализа причин возникновения определенных невербальных знаков.

Объектом данного исследования выступает язык мимики и жестов представителей корейской культуры.

Предметом исследования являются не имеющие аналогов специфические, а также заключающие в себе иные оттенки значений мимические и жестовые коммуникации корейцев, нежели схожие по исполнению жесты в российской культуре.

Методологическую основу работы составили труды в области социальной психологии и психологии общения, теории коммуникации, семиотики, а в частности кинесики и паралингвистики, а также прочих наук, объектом исследования которых является невербальная коммуникация. Особую роль в исследовании сыграли работы отечественных и зарубежных ученых таких как: Г.Е. Крейдлин, который в монографии «Невербальная семиотика» подробно описал историю становления кинесики как науки, дал теоретическое обоснование понятию жест, представил различные типы классификаций этих невербальных знаков; наряду с С.А. Григорьевой принимал участие в создании «Словаря русских жестов», также послужившем материалом для сравнительно-сопоставительного анализа.

В.А. Лабунская в работе «Невербальное поведение: структура и функции», являющейся частью хрестоматии по социальной психологии детально рассматривает особенности невербального поведения и выполняемые им роли в коммуникативном процессе.

М.Л. Бутовская в своем труде «Язык тела: природа и культура (эволюционные и кросс-культурные основы невербальной коммуникации человека)» детально описала различия в интенсивности жестикуляции, специфике употребления значений определенных жестов у представителей нескольких культур, что также внесло неоценимый вклад в теоретическую базу данного исследования.

Алан Пиз в работах «Язык телодвижений. Как читать мысли других по их жестам» и «Новый язык телодвижений. Расширенная версия» привел аргументы, доказывающие значимость языка телодвижений в общении людей. Также в его работах были освещены вопросы универсальности определенных невербальных знаков; раскрыта сущность понятия конгруэнтности жестов.

Помимо указанных выше источников, выпускная квалификационная работа базируется на материале из научной литературы на корейском, русском и английском языках. Особенно ценным для данного исследования является привлечение работ корейских ученых. Исследование опирается на научные работы только исследователей из Республики Корея. К изучению своей культуры и этикета обращались и продолжают обращаться многие южнокорейские авторы. К их числу принадлежит словарь корейских жестов «Язык тела корейцев» Чо Хёнёна, «Жизненный этикет» Ким Джонсона а также «Обучение этикету госпожи Ким Чонок». В их работах содержатся мнения и точки зрения на различные культурные аспекты, а также материал, использование которого позволило наиболее полно и достоверно описать культурные особенности поведения корейского народа.

Помимо этого в качестве важного теоретического материала выступила научная литература об истории и религии и культуре Кореи. Такие работы как «Курс лекций по истории Кореи» С.О. Курбанова, «История религий Кореи» Ким Г.Н., «Очерк истории корейской культуры» И.А. Толстокулакова а также работы Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой внесли неоценимый вклад в теоретическое обоснование выпускной квалификационной работы.

Также важную роль в исследовании сыграли книги из серии «Российское корееведение в прошлом и настоящем», представляющие собой сборники научных статей о Корее.

Для достижения поставленной цели были задействованы следующие методы исследования: синтез исходного теоретического материала; проведение аналогий среди схожих жестов, использующихся в русской и корейской культурах; систематизация отобранного материала; проведение сравнительно-сопоставительного анализа результатов с определение сходных и различных значений невербальных проявлений; классификация полученных данных.

Практическая значимость работы может быть подтверждена включением результатов данного исследования в различные материалы о Корее для туристов, пособия для преподавателей корейского языка и культуры, а также руководства для широкого круга людей, имеющих прямые контакты с представителями корейской диаспоры.

Теоретическая значимость работы заключатся в том, что попытка сравнительной классификации наиболее употребляемых корейцами жестов, а также описание специфических, не имеющих аналогов неязыковых сигналов может выступать в качестве теоретического материала и становиться основой для дальнейшего углубленного изучения особенностей невербальной коммуникации корейцев российскими исследователями. Данная работа может быть использована не только в практике преподавателей корейского языка как источник информации о невербалике корейцев, но и студентами и школьниками в докладах и рефератах на эту тему.

Настоящая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка используемой литературы, включающем источники на корейском и английском языках. Данное исследование построено согласно общим требованиям к оформлению и обусловлено целями и задачами квалификационной работы.

1. Значимость языка мимики и жестов в человеческой коммуникации

.1 Мимика и жесты как важнейшие средства невербального общения

С самого своего рождения человек погружен в сферу коммуникационного процесса. Все аспекты человеческой деятельности имеют коммуникационную составляющую. В свою очередь, коммуникация считается необходимым условием существования индивида в обществе, поскольку общество представляет собой совокупность связей и взаимоотношений входящих в него членов.

В настоящее время существует огромное количество определений понятия «коммуникация». Такое количество формулировок обусловлено тем, что коммуникация рассматривалась с точек зрения различных наук. К специфике настоящего исследования наиболее подходит определение, данное Конецкой В.П., которая определяет коммуникацию как «социально обусловленный процесс передачи и восприятия информации в условиях межличностного и массового общения по разным каналам при помощи различных коммуникативных средств» [33, с. 4].

Коммуникация подразделяется на лингвистический уровень, в котором коммуникативными средствами выступают словесные знаки, имеющие вербальную природу и паралингвистический уровень, основой которого являются невербальные средства коммуникации - жесты, мимика, телодвижения, а также свойства голоса, тон, паузы (Конецкая, 1997).

Наука, изучающая язык тела называется кинесикой (термин предложен Р Бирдвистелом в 1952 г.) [8, с. 12].

Объектом исследования кинесики являются такие невербальные средства общения как мимика, жесты головы, рук и ног, позы и знаковые телодвижения, однако исключаются искусственные языки, мало соотносящиеся с речью. К таковым можно отнести языки глухонемых, сравнительно узких социальных групп а также профессиональные жестовые языки (Крейдлин, 2002).

Именно поэтому многие исследователи в области невербальной коммуникации акцентируют внимание на том, что изучение языка мимики и жестов не должно проводиться изолированно от ситуации общения и вербального контекста.

Речевая деятельность сопровождается мимикой, жестами, позами. Они, в свою очередь несут информационную нагрузку, отражая физическое и эмоциональное состояние говорящего, его темперамент, личностные свойства и качества, а также дают информацию о характере взаимоотношений, ситуации общения, уровне понимания и др. Таким образом можно сказать, что по невербальному каналу связи передается большее количество экспрессивно окрашенной информации. Причем, в отличие от речи, контролируемой сознанием на протяжении всего акта коммуникации, мимика и жесты, проявляясь бессознательно, раскрывают истинные намерения говорящего. Ввиду этого помимо непосредственно речевых сообщений в процессе коммуникации нужно также учитывать невербальные проявления.

Мимика важнейший и наиболее изученный компонент невербальной коммуникации. Общаясь друг с другом, люди всегда обращают особое внимание на лицо собеседника, ведь именно оно служит тем самым инструментом обратной связи, позволяющим видеть реакцию на то или иное высказывание или же действие. Иными словами мимика - это выразительная стереотипная реакция мускулатуры лица (Фаст, 1997).

В большой советской энциклопедии термину «мимика» дается следующее определение «Мимика (от греч. - подражательный), выразительные движения мышц лица, являющиеся одной из форм проявления тех или иных чувств, настроений человека».

Так как мимика является средством отражения чувств, по изменению таких параметров как линия рта, выражение глаз, положение бровей, расширение или сужение зрачка, покраснений или чрезмерной бледности кожи можно судить об эмоциональном состоянии человека.

Мимика имеет огромное значение в человеческой коммуникации. К этому неоспоримому факту с научной точки зрения впервые подошел Ч. Дарвин, проанализировавший исключительно важное значение мимики, рассмотрев ее как адаптационный механизм, возникший в ходе эволюции (Дарвин, 2001).

Лицо человека, по предположению Кэррола Изарда, для окружающих является самым значимым социальным стимулом (Изард, 1980). Опираясь на исследования таких ученых как Вулфф П., Левис М., Фэнтс Р., Каган Д., пришел к выводу, что высокая чувствительность к мимическим изменениям выражения лица другого человека генетически обусловлена.

Данная теория была проведена многочисленными практическими исследованиями. По результатам одного из них было выяснено, что даже глухонемые, не способные от природы слышать и воспроизводить речь при просмотре фильма с высокой точностью определяли эмоциональное состояние героев (Пиз, 2006). Также было выявлено следующее: из всех выражений лица легче распознаются положительные эмоции, такие как радость, восторг, влюбленность. И напротив, тяжелы в понимании негативные выражения - печаль, злость, презрение, отвращение (Шейнов, 2006).

При помощи лба, бровей, глаз, носа, рта и подбородка выражаются основные человеческие эмоции. Можно заметить, что эти выражения схожи между собой у представителей различных культур. В свое время Чарльз Дарвин высказал мнение о том, что выражения лица, которые служат для передачи различных эмоций, едины для всех человеческих существ вне зависимости от культуры, расы и вероисповедания (Фаст, 1997). Это также дает основание говорить о том, что мимика является врожденной способностью человека и генетически обусловлена.

Эту особенность мимики можно наглядно проследить в поведении младенцев. Задолго до того, как ребенок начинает произносить первые слова, он общается матерью и окружающими его людьми посредством мимики. По выражению лица младенца можно узнать о его самочувствии: испытывает ли он радость или печаль, напуган или взволнован чем-либо. Проявление у ребенка выражений радости или страха не зависит от того, видел ли ранее такие же эмоции у других.

Демонстрация одного набора фотографий человеческих лиц, на которых были запечатлены различные эмоциональные выражения, вызывала среди представителей культур, сильно отличающихся друг от друга, одинаковые оценки (Пиз, 1992). Это исследование способно подтвердить, что выражения лица не являются результатом заученного поведения. Также присутствует врожденная мимика у слепых от рождения детей, которая с течением времени угасает ввиду отсутствия визуального восприятия этого мимического выражения у других людей.

Поэтому одним из важнейших условий развития мимики является социальное подражание. Оно возможно благодаря тому, что человек может управлять определенными группами мышц своего лица, отвечающих за выражение эмоционального состояния.

Существует несколько критериев, влияющих на проявление врожденных эмоций. Поскольку общество поощряет выражение одних и порицает другие, образуя и вырабатывая таким образом «язык» мимики этого общества, корректируются и сами мимические выражения (Фаст, 1997). Меняется экспрессивность, частота проявления тех или иных символов.

Также не стоит опускать тот факт, что в разных культурных и этнических группах мимика может выражать различные значения, не смотря на то, что многие проявления мимики являются универсальными. Также смысл некоторых элементов мимики может меняться в зависимости от ситуации, что несет определенные сложности при ее интерпретации. Необходимо помнить, что, хотя Ч. Дарвин предложил идею универсальности мимических эмоциональных выражений и предложил рассматривать их как биологически обусловленные сигналы, он в своем труде, посвященном анализу эмоций, обращает внимание на тот факт, что существует мимические выражения, имеющие культурную специфику (Бутовская, 2004). Примерами такого отступления от первоначального значения выражений лица могут служить ритуальный смех аборигенов-каннибалов, формальная улыбка партнеров по бизнесу.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что существуют универсальные (врожденные) и специфические (вариативные) мимические знаки, спонтанные и обдуманные выражения лица.

Врожденные эмоции, проявляющиеся спонтанно и присущие всем людям независимо от их культурной и национальной принадлежности называются базовыми.

Попытки определить набор «фундаментальных» или «базовых» эмоций предпринимались с давнего времени. Этим занимались многие психологи. Во всех случаях предлагалось и разное число эмоций, и самые различные критерии их классификации. Авторы классификаций: М. Арнольд, П. Экман, Н. Фрижда, Дж. Грей, К. Изард, У. Джеймс, Р. Вудвортс, У. Макдауэлл, О. Морер, К. Отли, П. Джонсон-Лэрд, Дж. Панксепп, Р. Плучик, С. Томкинс, Дж. Уатсон, Б. Уэйнер. Существуют различные точки зрения, и нет единой классификации эмоций, с которой могли бы согласиться все исследователи. Каждый из них подразделял эмоции по различным критериям. В зависимости от этого варьируется количество отобранных элементов.

В данной работе представлена классификация базовых эмоциональных выражений П. Экмана и У. Фризена.

Таблица 1. Естественные мимические выражения эмоций по П. Экману и У. Фризену

Радость Радость Уголки губ оттянуты в стороны и приподняты. Рот может быть приоткрыт или закрыт, а зубы обнажены или прикрыты губами. От носа к внешнему краю губ тянутся морщины (носогубные складки). Щеки подняты. Верхние веки спокойны, под нижними образуются морщи- ны, нижние веки приподняты, но не напряжены. У наружного края уголков глаз появляются морщинки - «гу- синые лапки».Удивление Брови округлены и высоко подняты. Кожа под бровями натянута. Горизонтальные морщины на лбу. Веки раскрыты. Рот открыт, челюсть опущена, зубы разъединены.Страх Брови приподняты и сдвинуты. В центре лба появляются морщины. Верхние веки подняты так, что видна склера, а нижнее веко напряжено и приподнято. Рот раскрыт, губы слегка напряжены и оттянуты в стороны или сильно напряжены и растянуты.Горе Внутренние уголки бровей подняты вверх. Кожа между бровями треугольной формы. Внутренние уголки верхних век приподняты. Рот закрыт, уголки губ опущены, но не напряжены.Гнев Брови опущены и сведены. Между бровями вертикальные складки. Нижние веки напряжены и приподняты, верхние веки тоже напряжены. Глаза неподвижные, могут казаться выпученными. Губы находятся в одном из двух положений: крепко сжаты, уголки губ прямые или опущенные; губы раскрыты и напряжены, как при крике. Ноздри расширены.Отвращение Верхняя куба поднята, а нижняя приподнята по направлению к верхней губе или опущена и слегка выпучена. Нос наморщен. Щеки подняты. Нижние веки приподняты, но без напряжения, под ними об- разуются морщины. Брови и верхние веки опущены

Остальные мимические выражения эмоциональных состояний представляют собой производные или составные, возникшие путем сочетания нескольких фундаментальных.

Также, затрагивая тему вариативности классификаций, следует сказать, что не все ученые согласны с утверждением о существовании базовых эмоций. Некоторые определяют эмоции как функцию перцептивно-когнитивных процессов, т.е. процессов восприятия и познания мира [73].

Не следует классифицировать мимику только по произвольным и непроизвольным компонентам, нужно также рассматривать ее физиологические параметры, такие как сила, тонус, симметрия-асимметрия, комбинация мышечных сокращений, динамика и амплитуда. Можно прибегнуть к фрагментарной классификации, основанной на зональном разделении лица. Или же рассматривать как целое в социальном и социально-психологическом плане (по выражениям, принадлежащим определенной национальной культуре или многим культурам, по индивидуальному стилю выражения или стилю, принятому в определенной социальной группе (Фаст, 1997).

Человек, контролирующий свои мимические выражения под воздействием различных социокультурных факторов, не способен в полной мере воспроизвести или скрыть настоящие эмоциональные состояния.

Если поведение человека естественно, и он не прибегает к сознательному контролю эмоций, на лице отражается симметрия. Лицо испытывающего эмоциональный дискомфорт приобретает признаки асимметричности. Такое поведение обусловлено тем, что левая сторона лица находится под контролем правого полушария, отвечающего за эмоции и эмоциональное состояние человека, вследствие чего в момент внутренних противоречий, человеку трудно скрывать смешанные чувства и тем более отрицательные в практике эффективного общения. Что касается мышц правой стороны лица, то они находятся под большим контролем, поскольку связаны с левым полушарием, которое отвечает за логику человека. Это правило распространяется на правшей (Шейнов, 2006).

Также доказано, что при неоднократном использовании одних и тех же выражений лица, с пришествием времени мимика застывает на лице в виде мимических морщин, в свою очередь отражает характер человека и пережитые им эмоции. Однако если рассматривать человеческое поведение в целом, экспрессия лица является наиболее информативным источником при передаче правдивой информации. Когда человек хочет скрыть свои переживания или намерения, лицо становиться менее информативным, нежели движения тела и жесты.

Следует также помнить, что для жестов, выражающих эмоциональное состояние верно и то, что жестикулирующий может воспроизводить их в диалоге в той или иной степени намеренно для обозначения соответствующей эмоции, при этом либо вовсе не испытывая данной эмоции, либо испытывая ее в гораздо меньшей степени, чем та, о которой свидетельствует жест [23, с. 114].

Жесты наряду с мимикой являются важнейшими элементами человеческой коммуникации. Задолго до овладения связной речью человек использовал различные движения тела для передачи информации и своего отношения к происходящему. Сила их влияния на других людей была замечена еще в древности. Политические деятели того времени активно изучали и приспосабливали жестикуляцию к своим выступлениям для более сильного влияния на аудиторию. Письменным доказательством этого могут считаться «Три трактата об ораторском искусстве» Цицерона. Также засвидетельствован, ответ античного оратора Демосфена на вопрос о том, что нужно для успеха в публичных выступлениях, который звучал так: «Жесты, жесты, жесты».

В современной семиотике одним из нерешенных является вопрос о происхождении термина «жест». Г.Е. Крейдлин высказал предположение, что слово жест восходит к латинскому gestus, производного от многозначного слова gerere, означающего «действовать» в самом широком смысле этого слова (Крейдлин, 2002). На данный момент в семиотике под словом «жест» понимается движение телом и конечностями (руками, ногами), которое служит условным знаком [8, c. 91]. В понятии жест в отличие от жестикуляции закреплена его соотнесенность с сознательным использованием видимого телесного действия, несущее определенный смысл.

Люди общаются между собой не только с помощью слов, но и посредством телесных движений. Каждый из атрибутов тела, будь то форма, размер, положение или рост, при определенных условиях выражает или передает некоторое значение. Даже неисполнение жеста, может оказаться столь же значимым, сколько и его присутствие в коммуникации (Крейдлин, 2002).

В рамках данного исследования поза как отдельная единица невербальной коммуникации не выделяется и рассматривается как фаза жеста.

Вопрос об универсальности жестовой коммуникации наряду с мимической поднимали различные ученые.

Не смотря на то, что есть значительная часть жестов, имеющих культурную природу, которые передаются путем научения, существуют также многие универсальные жесты, которые позволяют судить о генетической предрасположенности к их использованию. К этой категории можно отнести: жест просьбы (протянутая рука ладонью вверх, пальцы сложены лодочкой), жест страха (перекрывание рукой лица или головы), хлопанье в ладоши (выражение одобрения), покачивание поднятым вверх указательным пальцем (неодобрение или шутливая угроза), потирание живота рукой в области желудка (жест, сообщающий о том, что человек голоден [8, c. 92].

Алан Пиз также придерживается мнения, что основные коммуникативные жесты во всем мире не отличаются друг от друга. Кивание головой у большей части населения Земли является признаком согласия или одобрение. Такой же жест используется слепыми и глухими людьми, а это, в свою очередь дает основание предполагать, что данный жест является врожденным. Вместе с этим приобрело и прочно закрепило за собой значение несогласия движение головой из стороны в сторону. Придание подобному жесту значения выражения отказа или негативного отношения, началось еще с детства, когда, будучи сытым ребенок крутит головой из стороны в сторону, отказываясь от материнской груди, а затем в попытке увильнуть от ложки, которой его кормят (Пиз, 2000).

Однако не все исследователи принимают такую точку зрения. Представителем иной позиции, относительно универсальности жестовых сигналов является Бердвистел, высказавший мнение о том, что, если подходить к изучению неречевых сигналов подобным образом, можно усмотреть универсальность во всех основополагающих движениях человека. Так, например, каждый стоит на своих ногах, может поднять руки, манипулировать пальцами, вращать головой, поднимать ее, опускать и т.п. Также он заявлял, что, несмотря на специально проводимые исследования в этом направлении, ученым так и не удалось обнаружить отдельных жестов или движений тела, которые во всех обществах имели бы одинаковое общепринятое значение. Утверждая, что не существует сигналов тела, которые можно было бы принять за универсальные символы, исследователь придерживался мнения об отсутствии как таковом отдельных мимические выражений лица, поз иди движения тела, которые во всех обществах передавали бы одни и те же сообщения (Фокина, 2008).

Также М. Мосс в своем труде указывал, что даже самые элементарные физиологические действия человека-то, как люди сидят, спят, едят или ходят, - пусть в очень малой степени, но отличаются от общества к обществу и от культуры к культуре (Мосс, 1996).

Г.Е. Крейдлин также является сторонником этой точки зрения, заявив в интервью, что языков жестов практически столько же, сколько культур, однако профессор допускает существование узкого круга жестов, имеющих схожее значение во всех культурах. Примерами такого жеста может служить указательные жесты [70].

В современной кинесике имеют место различные классификации жестовых выражений, но на данный момент отсутствует общепризнанная единая классификация. Проблема в ее определении заключается в том, что основу классификаций, существующих в настоящее время, положены различные принципы, установлены определенные критерии. Однако даже столь огромное количество они не позволяет в полной мере обозначить связи жестов со структурой личности и ее общением.

Г.Е. Крейдлин выделял три основных семиотических класса жестов:

. жесты, имеющие самостоятельное лексическое значение, способные передавать смысл в независимости от вербального контекста;

. жесты, выделяющие какой-либо речевой или иной фрагмент коммуникации;

. жесты, управляющие ходом коммуникативного процесса, устанавливающие, поддерживающие или завершающие коммуникацию (Крейдлин, 2002).

Дэвид Эфрон классифицировал жесты на:

. жесты-эмблемы, являющиеся невербальными аналогами речевого высказывания и способные выступать в коммуникативном акте изолированно от вербального контекста;

. жесты-иллюстраторы, которые по своей природе не могут передавать значения в отрыве от речевого сообщения и не используются отдельно от него;

. жесты-регуляторы, служащие для управления процессом коммуникации, разграничивающие тематику вербальных сообщений, а также для вступления или завершения такового.

По мнению Т.М. Николаевой, при классификации жестов необходимо учитывать тот факт, что у человека отсутствует возможность запечатления движения в трехмерном пространстве и времени. В процессе коммуникации движение может быть запечатлено только в одной из плоскостей, поэтому для описания жеста следует указать либо орган, выполняющий движение; либо его направленность; либо цикличность, этапность в совершении движения; либо его отношение к положению человеческого тела в пространстве. Эти принципы описания положены в основу словарей жестов [72].

В данном исследовании будет применена морфологическая классификация жестов по областям локализации (исполнения) жестов, использованная в труде Чо Хёнёна «Язык тела корейцев».

Жесты рассматриваются как внешние проявления внутреннего эмоционального состояния человека, при этом они заключают в себе информацию не только о психологическом состоянии индивидов, но и об интенсивности переживания.

Решающим фактором и условием для производства и понимания жеста Р. Бердвистел и многие его последователи справедливо считали контекст, а кинетическое поведение человека рассматривалось ими как функция от двух вещей - от характеристик самого жестикулирующего и физических или социальных свойств контекста, в котором он действует [24, c. 70].

Также немаловажную роль в коммуникационном процессе играет такое понятие как конгруэнтность (соответствие) языка телодвижений произносимой речи, т.е. невербального и вербального компонентов коммуникации. Невербальные сигналы, заключающие в себе в пять раз больше информации в сравнении с вербальными в случае неконгруэнтности являются наиболее достоверным источником информации об истинном положении вещей (Пиз, 2000). Знания о конгруэнтности вербальных и невербальных сигналов широко применяется в криминалистике. Они легли в основу большого количества научно-популярной литературы о теории лжи и а также в практические руководства по эффективному использованию жестовой коммуникации в общении.

Таким образом, язык мимики и жестов является очень важным явлением в человеческой коммуникации. Он отражает чувства, эмоциональное и физическое состояние человека, позволяя собеседнику верно на них реагировать.

Для успешного общения в коллективе необходимо, чтобы человек демонстрировал мимический и жестовый комплексы, в которые входили бы как элементы контролируемой, так и спонтанной жестикуляции [8, c. 50]. Большое количество классификаций и точек зрения относительно языка телодвижений означает, что эта область представляет активный интерес для изучения и также доказывает его значимость в общении. Мимика и жесты являются не только значимыми коммуникативным сигналом человека, но могут иметь решающее значение в социальном взаимодействии.

1.2Функции языка мимики и жестов в коммуникативном процессе

Мимика и жесты в человеческом общении играют различные функции:

. они могут повторять, или дублировать, актуальную речевую информацию. Эту роль выполняют такие невербальные единицы как жесты указания пальцем, глазами или головой, которые зачастую, сопровождаются вербальным контекстом, иначе их значение будет не ясно окружающим. Речевые эквиваленты этой группы жестов: «это», «вот», «вон», «сюда», «туда» и др.;

. могут противоречить речевому высказыванию. В рамках данной функции раскрывается значение конгруэнтности и неконгруэнтности жестов, т.е. их соответствия или несоответствия вербальному контексту. Например: если человек, совершая хаотичные движения, будет уверять в своем абсолютном спокойствии, окружающие склонны будут усомниться в правдивости вербального сообщения. Также улыбка может сопровождать замечание в адрес кого-либо, при этом она не будет расцениваться как признак дружеского к нему отношения;

. способны замещать речевое высказывание. Примером ситуации замещения может служить такой жест как кивок головой, или медленное закрытие глаз, использующиеся в коммуникативном процессе для выражения согласия или одобрения. Приложенный палец к губам имеет вербальный эквивалент «молчи!», «ни слова!», но при этом в большинстве случаев не сопровождается речевым высказыванием, так как в контексте ситуации такое поведение рассчитывалось бы как неприемлемое;

. в состоянии подчеркивать или усиливать какие-либо компоненты речи. Например, для подчеркивания значения величины предмета, жестикулирующий может развести руки в стороны. В качестве примера может выступать счет на пальцах, акцентирующий внимание на количество того, о чем сообщается в вербальном контексте;

. могут дополнять речь в смысловом отношении. Вербальное высказывание угрозы нередко дополняется жестом покачивания указательным пальцем, что в свою очередь делает совокупность вербального и невербального сигналов выражением большей угрозы;

. выполняют роль регулятора речевого сообщения, являясь средством поддержания коммуникации. Примером может служить группа жестов, назначением которых является прерывание речи говорящего для дальнейшего сообщения ему о своем несогласии с ним или для того, чтобы задать уточняющий вопрос. К этой группе жестов можно отнести поднятие учеником руки при готовности ответить на вопрос учителя.

С такой классификацией функций языка мимики и жестов соглашается южнокорейский исследователь в области кинесики Чо Хёнён (Чо Хёнён, 2009).

Г.Е. Крейдлин выделяет 6 следующих функций мимики и жестов в процессе коммуникации:

.регулирования и управления вербальным поведением говорящего и слушающего;

.отображения в коммуникативном акте актуальных речевых действий;

.коммуникативную функцию передачи адресату некоторой порции смысловой информации;

.репрезентации внутреннего психологического состояния жестикулирующего или его отношения к партнеру по коммуникации;

.дейктическую функцию;

.риторическую функцию (Крейдлин, 2002).

Е.А. Петрова в своем труде «Жесты в педагогическом процессе» выделила 9 функций, а именно соотношений языка мимики и жестов с вербальным каналом передачи информации, описанных зарубежными учеными, обратив внимание на то, что такая классификация является общепринятой. По данной классификации язык телодвижений в процессе коммуникации:

. выражает то же, что и вербальное сообщение;

. предвосхищает значения, передаваемые при помощи речи;

. противоречит смысловому содержанию речевого высказывания;

. содержат в себе более глобальные аспекты взаимодействия, чем вербальное сообщение;

. акцентирует внимание на ту или иную часть речевого сообщения;

. заполняет или объясняет периоды хезитации и молчания в коммуникативном процессе;

. сохраняет контакт между собеседниками и регулирует процесс обмена вербальными сообщениями;

. заменят определенные компоненты речевого сообщения (слова или фразы);

. с опозданием дублирует содержание вербального выражения (Петрова, 1998).

Перечисленные функции можно подразделить на 2 типа: функции, при которых язык мимики и жестов выступает как самостоятельный канал коммуникации и функции, при которых происходит сопряженное функционирование вербального и невербального каналов передачи информации.

К ситуациям автономного употребления языка мимики и жестов могут относиться приветствия и прощания, указания на что-либо, привлечение внимания, просьба, угрозы и запрещения. Самыми распространенными в этой группе жестами являются утвердительные и отрицательные кивки головой. Однако в акте коммуникации мимические и жестовые выражения чаще всего используются вкупе с вербальными сообщениями.

Экспериментальное исследование ситуаций, в которых речь сопровождалась жестами неадекватного содержания, показало, что язык мимики и жестов является средством коммуникации равным вербальному каналу передачи информации. Также в этом исследовании выло выявлено, что язык мимики и жестов не только активно взаимодействует с вербальными выражениями, но и в некоторых случаях является более значимым средством общения (там же).

Мимика и жесты в процессе коммуникации, как правило, характеризуются не одной функцией, а одновременно выполняют несколько, из которых одна или две являются доминантными (Крейдлин, 2002).

2. Особенности языка мимики и жестов в корейской культуре

.1 Этикетные компоненты как факторы специфики невербального стиля общения корейцев

Культура человека - это не только определенный склад мышления и чувствования народа, это также знание языка и свободное владение невербальными кодами, принятыми в данном обществе, это следование выработанным нормам и правилам коммуникативного поведения, заставляющим людей чувствовать и осознавать свою принадлежность к данной культуре, в непременном сочетании с вниманием и уважением к чужой культуре и ее носителям [23, с. 151].

М.Л. Бутовская отмечала, что в этнологических исследованиях по невербальной коммуникации помимо вопросов, связанных с поведенческими универсалиями, большое место занимают проблемы кросс-культурного различия [8. с. 24].

Многие исследователи сходятся во мнении, что существует большое количество жестов, имеющих фиксированное значение в рамках определенной культуры.

Проблема межкультурного соответствия жестов, или, как ее обычно называют в невербальной семиотике, проблема универсализма, тесно связана с интерпретацией невербального текста одной культуры носителями другой и с проблемой переводимости. Хотя в невербальных компонентах человеческой коммуникации в разных культурах больше сходств, чем различий, последние все же имеются [23, с. 131].

Культура предписывает своим членам правила жестового поведения, представляющие собой правила выражения эмоций, которые находятся в непосредственной связи с социальным контекстом (Экман, 1969). Правила демонстрации варьируются от культуры к культуре и могут столь сильно модифицировать универсальные эмоциональные выражения, что некоторые исследователи говорят о культурной специфичности этих выражений [8, с. 95].

Правила жестового поведения, в рамках определенной культуры регулируют процесс коммуникации, а их соблюдение позволяет быть принятым в данном обществе. К этим правилам относятся этикетные жесты.

Этикетные жесты - это невербальные знаковые единицы коммуникативного поведения людей, говорящие о его соответствии нормам общественного поведения в данной актуальной ситуации и подчеркивающие ритуальные особенности этой ситуации. Этикетные жесты исполняются в конкретных, строго фиксированных ситуациях в качестве элемента, передающего либо информацию о структуре коллектива, в который включен жестикулирующий, либо информацию о типе разворачивающейся ситуации [23, с. 101].

Национально-культурная специфика языка мимики и жестов корейцев неразрывно связана пришедшими из китайской культуры различными морально-этическими и религиозными учениями, такими как буддизм и конфуцианство, которые оказали сильнейшее влияние на становление невербального общения в Корее.

Многие невербальные знаки современного языка телодвижений корейцев берут свое начало с древности и являются модификациями ритуальных жестов и сопровождающих обряды жизненного цикла невербальных символов [71].

Одним из этикетных жестов, отражающих культурную особенность Кореи, является поклон в качестве невербального символа приветствия и прощания. Именно поклоны считаются основными невербальными показателями социального положения человека в обществе и играют важную роль в коммуникативном процессе.

В силу распространения конфуцианских традиций в ряде азиатских стран, поклоны употребляются также в Китае, Японии, Индии. Однако нельзя рассматривать эти невербальные знаки как универсальные для культур этих стран.

По мнению корееведов, корейский поклон можно назвать наиболее репрезентативным поведенческим кодом, гармонично воплотившем в себе всю выразительность и эмоциональность корейского народа [там же].

В корейской культуре также используются различные виды поклонов, восходящие к буддийским ритуальным символам, однако их область применения ограничивается сугубо религиозной сферой данной религии. Поэтому, форма поклонов, которую используют современные корейцы в процессе коммуникации, является именно заимствованием с конфуцианского учения.

Глубина поклона в зависимости от ситуации общения варьируется и отражает социальное положение коммуникантов. Чем меньше угол наклона туловища, тем более высокий статус в обществе имеет человек. Корейские поклоны выполняется путем сгибания головы и поясницы на 30, 45, 90 градусов. Также существуют поклоны, характеризующиеся полным сгибанием туловища, когда жестикулирующий оказывается на коленях.

Поклон в 30 градусов использует тот из коммуникантов, чье социальное положение является более высоким, обычно такой невербальный символ является ответным действием на поклон партнера по коммуникации. Также этот вид поклона может быть использован обеими сторонами в неформальной обстановке, если социальное положение коммуникантов равное. Здороваться только лишь кивком головы в Корее до сих пор считается крайне невежливым и не одобряется.

Поклон в 45 градусов является типовым невербальным символом приветствия и прощания корейцев. Данный вид поклона отличается от японского варианта тем, что он выполняется единожды, когда в Японии при привитии и прощании выполняется серия таких поклонов. От китайских и вьетнамских поклонов корейские отличаются тем, что после совершения наклона жестикулирующий остается в таком положении некоторое время и только затем возвращается в исходное положение.

Нижестоящий всегда кланяется вышестоящему. Вышестоящими при прочих равных условиях считаются старшие по возрасту люди для более молодых, мужчина по отношению к женщине, отец в сравнении с матерью - даже при том, что влияние матери в семье может быть гораздо большим. Рассматриваются как вышестоящие клиенты перед обслуживающим персоналом, например, покупатель всегда имеет ранг выше, чем продавец. Учитель является лицом вышестоящим для ученика, независимо от возраста или каких-то иных, например социальных, факторов. Звание учителя как бы дано человеку пожизненно [23, с. 109].

Глубокий поклон с полным сгибанием туловища не используется в повседневном общении. Классическую форму этого вида поклона, практиковавшуюся в традиционной Корее, на сегодняшний день можно встретить нечасто. Сфера его применения ограничивается церемониально-ритуальной сферой традиционного характера [71]. Например, данный поклон выполняется детьми перед родителями в новый год по лунному календарю (Чо Хёнён, 2009) или при поминальных поклонениях усопшим (Ланьков, 2000).

Начальные позы для совершения поклонов имеют половые и возрастные различия. Мужчины, обычно, выпрямляют руки вдоль тела, в то время как женщины сводят их вместе, перед собой, при этом кладя правую руку на левую.

Дети при совершении приветственного поклона складывают руки на уровне пупка, причем мальчики кладут левую руку на правую, а девочки правую на левую (Чо Хёнён, 2009).

На определенном этапе развития русской культуры использовались некоторые виды поклонов, существенно отличающиеся от восточных вариантов. Широко был распространен поясной поклон, когда туловище жестикулирующего сгибается в пояснице под углом 90 градусов, при этом мужчины обязательно обязаны были головной убор. Поклон мог сопровождаться широким взмахом правой руки, начинающимся от левого плеча до перпендикулярного положения руки относительно тела, а поклон, в котором вместо взмаха выполнялось прикладыванием правой руки к левой стороне груди, назывался «сердечным» и использовался для выражения большей признательности.

Еще одной из отличительных черт русских поклонов, обозначающих приветствие, от корейских является тот факт, что в русской культуре поклоны считались жестами простолюдинов и выполнялись только людьми низшего сословия, представители знати не использовали данный невербальный знак.

В России на современном этапе развития культуры поклоны как знаки приветствия и прощания не употребляются. Их использование ограниченно религиозной сферой для выражения смирения и покорности перед Богом.

Следующим не менее важным специфичным для Республики Корея является жест приема или передачи вещей старшему или человеку с более высоким социальным положением двумя руками. Данный жест в Республике Корея используется повсеместно и является нормой. Если размер предмета не позволяет передать его обеими руками, его передают правой рукой, при этом придерживают локоть левой руки. Такой жест, как и поклон направлен на выражение почтительного отношения к старшим, принципы которого закреплены конфуцианской традицией в каноне сыновней почтительности.

2.2 Жестовые компоненты и жестовые лакуны в кининесической системе корейских коммуникантов на фоне русского жестикона

Жесты, локализованные в районе груди.

В корейской культуре существует жест прикладывания правой к груди, покрывая ей при этом область сердца. Чо Хёнён предписывает ему значение «поступать по совести», уточняя, что обычно данный жест не используется в процессе беседы и находит применение в ситуациях общения, когда речь идет о государственном флаге или стране. Таким образом корейцы выражают чувство патриотизма к своей родине. Также данный жест может свидетельствовать об искренности жестикулирующего, выступая в качестве своеобразного детектора лжи. Подобный жест, сопровождая клятвенные вербальные сообщения дал начало использованию жестового фразеологизма «положа руку на сердце», имеющего значение предельной искренности говорящего (Чо Хёнен, 2009).

В русской культуре жест прикладывания руки к груди не ассоциируется с искренностью жестикулирующего, а используется для демонстрации расположения к собеседнику, показывая доверительное отношение к нему. В случае с поднятием государственного флага или же торжественного прослушивания гимна страны, в русской культуре также не принято использование данного жеста.

Чо Хёнён обратил внимание на положение туловища моменты расхождения людей на узкой тропинке. Он выяснил, что торс мужчины, в момент обхода другого человека, обычно повернут к встретившему, в то время как женщина отворачивает грудь в противоположную сторону. Объясняя это спецификой мужского и женского сознания, исследователь соглашается с манием зарубежных ученых о том, что данное поведение обусловлено генетически (Пиз, 2006).

В Республике Корее, благодаря влиянию китайской народной медицины распространено суждение о том, что взаимодействие рук с грудной клеткой способствует высвобождению жизненной энергии. В связи с этим появились такие жесты как потирание груди ладонью в попытке успокоиться, нажима на грудную клетку с оттиранием части одежды от нее и биение кулаком в грудь, выражающие крайнюю обеспокоенность за кого-то или сожаление о чем-либо (Чо Хёнён, 2009).

В России жест потирания груди встречается, причем значение сходно с присвоенным ему корейской культурой. Однако жест биения в грудь в российской традиции трактуется иначе. Данный жест был заимствован у татаро-монгол: таким образом кочевники приносили клятву своему правителю. На Руси такой жест выражал преданность адресату [69]. В настоящее время он понимается как клятвенное уверение кого-либо в произнесенных жестикулирующим словах.

Поведение, при котором человек отворачивается всем телом от собеседника в корейской и русской культурах расценивается как нежелание продолжения беседы. Данный жест отражает более негативное отношение жестикулирующего в сравнении с обычным поворотом головы от собеседника (Чо Хёнён, 2009).

В тех случаях, когда кореец в процессе коммуникации имеет в виду себя, он может воспользоваться жестом указания на свою грудную клетку всей ладонью. Русский человек в подобных случаях использовал бы указательный палец, направив на собственную грудь, а японец в такой ситуации указал бы на нос.

Прикосновения к ушам.

В случаях когда кореец прислонится к очень горячему предмету и случайно обожжет пальцы рук, то может прислоняется пострадавшим участком к мочке уха. Так как доказано, что мочка уха имеет наиболее низкую температуру на теле человека, подобное действие снижает болевые ощущения. В России также можно проследить ситуации использования данного жеста.

В Республике Корея для выражения нежелания слушать собеседника используются жесты такие как: затыкание ушей указательными пальцами или закрытие органов слуха ладонями. Такие жесты обычно сопровождаются быстрым мотанием головы. Выполнение этих жестов сопровождается словами «Не слышу, не слышу!» (там же). В русской культуре настолько экспрессивное выражение нежелания слушать собеседника не используется. Обычно употребляются вербальные указания на этот факт. Однако данный жест может быть популярен среди детей младшего школьного возраста.

Глаза и область вокруг них.

Выказывая неприязнь к чему-либо, и корейцы и русские хмурят брови. В зависимости от силы испытываемого чувства покрываются морщинами глаза, нос или же все лицо. Г. Вилсон и К. Макклафин высказали предположение, что первоначально нахмуренное лицо могло означать намерение напасть на противника.

Для привлечения внимания противоположного пола, корейские девушки используют следующее мимическое выражение: они грациозно раскрывают глаза, при этом слабо улыбаются. Так как этот жест является невербальным средством соблазнения, в традиционной Корее такое поведение считалось неподобающим. Корейские мужчины в основном так не делали, однако в последнее время жест, как игра улыбающимися глазами становится все более популярной среди юношей. Также есть случаи использования этого жеста для выражения смущения. В русской культуре подобное выражение лица может расцениваться и как знак соблазнения и как признак смущенности.

В случаях, когда человек злится, он непроизвольно расширяет глаза, тем самым угрожая окружающим. Поэтому, данное выражение лица может присутствовать у русского или корейца во время ссоры. Также этот жест употребляется в случаях, когда нужно привлечь внимание ребенка, если нет возможности обратиться к нему устно.

Во время поиска какого-либо предмета кореец может периодически тереть глаза тыльной стороной ладони. В корейской культуре считается, что если потереть глаза, то можно более отчетливо видеть предметы, тем самым ускорив их нахождение. Скорее всего, именно поэтому данное действие обрело значение поиска и вошло в язык телодвижений корейцев. Также подобная жестикуляция присутствует у детей, приводящая более быстрому пробуждению ото сна. В России данный жест не распространен в значении поиска, поэтому при использовании этого жеста, его смысл на территории страны будет не ясен окружающим.

При дремоте или усталости в попытке взбодриться корейцы широко раскрывают глаза и похлопывают себя по щекам. Эта совокупность жестов также может быть замечена у русских людей.

Мимическое выражение приятного удивления в корейской культуре характеризуется расширением глаз и вращением зрачков. Часто подобное действие сопровождается словами восхищения. В России традиционным мимическим комплексом удивления является вскидывание бровей, расширение глаз и полуоткрытый рот.

Подмигивание в язык мимики и жестов корейцев видимо пришел с Запада. Подмигивание несет в себе значение скрытого соблазна или сигнала, обозначающего тайну, которую третьи лица знать не должны (Чо Хёнён, 2009). В Корее этот жест указывает на заинтересованность жестикулирующего в чем-либо. В России он также воспринимается в значении соблазна или как эквивалент вербальному выражению «пусть это буден нашим секретом».

Жесты и позы ног.

Женщине в присутствии корейца не следует сидеть со срощенными ногами, закидывая при этом одну ногу на другую, т.к. традиционно в корейской культуре такое поведение осуждается и считается неподобающим. Также девушкам невежественно сидеть с широко расставленными ногами. Оптимальным положением тела во время сидения на стуле для женщин считается такое, при котором колени сведены вместе, ноги перпендикулярны полу. В России данная поза не несет в себе отрицательного значения и используется представителями обоих полов. Относительно позы для сидения с широко расставленными ногами, русские не приветствуют ее использования у женщин, а при исполнении данного жеста мужчинами, в некоторых случаях склонны расценивать его как проявление неуважения и скептического настроения по отношению к говорящему.

Жест трясения ногой в положении сидя и в русской и корейской культурах рассматривается как проявление нервозности или напряжения. Чо Хёнён относит это телодвижение к группе неконтролируемых, машинальных движений. Также он обращает внимание на склонность трясти ногой преступников при произнесении лжи. В Корее, равно как и в России такой жест не несет в себе значение взволнованности от испытывания положительных эмоций.

В корейской культуре выражению восторга от внезапно пришедшей хорошей мысли соответствует резкий хлопок ладонью об колено. Данный жест пришел в корейский язык телодвижений из Вьетнама (Чо Хёнён, 2009). Схожее значение с ним имеет жест щелканья большим и указательным пальцами рук, также употребляющийся в Корее. В случае присутствия вербального контекста, в России оба этих жеста могут быть верно истолкованными, хотя, по большей части для выделения хорошей идеи русские пользуются жестом щелканья большими и указательными пальцами.

Походка, выражающая чувство собственного достоинства, граничащее с надменностью и высокомерием, в корейской и русской культурах имеет схожие черты: прямая спина, свободные, часто широкие движения плечами. Обычно сопровождается закладывание рук за спину и выставлением груди вперед.

Корейские дети для выражения крайнего недовольства могут, вкупе с плачем, садиться или ложится на пол и ритмично двигать ногами. Взрослым интерпретируют этот сигнал как капризы и упрямство ребенка. В русских детей такое поведение встречается редко, лишь у нестабильных в эмоциональном плане.

Еще одна совокупность жестов, применяемая в Корее в основном детьми, когда те, например, видят мертвую мышь. Она выглядит следующим образом: Ребенок, поджимая одну ногу, несколько раз подпрыгивает и плюет в сторону увиденного объекта. В России этот жестовый комплекс также популярен и выполняется в контексте речевых приговорок, примером которой может служить «плюнь три раза - не твоя зараза, ни папина, ни мамина, ничья!»

Жесты, локализованные в районе головы.

Когда корейцы хотят показать, что считают поступок или речь партнера по коммуникации глупой или неподобающей в данный момент, они могут покрутить указательным пальцем в районе виска, тем самым не используя вербальный канал передачи информации сообщить свое мнение относительно этого. Данный жест имеет значение «сходить с ума». В русской культуре этот жест такое же значение и часто сопровождается речевой оценкой того, к кому был адресован невербальный сигнал (Крейдлин, 2002).

Жест мотания головой из стороны в сторону является для корейцев и русских эквивалентом вербального «нет» и используется в тех случаях, когда нужно передать значение отрицания чего-либо. В свою очередь, кивок головой выражает согласие или одобрение, поэтому в данном случае не возникает проблем в верной интерпретации этих невербальных знаков представителями двух культур. В большинстве культур такие жесты несут сходную смысловую нагрузку, однако корейский исследователь делает акцент на то, что не во всех культурах кивок головой и покачивание в стороны означает «да» и «нет» соответственно. Например, у болгар кивок головой означает совершенно противоположное значение и выражает отрицание, когда покачивание из стороны в сторону обозначает согласие жестикулирующего с чем-либо (Чо Хёнён, 2009).

В ситуациях сомнения кореец может несколько раз медленно попеременно склонять голову в сторону плеч, смотря при этом вверх, что означает, что человек находится в раздутиях. Данный жест встречается в русской культуре, однако не имеет такого определенного значения, как «сомневаться». Русские люди неосознанно применяют его в моменты раздумий или мечтаний.

Потерю интереса к какому-либо предмету или продолжению разговора с собеседником символизирует жест отведения взгляда или головы о сторону от него. Данный жест интерпретируется одинаково в русском и корейском языке телодвижений.

Когда кореец хочет показать при помощи невербальных средств общения, что кто-то злится, он использует жест «рожки», прислоняясь обеими руками с выдвинутыми указательными вискам к вискам. Данный жест отсутствует в русской культуре и без вербального контекста может быть истолкован неверно.

В корейской культуре жест хлопка ладонью о лоб символизирует осознание собственной забывчивости. То же значение он имеет в русском языке жестов.

Смущение и чувство неловкости корейца может сопровождаться почесыванием задней части головы. В Корее данный жест обычно наблюдается у детей, пытающихся начать разговор. В России существует несколько значений этого жеста, оно может означать раздумья или, также как и в Корее, отражать чувство неловкости. Многие исследователи читают данный жест неосознанным и машинальным. Также существует версия, что русские подобным образом вызывали на помощь пращура, гения рода [69].

Испытывая головную боль, в попытке снизить ее интенсивность, корец, совершает нажимы указательными пальцами в области висков. Этот жест берет свое начало из китайской народной медицины. Помимо этого такое поведение в Корее может иметь значение принятия сложного решения. В России данный жест также может иллюстрировать головную боль или сильное умственное напряжение.

Жест обхватывания головы обеими руками в корейской культуре имеет несколько значений. Он может быть использован как в ситуациях умственного напряжения для улучшения кровообращения кожи головы и головного мозга, так и в моменты сильного переживания (Чо Хёнён, 2009). В русской культуре жест «схватиться за голову» означает крайнюю степень тревоги, ужас, страх, но в зависимости от контекста ситуации может символизировать также удивление. Жест обхватывания головы руками, по-видимому, эволюционно возник как защитное движение, реакция на внешнюю угрозу, инстинктивная попытка заслониться. Именно в таком контексте его иногда употребляют дети [8, с. 102].

В корейской культуре существует специфический жест, представляющий собой сжатие большими и указательными пальцами и потрясывание щек другого человека. В зависимости от силы нажатия и интенсивности движений его смысл может варьироваться от значения «милый, хороший», до «ненавистный, отвратительный» (Чо Хёнён). В России подобным жестом не пользуются и предпочитают выражать такие значения вербально.

Жесты, локализованные в области шеи.

Физиология человека устроена таким образом, что, испытывая чувство страха, он подсознательно пытается спрятать голову, вжимая ее в плечи. В зависимости от контекста ситуации подобный жест может означать, что жестикулирующий ощущает холод и таким образом старается уменьшить зону потери тепла и согреться (Пиз, 2000). Так как данный жест обусловлен генетически, его значение верно понимается в обеих культурах.

Ребро ладони или указательный палец, проведенные по горлу изображают лезвие ножа, идущего по той же траектории, следовательно, подобные жесты русские и корейцы расценивают в процессе коммуникации как оскорбительные и угрожающие. Жест означает «сыт по горло», «надоело», а в более резком смысле - «так бы и перерезал ему глотку» [8, c. 103].

Жесты, сосредоточенные в районе живота.

Во время сильного смеха происходит напряжение мышц живота, что в свою очередь вызывает явление, которое вербально выражается как «аж живот заболел». Поэтому в приступах смеха и корейцы и русские могут обхватывать одной или обеими руками зону вокруг живота.

Жесты рук.

Помимо поклонов в качестве выражения приветствия в виду широкого распространения западной культуры в Республике Корея используются рукопожатия. В основном они применяются в актах коммуникации корейцев с представителем западной культуры. Рукопожатие в Корее обычно совершается правой рукой, однако существуют случаи, когда данный невербальный символ характеризуется использованием обеих рук, при этом правая рука является основной, а левая подкладывается под правую и охватывает тыльную сторону ладони собеседника (Пиз, 2006). Также для выражения приветствия среди корейской молодежи используется жест ритмичного помахивания из стороны в сторону кисти рук, ладонью обращенной к партнеру по коммуникации. Однако следует учитывать тот факт, что движения кисти жестикулирующего плавные и замедленные, то значение данного жеста приобретает иной смысл, прямо противоположный приветствию и является невербальным аналогом речевых высказываний, таких как «до свидания», «счастливого пути» (Чо Хёнён, 2009). Одной из вариаций исполнения данных жестов является поднятие руки над головой и выполнение характерных для приветствия или прощания движений кистью.

Жесты, выражающие чувства симпатии и любви в корейской культуре появились сравнительно недавно. Изображая сердце, они могут исполняться как пальцами рук, приложенных в форме «сердечка» к груди или же руками, поднятыми и сомкнутыми над головой в такой же форме (там же). В русской культуре подобные жесты не используются, однако, в силу своей символичности, могут быть понятыми и в России.

Для усиления значения просьбы или искроенного сожаления в момент высказывания извинений, корейцы прибегают к использованию жеста складывания ладоней рук перед лицом с характерными движениями. В зависимости от экспрессивности вербального сообщения, данный жест может представлять собой как медленное, так и ускоренное движение рук в таком положении. В русской традиции при соответствующем вербальном контексте такой жест будет истолкован верно. Русские люди также могут использовать подобный жест в том значении, которое предписано ему корейской культурой. Данный невербальное выражение схоже с жестом, сопровождающим молитву, который отличается статичным положением рук при этом.

Русский жест поманить к себе рукой, совершаемый (для правшей правой) рукой, поднятой на уровень груди или плеча, пальцы сложены вместе, слегка согнуты и направлены вверх, ладонь при этом движется в скребковом движении в сторону самого жестикулирующего [23, c. 138] выражающий просьбу подойти будет расценен представителями корейской культуры как крайне оскорбительный, так как в Республике Корея таким способом подзывают собак. Поэтому, если жестикулирующий сознательно хочет придать неречевому символу со значением «подойди» негативный характер, он будет использовать этот неречевой символ. Жест манить пальцем в Корее также считается проявлением пренебрежения к собеседнику. Для невербального аналога просьбы подойти корейцы вытягивают руку до уровня плеча с повернутой книзу ладонью и уже в таком положении производят движения пальцами к себе.

Во время просьбы дать что-либо и русские и корейцы одновременно с вербальным высказыванием могут использовать просительный жест: протягивать в сторону собеседника руку ладонью вверх, собранной в горсточку. Данный жест понятен в любой культуре и является универсальным. В сходном контексте он применяется шимпанзе и бонобо, что дает право предполагать, что такой жест генетически обусловлен (Бутовская, 2004). Чаще всего применяется детьми, также данный жест был монополизирован нищими для сбора милостыни (Фаст, 1997).

В России и в Республике Корея имеются разные жесты-символы для выражения желания выпить спиртное. Корейцы для этого держат руку на уровне лица с выставленными большим и указательным пальцами, изображая размер стопки, сопровождая эти движения соответствующими мимическими выражениями (Чо Хёнён, 2009). В России такую смысловую нагрузку несет щелчок большим и указательным пальцами по шее. Этот жест из русской питейной традиции выражал фразеологизм «заложить за галстук». Также известно, что данный жест использовался в офицерской среде и был придуман полковником Раевским [69]. Также существует еще один жест, выражающий желание выпить на троих. Форма этого русского бытового жеста - «указательный и средний палец раздвинуты, образуя ножницы; остальные пальцы согнуты и прижаты к телу». Функционально жест соответствует речевому акту - предложению выпить втроем спиртное. Символическое значение жеста таково: два пальца обозначают двоих мужчин, которые уже готовы к немедленному распитию спиртного, и требуется найти третьего, кто хотел бы к ним присоединиться. (Впрочем, существует и другая интерпретация того же жеста: имеется один «жаждущий», ищущий двух других.) Третий человек нужен потому, что бутылка примерно соответствует трем стаканам.

Предложение выпить на троих всегда делается тайно: рука при исполнении жеста прячется внутрь одежды, снаружи видны только указательный и средний пальцы, причем жест в обязательном порядке дублируется соответствующей «заговорщической мимикой» [23, c. 137].

Для человека, уловившего неприятный запах, такое поведение как ритмичное махание ладонью из стороны в сторону перед носом или зажатие его большим и указательным пальцами является естественным и предназначено для того, чтобы избежать неприятных ощущений. Данные жесты используются представителями обеих культур и, обычно сопровождаются вербальными выражениями.

Жест пожимания плечами многие исследователи относят к категории универсальных, так как во многих культурах он имеет схожие значения и обычно выражает незнание или отсутствие интереса и соответствует вербальному «не знаю», «мне все равно» (Пиз, 2000). М.Л. Бутовская определяет данный жест как невербальное выражение внутренней неуверенности исполнителя, или об отсутствии собственного мнения по данному вопросу [8, c. 93].

Если кореец намеревается остановить попутный транспорт или поймать такси, он может использовать для этого вытянутую в сторону дороги руку как с расслабленной кистью, так и собранной в кулак с выставленным наверх большим пальцем. В России, также как и в Республике Корея имеют места оба варианта.

В корейской культуре жест постукивания тыльной стороной ладони правой руки, собранной в кулак о ладонь левой руки является эквивалентом западного жеста демонстрирования среднего пальца и является выражением высшей степени оскорбления (Чо Хёнён, 2009). В России такую смысловую нагрузку несут жест демонстрации среднего пальца руки, имеющей значение фаллической угрозы адресату (Крейдлин, 2002) и жест, при котором на немного согнутую в локте обычно правую руку, завершающуюся сжатой в кулак кистью, в место сгиба с силой опускают другую руку, заставляя первую полностью согнуться и принять перпендикулярное положение относительно пола.

Если резкое дергающее движение выполняется только одной рукой, сжатой в кулак и согнутой в локте, оно выражает чувство восторга и радости. Может сопровождаться возгласом «Yes!», «Да!» (Бутовская, 2004).

Для выражения угрозы высокой степени и русские и корейцы используют жест, иллюстрирующий готовность к нападению: поднятие сжатой в кулак руки на уровень лица. В русской традиции рукой могут потрясти. Обычно такие жесты применяются в вербальном контексте реальной угрозы.

Поза стоящего человека со скрещенными на груди руками и в русской и в корейской культуре имеет несколько трактовок и ситуаций использования. Основной коммуникативной нагрузкой данного невербального символа является выражение незаинтересованности и скептического отношения к происходящему. Если жест сопровождается пристальным взглядом в глаза собеседнику, он может быть расценен как вызов. Если же коммуникация происходит на улице в холодное время года, такое поведение не наделяется негативным значением и будет обозначать лишь то, что жестикулирующий замерз (Пиз, 2000).

Жесты пальцев рук.

В моменты коммуникации, когда использование вербального канала передачи информации ограничено для выражения просьбы тишины используется жест прикосновения направленного вверх указательного пальца к губам. Данный жест в обеих культурах имеет схожее значение и интерпретируется верно. В России жест сопровождается характерным звуком «тсс» или «чш», в то время как в корейской традиции такой жест выполняется молча (Чо Хёнён, 2009).

Жест, когда собеседники сплетают мизинцы, поднимая для этого руки до уровня груди, в корейской культуре не только отражает близкие отношения коммуникантов, но и имеет значение обещания, выполнение которого обязательно. В России данный жест используется в основном детьми и наделен иной смысловой нагрузкой, он используется в ситуациях примирения: дети берут друг друга за мизинец и, двигая рукой в такт словам, произносят мирилку: «Мирись, мирись, мирись, и больше не дерись. А если будешь драться, то я буду кусаться. А кусаться нам нельзя, потому что мы друзья» [8, c. 103].

V-образный жест указательным и средним пальцем является одним из редких жестов, историю появления которого возможно установить достаточно точно. Данный жест появился во время второй мировой войны для символичного обозначения единства всех народов, борющихся с фашизмом (Бутовская, 2004). По всей видимости, именно это значение трансформировалось с современное «мир».

В большинстве стран Европы (и в том числе в России) этот жест имеет только один смысл - «победа», вне зависимости от ориентации кисти руки [8, c. 102]. В Республике Корея V-образный жест указательным и средним пальцем

широко используется молодыми людьми при съемке фотографий: во время групповых снимков большинство запечатленных применяли данный невербальный символ в значении «мир». Подобный жест помимо этих значений может выступать в качестве невербального аналога количественного значения «два».

Просьба поделиться сигаретой в современной русской и корейской культуре может сопровождаться соответствующим жестом, изображающим человека в момент курения. Данный жест используется представителями обеих культур и не взывает затруднений при толковании без вербального контекста в силу своей символичности.

Жест, при котором ладонь собирается в кулак, а большой палец просунут между указательным и среднем, присутствует как в русской, так и в корейской культуре, однако заключает в себе разные значения. В русской традиции данный жест имеет несколько вариантов названия, таких как «шиш», «фига», «дуля», «кукиш». На Русь этот жест пришел с немецкого языка телодвижений и первоначально означал приглашение к интимной близости или же сам процесс соития. Однако под действием определенных факторов значение жеста трансформировалось в выражение категорического отказа. Также со временем он начал применяться в качестве защитного средства от нечистых сил [69]. В настоящее время подобное невербальное поведение характерно для русских детей, не желающих соглашаться или давать что-либо. В корейском языке телодвижений данный жест имеет сексуальный подтекст и является оскорбительным для адресата.

Жест собранной в кулак руки с выдвинутым вверх большим пальцем в значении «все хорошо», «мне нравится» вследствие сильного влияния и широкого распространения западной культуры употребляется как русскими, так и корейцами. В корейской культуре данный жест кроме популяризированного значения употребляется для обозначения максимума и имеет вербальный аналог «достаточно» (Чо Хёнён, 2009).

Жест «кольцо» существует в языках мимики и жестов обеих стран.

В русскую культуру жестовая форма знака кольцо («указательный и большой пальцы вместе образуют кольцо, которое смотрит в сторону адресата; остальные пальцы несколько расслаблены и согнуты») вошла сравнительно недавно, и ее основной областью бытования стала русская молодежная среда и сфера бизнеса. Жест кольцо заимствован из американской кинетической системы, в которой имеет значение «все в порядке, все хорошо» [23, c. 135].

В Республике Корея данный жест может быть использован в ситуациях общения, когда речь идет о сделке купли-продажи, и в этом случае жест «кольцо» приобретает значение «деньги».

Акцентирование внимания на малом размере предмета или его количества в корейской культуре при помощи жестов происходит несколькими способами. Это может быть оставление небольшого зазора между большим и указательным пальцами руки, находящейся на уровне головы или выделение конечной фаланги указательного с помощью большого пальца. Так как акцент в данном случае делается на ноготь, данному жесту соответствует вербальное выражение «размером с ноготок» (Чо Хёнён, 2009). Для русского человека толкование первого варианта жеста не будет вызывать затруднений, а второй вариант без речевого контекста может быть непонятен.

Подводя итоги сравнительно-сопоставительного анализа, можно сказать, что компоненты языка мимики и жестов корейцев возможно подразделить на четыре группы:

.жесты-лакуны, т.е. специфические невербальные символы, не использующиеся представителями русской культуры, а также не имеющие аналогов значения и выражения таковых. Примерами таких жестов могут служить жесты выражения симпатии («сердечко» из пальцев рук в левой стороне груди, «сердце», выполненное из рук, поднятых над головой), жест восхищения чужой красотой или чертами характера (потрясывание щек большими и указательными пальцами обеих рук с сопровождающими вербальными высказываниями «Ах какая миленькая!», «Какая прелесть!») а также жест «рожки», выражающий то, что человек, речь о котором идет при помощи невербальных средств общения, испытывает чувство гнева;

.жесты, имеющие сходные черты в исполнении, но заключающие в себе иное значение. Примерами этой группы жестов являются невербальные выражения, такие как: «фига» или «кукиш» (ладонь сжата в кулак, большой палец просунут между средним и указательным пальцами), который в Республике Корея имеет крайне оскорбительное значение сексуального характера, в то время как в России он используется детьми и не несет в себе столь негативной смысловой нагрузки, жест, используемый при совершении клятвенного обещания корейцами (сплетение мизинцев обоих партнеров по коммуникации согнутыми в локтях руками) в русской культуре будет интерпретироваться как примирение сторон, жест «кольцо» (большой и указательный пальцы сомкнуты, изображая окружность, остальные несколько расставлены в стороны) в значении деньги при совершении сделок купли-продажи в Республике Корея. В России такой жест наделен лишь значением «все хорошо»;

.жесты, различные по исполнению, но наделенные схожей смысловой нагрузкой. Примерами служат жесты поманивания рукой, когда жестикулирующий при помощи невербального средства общения выражает просьбу подойти к нему (русские и корейские варианты отличаются положением кисти руки, выставленной вперед), жесты указания на самого себя (различия в форме кисти руки, принимаемой во время исполнения жеста);

.схожие и в значении и в исполнении жесты. В эту группу относятся невербальные символы такие как утвердительные и отрицательные кивки головой, жест, выражающий просьбу тишины (направленный вверх указательный палец касается кончиков губ), некоторые жесты-регуляторы коммуникации, например, выражающие желание прекратить разговор, имеющие вербальные аналоги «стоп!», основные мимические выражения.

Исследования по невербальной коммуникации показывают, что люди существенным образом отличаются друг от друга не только набором используемых жестов, но и интенсивности жестикуляции как таковой. Подобные различия связаны с культурной принадлежностью человека, его половой принадлежностью и условиями воспитания в семье [8, c. 107].

В русской культуре человек, у которого ярко выражена жестикуляция и мимика чаще всего воспринимается окружающими его людьми как доброжелательный, отзывчивый, энергичный, а индивиды, в коммуникации которых язык мимики и жестов слабо выражен, считаются холодными, расчетливыми и скрытными. Слабая жестикуляция также может свидетельствовать о пессимистичном отношении к окружающему, вялости и незаинтересованности в акте коммуникации.

Представители русской культуры жестикулируют активнее и с большей амплитудой, чем корейцы, которые в силу специфичности своей культуры с детства воспитывают эмоциональную сдержанность, так как проявление чрезмерных эмоций перед старшими читается недопустимым по конфуцианскому канону сыновней почтительности.


Заключение

Данная выпускная квалификационная работа представляет собой исследование в области языка мимики и жестов представителей корейской культуры.

В ходе проведения исследования поставленные задачи были достигнуты.

Было дано теоретическое обоснование таким понятиям как жест, мимика.

В настоящей работе мимика и жесты рассматривались как единицы кинесики - науки, изучающей совокупность телодвижений, применяемых в процессе коммуникации. Мимика - выразительные движения мышц лица, являющиеся одной из форм проявления тех или иных чувств, настроений человека. В.И. Даль в своем словаре дает определение мимики следующим образом: мимика - это искусство объяснять мысли и чувства свои не словами, а лицом. Истоки происхождения термина жест не определены и на пути своего становления он принимал различные значения. На современном этапе под термином «жест» понимается движение тела и его конечностей, которое посылает окружающим определенные условные сигналы, усваиваемые всеми участниками коммуникации. Поза в данной работе рассматривалась как начальная и конечная фаза жеста, вследствие чего не выделялась как отдельная единица невербального общения.

При углубленном изучении научной литературы по невербальной коммуникации был обнаружен тот факт, что многие исследователи подразделяют мимическую и жестовую коммуникацию на выражения базовых (врожденных) и специфических (культурно обусловленных) эмоций.

В исследовании представлена классификация мимических выражений П. Экмана и У. Фризена, жестовая классификация Г.Е. Крейдлина а также классификация жестовых невербальных сигналов Д. Эфрона. Однако для проведения сравнительно-сопоставительного анализа наиболее приемлемой является классификация по области локализации неречевых символов, использованная в работе южнокорейского исследователя Чо Хёнёна.

Определение врожденных, приобретенных и культурно обусловленных мимических и жестовых выражений проходило по принципу частотности повторения того или иного невербального знака со схожим значением в различных культурах. Также было взято во внимание исследование в области невербального общения, а именно книга «О выражении эмоций у человека и животных» Ч. Дарвина, на страницах которой имеются подтвержденные на практике данные о врожденных, генетически обусловленных и приобретенных в процессе научения эмоциональных и жестовых выражениях. Помимо этого в работе поднимался вопрос об универсальности некоторых мимических и жестовых выражений. В ходе его решения были освещены различные точки зрения, касающиеся проблемы выделения мимических и жестовых универсалий как подтверждающих факт существования таковых, так и ставящих под сомнение саму возможность наделения мимических и жестовых проявлений одинаковыми значениями представителями различных культур.

В ходе исследования были определены функции, выполняемые языком мимики и жестов в процессе коммуникации. Основными функциями являются: дублирование актуальной речевой информации, контраст с вербальным выражением, замещение речевого высказывания, акцентирование внимания на определенной части вербального сообщения, дополнение речи в смысловом отношении, управление и регулирование акта коммуникации.

Была определена специфика языка мимики и жестов корейцев, изучены типовые, применимые в корейской культуре невербальные символы.

Специфика языка телодвижений корейцев характеризуется морально-этическими и религиозными учениями, пришедшими из китайской традиции, конфуцианством и буддизмом. Отсюда берут свое начало поклоны в значении начала и завершения коммуникации, а именно выражения приветствия и прощания. Также конфуцианским каноном сыновней почтительности определяется ситуации вручения или получения от старшего или вышестоящего по социальной лестнице человека чего-либо двумя руками.

В ходе выполнения сравнительно-сопоставительного анализа были получены следующие результаты: в языке мимики и жестов корейцев существуют жесты: специфические, отсутствующие в русской культуре (например: жест «рожки» для обозначения злящегося человека); имеющие сходные черты в исполнении, но заключающие в себе иное значение (жесты «фига», «кольцо»); имеющие различия в исполнении, но наделенные тем же смыслом (жесты «поманить рукой», указание на себя); схожие и в значении и в исполнении жесты (утвердительные и отрицательные кивки головой, жесты регуляторы коммуникации, такие как желание прекратить разговор, большая часть мимических выражений)

В связи с расширением международных связей, широкого распространения западной, в частности американской культуры, в области невербальной коммуникации наблюдается так называемая унификация значения некоторых жестов, т.е. популяризация одной из смысловых нагрузок определенного невербального знака путем демонстрации его в зарубежных фильмах или словестного описания в популярных книжных изданиях.

Список использованной литературы

1.Белинская, Е.П. Социальная психология: Хрестоматия: учеб. пособие для студентов вузов / Е.П. Белинская, О.А. Тихомандрицкая. - М.: Аспект Пресс, 2003. - 475 с.

2.Биркенбил, В. Язык интонации, мимики, жестов. - СПб.: Питер, 1997. - 176 с.

.Бодалев, А.А. Восприятие и понимание человека человеком. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. - 200 с.

.Бодалев, А.А. Психология общения. - М.: Изд-во МОДЭК, 2007. - 256 с.

.Бойко, В.В. Энергия эмоций в общении: взгляд на себя и на других. - М.: Информац.-изд. дом «Филинъ», 1996. - 472 с.

.Браун, С. Практическое искусство чтения лиц. - М.: Изд-во «Эксмо», 2003. - 128 с.

.Бродецкий, А.Я. Внеречевое общение в жизни и в искусстве. Азбука молчания: учеб. пособие для творческих учеб. заведений, фак. педагогики и психологии. - М.: Гуманит. изд. центр «ВЛАДОС», 2000. - 192 с.

.Бутовская, М.Л. Язык тела: природа и культура (эволюционные и кросс-культурные основы невербальной коммуникации человека). - М.: Научный мир, 2004. - 440 с.

.Вербина, Г.Г. Психология эмоций: учеб. пособие. - Чебоксары: Чуваш. ун-т, 2008. - 308 с.

.Вестник Международного института экономики и лингвистики ИГУ / отв. ред. Е.В. Крайнова. - Иркутск: Изд-во Иркут. Гос. ун-та, 2011. - №3. - 79 с.

.Воробьев, М.В. Очерки культуры Кореи. - СПб.: «Петербургское востоковедение», 2002. - 192 с.

.Горелов, И.Н. Невербальные компоненты коммуникации. - М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009. - 112 с.

.Григорьева, С.А. Словарь языка русских жестов / С.А. Григорьева, Н.В. Григорьев, Г.Е. Крейдлин. - М.: Языки русской культуры, 2001. - 256 с.

.Дарвин, Ч. О выражении эмоций у человека и животных. - СПб.: Питер, 2001. - 384 с.

.Джарылгасинова, Р.Ш. Этногенез и этническая история корейцев по данным эпиграфики («Стела Квангэтхо-вана»). - М.: Первое марта, 2010. - 252 с.

.Доброва, Е.В. Язык жестов. - М.: АСТ, 2010. - 158 с.

.Изард, К.Э. Психология эмоций / пер. А. Татлыбаева. - СПб.: Изд-во «Питер», 1999. - 464 с.

.Ильин, Е.П. Психология общения и межличностных отношений. - СПб.: Питер, 2009. - 576 с.

.Ионова, Ю.В. Этнография Кореи. - М.: Первое марта, 2011. - 424 с.

.Кирьянов, В.И. Социология коммуникации: учеб.-метод. пособие. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2004. - 56 с.

.Конецкая, В.П. Социология коммуникаций. - М.: Международный университет бизнеса и управления, 1997. - 304 с.

.Концевич, Л.Р. Избранная библиография литературы по Корее на русском и западноевропейских языках (с XIX века по 2007 год). - М.: Первое марта, 2008. - 592 с.

.Крейдлин, Г.Е. Мужчины и женщины в невербальной коммуникации. - М.: Языки славянской культуры, 2005. - 224 с.

.Крейдлин, Г.Е. Невербальная семиотика: Язык тела и естественный язык. - М.: Новое литературное обозрение, 2002. - 592 с.

.Курбанов, С.О. История Кореи. С древности до начала XXI века. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2009. - 680 с.

.Курбанов, С.О. Конфуцианский классический «Канон сыновней почтительности в корейской трактовке. Корейское восприятие универсальной категории «почтительности к родителям». - СПб.:

.Курбанов, С.О. Курс лекций по истории Кореи: с древности до конца XX в. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2002. - 626 с.

.Ланьков, А.Н. Корея: будни и праздники. - М.: Междунар. отношения, 2000. - 480 с.

.Леонтович, О.А. Россия и США: Введение в межкультурную коммуникацию: учеб. пособие. - Волгоград: Перемена, 2003. - 399 с.

.Лурье, С.В. Историческая этнология: учебное пособие для вузов. - М.: Гаудеамус: Акад. проект, 2004. - 622 с.

.Межличностная коммуникация для руководителей / сост. О.К. Воронин. - М.: Утро, 2009. - 20 с.

.Ниренберг, Д. Как читать человека словно книгу / Д. Ниренберг, Г. Калеро. - Баку: Сада, 1992. - 176 с.

.Основы теории коммуникации: учеб.-метод. пособие / Сост. Ж.В. Николаева. - Улан-Удэ: ВСГТУ, 2004. - 137 с.

.Петрова, Е.А. Жесты в педагогическом процессе: уч. пособие. - М.: Моск. гор. пед. о-во, 1998. - 223 с.

.Пиз, А. Язык телодвижений (как читать мысли по жестам). - М.: Изд-во «Эксмо», 2000. - 107 с.

.Пиз, А. Как читать мысли других по их жестам. - Нижний Новгород: Ай кью, 1992. - 264 с.

.Пиз, А. Новый язык телодвижений. Расширенная версия / А. Пиз, Б. Пиз. - М.: Изд-во «Эксмо», 2006. - 416 с.

.Психология и этика делового общения: учебник для вузов / под ред. проф. В.Н. Лавриненко. - 4-е изд., перераб. и доп. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2005. - 415 с.

.Равенский, Н.Н. Как читать человека. Черты лица, жесты, позы, мимика. - М.: РИПОЛ классик, 2009. - 672 с.

.Тайгер, П. Читать человека как книгу / П. Тайгер, Б.Б. Тайгер. - М.: АСТ, 2000. - 162 с.

.Тер-Минасова, С.Г. Война и мир языков и культур. - М.: Слово, 2008. - 334 с.

.Тер-Минасова, С.Г. Язык и межкультурная коммуникация: Учебное пособие. - М.: Слово, 2000. - 624 с.

.Толстокулаков, И.А. Очерк истории корейской культуры: уч. пособие. - Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 2002. - 238 с.

.Федотова, Л.Н. Социология массовой коммуникации. - СПб.: Питер, 2003. - 400 с.

.Фокина, Т.А. Кинесика: учебно-методическое пособие. - Н. Новгород: НГПУ, 2008. - 60 с.

.Формановская, Н.И. Культура общения и речевой этикет. - М.: Изд-во «Икар», 2005. - 250 с.

.Чеснов, Я.В. Лекции по исторической этнологии: учебное пособие. - М.: Гардарика, 1998. - 400 с.

.Шейнов, В.П. Скрытое управление человеком (психология манипулирования). - М.: Изд-во «АСТ», Харвест, 2001. - 848 с.

.Штангль, А. Язык тела. - Харьков: «Глобус», 2000. - 67 с.

.Экман, П. Психология эмоций. Я знаю, что ты чувствуешь / пер. с англ. А.В. Белицкий - СПб.: Питер, 2010. - 334 с.

Похожие работы на - Язык мимики и жестов в корейской культуре

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!